ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-76896/2023

27 мая 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     20 мая 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 мая 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Аносовой Н.В.

судей  Барминой И.Н., Бурденкова Д.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Беляевой Д.С.

при участии:  согласно протоколу судебного заседания от 20.05.2024

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-5377/2024) ООО «Автотранс» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 14.12.2023 по делу № А56-76896/2023 (судья Шитова А.М.), принятое

по заявлению  ООО «Автотранс» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

Ответчики: ФИО1, ФИО2, ФИО2, ООО «Спецтехника»,  

Третье лицо:  ООО «Тяжелая техника», 

 

установил:

12.01.2023 в арбитражный суд поступило заявление ООО «Автотранс» (далее – заявитель, Компания) о признании ООО «Тяжелая Техника» (далее – должник, Общество) несостоятельным (банкротом). 

Решением арбитражного суда должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. 

Определением арбитражного суда от 26.05.2023 производство по делу о банкротстве должника прекращено в связи с отсутствием денежных средств, достаточных для финансирования процедуры банкротства. 

В арбитражный суд от ООО «Автотранс» поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, ФИО2, ООО «Спецтехника» по обязательствам ООО «Тяжелая техника».

Решением от 14.12.2023 суд отказал в удовлетворении иска.

Заявитель не согласился с вынесенным определением и обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и перейти к рассмотрению по правилам суда первой инстанции;  удовлетворить ходатайство ООО «Автотранс» об истребовании дополнительных доказательств в полном объеме.

По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции сделаны неверные выводы относительно возникновения признаков банкротства должника и дата их возникновения. Так, заявитель полагал, что признаки банкротства ООО «Тяжелая техника» наступили 20.03.2018, при этом, требования ООО «Автотранс» возникли позднее, соответственно, входят в размер субсидиарной ответственности.

Также, заявитель полагал, что имеются основания для истребования доказательств по делу, которые, по мнению заявителя, могут подтвердить факт перевода бизнеса на ООО «Спецтехника».

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 20.05.2024 представитель заявителя доводы жалобы поддержал с учетом дополнительных пояснений, поддержал ходатайство об истребовании доказательств.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов".

От ответчиков поступил отзывы на апелляционную жалобу, где они возражали против её удовлетворения.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке.

 Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО1 с 16.03.2016 является руководителем Общества, ФИО2 с 16.03.2016 является участником Общества с долей владения 100%. 

ФИО2 с 12.12.2019 занимает должность руководителя ООО «Спецтехника» (ИНН: 

<

***>) (далее – Фирма). 

При этом, как указал заявитель, ФИО2 является сыном ФИО2. 

Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 16.03.2016, Фирма - 12.12.2019. 

Основным видом деятельности Общества является деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам (49.4), Фирмы - деятельность автомобильного грузового транспорта (49.41).

По мнению заявителя, ответчиками совместно реализована схема перевода бизнеса с Общества на Фирму с противоправной целью - избежать обращения взыскания на имущество Общества. Кроме того, при наличии признаков банкротства, ФИО1 и ФИО2 не обратились в суд с заявлением о признании должника банкротом, как того требует статья 9 Закона о банкротстве.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства,  суд первой инстанции счел заявление необоснованным.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статье 61.11 названного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 данного Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладает, в числе прочих, заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве определено, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Из приведенных положений закона и разъяснений следует, что ответственность контролирующих должника лиц перед кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства подконтрольным обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила в результате выполнения обществом указаний контролирующих лиц и такие указания носили заведомо недобросовестный и неразумный характер, например, когда такие лица при наличии у общества достаточных средств для погашения кредиторской задолженности уклонялись от исполнения денежных обязательств перед кредиторами, скрывали имущество, выводили активы, совершали действия заведомо ухудшающие финансовое положение общества, и т.п.

В соответствии с требованиями статьи 65 АПК РФ бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности.

Доводы заявителя о том, что невозможность погашения кредиторской задолженности стала следствием деятельности ответчиков, то есть имеются основания для привлечения их к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства, нельзя признать обоснованными.

Так, недобросовестные действия должны приводить к негативным для должника последствиям, то есть вести к утрате его имущества, денежных средств без получения соразмерного встречного предоставления, что возможно, например, посредством перечисления со счета должника в пользу сторонних лиц денежных средств в отсутствие к тому правовых оснований, отчуждения имущества по заниженной цене или без оплаты за него, заключения сделок на невыгодных условиях или с заведомо неплатежеспособными лицами.

В рамках настоящего спора подобных обстоятельств не выявлено.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства относительно отклонений от обычно применяемых в предпринимательской деятельности способов ведения такой деятельности, реализации каких-либо недобросовестных схем по выводу активов и переводу бизнеса на иное лицо; фактов, свидетельствующих о деятельности ответчика вопреки интересам должника, с направленностью на доведение последнего до состояния банкротства, по материалам дела не установлено.

Как верно указал суд первой инстанции, законодательством не запрещено создание аффилированными лицами организаций с тождественными видами деятельности. 

При этом, после создания Фирмы деятельность Общества не прекратилась. 

Доказательств перевода денежного потока от Общества в пользу Фирмы не представлено.

Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов и иных органов выявлять наличие в ней деловых просчетов (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 N 3-П и определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 N 320-О-П).

В связи с этим, арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) контролирующего должника лица, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Контролирующее лицо не может быть привлечено к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абзац 2 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному им выводу о том, что действия ответчиков  не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, что свидетельствует об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно статье 61.12. Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, его учредителя, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53) предусмотрено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12, 13 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53, в абзаце втором пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В абзаце четвертом пункта 14 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 даны разъяснения о том, что по общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

При установлении обязанности руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника и наличии оснований для привлечения бывшего руководителя или участника юридического лица к субсидиарной ответственности в связи с нарушением указанной обязанности необходимо исследовать: финансовые показатели юридического лица (отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, анализ наличия денежных средств на счетах должника и ведение им финансовых операций); осуществляемую должником в спорный период хозяйственную деятельность; установить когда возникли признаки неплатежеспособности должника и, в зависимости от этого, когда руководитель должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника.

Само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника и его участников ответственности за исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Материалами дела подтверждается, что заявитель, заключив 01.12.2018 с Обществом договор оказания услуг,  до 24.12.2021 (дата обращения в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании задолженности) мер по принудительному взысканию задолженности с Общества не предпринимал.

При этом, ссылаясь на введение его в заблуждение относительно финансовой состоятельности должника, Общество принимало от третьего лица (Фирмы) оплату задолженности: 29.07.2022, 26.08.2022, 19.09.2022, 28.09.2022, 18.10.2022.

Таким образом, должник до и после образования признаков неплатежеспособности (как полагает заявитель, в 2020 году, поскольку решением Арбитражного суда города Москвы взыскана с Общества в пользу АО «ВЭБ-Лизинг» задолженность в размере 816 844,55 руб.) продолжал осуществлять хозяйственную деятельность, перманентно погашая задолженность перед кредиторами, при этом, сам заявитель платежи принимал от третьего лица, а значит, несет риски осуществления предпринимательской деятельности в виде невозможности погашения требований кредиторов.

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Доводы об отказе суда в истребовании доказатеьств, а также о необходимости истребования доказательств судом апелляционной инстанции, подлежат отклонению.

Так, по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

В данном случае Компания убедительно не обосновала невозможность погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) ответчиков, соответствующие доказательства, обладающие признаками относимости и допустимости, не представлены.

Иные доводы жалобы не являются существенными и не способны повлиять на выводы суда, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, поскольку они  соответствуют фактическим обстоятельствам дела и оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ апелляционная инстанция не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 14.12.2023 по делу №  А56-76896/2023  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

И.Н. Бармина

 Д.В. Бурденков