АРБИТРАЖНЫЙ СУД СМОЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ ул. Большая Советская, д. 30/11, 

<

...>  

http:// www.smolensk.arbitr.ru; e-mail: info@smolensk.arbitr.ru тел.

<

***>; 64-37-45; факс 

<

***>  

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А62-6754/2025

24 октября 2025 года

город Смоленск

 

Резолютивная часть решения изготовлена 13 октября 2025 года 

Полный текст решения изготовлен 24 октября 2025 года 

Арбитражный суд Смоленской области в составе судьи Савчук Л. А.  

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению 

 общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (ОГРН 

<

***>;  

ИНН 

<

***>) к ФИО1 (ИНН 

<

***>) 

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 62 500  

руб. без участия сторон, 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР Спб» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Смоленской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 62 500 руб., выразившихся в продаже (реализации) контрафактного товара 13.07.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...> – маникюрного инструмента, содержащего обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 266060 (Класс МКТУ 08).  

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что ответчиком нарушено исключительное право на товарный знак путем реализации (предложения к продаже) контрафактного товара.  

Истцом заявленный к взысканию размер компенсации 62 500 руб., рассчитан исходя из ч.2 п.4 ст. 1515 ГК РФ - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой из цены, которая обычно взымается за правомерное использование товарного знака.  

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) прекратила деятельность 29.07.2024, о чем в ЕГРИП внесена запись ГРН 424670000168268.  

В соответствии с абз. 3 п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» независимо от субъектного состава лиц, участвующих в деле, в арбитражных судах подлежат рассмотрению споры о средствах индивидуализации (за исключением споров о наименованиях мест происхождения товаров).  

Дело в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрено в порядке упрощенного производства.  

Стороны надлежаще уведомлены о рассмотрении судом настоящего спора, доказательства извещения имеются в материалах дела.  

Ответчиком представлен отзыв на иск, в котором просил ставит настоящее исковое заявление без рассмотрения в связи с несоблюдением претензионного порядка (подписанием и направлением претензии неуполномоченным лицом), в случае удовлетворения иска – снизить размер компенсации исходя из представленного ответчиком контррасчета.  

По результатам рассмотрения спора по существу судом вынесено решение, резолютивная часть которого в соответствии с частью 1 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации размещена на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет.  

Ответчик обратился с заявлением о составлении мотивированного решения суда. 

Ходатайство ИП ФИО1 об оставлении искового заявления без рассмотрения по мотиву несоблюдения претензионного порядка судом отклоняется ввиду следующего.  

К числу задач судопроизводства в арбитражных судах относятся: защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, формирование уважительного отношения к закону и суду, содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, мирному урегулированию споров, формированию обычаев и этики делового оборота (пп. 1, 2, 6 ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).  

Одним из способов решения данных задач является использование спорящими сторонами досудебного порядка урегулирования спора. Такой порядок, в том числе, направлен на оперативное разрешение спора и служит дополнительной гарантией защиты прав.  

В соответствии с ч. 5 ст. 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.  

Если законом или договором предусмотрен претензионный порядок, факт направления претензии с указанием на неисполнение обязательства и требования об уплате долга является достаточным для вывода о соблюдении досудебного порядка урегулирования спора.  

В качестве доказательства соблюдения претензионного порядка в материалы дела истцом представлена копия досудебной претензии, из содержания которой усматривается требование прекратить незаконное использование объекта авторского права и уплатить компенсацию за допущенного нарушение такого права. Указанная претензия, согласно представленной в материалы дела копии чека об отправке организации почтовой связи, направлена ответчику по адресу регистрации, указанному в ЕГРИП: 

<

...>.  

Направлением истцом в адрес ответчика претензии ясно и недвусмысленно выражено намерение в судебном порядке требовать уплаты компенсации за нарушение исключительного права в случае неуплаты задолженности в досудебном порядке.  

Также суд отмечает, из процессуального поведения ответчика, и содержания представленных им по делу письменных возражений усматривается несогласие по существу с заявленными требованиями, возможность урегулирования спора отсутствует.  

По смыслу п. 8 ч. 2 ст. 125, ч. 7 ст. 126, п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение, и служит дополнительной гарантией защиты прав.  

Из поведения ответчика не усматривается намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, поэтому оставление иска без рассмотрения может привести к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон. («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2015)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2015), «Обзор практики применения арбитражными судами положений процессуального законодательства об обязательном досудебном порядке урегулирования спора (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.07.2020).  

Кроме того, ранее ООО «Зингер СПб» обращалось с указанными требованиями в рамках дела № А62-11869/2024, однако постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2025 решение Арбитражного суда Смоленской области от 16.04.2025 (резолютивная часть решения, вынесенная в порядке упрощенного производства от 03.03.2025) отменено и исковое заявление оставлено без рассмотрении ввиду наличия пороков оформления доверенности лица, подписавшего исковое заявление.  

В рамках дела № А62-11869/2024 ответчик занимал активную процессуальную позицию и был осведомлен об обстоятельствах предъявления к нему исковых требований, однако волеизъявления на урегулирование спора не предпринимал.  

Также судом отклоняются доводы относительно недостоверности подписи лица, уполномоченного на представление интересов ООО «Зингер СПб».  

В пункте 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 N 560-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества "Лизинговая компания "ФКС" на нарушение конституционных прав и свобод частью 3 статьи 65, статьей 161 и частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" указано на то, Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что из права каждого на судебную защиту, как оно сформулировано в статье 46 Конституции Российской Федерации, не вытекает возможность выбора заинтересованным лицом по своему усмотрению конкретных форм и способов реализации такого права, которые с соблюдением требований Конституции Российской Федерации устанавливаются федеральным законом.  

К числу таковых относится и Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, который в качестве общего правила устанавливает, что лицо, участвующее в деле, вправе обратиться с заявлением о фальсификации доказательства, представленного в арбитражный суд первой инстанции другим лицом, участвующим в деле, только в арбитражном суде первой инстанции (статья 161 АПК Российской Федерации). Заявление о фальсификации доказательств, представленных в суд первой инстанции, может быть подано в арбитражный суд апелляционной инстанции только в случае невозможности подачи такого заявления в суд первой инстанции (часть 2 статьи 268 АПК Российской Федерации, пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года N 36).  

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.  

Заявление ответчика о недостоверности подписи ФИО2 представляет собой доводы об отсутствии у представителя полномочий на предъявление требований, что не соответствуют понятию фальсификации в рамках арбитражного судопроизводства. Лицом, выдавшем доверенность, правомерность предъявления требований не опровергается.  

Кроме того, оставление искового заявления без рассмотрения как того просит ответчик не влечет невозможности повторного обращения в суд по аналогичным основаниям, то есть не создает правовую определенность во взаимоотношениях сторон.  

С учетом вышеизложенного, настоящий спор рассмотрен по существу.  

Как следует из материалов дела, ООО «Зингер СПб» является обладателем исключительных прав на товарный знак № 266060 (в виде словесного обозначения «ZINGER»), что подтверждается свидетельством на товарный знак № 266060, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030.  

Товарный знак зарегистрирован в отношении товаров и услуг 06, 08, 14, 21, 26, 35, 42 классов Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ).  

ООО «ЗИНГЕР Спб» (лицензиар) и ИП ФИО3 (лицензиат) заключили лицензионный договор от 11.08.2021 (далее - договор) в отношении товарного знака по свидетельству № 266060 «ZINGER», договор зарегистрирован 19.11.2021.  

На основании пункта 1.2 договора право пользования товарного знака предоставляется лицензиату в отношении товаров 08 классов МКТУ и услуг 35 класса МКТУ, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован.  

Согласно пункту 2.1 лицензионного договора за предоставление права пользования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб., включая НДС 20%.  

В соответствии с пунктом 2.5 лицензионного договора указанная в пункте 2.1 сумма лицензионного платежа является фиксированной, оплачивается за предоставленное право использования объекта интеллектуальной собственности и не зависит от срока использования, способов использования, территории использования, количества фактов использования объекта интеллектуальной собственности, классов МКТУ, в отношении которых зарегистрирован объект интеллектуальной собственности и предоставленных лицензиату, количества и видов реализуемой лицензиатом продукции с использованием объекта интеллектуальной собственности.  

Лицензионный договор вступает в силу с даты его государственной регистрации и действует до 01.08.2026 (пункт 4.1 лицензионного договора).  

Оплата лицензионных платежей подтверждается платежными поручениями, представленными в материалы дела.  

13.07.2022 в торговой точке, находящейся по адресу: 

<

...> приобретен товар - маникюрный инструмент, содержащий обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 266060.  

В подтверждение факта реализации товара в материалы дела истцом представлены видеозапись закупки на лазерном диске, кассовый чек от 13.07.2022, который содержит наименование продавца, вещественное доказательство - реализованный контрафактный товар.  

ООО «ЗИНГЕР Спб», полагая, что реализация товара нарушили его исключительные права на товарный знак, направило в адрес предпринимателя претензию с требованием о выплате компенсации.  

Данная претензия была оставлена без исполнения, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с иском по настоящему делу.  

В судебное заседание стороны не явились, извещены надлежащим образом. 

Суд ознакомился с доказательствами, и исследовал их в порядке, установленном статьей 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оценив в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела документы, суд считает, что предъявленные требования подлежат удовлетворению частично, исходя из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.  

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым, не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.  

По смыслу положений приведенных норм права, а также с учетом положения части 1 статьи 65 АП РФ на ответчика возлагается бремя доказывания выполнения им требований законодательства при использовании объектов интеллектуальной собственности.  

В противном случае такое лицо признается нарушителем исключительного права, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.  

Истец же должен лишь подтвердить факт принадлежности ему указанного права и факт использования соответствующего объекта ответчиком, при этом истец освобождается от доказывания причиненных ему убытков.  

Принадлежность истцу исключительных прав на спорный товарный знак, а также факт реализации Предпринимателем спорного товара установлен в рамках рассмотрения настоящего спора, не оспаривается ответчиком, подтверждается материалами дела (кассовый чек, видеозапись процесса закупки).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными указанным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за  

нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.  

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.  

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

Статьей 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 этого Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.  

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ также предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  

Истец определил размер компенсации исходя из цены, указанной в лицензионном договоре от 11.08.2021, заключенном между ООО «ЗИНГЕР Спб» (лицензиар) и ИП ФИО3 (лицензиат) на предоставление лицензии на право использования спорного товарного знака.  

Данный лицензионный договор зарегистрирован в Федеральной службе по интеллектуальной собственности.  

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.  

 Согласно пункту 64 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на: несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными  

на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).  

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).  

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.  

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное его использование тем способом, который использовал нарушитель.  

Согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом ВС РФ 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.  

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены. При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 АПК РФ.  

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, то суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.  

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом (пункт 31 Обзора судебной практики  

Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).  

При расчете компенсации судом апелляционной инстанции, в данном случае учтен срок действия лицензионного договора.  

Лицензионный договор вступает в силу с даты его государственной регистрации (19.11.2021) и действует до 01.08.2026 (пункт 4.1 лицензионного договора).  

Доказательств использования ответчиком произведения именно в течение указанного времени (с момента регистрации договора до момента проведения закупки товара) истцом в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).  

При определении компенсации в двукратном размере стоимости права использования, рассчитанной истцом на основании цены лицензионного договора при невозможности установления точного периода неправомерного использования объекта, следует исходить из того, что минимальный срок неправомерного использования (период нарушения) при реализации контрафактного товара по договору розничной купли-продажи должен быть определен судом с учетом общих начал и смысла гражданского законодательства, обычной коммерческой практики, сложившейся при оформлении договоров на передачу или на предоставление права использования объектов интеллектуальной собственности. С учетом этого вывод об определении периода нарушения равным одному дню является необоснованным, поскольку, исходя из изложенных выше и подлежащих учету обстоятельств, такой период в рассматриваемом случае не может быть менее 30 календарных дней.  

Следовательно, срок использования нарушителем объекта исключительного права, который учитывается при определении размера компенсации, должен соответствовать сроку, на который в обычной хозяйственной практике предоставляется право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Заключение лицензионного договора на один день не соответствует сложившейся хозяйственной практике заключения лицензионных договоров, которая ориентирована на формирование достаточно длительных, устойчивых правоотношений между лицензиаром и лицензиатом (постановления Суда по интеллектуальным правам от 04.02.2021 по делу № А65-37557/2019, от 27.08.2021 по делу № А40-45460/2020).  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768 по делу № А48-7579/2019 также отмечена необходимость соотнесения условий лицензионного договора, которым истец обосновывает расчет компенсации, и обстоятельств допущенного ответчиком нарушения, в том числе в части перечня товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам).  

Поскольку компенсация рассчитывается исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование обозначения тем способом, который применил нарушитель, для определения цены, подлежащей взысканию при правомерном использовании товарного знака, суд должен принимать во внимание классы товаров и услуг (классы МКТУ), в отношении которых товарных знак зарегистрирован и в отношении которых ответчик использовал спорное обозначение, путем деления стоимости права использования обозначения по договору на количество классов товаров и услуг МКТУ.  

При определении цены, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование спорного товарного знака необходимо также учитывать виды товаров в рамках одного класса МКТУ1, поскольку это может оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом правообладателю вознаграждения, однако это не означает, что размер вознаграждения по лицензионному договору должен быть арифметически поделен на количество наименований товаров, указанных в лицензионном договоре.  

Заключение лицензионного договора на использование товарного знака в отношении нескольких наименований товаров, входящих в один класс МКТУ, является обычной хозяйственной практикой. Например, если товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 8-го класса МКТУ «кусачки для ногтей; ножницы; пилочки для ногтей», то разумно предположить, что по лицензионному договору будет предоставлено право использования в отношении всей группы указанных товаров (вид товаров: маникюрные инструменты). Соответственно, вознаграждение по такому лицензионному договору будет охватывать всю эту группу товаров.  

С учетом срока действия лицензионного договора, размера ежегодного вознаграждения, отсутствия в материалах дела нарушения ответчиком исключительных прав истца в течение длительного времени (более 30 календарных дней), установление только одного факта нарушения ответчиком исключительных прав истца (продажа одного товара), судом произведен следующий расчет компенсации:  

750 000 руб.: 12 мес.= 62 500 (ежемесячно): 2 (количество классов МКТУ): 1 (количество способов использования) = 31250 рублей х 2 (двукратная стоимость) = 62 500 руб.  

Примененный алгоритм определения цены не противоречит положениям пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 61 Постановления N 10.  

Ответчиком заявлено о снижении размера компенсации исходя из принципа разумности и обоснованности, приняв в расчет однократность нарушения, незначительную стоимость товара и специфику ведения хозяйственной деятельности ответчика (ведение деятельности на территории небольшого муниципального образования, отсутствие значительных объемов продаж и минимальную прибыль), а также сложное финансовое положение ответчика.  

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 21 Обзора судебной практики № 3 (2017), утвержденного 12.07.2017 президиумом Верховного Суда Российской Федерации, где указано, что снижение размера компенсации, исчисленного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, возможно при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.  

При этом, Постановлением Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации признан не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой эта норма в системной связи с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.  

Так, Конституционным Судом РФ в Постановлении N 40-П (п. 4.1) отмечено следующее. Сформировавшаяся судебная практика исходит из того, что размер компенсации, исчисленный на основе подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации, по смыслу пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, а потому суд не вправе снижать его по своей инициативе. В судебной практике сложилось такое понимание подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, когда снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях, с учетом абзаца третьего пункта 3 его статьи 1252 и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П. Однако подобное толкование правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации означает, что в деле, которое предстоит разрешить Пятнадцатому арбитражному апелляционному суду, отсутствует один из критериев для снижения размера компенсации ниже установленных законом пределов - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности. При таком подходе, если правообладатель выбирает компенсацию в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, возможность снижения ниже этого размера отсутствует. Развивая выраженные в Постановлении от 13 декабря 2016 года N 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 февраля 2018 года N 8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.  

Сформулированные в названном Постановлении правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).  

Поскольку компенсация, по смыслу взаимосвязанных положений статей 1250, 1252 и 1515 ГК Российской Федерации, имеет штрафной характер, принципиальное значение приобретает норма абзаца второго пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса о критериях, которыми должны руководствоваться суды при определении размера компенсации: он определяется в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Термин "характер нарушения" обычно понимается как относящийся к тяжести  

содеянного, причем, как правило, принимаются во внимание обстоятельства, характеризующие последствия нарушения, поведение причинителя вреда и наличие его вины (п. 4.3 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).  

Как указал Конституционный суд в п. 5 Постановления N 40, впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из настоящего Постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака).  

На основании изложенного, определяя в рассматриваемом случае размер компенсации, суд принимает во внимание следующие обстоятельства: совершение правонарушения в отношении указанного товарного знака впервые, незначительный объем реализации товаров с использованием обозначения «ЗИНГЕР», неосведомленность ответчика о возможных нарушениях (с учетом того, что ответчик не является товаропроизводителем), отсутствие значительного объема реализации, минимальная прибыль от продажи, определяет размер компенсации в заявленной сумме 62 500 руб.  

Кроме того истец просит взыскать судебные расходы, связанные с восстановлением нарушенного права – госпошлину, расходы по приобретению контрафактного товара, почтовые расходы по направлению ответчику претензии и копии искового заявления.  

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

Согласно ст. 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.  

Расходы по уплате госпошлины, по приобретению вещественного доказательства и расходы по направлению почтовой корреспонденции признаются обоснованными, подлежат взысканию с ответчика в пользу истца на основании части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в материалы дела представлены доказательства их фактического несения и взаимосвязи с рассматриваемым делом; вместе с тем, расходы на получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб. не подлежат взысканию, поскольку истцом не представлено доказательств их несения и взаимосвязи с настоящим делом.  

В соответствии со статьей 80 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.  

Вещественное доказательство, признанное контрафактным товаром, не подлежит возврату. В связи с изложенным, контрафактный товар подлежит уничтожению.  

 Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

Р Е Ш И Л :

Взыскать с ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПб» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) компенсацию в общем размере 62 500 руб. за нарушение исключительных прав, выразившихся в предложении к продаже (реализации) 13.07.2022 в торговой точке, расположенной по адресу: Смоленская обл., Дорогобужский р-н., 

<

...>, контрафактного товара – маникюрного инструмента с использованием товарного знака № 266060, а также 10 272 руб. в возмещение судебных расходов, в том числе 10 000 руб. – государственная пошлина, 130 руб. – расходы по приобретению контрафактного товара, 142 руб. – почтовые расходы.  

Уничтожить вещественное доказательство (порядковый номер 200 от 26.12.2024) после вступления в законную силу настоящего решения.  

В соответствии с частью 3 статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по письменному ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.  

Решение по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции - Двадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Тула), в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.  

Настоящее решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по данному делу, могут быть обжалованы в арбитражный суд кассационной инстанции - Арбитражный суд Центрального округа (г. Калуга) по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Смоленской области.  

Судья Л.А. Савчук