АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А70-14195/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 27 октября 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Шаровой Н.А.,

судей                                                                  Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Тюменская консалтинговая компания» (ИНН 

<

***>, далее – общество «ТКК»), ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.05.2022 (судья Шаркевич М.С.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022 (судьи Зорина О.В., Горбунова Е.А., Зюков В.А.) по делу № А70-14195/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>, далее также - должник), принятые по заявлению финансового управляющего ФИО4 (далее также - управляющий) к обществу «ТКК», ФИО2 о признании недействительными договора уступки прав требования от 02.11.2020, договора на оказание консультационных услуг от 17.09.2018, зачёта встречных требований.

В заседании приняли участие: финансовый управляющий ФИО4, управляющий общества «ТКК» - ФИО5 на основании протокола от 17.10.2017.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий обратился в суд с заявлениями о признании недействительным договора уступки прав требования от 02.11.2020, заключённого между обществом «ТКК» и ФИО2, оговора на оказание консультационных услуг от 17.09.2018, заключённого между обществом «ТКК» и ФИО3, зачёта встречных требований на сумму 492 000 руб. между ФИО2 и ФИО3

Определением суда от 30.05.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 10.08.2022, заявление управляющего удовлетворено частично, признаны недействительными договор уступки прав требования от 02.11.2020, зачёт встречных требований на сумму 492 000 руб., применены последствия недействительности зачёта встречных требований в виде восстановления права требования должника к ФИО2 на сумму 492 000 руб., в удовлетворении остальной части требований отказано.

В кассационной жалобе общество «ТКК» просит определение суда от 30.05.2022 и постановление суда апелляционной инстанции от 10.08.2022 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы заявителем приведены следующие доводы: суждения управляющего об исполнении должником обязательств перед обществом «ТКК» по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018 за счёт денежных средств, полученных от подконтрольного должнику общества с ограниченной ответственностью «Вираж» (далее – общество «Вираж»), противоречат суждениям управляющего о том, что за счёт данных денежных средств должник исполнял обязанности по уплате алиментов на содержание детей, данным при рассмотрении обособленного спора по жалобе на действия финансового управляющего; денежных средств, полученных от общества «Вираж», явно не достаточно для оплаты юридических услуг и алиментов; об имеющейся у должника задолженности управляющий мог получить сведения из условий договора на оказание консультационных услуг от 17.09.2018; оказание юридических услуг в условиях длительной их неоплаты заказчиком соответствует практике pro bono (оказание услуг безвозмездно в целях общественного блага или блага отдельных лиц, которым действительно требуется помощь), поскольку должник стал жертвой мошенничества, в результате которого потерял своё имущество и признан банкротом, но существует вероятность возмещения ему ущерба, причинённого преступлением.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение от 30.05.2022 и постановление от 10.08.2022 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления управляющего.

В обоснование кассационной жалобы заявителем приведены следующие доводы: установленный факт перечисления должником денежных средств со счета общества «Вираж» не является основанием для вывода об отсутствии у общества «ТКК» права требования к должнику по договору оказания юридических услуг, поскольку ни общество «ТКК», ни ФИО2 не являлись получателями указанных денежных средств, таким лицом являлась сожительница должника ФИО6; в силу правил о справедливом распределении бремени доказывания на общество «ТКК» не может быть возложена обязанность доказывать отрицательный факт – неполучения оплаты по договору оказания юридических услуг; презумпция осведомлённости супруги должника ФИО2 о противоправной цели совершения спорной сделки опровергается тем обстоятельством, что должник продолжительное время проживает отдельно от ФИО2, имущественные сферы супругов раздельны, судебным актом общей юрисдикции с должника в пользу ФИО2 взыскана задолженность по алиментным обязательствам на содержание несовершеннолетних детей.

В приобщённом к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ отзыве на кассационные жалобы управляющий просит обжалуемые судебные акты оставить в силе.

Представитель общества «ТКК» в судебном заседании поддержал доводы, изложенные кассационной жалобе.

Управляющий возражал против удовлетворения кассационных жалоб по основаниям, изложенным в отзыве.

Изучив материалы обособленного спора, заслушав лиц, обеспечивших явку в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационных жалобах, в отзыве, законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) 05.09.2018 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) в связи с наличием просроченной более трёх месяцев кредиторской задолженности в размере 55 376 505,55 руб.

Между ФИО3 (заказчик) и обществом «ТКК» (исполнитель) 17.09.2018 заключён договор на оказание консультационных услуг, предметом которого является оказание консультационных услуг, связанных с представлением интересов заказчика при рассмотрении арбитражным судом дела о банкротстве заказчика.

Вознаграждение в размере 50 000 руб. в месяц должно оплачиваться до 20 числа месяца, следующего за отчётным.

В соответствии с дополнительным соглашением от 23.10.2018 стороны пришли к соглашению о предоставлении должнику отсрочки уплаты вознаграждения и возмещения расходов на один год.

Определением суда от 03.09.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18.12.2020 по настоящему делу, признано недействительной сделкой перечисление должником в пользу ФИО2 30.01.2019 денежных средств в размере 492 000 руб., в порядке реституции денежные средства в указанном размере взысканы с ФИО2 в конкурсную массу должника.

Между обществом «ТКК» (цедент) и ФИО2 (цессионарий) 02.11.2020 заключён договор уступки прав требования, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает права требования к должнику о погашении задолженности в размере 523 500 руб. по договору на оказание консультационных услуг от 17.09.2018.

Как следует из пункта 1.2 названного договора, уступаемое право цедента возникло в связи с оказанием должнику консультационных услуг по представлению интересов должника в рамках дела о его несостоятельности (банкротстве) № А70-14195/2018, возбуждённого по заявлению Сбербанка в Арбитражном суде Тюменской области, по актам от 17.09.2018 № 1 от 31.01.2019, № 2 от 31.03.2019, № 3 от 30.04.2019, № 4 от 30.06.2019, № 5 от 31.07.2019 на общую сумму 523 500 руб.

Стоимость уступленного права определена в размере 523 500 руб.

ФИО2 15.12.2020 направила в адрес управляющего заявление о зачёте. К зачёту предъявлены требования должника к ФИО2 в размере 492 000 руб., возникшие на основании определения Арбитражного суда Тюменской области от 03.09.2020, и требования ФИО2 к должнику в размере 523 500 руб., возникшие на основании договоров от 17.09.2018, от 02.11.2020. По результатам зачёта задолженность ФИО3 перед ФИО2 составляет 31 500 руб.

Полагая, что договор уступки прав требования от 02.11.2020, зачёт встречных требований на сумму 492 000 руб. отвечают признакам сделок, совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, с оказанием ФИО2 предпочтения в удовлетворении требования, управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявление в данной части, суд первой инстанции исходил из доказанности оснований недействительности договора уступки прав требования от 02.11.2020, предусмотренных положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), зачёт встречных требований, предусмотренных положениями статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), как сделок, совершённых между заинтересованными по отношению к должнику лицами с целью вывода из конкурсной массы должника ликвидного актива в виде дебиторской задолженности.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что договор уступки прав требования от 02.11.2020 и зачёт встречных требований совершены между заинтересованными лицами после введения процедуры реализации имущества гражданина, объединены умыслом на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника посредством создания условия для прекращения реституционного обязательства ФИО2 зачётом несуществующего требования, и имеют признаки недействительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки; недоказанность хотя бы одного из которых является основанием для отказа в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о её совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475). О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. Судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключённого соглашения.

Судами на основе оценки по правилам статьи 71 АПК РФ представленных в материалы дела доказательств установлено то, что результате совершения взаимосвязанных сделок уступки и зачёта задолженность ФИО2 перед должником погашена за счёт несуществующих прав требований общества «ТКК» к должнику, что повлекло вывод дебиторской задолженности должника в размере 492 000 руб.

Так, определением суда от 30.05.2022, вынесенным по жалобе на действия управляющего, установлены обстоятельства наличия у должника источников дохода, не раскрытых перед управляющим и кредиторами, а также то, что общество «ТКК» представляет интересы должника и в настоящее время, поэтому суды обоснованно допустили, что оплата соответствующих услуг должником производится и задолженность в сумме 523 500 руб. на дату заключения между обществом «ТКК» и ФИО2 договора цессии (02.11.2020) у должника отсутствует.

При постановке вывода о недоказанности предъявления к зачёту существующей задолженности перед обществом «ТКК», судами обоснованно принято во внимание следующее: в предмет цессии входит стоимость консультационных услуг, оформленных актами в период с 31.01.2019 по 31.07.2019 на сумму 523 500 руб., однако, по версии ответчиков, задолженность перед коммерческой организацией, созданной с целью извлечения прибыли,  не погашалась должником на протяжении двух лет; до заключения договора уступки прав требования от 02.11.2020 о наличии у должника соответствующей текущей задолженности управляющему не заявлялось, в том числе на соответствующие запросы об основаниях представления  интересов должника в деле о банкротстве; наличие текущего долга в обычных условиях оборота побуждает кредитора заявить требование в установленном порядке (управляющему или  в исковом порядке), что не сделано;  оказание услуг без оплаты после возбуждения 26.09.2018 дела о банкротстве и введения с 12.08.2019 процедуры реализации имущества гражданина не имеет для обычного исполнителя экономической целесообразности, учитывая размер накапливающейся задолженности, необходимость несения расходов на оказание услуг, ответственность за их качество при неопределённости сроков и неочевидности возможности  оплаты; в пользу факта оплаты оказанных услуг суды оценили наличие скрытых от включения в состав конкурсной массы доходов должника от деятельности общества «Вираж» и иных; длительный лично-доверительный характер отношения должника с обществом «ТКК», предполагающий особую связь сторон;  у ФИО2 отсутствует разумный добросовестный мотив принимать право требования по более высокой номинальной стоимости с целью зачёта вместо прямого исполнения реституционного обязательства без рисков оспаривания сделки.

Признаки фактической аффилированности общества «ТКК» с ФИО2 и должником подтверждаются следующим: сохранение обществом «ТКК» на протяжении двух лет отношений с заказчиком, признанным банкротом; ссылки общества «ТКК» на наличие причин длительно оказывать услуги без оплаты; при наличии возбуждённого на основании исполнительного листа ФС № 034705294 от 22.01.2021 на принудительное исполнение определения суда от 03.09.2020 по настоящему делу, предъявленного к исполнению 27.01.2021, исполнительного производства о взыскании в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 492 000 руб. ФИО2 по условиям договора уступки от 02.11.2020 приобретает права требование к должнику по стоимости 523 500 руб., что является экономически нецелесообразным и неразумным.

Исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, подобное поведение сторон не характерно и недоступно обычным (независимым) участникам рынка.

При изложенных обстоятельствах, даже в отсутствие формализованной  аффилированности с должником, признаков группы лиц, предусмотренных пунктом 7 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», общество «ТКК» не может быть признано независимым участником оборота.

Доводы о наличии у должника другой семьи не исключают заинтересованности к ФИО2 в силу регистрации брака, наличия общих несовершеннолетних детей.

Поскольку в результате совершения спорных сделок должник утратил ликвидный актив в виде права требования к ФИО2, не получив взамен встречного равноценного предоставления, суды пришли к обоснованному выводу о наличии совокупности обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимых для признания договора уступки права требования, сделки зачёта недействительными.

Доводы о недоказанности общности имущественных масс супругов Т-ных, о недоказанности управляющим достаточности доходов от общества «Вираж» для оплаты услуг общества «ТКК» и выплату алиментов на содержание детей,  факта оплаты услуг общества «ТКК», приведены при ошибочном понимания распределения обязанностей по доказыванию в делах о банкротстве, состоящего в отнесении бремени доказывания факта на лицо, имеющее для этого соответствующую возможность,  и применении к лицу, в поведении которого установлены признаки недобросовестности вследствие аффилированности с должником, повышенного стандарта доказывания (вне всяких сомнений).

Возражения кассаторов направлены на переоценку доказательств по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.05.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022 по делу № А70-14195/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Тюменская консалтинговая компания», ФИО2 - без удовлетворения

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                                                                 М.Ю. Бедерина

 

ФИО1