ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

01.06.2021

Дело № А40-214068/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 26.05.2021 

Полный текст постановления изготовлен  01.06.2021

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи ФИО1,

судей: Михайловой Л.В., Зверевой Е.А.,

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего ОАО «НПО «Промавтоматика» - ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 11 января 2021 года;

от ФИО4 – ФИО5, по доверенности от 18 сентября 2019 года;

рассмотрев 26.05.2021 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ОАО «НПО «Промавтоматика» - ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29 сентября 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 января 2021 года

по заявлению ОАО «НПО «Промавтоматика» в лице конкурсного управляющего ФИО6 о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «ВО Машэкспорт»,

УСТАНОВИЛ:

открытое акционерное общество «Научно-производственное объединение «Промавтоматика» (ОАО "НПО "Промавтоматика") в лице конкурсного управляющего ФИО6 обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО "ВО Машэкспорт".

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30 октября 2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО7.

Протокольным определением судом отклонены ходатайства ООО "АТ-система" и АО "АтлантикТрансгазСистема" о присоединении к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29 сентября 2020 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 января 2021 года, в удовлетворении заявления ОАО "НПО "Промавтоматика" о привлечении ФИО4, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО "ВО Машэкспорт" отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий кредитора обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просил определение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий ОАО «НПО «Промавтоматика» в обоснование заявленных требований указал, что   определением Арбитражного суда города Москвы от 15 марта 2017 года по делу № А40-205014/16-177-197 в отношении ЗАО "ВО Машэкспорт" введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22 ноября 2017 года ЗАО "ВО Машэкспорт" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21 марта 2018 года прекращено производство по делу № А40-205014/16-177-197 о признании несостоятельным (банкротом) ЗАО "ВО Машэкспорт" ввиду отсутствия у должника денежных средств, достаточных для покрытия расходов, связанных с делом о банкротстве.

Между тем, как указал заявитель, в период с 07 октября 2005 года по 04 мая 2017 года ФИО4 являлся генеральным директором должника, при этом единственным акционером общества являлось ООО "МРКС-Русь", участниками которого являлись ООО "НК-Комплект" с долей 5% уставного капитала и ФИО7 с долей 95% уставного капитала.

Как указал заявитель, ответчики не исполнили предусмотренную ст. 126 Закона о банкротстве обязанность по передаче документов общества арбитражному управляющему, при этом в результате совершения ответчиками сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2. и 61.3. Закона о банкротстве, наступило банкротство ЗАО "ВО Машэкспорт".

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что обязанность по предоставлению документов временному управляющему была в полной мере исполнена должником, при этом согласно материалам прокурорской проверки конкурсный управляющий Сидор П.Л. приезжал к должнику 06.09.2019 г. и ему было предложено забрать документы по акту приема-передачи, однако Сидор П.Л. отказался от подписания акта и получения документов, тогда как во время проведения прокурорской проверки (ноябрь 2017 г.) коробки с документами находились по юридическому адресу должника.

Также суды указали, что доказательств, свидетельствующих о том, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедуры банкротства ЗАО "ВО Машэкспорт", кредитором не представлено.

Что касается сделок должника, то суды пришли к выводу, что ни одна из указанных заявителем сделок не соответствует критерию значимости для ЗАО "ВО Машэкспорт" (не является крупной) и не является убыточной, при этом материалами дела не подтверждается, что указанные сделки являются сделками, совершенными должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Заявитель, оспаривая принятые судебные акты, сослался на то, что суды  ошибочно рассмотрели заявление истца, как поданное в рамках дела о банкротстве, в связи с чем необоснованно вместо решения вынесли определение, а также неправомерно отказали иным кредиторам должника в присоединении к поданному заявлению.

Также заявитель кассационной жалобы сослался на то, что суды, делая вывод о передаче временному управляющему документации должника, не учли, что в почтовом отправлении весом 600 г не могла содержаться вся документация общества, при этом материалы прокурорской проверки, на которую сослался суд, в материалы дела не представлены, как и акт приема-передачи документов.

Как указал заявитель, вышеуказанное обстоятельство воспрепятствовало формированию конкурсной массы с целью расчетов с кредиторами.

Кроме того, заявитель полагает, что обязанность доказывания отсутствия убыточности сделок, совершенных должником, возложена ст. 61.11. Закона о банкротстве на ответчиков, в связи с чем судами было неправильно распределено бремя доказывания при рассмотрении вопроса о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Представитель заявителя  в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО4 возражал по доводам кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, явившихся в заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом N 266-ФЗ от 29.07.2017 "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу, Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона N 266-ФЗ от 29.07.2017 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности, изложенных в постановлениях от 22.04.2014 г. N 12-П и от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Федеральным законом от 29.07.2017 г. N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

По смыслу п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 г. N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 г. N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

В данном случае основания привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение сделок, приведших к банкротству общества, определялись статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона о банкротстве N 134-ФЗ, основания для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документов - статьей 61.12 Закона о банкротстве в редакции N 266-ФЗ.

Судами установлено, что ФИО4 являлся генеральным директором должника в период с 07 октября 2005 года по 04 мая 2017 года, при этом единственным акционером должника являлось ООО "МРКС-Русь" (ОГРН 

<

***>), участниками которого являлись ООО "НК-Комплект" (ОГРН 

<

***>) с долей 5% уставного капитала и ФИО7 с долей 95% уставного капитала.

Положениями пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Обязанность по передаче арбитражному управляющему документации императивно установлена пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве, абзацем вторым пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве и не зависит от того, истребовалась ли у контролирующих лиц документация в судебном порядке.

В соответствии с пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Как указали суды, на основании определения Арбитражного суда города Москвы от 15 марта 2019 года по делу № А40-205014/16-177-197 о банкротстве должника руководителю должника необходимо было исполнить требования п. п. 3.2, 4 ст. 64 и п. 3 ст. 68 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в том числе в срок не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего предоставить временному управляющему ФИО8 перечень имущества и имущественных прав должника, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Управляющим директором ФИО7 в адрес Арбитражного управляющего ФИО8 по электронной почте 20 апреля 2017 года были направлены копии документов согласно списку, запрошенному ФИО8, о чем свидетельствует электронная переписка.

17 июля 2017 года был сформирован полный пакет документов, который с сопроводительным письмом отправлен почтой ФИО8 и получен последним.

Также, как установили суды,  документы направлялись 15 мая 2017 года и 28 июня 2017 года и были получены временным управляющим общества, при этом на основании указанных документов временным управляющим ФИО8 25 августа 2017 года было проведено общее собрание кредиторов. 

Суды установили, что на собрании кредиторов, которое проводилось 25.08.2017 г. по адресу места нахождения должника - 

<

...>, Управляющим директором ФИО7 были представлены все документы, связанные с деятельностью должника, в оригиналах, упакованные в коробки, при этом арбитражному управляющему было предложено их забрать, однако ФИО8 от данного предложения отказался. 

19.09.2017 г. временный управляющий ФИО8 обратился в Черемушкинскую межрайонную прокуратуру г. Москвы с заявлением о привлечении генерального директора ФИО4 к административной ответственности по ст. 14.13 КоАП РФ в связи с фактом уклонения от передачи документов. 

На основании указанного заявления Черемушкинской межрайонной прокуратурой было возбуждено надзорное производство N 2221ж-2017 и проведена прокурорская проверка, по результатам которой было установлено, что должником был направлен полный заверенный пакет документов заявителю жалобы, вследствие чего ФИО8 (Определение от 09.11.2017 г.) было отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием события административного правонарушения.

Вопреки доводам жалобы, суд ссылался не на материалы прокурорской проверки, а на представленное в материалы дела Определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 09 ноября 2017 года, в котором данные обстоятельства установлены.

При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о том, что обязанность по передаче документов, запрошенных ФИО8, была исполнена руководителем должника в полном объеме, при этом  суды отметили, что доказательств, свидетельствующих о том, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедуры банкротства ЗАО "ВО Машэкспорт", кредитором не представлено.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в названной редакции), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего федерального закона.

В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, приведенными в пункте 23 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление от 21.12.2017 N 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В данном случае кредитор, перечислив в своем заявлении сделки общества, совершенные в период с 2013 года по 05 июня 2017 года, не указал, в связи с чем он пришел к выводу, что данные сделки привели к банкротству должника и являются для него существенно убыточными, а также не привел оснований недействительности сделок по основаниям ст.ст. 61.2. и 61.3. Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах суд округа полагает, что суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение сделок, приведших к банкротству общества.

Ошибочное вынесение судом вместо решения определения не привело к принятию неправильных судебных актов, в связи с чем не может служить основанием для их отмены.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, тогда как переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суды при разрешении спора выяснили все обстоятельства, имеющие значение для дела, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, нормы материального права применены верно, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29 сентября 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 января 2021 года по делу № А40-214068/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяС.А. Закутская 

Судьи:Л.В. Михайлова

Е.А. Зверева