﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-8332/2018-АК

г. Пермь

03 августа 2020 года

Дело № А60-72414/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 августа 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Даниловой И.П., Зарифуллиной Л.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Мальцевой Н.А., 

при участии:

конкурсного управляющего должника Михалевой Е.А.,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы заинтересованного лица Суханова Сергея Викторовича и конкурсного управляющего Михалевой Елены Александровны

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 11 марта 2020 года 

о частичном удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности: взыскании с Суханова Сергея Викторовича в пользу должника убытков в размере 13 052 307 руб. 52 коп.,

вынесенное судьей Баум А.М. в рамках дела № А60-72414/2017

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Актив» (далее – ООО «Бизнес Актив», должник)  (ИНН 6674324651, ОГРН 1096674002501),

установил:

27.12.2017 общество с ограниченной ответственностью «Лайт Хаус» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании ООО «Бизнес Актив» несостоятельным (банкротом), которое определением от 09.01.2018 принято к производству к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.05.2018 указанное заявление признано обоснованным, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим должника утверждена Михалева Елена Александровна, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсант» № 80 от 12.05.2018.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.11.2018 прекращена процедура наблюдения в отношении должника. ООО «Бизнес Актив» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена Михалева Е.А. 

28.08.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица – Суханова С.В. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.03.2020 (резолютивная часть определения объявлена 03.03.2020) указанное заявление удовлетворено частично, с Суханова С.В. в пользу должника взысканы убытки в размере 13 052 307 руб. 52 коп.

Не согласившись с указанным судебным актом, Суханов С.В. и конкурсный управляющий обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда отменить. 

Суханов С.В. считает, что суд самостоятельно и произвольно поменял предмет доказывания и требования заявителя, тем самым нарушил его права на защиту и без заявленного заявителем материально-правового требования о взыскании с меня убытков вынес решение об их взыскании, при этом полностью оправдав меня по п. 2 и п. 4 ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и отказав в привлечении к субсидиарной ответственности.

Как считает Суханов С.В., конкурсному управляющему ООО «Бизнес Актив» удалось ввести суд первой инстанции в заблуждение, в результате судом был сделан в корне неверный и ошибочный вывод о причинении убытка вышеприведённой сделкой в размере 12 063 197,52 руб. Сумму в размере 12 063 197,52 руб. ООО «Бизнес Актив» выплатило ООО «Металл- Трейд» по договору уступки права требования между ООО «Бизнес Актив» и ООО «Металл- Трейд» от 06.05.2009. Данным договором уступались права требования к ООО «Лайт Хаус» по договору займа № 0109 от 01.09.2008 на сумму 13 403 552, 80 рублей. Впоследствии ООО «Лайт Хаус» полностью рассчиталось с ООО «Бизнес Актив», выплатив 13 403 552, 80 рублей несколькими платежами, которые общество использовало в своей обычной хозяйственной деятельности. Данный факт не оспаривается и приводится самим конкурсным управляющим. Таким образом, на момент закрытия сделка для ООО «Бизнес Актив» была не убыточной, а прибыльной. И в прошлом и в настоящем времени ООО «Бизнес Актив» не получал убытка от данной сделки. И только через четыре года в процессе процедуры банкротства ООО «Лайт Хаус» оспорил договор займа № 0109 от 01.09.2008 и платежи по нему в адрес ООО «Бизнес Актив» и взыскал в свою пользу 13 403 552, 80 рублей долга и 5 605 536, 12 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами и стал кредитором ООО «Бизнес Актив». Однако, ни эту сумму ни каких либо других выплат по оспоренной сделке по настоящий момент ООО «Бизнес Актив» не выплачивал в ООО «Лайт Хаус». В соответствии с вышесказанным, по мнению заявителя апелляционной жалобы, никоим образом нельзя считать сумму 12 063 197,52 руб. убытком для ООО «Бизнес Актив».

Конкурсный управляющий должника в своей апелляционной жалобе, обжалуя судебный акт в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности, считает, что выводы суда о недоказанности факта возникновения у Суханова С.В. обязанности по обращению с заявлением должника в арбитражный суд противоречат представленным в материалы дела доказательствам. Так, ссылаясь на наличие признаков платежеспособности ООО «Бизнес Актив» по состоянию на 31.12.2014, конкурсный управляющий Михалева Е.А. ссылается на представленный анализ финансового состояния должника, согласно которому по состоянию на 31.12.2014 ООО «Бизнес Актив» уже являлось неплатежеспособным обществом с неудовлетворительной структурой баланса.

С  точки зрения управляющего, выводы суда об отсутствии связи между банкротством должника и признанной судом убыточностью совершенных Сухановым С.В. сделок, противоречат установленным самим же судом обстоятельствам. Как считает заявитель апелляционной жалобы, в материалы дела было представлено достаточно доказательств, что в результате совершения указанных сделок должник оказался не способным осуществлять хозяйственную деятельность и рассчитываться с кредиторами. Так, в заключении о наличии оснований для оспаривания сделок должника временным управляющим Михалевой Е.А. проведен детальный анализ сделок должника, в т.ч. указанных в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, в результате которого было установлено, что Суханов С.В. в нарушение предусмотренной законом обязанности действовать в интересах представляемого им общества добросовестно и разумно, совершил убыточные для ООО «Бизнес Актив» сделки, явившиеся причиной банкротства должника. Из сопоставления размера реестра требований кредиторов ООО «Бизнес Актив», подтвержденных судом в размере 45 799 430,84 руб. и суммой убытков, причиненных сделками (более 13 млн. рублей только по подтвержденным судом убыточным сделкам, а также негативных последствий, которое вынуждено понесло ООО «Бизнес Актив» (в частности по уплате штрафных санкций и обязательств из неосновательного обогащения по признанным ничтожными сделкам более 22 млн. рублей) следует, что совершенные Сухановым С.В. убыточные сделки стали очевидной причиной доведения должника до несостоятельности (банкротства).

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2020 указанные апелляционные жалобы приняты к производству суда, судебное разбирательство по делу назначено на 26.05.2020.

Определениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020 и от 02.06.2020 судебное разбирательство по настоящему делу отложено на 25.06.2020. Конкурсному управляющему Михалевой Елене Александровне предложено представить апелляционному суду подробный финансовый анализ сделок, указанных в заявлении конкурсного управляющего, во взаимосвязи с причинами банкротства должника, обосновав каждый его пункт ссылками на конкретные подтверждающие документы.

В арбитражный суд 22.06.2020 поступили письменные объяснения конкурсного управляющего, фактически дублирующую письменную позицию по заявленным требованиям, сформированную конкурсным управляющим в суде первой инстанции. 

От заинтересованного лица Суханова С.В. поступило возражение против приобщения дополнительных документов, содержащее, по сути, ходатайство о предоставлении времени для ознакомления с финансовым анализом и представления отзыва.

Указанное ходатайство заинтересованного лица в порядке статьи 159 АПК РФ рассмотрено и удовлетворено, в связи с чем определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2020 судебное заседание отложено на 29 июля 2020 года. 

27 июля 2020 года от Суханова С.В. поступили дополнения к апелляционной жалобе с приложением бухгалтерской и финансовой отчетности ООО «Бизнес-Актив» с 2009 по 2014 год, которые приобщены к материалам дела. 

В судебном заседании 29.07.2020 конкурсный управляющий должника апелляционную жалобу поддержала, в удовлетворении апелляционной жалобы Суханова С.В. просит отказать. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов настоящего обособленного спора, ссылаясь на то, что бывшим директором Сухановым С.В. не исполнена обязанность по подаче заявления в суд о признании должника ООО «Бизнес Актив» несостоятельным (банкротом) (п. 2 ст. 10  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002), конкурсный управляющий обратился с требованием о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Бизнес Актив».

В заявлении конкурсный управляющий указывает, что, действуя добросовестно, генеральный директор должника - Суханов С.В. должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением не позднее 01.02.2015.

Также управляющий считает, что несостоятельность (банкротство) должника наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц (абз. 1 п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002). 

Согласно п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ от 26.10.2002 (в ред. Федерального закона № 73-ФЗ от 28.04.2009), именуемого далее также Закон о банкротстве, контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений, изложенных в пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Как указано в п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке (подп. 1); после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (подп. 4); знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (подп. 5).

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками согласно п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для привлечения виновного лица к ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать совокупность следующих условий: наличие и размер убытков, противоправность поведения лица, причинную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками, вину причинителя вреда.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятия вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 61.10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

 в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

 в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.Сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ Суханов С.В. осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа ООО «Бизнес Актив» с 11.02.2009 до даты введения процедуры конкурсного производства.

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В соответствии с частью 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Положения п.1 п. 2 п.3 ст. 61.12. Закона о банкротстве устанавливают, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с п. 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно п. 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (абз. 33, 34 ст. 2 Закона о банкротстве).

Как указывает конкурсный управляющий, по состоянию на 31.12.2014 ООО «Бизнес Актив» является неплатежеспособным обществом с неудовлетворительной структурой баланса. Заявитель считает, что руководитель ООО «Бизнес Актив» Суханов С.В. должен был обратиться с заявлением о несостоятельности (банкротстве) не позднее 01.02.2015, но не исполнил свою обязанность.

Обращаясь с требованием о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по п. 2 статьи 10 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий должен доказать как момент возникновения обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), так и размер обязательств, возникших после истечения определенного заявителем срока, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов. В противном случае основания для привлечения к субсидиарной ответственности отсутствуют.

Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Конкурсный управляющий считает, что по состоянию на 31.12.2014 ООО «Бизнес Актив» является неплатежеспособным обществом с неудовлетворительной структурой баланса.

Оценивая и отклоняя по результатам этой оценки данный довод конкурсного управляющего, арбитражный суд первой инстанции правильно исходил из следующего. 

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П, нормальное финансовое состояние общества предполагает, что его чистые активы, стоимость которых представляет собой разницу между балансовой стоимостью активов (имущества) и размером обязательств данного общества, с течением времени растут по сравнению с первоначально вложенными в уставный капитал средствами. Уменьшение стоимости чистых активов без тенденции их увеличения свидетельствует о неудовлетворительном управлении делами общества. Если же стоимость чистых активов принимает отрицательное значение, это означает, что средств, полученных от продажи имущества общества, может не хватить для того, чтобы расплатиться со всеми кредиторами. Из этого следует, что формально-нормативные показатели, с которыми законодатель связывает необходимость ликвидации общества, должны объективно отображать наступление критического для такого общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Вместе с тем сведения, содержащиеся в бухгалтерском балансе, равно как и само по себе наличие кредиторской задолженности у должника, не могут служить достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника и формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером его активов не является свидетельством невозможности для должника исполнить свои обязательства перед кредиторами и, соответственно, не порождает у руководителя должника обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Проанализировав финансовое состояние должника в соответствующий период, а также принимая во внимание приведенные доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что, несмотря на наличие задолженности, активов должника, в том числе наличие дебиторской задолженности, было достаточно для погашения всех его обязательств.

Суд первой инстанции верно отметил, что доказательств, свидетельствующих о критическом финансовом положении должника, не представлено (ст. 9, 65 АПК РФ). Задолженность по обязательным платежам у должника в спорный период отсутствовала.

Повторно исследовав все собранные в обособленном споре доказательства с учетом доводов апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции полностью поддерживает вывод суда первой инстанции о недоказанности перехода должника в состояние неплатежеспособности или недостаточности имущества по состоянию на 01.02.2015. Факт наличия у должника задолженности перед кредиторами в	рассматриваемом случае не свидетельствует о наличии у руководителя предприятия обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

Как следует из заявлений конкурсного управляющего и письменной позиции, изложенной в суде апелляционной инстанции, формируя вывод о том, что по состоянию на 31.12.2014 ООО «Бизнес Актив» является неплатежеспособным обществом с неудовлетворительной структурой баланса, конкурный управляющий основывается на Методических положениях по оценке финансового состояния предприятий и установлению неудовлетворительной структуры баланса, утвержденного Распоряжением ФУДН при Госкомимуществе РФ от 12.08.1994 № 31-р. Между тем данный документ утратил силу в связи с изданием Постановления Правительства РФ от 15.04.2003 № 218 и Указа Президента РФ от 02.02.2005 № 116, признавших Постановление Правительства РФ от 20.05.1994 № 498 и Указ Президента РФ от 02.06.1994 № 1114 утратившими силу. Таким образом, ни на момент предполагаемой конкурсной управляющей даты возникновения признаков неплатежеспособности должника, ни на момент рассмотрения настоящего спора данные Методические положения не применялись, в связи с чем вывод о неудовлетворительной структуре баланса предприятия, сделанный на их основании, не может быть признан арбитражным судом обоснованным. 

Кроме того, при убыточной деятельности должника показатели обеспеченности собственными оборотными средствами и текущей ликвидности не может рассматриваться в данном случае как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение этим показателем отрицательных значений само по себе не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о его банкротстве. Факт ухудшения финансового состояния не отнесен Законом о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Разрешая вопрос о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника и принимать во внимание, какие действия, как добросовестный менеджер, совершал руководитель должника, чтобы выйти из этой ситуации.

Из материалов дела следует, что совокупные активы должника по состоянию на 31.12.2014 составляли 589539 тыс.рублей, чистая прибыль 13-22 тыс.руб., что больше по сравнению с показателями 2013 года (827 тыс.руб.).   Чистая прибыль общества согласно балансу на 01.01.2015 составила 15622 тыс.руб., доход 30665 тыс.руб. На протяжении 2014-2017 г.г. все налоги и обязательные платежи должником уплачивались, удовлетворение требований одних кредиторов не препятствовало удовлетворению требований других кредиторов. При этом каких-либо доказательств, что уплата задолженности перед контрагентами в указанном конкурсном управляющем размере или обращение взыскания на имущество должника по указанным управляющим сделкам осложнило бы хозяйственную деятельность предприятия, в материалы дела не представлено. 

При этом сам Суханов С.В., как следует из его отзыва в суде первой инстанции,  банкротство должника связывает с последовательным желанием ООО «Лайт Хаус» довести ООО «Бизнес Актив», ссылаясь на материалы дела А60-6391/2018 с участием ООО «Лайт Хаус», в рамках которого ООО «Бизнес Актив» просило снять арест только с одного объекта — цеха №1 общей площадью 12414 кв.м, для того, чтобы расплатиться с ООО «Лайт Хаус». На цех был реальный покупатель, готовый уплатить цену значительно превышающую сумму задолженности при условии снятия препятствий к сделке. Суханов С.В. поясняет, что им одновременно велись переговоры с главным (основным) кредитором ООО «Лайт Хаус» о погашении долга. Учитывая что под арестом оставалось всё остальное недвижимое имущество ООО «Бизнес Актив», ООО «Лайт Хаус» ничем не рисковало и не ущемляло права своего кредитора. Однако, в конечном итоге, как видно из материалов дела А60-6391/2018, ООО «Лайт Хаус» отказалось от каких-либо сделок по урегулированию долга. 

Суханов С.В. также пояснял, что он с момента установления требований ООО «Лайт Хаус» к ООО «Бизнес Актив» как генеральный директор вёл переговоры как с кредитором (ООО «Лайт Хаус» и его главным кредитором) так и с учредителем (Окассио Капитал Лтд.) на предмет помощи предприятию и погашению долга из средств учредителя. Со стороны кредитора ООО «Лайт Хаус» было предложение оплатить деньгами 13 млн. руб. за весь долг (17,9 млн. руб. сумма с процентами по решению суда). Сразу после того как Окассио Кэпитал Лтд. согласился на оплату 13 млн. ООО «Лайт Хаус» и его главный кредитор отказались от данных предложений и потребовали оплатить всю сумму долга денежными средствами. Окассио Кэпитал Лтд. не нашёл возможности оплаты полной суммы. Суханов С.В. поясняет, что неоднократно обращался к банкам и инвестиционным компаниям с просьбой выкупа долга в обмен на недвижимое имущество, принадлежащее ООО «Бизнес Актив», которое возможно в дальнейшем реализовать, однако во всех случаях было требование личного поручительства учредителя ООО «Бизнес Актив» своим имуществом, чего Окассио Кэпитал Лтд. предоставить не мог.

В связи с этим Суханов С.В. считает, что введение конкурсного производства произошло по независящим от него как от генерального директора причинам, на которые он не мог повлиять и/или предвидеть.

При указанных обстоятельствах, нельзя признать очевидной обязанность руководителя должника по обращению в суд с заявлением в 2015 году, с учетом того, что руководителем должника принимались активные меры по работе с кредиторской задолженностью, предприятие работало с прибылью и не допускалось возникновения признаков неплатежеспобности.

Более того, как следует из материалов дела, спецификой деятельности ООО «Бизнес Актив» является его встроенность в группу компаний, включающей в том числе ОАО «ИК «Макси», ОАО «Металлургический холдинг» (дело № А60-39951/2014), в котором обществу «Бизнес Актив» изначально отводилась функция владельца и арендодателя недвижимого имущества. При этом оснований считать, что действия Суханова С.В., начавшего исполнять с 11.02.2009 функции руководителя ООО «Бизнес Актив» и взявшего на себя ответственность на деятельность общества именно с таким его положением в составе данной группы, каким-либо образом отклонили общество от его обычной и нормальной хозяйственной деятельности, привели к негативным последствиям для данного общества, конкурсным управляющим не представлено.    

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) (пункт 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). 

В данном случае, доказательств, подтверждающих наступление объективного банкротства должника, связанных с противоправными действиями руководителя должника, в материалы дела не представлено.

При указанных обстоятельствах, суд правомерно установил отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указанного лица за неисполнение ими обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве, поскольку не представлены доказательства о неразумном, недобросовестном поведении данного лица.

Выводы суда первой инстанции в указанной части основаны на фактически установленных обстоятельствах.

С учетом изложенного требование конкурсного управляющего, исходя из сформулированных им самим оснований и предмета заявления, не подлежало удовлетворению.

Таким образом, в части привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным банкротом судом первой инстанции отказано обоснованно в связи с недоказанностью факта возникновения у Суханова С.В. обязанности по обращению с заявлением должника в арбитражный суд не позднее 01.02.2015.

Помимо этого, в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылается на совершение Сухановым С.В. действий, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов. Указанные действия связаны с недобросовестными действиями Суханова С.В., в том числе по совершению сделок, признанных недействительными.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий ООО «ПромТранс» обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества № 1303 от 13.03.2009, заключенного между ООО «ПромТранс» и ООО «Бизнес-Актив» и применении последствий недействительности в виде восстановления права собственности ООО «ПромТранс» на часть отчужденных объектов недвижимого имущества и взыскания с ООО «Бизнес Актив» в конкурсную массу ООО «ПромТранс» денежных средства» от реализации третьему лицу (ИП Юдин С.А.) части недвижимого имущества, полученного по договору от 01.07.2016 б/н.

По результатам рассмотрения обособленного спора № А70-3013/2016 суд вынес решение, согласно которому удовлетворены требования в полном объёме, в том числе взысканы с ООО «Бизнес Актив» в конкурсную массу ООО «ПромТранс» денежные средства в размере 3 689 000,00 руб. Указанная сумма получена, исходя из рыночной стоимости, определённой экспертом объектов недвижимости, отчужденных ООО Бизнес Актив» Юдину С.А. по договору купли-продажи б/н от 01.07.2016 (541 000,00 руб. + 3 148 000,00 руб. = 3 689 000,00 руб.).

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2019 по делу № А70-3013/2016 определение Арбитражного суда Тюменской области от 22.10.2018 делу № А70-3013/2016 оставлено без изменения.

Судами установлено, что имущество реализовано по цене 1 950 000,00 (земельный участок), 749 890,00 руб. (здание), тогда как рыночная стоимость имущества составила 3 689 000,00 руб.

Действиями руководителя ООО «Бизнес Актив» Суханова С.В. причинены убытки в размере 989 110,00 руб. (разница между рыночной и реализованной стоимостью имущества).

Следовательно, в результате совершения этой сделки (договор купли - продажи недвижимости б/н от 01.07.2016) убыток составил 989 110,00 руб.

Кроме того, в связи с неисполнением вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Свердловской области от 17.02.2016 по делу № А60-44270/2013, которым признаны недействительными сделки ООО «Лайт Хаус», совершенные с заинтересованным по отношению к нему лицом - ООО «Бизнес Актив»: договор займа № 0109 от 01.09.2008, договор уступки права требования от 06.05.2009 и расчетные операции со ссылкой на них:

- платёж от 14.04.2010 на сумму 8 540 000 руб. на основании платежного поручения № 169 с расчётного счёта ООО «Лайт Хаус» № 40702810163010000547 в ОАО «УБРиР» на расчётный счёт ООО «Бизнес Актив» № 40702810763010052649 в ОАО «УБРиР» с назначением платежа «Оплата по договору уступки права требования от 06 мая 2009 г. НДС не облагается»;

- платёж от 14.04.2010 на сумму 540 000 руб. на основании платежного поручения №	170 с расчётного счёта ООО «Лайт Хаус» № 40702810163010000547 в ОАО «УБРиР» на расчётный счёт ООО «Бизнес Актив» № 40702810763010052649 в ОАО «УБРиР» с назначением платежа «Оплата по договору уступки права требования от 06 мая 2009 г. НДС не облагается»;

- платёж от 02.04.2012 на сумму 4 323 552, 80 руб. на основании платежного поручения № 45 с расчётного счёта ООО «Лайт Хаус» № 40702810163010000547 в ОАО «УБРиР» на расчётный счёт ООО «Бизнес Актив» № 40702810763010052649 в ОАО «УБРиР» с назначением платежа «Оплата по договору займа 0109 от 01.09.2008, по договору уступки права требования от 6 мая 2009 г. НДС не облагается.

Указанным определением суда применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Бизнес Актив» в пользу ООО «Лайт Хаус» 13 403 552, 80 рублей долга и 5 605 536, 12 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами с продолжением их начисления по дату фактической уплаты данной задолженности.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 21.09.2016 г. и определением Верховного суда от 10.01.2017 по делу № А60-44270/2013 постановление суда апелляционной инстанции от 22.06.2016 оставлено без изменения.

Таким образом, преюдициальными для ООО «Бизнес Актив» судебными актами подтвержден факт ничтожности договора цессии между ООО «Бизнес Актив» и ООО «Металл-Трейд» от 06.05.2009.

Принимая во внимание вступившие в силу судебные акты, указанный договор уступки права требования является убыточным для ООО «Бизнес Актив», поскольку высоколиквидное имущество -12 063 197,52 руб. заменено на несуществующие права требования к ООО «Лайт Хаус».

Установленные обстоятельства свидетельствуют о противоправном поведении Суханова С.В., как генерального директора ООО «Бизнес Актив», во вред имущественным интересам ООО «Бизнес Актив», поскольку противоречит интересам данного общества как коммерческой организации.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в результате совершения перечисленных сделок (действий) существенные активы ООО «Бизнес Актив» безвозвратно выбыли по воле и в интересах Суханова С.В.

Ссылка конкурсного управляющего на иные сделки обоснованно не принята судом, поскольку конкурсным управляющим не доказано, какие конкретно действия Суханова С.В. привели к банкротству должника (ст. 9, 65 АПК РФ). Воля или вина Суханова С.В. в совершении иных сделок также не доказана.

При этом согласно пункту 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Принимая во внимание вышеизложенное, анализируя основания для привлечения лиц, контролирующих должника, к субсидиарной ответственности суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что в результате совершения сделок (договор от 06.05.2009, от 01.07.2016) должнику причинены убытки, но из материалов дела не следует, что в результате их совершения у общества возникли убытки в таком размере, что оно стало отвечать признаку несостоятельности, при том, что обращение кредитора с заявлением о несостоятельности общества имело место после совершения указанных сделок, а до указанного момента общество продолжало осуществлять хозяйственную деятельность.

Из разъяснений, изложенных в п. 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", следует, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Из п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).

По смыслу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (и ныне действующего подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают и не является безусловным основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Фактически заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении контролирующего деятельность должника лица к субсидиарной ответственности, являются требованиями о взыскании причиненных убытков в результате неправомерных действий (бездействия) должника.

Правовую квалификацию заявленным требованиям дает суд, рассматривающий спор.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, под действиями (бездействием)	контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Это может быть опровергнуто лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности.

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества.

В то же время в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу (пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления № 62 разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (подпункт 2 пункта 3 постановления).

В том числе руководитель несет ответственность по возмещению причиненных обществу убытков в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом (пункт 5 постановления № 62).

Взыскание убытков с единоличного исполнительного органа зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, т.е. проявлял ли он заботливость и осмотрительность, и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

В связи с изложенным, в предмет доказывания по настоящему делу, входит установление наличия у ответчика статуса единоличного исполнительного органа; недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно - следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Бремя доказывания данных обстоятельств лежит на лице, обратившемся с заявлением о привлечении к ответственности, а отсутствие вины в силу положений пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к ответственности.

Для разрешения настоящего спора, имеет значение, явились ли совершенные ответчиком от имени должника сделки причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности) или же такового влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае с ответчика подлежат взысканию убытки).

Как верно установлено судом первой инстанции и усматривается из материалов дела, финансовое состояние должника, условия заключения договоров и последующее признание их недействительными, свидетельствуют о том, что по вине Суханова С.В. произошло выбытие имущества должника, в связи с чем должнику причинен вред в виде уменьшения объема его имущества и конкурсной массы.

Поскольку бывший руководитель должника не опроверг доводы конкурсного управляющего, оснований для вывода о соответствии его действий критериям добросовестности и разумности не имеется. При этом судом установлено наличие причинно-следственной связи между незаконными и противоправными действиями Суханова С.В. по распоряжению имуществом и возникшими ввиду этого убытками должника, что является основанием для взыскания с Суханова С.В. убытков.

Доказательств, того, что Суханов С.В. действовал согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, ответчиком не представлено.

Доказательства того, что руководитель приложил необходимые усилия для преодоления в разумный срок указанных выше последствий совершения сделок (выбытие имущества должника), выполняя экономически обоснованный план, в материалы дела также не представлены.

Исследовав все представленные доказательства, суд первой инстанции верно заключил, что фактически заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении контролирующего деятельность должника лица к субсидиарной ответственности, являются требованиями о взыскании причиненных убытков в результате неправомерных действий (бездействия) Суханова С.В., в связи с чем удовлетворил заявление в соответствующей части - в размере 13 052 307 руб. 52 коп.

В обоснование апелляционной жалобы Суханов С.В. ссылается на добросовестность своих действий при заключении сделок, впоследствии признанными недействительными. Данные доводы суд апелляционной инстанции не может признать  состоятельными, поскольку в конечном итоге ООО «Бизнес-Актив» возмещение своих имущественных потерь от заключенных сделок по отчуждению активов общества, признанных впоследствии недействительными, не получил, нарушенное право должника не восстановлено, следовательно, имеются основания для взыскания убытков с бывшего руководителя должника, по вине которого общество недополучило денежные средства от продажи недвижимого имущества и лишилось ликвидного имущества. 

Доводы Суханова С.В. о том, что суд первой инстанции, переквалифицировав требования о привлечении к субсидиарной ответственности на требование о взыскании убытков, нарушил его права, подлежат отклонению с учетом разъяснений, содержащихся в абз. 4 п. 20 Постановления № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» и установленных судом фактических обстоятельств дела. При доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Все аргументы заявителей апелляционных жалоб проверены судом апелляционной инстанции, но признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта. Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Следовательно, определение арбитражного суда первой инстанции отмене, а апелляционные жалобы - удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм материального и процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 марта 2020 года по делу № А60-72414/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

И.П. Данилова

 

Л.М. Зарифуллина