АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10202/16 

Екатеринбург

15 июля 2022 г.

Дело № А50-24060/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 июля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Оденцовой Ю.А., Кудиновой Ю.В.

при ведении протокола помощником судьи Абушкевичем К.В. рассмотрелв судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Активист» (далее – общество «Активист») на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022 по делу Арбитражного суда Пермского края № А50-24060/2014.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании приняли участие представители:

в здании суда округа: Бранова Александра Петровича – Попов Д.В. (доверенность от 24.06.2021);

в режиме веб-конференции: общества «Активист» по доверенностиот 28.10.2021 – ФИО1

Представитель публичного акционерного общества «КорпорацияВСМПО-АВИСМА» (далее – Корпорация) – ФИО2, которому со стороны суда округа также обеспечена надлежащая техническая возможность участияв заседании в режиме онлайн, надлежащее техническое подключение к системене совершил (отсутствовал звук и изображение), что равносильно его неявке, которая препятствием к рассмотрению кассационной жалобы не является (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 14.07.2015 общество с ограниченной ответственностью «Верхнекамская строительная компания» (далее – общество «ВСК», Должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, 

Определением суда от 11.09.2015 конкурсным управляющим Должником утвержден ФИО3 

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился 10.06.2016 в арбитражный суд с заявлением о привлечении Бранова Александра Петровича, ФИО4 и ФИО5 (далее – Ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 18.07.2018 в отдельное производство для раздельного рассмотрения выделены требования: о привлечении Бранова А.П. и ФИО4 к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также о привлечении Бранова А.П., ФИО4 и ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности, установленной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, которое является предметом рассмотрения в рамках настоящего обособленного спора.

Определением суда от 25.10.2018 к участию в настоящем споре в статусе третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, привлечен ФИО6.

С учетом заявленных и принятых судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений конкурсный управляющий просил привлечь Ответчиков солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника в размере 114 585 234 руб. 73 коп. по основанию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, ссылаясь на непередачу ему документации общества «ВСК».

Определением Арбитражного суда Пермского края от 15.10.2019, оставленным без изменения постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2019 и Арбитражного суда Уральского округа от 16.03.2020 (по апелляционной и кассационной жалобам Бранова А.П.), заявление Управляющего удовлетворено: Бранов А.П., ФИО4 и ФИО5 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ВСК» в размере 114 585 234 руб. 73 коп.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 28.09.2021, ФИО5 восстановлен пропущенный срок на подачу апелляционной жалобы на определение Арбитражного суда Пермского края от 15.10.2019; постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2019 – отменено; апелляционный суд перешел к рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении Ответчиков к субсидиарной ответственности по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, и по правилам коллективного иска; привлек в качестве соистцов кредиторов по текущим обязательствам, кредиторов второй и третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов Должника, а также кредиторов, требования которых признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, имущества Должника.

Постановлением от 05.05.2022 определение суда первой инстанции от 15.10.2019 отменено, в удовлетворении иска конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Бранова А.П., ФИО4 и ФИО5 – отказано.

В кассационной жалобе общество «Активист» просит апелляционное постановление от 05.05.2022 отменить, оставив в силе определение от 15.10.2019. Кассатор настаивает на том, что бывший руководитель Должника не передал конкурсному управляющему документацию и имущество общей балансовой стоимостью 191 673 000 руб., что существенным образом затруднило проведение процедур банкротства и не позволило погасить обязательства перед кредиторами, выводы суда апелляционной инстанции об отказе в иске построены на голословных утверждениях ФИО5 о том, что отраженные в бухгалтерской отчетности запасы представляют собою затраты на незавершенное строительство. Кроме того, податель кассационной жалобы обращает внимание на признание в рамках настоящего дела о банкротстве недействительными сделок по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве, что расценивает в качестве одного из оснований для возложения на Ответчиков субсидиарной ответственности. Общество «Активист» также считает, что апелляционным судом не принят во внимание преюдициально значимый для настоящего спора судебный акт – постановление суда апелляционной инстанции от 14.03.2019 о привлечении Бранова А.П. и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

В отзыве на кассационную жалобу Корпорация позицию общества «Активист» поддерживает, просит обжалуемый акт отменить и привлечь Ответчиков к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Бранов А.П. в своем письменном отзыве просит в удовлетворении жалобы отказать, обжалуемый судебный акт – оставить в силе.

Проверив законность обжалуемого постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022 по делу Арбитражногосуда Пермского края № А50-24060/2014 в порядке, установленномстатьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, общество «ВСК» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.12.2009; единственным участником данного общества являлся Бранов А.П., он же был его руководителем в период с 29.04.2011 по 26.09.2014; с 26.09.2014 по 16.01.2015 руководителем общества «ВСК» являлась ФИО4; с 16.01.2015 по 14.07.2015 – указанные полномочия исполнял ФИО5

Определением суда от 23.12.2014 возбуждено производство по настоящему делу о признании общества «ВСК» банкротом; определением от 11.02.2015 в его отношении введена процедура наблюдения; решением от 14.07.2015 общество «ВСК» признано банкротом, в отношении его имущества открыт конкурс; конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Ссылаясь на непередачу документации и имущества Должника согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2014 на сумму 184 798 159 руб. 66 коп. (запасы), конкурсный управляющий обратился в с рассматриваемым заявлением о привлечении Ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника в размере 114 585 234 руб. 73 коп.

Отказывая в иске, апелляционный суд исходил из следующего.

В абзаце 1 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действующей в значимый для настоящего спора период) содержится правило о том, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и/или бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), несет субсидиарную ответственность по его обязательствам, а в абзаце 4 данной нормы закреплена презумпция того, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие отсутствия в результате действий и/или бездействия такого контролирующего лица к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, либо отсутствия в них информации об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо искажения указанной информации, повлекшего существенное затруднение проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов; для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве; при этом под существенным затруднением понимается, в том числе, невозможность выявления активов должника или совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53)).

При этом как видно из приведенных законоположений, указанные в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и/или отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, представляют собой лишь презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора; признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления признаков презумпции может не совпадать с моментом правонарушения; смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного; установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота; в связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов; таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

При этом, когда передача документации становится невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля директора, соответствующая презумпция применена быть не может; в частности, подобная объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по передаче арбитражному управляющему документации должника возникает при изъятии документации должника правоохранительными органами (пункт 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

Положения абзацев 1 – 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, по сути своей, являющиеся тождественными ныне действующей редакции – пункту 1и подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 названного Закона, закрепляют опровержимую презумпцию того, что несостоятельность (банкротство) должника явилась следствием действий/бездействия контролирующих его лиц; применительнок указанному основанию ответственности пункт 16 Постановления № 53 содержит разъяснения о том, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротствоне наступило бы, с учетом чего судам предписано оценивать существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В абзаце 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве указано,что контролирующее должника лицо, вследствие действий и/или бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычногоделового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов;при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его примененияв корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 Постановления № 53);в абзаце 2 пункта 19 Постановления № 53 разъяснено, что при доказывании отсутствия оснований привлечения к субсидиарной ответственности, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Таким образом, установленная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность контролирующего должника лица перед внешним кредитором наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемой им организацией обязательств, в частности вызванный рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) такого контролирующего лица либоего бездействия в отношении подконтрольного лица.

По результатам исследования материалов дела, доводов и возражений участвующих в нем лиц, апелляционным судом установлено, что в судебном порядке документы истребованы у руководителя Должника без указания конкретного обязанного лица  и конкретного перечня документов, требование временного управляющего ФИО3 от 11.02.2015 о предоставлении документов выполнено ФИО5, который вступил в должность 16.01.2015, то есть после возбуждения дела о банкротстве общества «ВСК» по мере возможности, имеющаяся в его распоряжении документация Должника передана Управляющему по акту приема-передачи документации № 1 от 25.02.2015, дополнительных требований о предоставлении иных документов управляющим ФИО3 в адрес ФИО5 не направлялось; согласно пояснениям ФИО5, он вступил в должность директора общества «ВСК» с целью проведения инвентаризации, передачи личных дел всех работников Должника арбитражному управляющему и осуществления контроля за включением требований этих работников в реестр требований кредиторов второй очереди, при этом обстоятельства того, что ФИО5 занимался исключительно кадровыми вопросами с целью недопущения ущемления прав сотрудников, выполнил весь объем работы по увольнению сотрудников, оформлению и выдаче трудовых книжек подтверждены Управляющим и никем не опровергаются.

Судом также установлено, что Должник осуществлял свою деятельность на производственных площадях, арендуемых у общества с ограниченной ответственностью «Верхнекамский судостроительный комплекс» (далее – общество «ВСК» (ОГРН: 

<

***>)), к учредителям и руководителям которого Ответчики (согласно сведениям ЕГРЮЛ) не относятся,  впоследствии договоры аренды были расторгнуты, доступ в офисные помещения, ранее занимаемые Должником, стал ограничен, так как они находятся на охраняемой территории указанного общества, о чем управляющий ФИО3 достоверно знал, так как в апреле и мае 2015 года он обращался в арбитражный суд с ходатайствами о предоставлении доступа на территорию общества «ВСК» (ОГРН: 

<

***>) для проведения соответствующего осмотра. При этом  в ноябре 2014 года, то есть в период осуществления полномочий руководителя Должника ФИО4, правоохранительными органами был произведен осмотр помещений главной бухгалтерии общества «ВСК», в ходе которого были обнаружены и изъяты документы по хозяйственной деятельности Должника (64 папки, системный блок и 9 полиэтиленовых мешков с технической документацией по деятельности Должника), управляющий ФИО3 располагал сведениями об изъятии документации Должника, имел возможность ее своевременного истребования в соответствующих органах, однако предпринял таковые меры лишь в сентябре 2018 года в связи с инициативой Бранова А.П. После этого, согласно объяснениям ФИО5 обществом «ВСК» составлялась только годовая отчетность по упрощенной форме, которая подлежала сдаче в налоговый орган не позднее 31.03.2015, однако для сдачи отчетности необходимо было провести инвентаризацию имущества, что не представлялось возможным ввиду отсутствия доступа в офисные помещения Должника на территории бывшего арендатора.

Проанализировав совокупность указанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованным выводам о том, что согласие ФИО5 стать директором Должника после возбуждения дела о банкротстве никак не связано с какими-либо корыстными целями, указывает на добросовестность его действий как руководителя общества «ВСК», выполнение им требований Управляющего в пределах имевшихся у него возможностей, о том, что предоставление им, а равно и его предшественниками документации в большем объеме не представлялось возможным в связи с объективными, выходящими за пределы их контроля, обстоятельствами (ограничение доступа на территорию, где размещались офисные помещения общества «ВСК», изъятие значительного объема документации правоохранительными органами), а также о том, что несовершение действий по сдаче годовой бухгалтерской отчетности при имевшихся объективных к тому препятствиях само по себе не является обстоятельством, способным затруднить проведение мероприятий в процедурах банкротства.

Оценив доводы конкурсного управляющего относительно отраженных в бухгалтерской отчетности за 2014 год запасов в размере 134 838 тыс. руб. и прочих оборотных активов в размере 26 тыс. руб., которые Управляющим не обнаружены, апелляционный суд признал, что размер прочих активов является незначительным, вследствие чего их отсутствие не могло сколько-нибудь существенным образом повлиять на формирование конкурсной массы и финансовое положение Должника; руководствуясь положениями пунктов 63, 64 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина России от 29.07.1998 № 34н, пункта 8 Приказа Минфина России от 06.05.1999 № 33н «Об утверждении положения по бухгалтерскому учету «Расходы организации» ПБУ 10/99», приняв во внимание пояснительную записку за 2012 год, согласно которой запасы в денежном выражении составляли 76 561 тыс. руб., в том числе: материально-производственные запасы в сумме 15 464 тыс. руб.; незавершенное производство в сумме 61 333 тыс. руб. (согласно данным таблицы на странице 19 постановления от 05.05.2022), и расчетную таблицу ФИО5 к балансу за 2013 год, согласно которым производственные запасы составляют 159 728 тыс. руб., в том числе 148 213 тыс. руб. – затраты в незавершенном производстве, учитывая специфику деятельности Должника - судостроение, масштабы таковой и наличие у него конкретных проектов, носящих признаки индивидуального заказа, и то, что с начала 2015 года работники Должника начали переходить в общество «ВСК» (ОГРН: 

<

***>) для завершения начатого Должником строительства (проект RDB 66.17), арбитражный суд признал, что по итогам 2013 года товарно-материальные запасы составляли менее 11 000 тыс. руб., а оставшиеся запасы представляли собою затраты на незавершенное строительство объектов (судов), в отношении которых Ответчики пояснили о передаче заказчикам со ссылкой на материалы обособленных споров в настоящем деле, вследствие чего не могли быть использованы для дополнительного пополнения конкурсной массы, при том, что каких-либо свидетельств в пользу иного не представлено.

При этом на какие-либо иные обстоятельства, кроме непередачи документации, Управляющий в данном споре не ссылался, каких-либо данных, которые могли бы хотя бы косвенно свидетельствовать о выводе активов, подозрительных сделках, растрате полученных от заказчиков денежных средств не на цели, связанные с основной деятельностью Должника, не привел.

При таком положении, учитывая конкретные обстоятельства настоящего спора, а также то, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, апелляционный суд не усмотрел оснований для выводов о том, что банкротство Должника, невозможность формирования конкурсной массы и полного удовлетворения требований кредиторов явились прямым следствием действий Ответчиков, усмотрев также, что причины этому носили объективный характер (сложившаяся в 2014 году конъюнктура рынка в сфере судостроения), с учетом чего правомерно отказал в их привлечении к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы общества «Активист» , изучения материалов дела, суд округа считает, что судом апелляционной инстанции все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, им дана надлежащая правовая оценка, нормы законодательства о банкротстве применены правильно, выводы суда о применении нормы права не противоречат материалам дела, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Ссылка Кассатора на признание в рамках рассматриваемого дела недействительными сделок судом округа не принимается, поскольку единственным фактическим основанием ответственности Ответчиков в рамках настоящего спора Управляющим обозначена непередача документации, на совершение незаконных сделок Управляющий в данном споре не ссылался; при этом из материалов настоящего банкротного дела видно (и подтверждено в судебном заседании представителем Кассатора), что в ходе его рассмотрения признана недействительной по основаниям 61.3 Закона о банкротстве одна сделка на сумму 1,5 млн. руб. как совершенная с предпочтением, ее размер и основания признания недействительной не позволяет заключить о том, что именно она послужили причиной объективного банкротства Должника.

Довод общества «Активист» о том, что апелляционной коллегией не принят во внимание преюдициальный судебный акт – постановление от 14.03.2019, судом округа отвергается, так как, как верно отмечено судом апелляционной инстанции, указанным постановлением Бранов А.П. и ФИО4 привлечены к ответственности по иному основанию – неподача заявления о признании Должника банкротом, а из его содержания не усматривается каких-то обстоятельств либо же выводов, которые имеют значение применительно к вопросам, являющимся предметом разбирательства по настоящему спору.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, по существу касаются приводимых сторонами ранее аргументов и обстоятельств, исследованных и оцененных апелляционным судом, при этом состоятельности данной с его стороны оценки не опровергают, правильности и обоснованности его выводов по существу разрешения настоящего спора под сомнение не ставят, о нарушении им норм права, регулирующих спорные правоотношения,– не свидетельствуют, по сути, выражают несогласие Кассатора с выводами апелляционного суда о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору, в связи с чем не могут быть положены в основание отмены обжалуемого судебного акта  (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

 Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены/изменения постановленного им судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не выявлено, обжалуемое постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022 по делу Арбитражного суда Пермского края № А50-24060/2014 является законным и обоснованным и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022по делу Арбитражного суда Пермского края № А50-24060/2014 оставитьбез изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Активист» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

ПредседательствующийН.В. Шершон 

 

СудьиЮ.А. Оденцова 

 

Ю.В. Кудинова