АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

 

«

Дело № А14-13801/2016

г. Калуга

25» октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  25 октября 2021 года.

 

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2,

ФИО3,

 

при участии в судебном заседании:

от правопреемника ООО «ЮСТ»

 

представителя ФИО4 по доверенности от 05.03.2021,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационую жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» на определение Арбитражного суда Воронежской области от 18.05.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2021 по делу № А14-13801/2016, 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЮСТ» (далее - правопреемник, 117545, г. Москва, вн.тер.г. муниципальный округ Чертаново центральное, проезд 1-й дорожный, д. 9, пом. 5, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлениями о замене общества с ограниченной ответственностью «Мастер» (далее - кредитор, 601652, Владимирская область, г. Александров, ул. Советская, 84, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в реестре требований кредиторов ФИО5 (далее - должник) на правопреемника.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 18.05.2021 (судья Гумуржи А.А.), оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2021 (судьи ФИО6, ФИО7, ФИО8), в реестре требований кредиторов должника произведена замена кредитора ООО "Мастер" на ООО "ЮСТ" в части задолженности, установленной определениями суда от 03.12.2018 и от 30.11.2018.

Не соглашаясь с указанными судебными актами, ПАО Сбербанк обратилось с кассационной жалобой, в которой просит отменить данные судебные акты, отказав в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве. В жалобе заявитель указывает, что цепочка совершенных уступок имеет мнимый характер и преследует противоправную цель ухода от налогообложения и вывода денежных средств в пользу иностранной компании в значительном размере (около 250 млн.руб.), тогда как ПАО Сбербанк, являясь государственной компанией, не может оставить без внимания факт причинения вреда интересам государства.

Определением Арбитражного суда Центрального округа от 08.09.2021 по заявлению ПАО Сбербанк приняты обеспечительные меры в виде запрета финансовому управляющему должника ФИО5 распределять из конкурсной массы должника денежные средства кредитору - ООО «ЮСТ».

В ходатайстве от 18.10.2021 ПАО Сбербанк просило отложить рассмотрение кассационной жалобы в связи с невозможностью обеспечить явку своего представителя по причине реорганизации соответствующего подразделения.

ООО «ЮСТ» в отзыве от 13.10.2021 и его представитель в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы. Также в судебном заседании представитель правопреемника отметил, что целью заключения соглашения об уступке права требования от 17.03.2021 являлось получение экономической выгоды посредством получения выплат в рамках настоящего дела о банкротстве, а также от основного заемщика и иных поручителей. При этом, представитель ООО «ЮСТ» в судебном заседании затруднился пояснить, каким образом осуществлялись переговоры с контрагентом по сделке от 13.10.2021, находящимся в другом государстве (Белиз), какую хозяйственную деятельность помимо спорной сделки ведет ООО «ЮСТ», отражена ли операция по приобретению права требования в бухгалтерской отчетности правопреемника и сдается ли такая отчетность в установленные законом сроки и порядке, каким образом ООО «ЮСТ» рассчитывало экономическую целесообразность покупки права требования и возможность погашения задолженности не только за счет ФИО5, но и основным заемщиком и иными поручителями, тогда как большая часть из данных лиц исключена из Единого государственного реестра юридических лиц.

В силу ч. 5 ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

При этом отложение судебного разбирательства в связи с заявлением стороной соответствующего ходатайства является правом суда, а не его обязанностью.

Обсудив доводы заявленного ПАО Сбербанк ходатайства, учитывая отсутствие доказательств, подтверждающих наличие объективных причин, препятствовавших реализации ПАО Сбербанк своих прав путем направления в суд любого другого своего представителя с надлежащим образом оформленными документами, подтверждающими полномочия, кассационная инстанция не усматривает оснований для отложения рассмотрения настоящей кассационной жалобы и в порядке ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив в порядке ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав пояснения представителя правопреемника, судебная коллегия полагает, что судебные акты подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области в связи со следующим.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 11.10.2016 принято к производству заявление о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 и определением от 27.07.2018 (резолютивная часть оглашена 26.07.2018) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО9

Впоследствии решением от 01.02.2019 (резолютивная часть оглашена 29.01.2019) ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО9

Определением от 23.08.2019 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО5, новым финансовым управляющим утвержден ФИО10

Также определениями суда первой инстанции от 03.12.2018 и от 30.11.2018 в реестр требований кредиторов ФИО5 включены требования ООО "Мастер".

При этом судом было установлено, что между ПАО Сбербанк (кредитор) и ООО «Ювелирный завод «АДАМАНТ» были заключены восемь кредитных договоров, обеспеченных поручительством, в том числе, ФИО5

Между ПАО Сбербанк (цедент) и ООО «СБК Уран» (цессионарий) был заключен договор об уступке прав (требований) № 24/2016 от 29.09.2016, в соответствии с которым цедент передал цессионарию права требования по неисполненным денежным обязательствам.

Впоследствии между ООО «СБК Уран» (цедент) и ООО «Глория» (цессионарий) был заключен договор об уступке прав (требований) № 49/2017 от 17.08.2017, в соответствии с которым цедент передал цессионарию права требования по неисполненным денежным обязательствам.

Также по договору об уступке прав (требований) от 20.03.2018 ООО «Глория» (цедент) передало ООО «Мастер» (цессионарий) требования к должнику, в связи с чем требования ООО «Мастер» были включены в реестр требований кредиторов ФИО5

В обоснование заявления ООО «ЮСТ» о процессуальном правопреемстве в материалы дела представлен договор об уступке от 29.12.2018, по условиям которого ООО «Мастер» (цедент) уступило Кочарян Мелада (цессионарий) права требования к ООО «Ювелирный завод «АДАМАНТ», ООО «Ювелирная сеть «АДАМАНТ» и иным лицам (в том числе к ФИО5, в общей сумме 1 415 562 099 руб. 83 коп.  Права (требования) считаются уступленными (переданными) цедентом и переходят к цессионарию в полном объеме с даты подписания указанного договора. Общая стоимость прав (требований) составляет 1 500 000 руб. Оплата стоимости прав (требований) производится цессионарием в рублях Российской Федерации не позднее трех месяцев с даты подписания указанного договора.

Также в материалы дела представлен договор об уступке прав от 27.11.2020, согласно которому Кочарян Мелада (цедент) уступила компании Exxon Consulting Group Inc. (цессионарий) права требования, в том числе к ФИО5, на сумму 1 414 431 887 руб. 84 коп. Права (требования) считаются уступленными (переданными) цедентом и переходят к цессионарию в полном объеме с даты подписания указанного договора. Общая стоимость прав (требований) составляет 27 000 долларов США. Оплата стоимости прав (требований) производится цессионарием в долларах США не позднее шести месяцев с даты подписания указанного договора.

Кроме того, в материалах дела имеется соглашение об уступке права требования от 17.03.2021, на основании которого компания Exxon Consulting Group Inc., зарегистрированная 28.05.2012 в соответствии с законодательством Белиза, (цедент) уступила ООО «ЮСТ» (цессионарий) права требования, в том числе к ФИО5, на сумму 1 414 431 887 руб. 84 коп. Стоимость уступаемых прав (требований) по данному соглашению определена сторонами в размере 4 000 000 долларов США и подлежит выплате цессионарием цеденту за принимаемые права (требования) на условиях указанного соглашения. Цессионарий оплачивает цеденту стоимость прав (требований) путем перевода на расчетный счет в срок до 31.12.2021. Во всем, что не предусмотрено условиями названного соглашения, стороны руководствуются действующим законодательством Российской Федерации.

Суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь ст. 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 384, 388, 389, 389.1, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований  о процессуальном правопреемстве.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как предусмотрено п. 6 ст. 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено данным пунктом.

Согласно ч. 1 ст. 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В силу п. 1 ст. 384, п. 1 ст. 388 и п. 2 ст. 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Суды пришли к выводу о наличии в материалах дела надлежащих доказательств перехода права требования к должнику ООО «ЮСТ», отклонив как бездоказательные доводы ПАО Сбербанк о том, что истинной целью всей последовательной цепочки цессий является уход от налогов.

Действительно, согласно п. 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», если должник не доказал, каким образом оспариваемое соглашение об уступке права (требования) нарушает его права и законные интересы, в удовлетворении заявленного им требования о признании указанного соглашения недействительным следует отказать.

Между тем, судами не было учтено следующее.

Основываясь на ст. 1 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», следует сделать вывод о том, что обеспечение эффективной работы правового механизма противодействия легализации доходов, полученных незаконным путем, является публичным интересом. В целях противодействия совершению незаконных финансовых операций с использованием механизма исполнения судебных актов необходимо оценивать при рассмотрении дел обстоятельства на предмет возможного нарушения законодательства о противодействии легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, налогового, таможенного и валютного законодательства, и при необходимости - решать вопрос о привлечении к участию в споре органы Росфинмониторинга.

Как отмечено в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, в судебной практике выявляются факты обращения в суд недобросовестных участников гражданского оборота в целях легализации доходов, полученных в результате нарушения законодательства, в том числе обращение в суд для получения исполнительных документов и вывода денежных средств за рубеж без соблюдения ограничений и правил, установленных Федеральным законом от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», валютным, налоговым и таможенным законодательством, выраженное в иных формах намерение использовать механизм принудительного исполнения судебных актов для придания правомерного вида доходам, полученным незаконным путем. Выявление подобных фактов требует реагирования со стороны судов, поскольку укрепление законности и предупреждение правонарушений является одной из задач судопроизводства (ч. 3 ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 4 ст. 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). При рассмотрении экономических споров арбитражные суды, а также суды общей юрисдикции при рассмотрении дел в порядке гражданского и административного судопроизводства, в целях достижения задач судопроизводства вправе в рамках руководства процессом по своей инициативе проверять обстоятельства, касающиеся возможного обращения участников оборота к судебному порядку разрешения споров в целях легализации доходов, полученных с нарушением законодательства, и учитывать данные обстоятельства при разрешении отдельных процессуальных вопросов (процессуальное правопреемство, изменение порядка и способа исполнения судебного акта и т.п.), при рассмотрении дел по существу. Суды вправе привлекать к участию в деле государственные органы, если обстоятельства дела свидетельствуют о наличии признаков легализации доходов, полученных незаконным путем.

Также, согласно разъяснениям, данным в п. 9 названного обзора, обход участниками гражданского оборота положений законодательства в противоправных целях, связанных с совершением незаконных финансовых операций, может являться основанием для вывода о недействительности сделки и отказа в удовлетворении требований, предъявленных в суд в этих целях. При этом, реальность обязательств по сделке не исключает право суда отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством и т.п.

ПАО Сбербанк в обоснование своих доводов указывало, что цепочка совершенных уступок имеет мнимый характер и преследует противоправную цель ухода от налогообложения и вывода денежных средств в пользу иностранной компании в значительном размере (около 250 млн.руб.). Также ПАО Сбербанк обращало внимание на то, что в январе 2021 года состоялся судебный акт о взыскании в пользу должника более 300 млн.руб., а 01.02.2021 в Арбитражный суд Воронежской области в рамках настоящего дела поступило заявление гражданки ФИО11 на основании договора, датированного 29.01.2018. В то же время она не обратилась с подобным заявлением в деле о банкротстве основного должника - ООО «Ювелирный завод «АДАМАНТ». После поступления заявления о процессуальном правопреемстве от ООО «ЮСТ» Кочарян Мелада отказалась от своего требования о процессуальном правопреемстве. Также ПАО Сбербанк указывало на то, что в период с момента заключения договора уступки от 29.01.2018 между ООО «Мастер» и Кочарян Меладой в процедуре банкротства ФИО5 кредиторами неоднократно решались существенные вопросы, в том числе с участием мажоритарного кредитора ООО «Мастер», который не извещал о состоявшейся более трех лет назад уступке. Доказательств оплаты уступаемых прав в материалы дела не представлено.

Помимо изложенного, судебная коллегия считает необходимым отметить, что ООО «ЮСТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.03.2021, то есть за несколько дней до заключения договора уступки от 17.03.2021, (участник и директор - гражданин Армении ФИО12), основной вид деятельности - деятельность в области права.

В судебном заседании кассационной инстанции представитель ООО «ЮСТ» на вопросы суда затруднился пояснить, каким образом за несколько дней после создания правопреемника был найден контрагент по сделке от 17.03.2021, находящийся в другом государстве (Белиз), какую хозяйственную деятельность помимо спорной сделки ведет ООО «ЮСТ», отражена ли операция по приобретению права требования в бухгалтерской отчетности правопреемника и сдается ли такая отчетность в установленные законом сроки и порядке, каким образом ООО «ЮСТ» рассчитывало экономическую целесообразность покупки права требования и возможность погашения задолженности не только за счет ФИО5, но и основным заемщиком и иными поручителями, тогда как большая часть из данных лиц исключена из Единого государственного реестра юридических лиц.

При этом, из сведений, размещенных в информационной системе «Картотека арбитражных дел», следует, что процедуры конкурсного производства завершены в отношении основного должника и поручителей - юридических лиц (ООО «Ювелирный завод «АДАМАНТ» - 17.02.2021, ООО «Аурум» - 27.04.2018, ООО «Ювелирная сеть «АДАМАНТ» - 17.03.2020, ООО «Ювелирная сбытовая компания» - 14.09.2018, ООО «Дольче Вита» - 10.04.2018). В отношении поручителей ФИО13 и ФИО14 также возбуждались дела о несостоятельности (банкротстве) в 2016 году, но были прекращены.

На сайте Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности отсутствуют сведения о предоставлении отчетности ООО «ЮСТ».

Все вышеизложенные обстоятельства не были учтены судами первой и апелляционной инстанций, в том числе применительно к положениям Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и разъяснениям, данным в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020.

Принимая во внимание вышесказанное, обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, устранить указанные нарушения, дать оценку доводам ПАО Сбербанк, рассмотреть вопрос о возможности привлечения к участию в обособленном споре органы Росфинмониторинга и, при необходимости, другие государственный органы согласно п. 1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, после чего разрешить спор в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, а также учитывая публичные интересы и задачи судопроизводства об укреплении законности и предупреждении правонарушений.

Руководствуясь статьями 284, 286, пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Воронежской области от 18.05.2021 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2021 по делу № А14-13801/2016 отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Воронежской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

ФИО1

 

Судьи

ФИО2

 

ФИО3