ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-15653/2018

г. Киров

19 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2023 года.  

Полный текст постановления изготовлен 19 октября 2023 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Калининой А.С.,

судей Хорошевой Е.Н., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего – Чижа В.Л. (паспорт),

представителя ФИО2 – ФИО3, на основании доверенности от 11.02.2022,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УК РЭП» ФИО4

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 04.07.2023 по делу № А29-15653/2018,

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УК РЭП» ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, ФИО2, индивидуального предпринимателя ФИО7

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «УК РЭП» (ИНН:1101157112, ОГРН:1171101002852)

с привлечением к участию в деле: финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО8,  

 

установил:

10.12.2021 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «УК РЭП» (далее -должник, ООО «УК РЭП») конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее - заявитель, конкурсный управляющий) обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО2, индивидуального предпринимателя ФИО7 (далее - ФИО5, ФИО6, ФИО2, ИП ФИО7 соответственно) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в котором просил:

- солидарно привлечь ФИО5, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности в размере 3 298 525,16 руб. в связи с нарушением срока для подачи заявления о признании должника банкротом;

- привлечь ФИО2 на сумму 3 321 438 руб. в связи с неисполнением обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и отчетности;

- солидарно привлечь ФИО5, ФИО2, на сумму 2 344 710 руб. за ненадлежащую организацию работы с дебиторской задолженностью;

- солидарно привлечь индивидуального предпринимателя ФИО7, ФИО5, ФИО2 на сумму 5 463 896,36 руб., в связи с заключением сделок, нанесших существенный вред имущественным правам кредиторов.

Заявленные требования основаны на положениях статей 9, 61.10, 61.11, 61.12, 126, 224 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктах 9, 13, 16, 20, 21, 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление №53).

К участию в деле на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО2 ФИО8.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 04.07.2023 отказано в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о назначении судебной экспертизы, в удовлетворении требований в отношении ФИО2, ИП ФИО7 отказано; требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6 выделены в отдельное производство.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО4 обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования заявителя к ФИО2 и ИП ФИО7 в полном объеме.

В обоснование жалобы заявитель указывает, что конкурсным управляющим заявлено ходатайство от 29.06.2023 о назначении экспертизы в связи с наличием оснований полагать, что цена оказанных ИП ФИО7 услуг завышена, что привело к возникновению у должника признаков недостаточности имущества. В 2017-2018 годах среднемесячное обслуживание многоквартирных домов (далее – МКД) в количестве 18-19 единиц составляло около 800 тыс. рублей, а в процедуре конкурсного производства в 2019 году обслуживание многоквартирных домов (далее – МКД) в количестве 18 единиц составляло около 100 тыс. рублей, то есть, в 8 раз меньше. Таким образом, определение фактической стоимости обслуживания управляемых должником МКД является существенным обстоятельством для правильного разрешения вопроса о привлечении контролирующих должника лиц (далее – КДЛ) к субсидиарной ответственности. Оно позволит установить факт заключения сделки с ИП ФИО7 на заведомо невыгодных для должника условиях и привлечь к ответственности ФИО5, ФИО2 и ИП ФИО7 Вместе с тем, суд первой инстанции отказал в назначении судебной экспертизы, при этом никак не мотивировав свой отказ. Конкурсный управляющий настаивает на том, что суд первой инстанции не исследовал и не дал оценки показаниям свидетелей ФИО9 и ФИО10, озвученным  в судебном заседании 20.12.2022, о том, что фактически с февраля 2018 года руководителем должника являлась ФИО2 Также судом не учтено, что определением Арбитражного суда Республики Коми от 13.02.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании документов должника у ФИО2, при этом последней до настоящего времени не переданы основные документы должника: это бухгалтерская база 1-С (или ее аналог с подтверждающими первичными документами) и база о начислениях и уплате собственниками помещений многоквартирных домов, управлявшихся должником, платы за жилищно-коммунальные услуги, которая является единственным источником поступления денежных средств в конкурсную массу. В результате неисполнения руководителем своей обязанности по передаче документов конкурсный управляющий должника был вынужден привлечь третье лицо для восстановления базы бухгалтерского учета, а также был лишен возможности проанализировать подозрительные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы. В отношении ФИО7 суд первой инстанции указал о выполнении своих договорных обязательств данным лицом и отказал в заявленных требованиях. Вместе с тем, суд не обозначил правовую квалификацию данного лица (контролирующее или неконтролирующее должника лицо), не исследовал и не отразил в судебном акте доводы конкурсного управляющего о системном характере аналогичных действий ФИО7, ФИО6 и ФИО5 по выводу денежных средств в других аффилированных организациях ООО «РЭП» (ООО «Обслуживающее предприятие»), ООО «Ремонтно-эксплуатационное предприятие». В то время как на момент подачи искового заявления со стороны ИП ФИО11 к должнику, а именно 02.07.2018, со стороны подконтрольных ФИО5 компаний имелись многомиллионные задолженности, подверженные решениями Арбитражного суда, ИП ФИО7 продолжал сотрудничество с компанией должника и накапливал задолженности. При этом по всем судебным делам не было возражений со стороны ответчиков, апелляционные жалобы не подавались. С учетом того, что услуги, оказываемые ФИО7 должнику по договорам, являются для него основной деятельностью, это противоречит экономической целесообразности деятельности ИП ФИО7 Поскольку ФИО7 имеет права требования к организациям, в которых участник и руководитель являлись участниками и руководителем должника, при этом задолженность взыскивалась без возражений, апелляционные жалобы не подавались, в дальнейшем организации признавались банкротами, в связи с этим имеет место синхронность (одновременность, согласованность) действий ФИО7 и ООО «УК РЭП», что в свою очередь свидетельствует о фактической аффилированности указанных лиц. В ходе рассмотрения дела ФИО7 не обосновал, в связи с чем он заключал договоры именно с теми организациями, в которых участником и руководителем являлось лицо, которое являлось руководителем и учредителем ООО «УК РЭП», при том, что организации не исполняли в полном объеме обязательства перед ИП ФИО7

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 ссылается на то, что она  выполняла функции единоличного исполнительного органа должника в период с 05.09.2018 по 18.12.2018. Сведений об исполнении обязанностей единоличного исполнительного органа должника в иные периоды в материалах дела не имеется. ФИО2 надлежащим образом исполняла должностные обязанности, причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и невозможностью удовлетворения требований кредиторов должником не имеется. В период деятельности ФИО2 в качестве руководителя должника структура бухгалтерского баланса была положительной, ФИО2 осуществлялись активные действия по взысканию дебиторской задолженности, не совершено ни одной сделки, не заключено ни одного договора, которые могли привести к банкротству должника и (или) ухудшить его финансовое положение. ФИО2 в декабре 2018 года передала конкурсному управляющему документы в оригинальных экземплярах и информацию. ФИО2 передала управляющему все имеющиеся у нее документы. ФИО2 неоднократно обращалась в адрес управляющего с просьбой разъяснить, какие именно документы и ценности, по его мнению, ему не переданы, однако ответ на данные просьбы получен не был. Этот же вопрос озвучивался стороной ответчика на судебных заседаниях в рамках рассмотрения заявления по настоящему спору, однако также конкретной информации управляющим предоставлено не было. Недобросовестность в действиях ФИО2 отсутствует. Иных документов, сведений и баз, помимо тех, которые переданы управляющему, у ФИО2 не имеется и не имелось. Действиями ФИО2 не были созданы препятствия для формирования управляющим конкурсной массы и ведения процедуры банкротства должника. Ходатайство конкурсного управляющего о назначении экспертизы ФИО2 считает не подлежащим удовлетворению.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 13.09.2023 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 14.09.2023.

В судебном заседании конкурсный управляющий и представитель ответчика ФИО2 поддержали свои правовые позиции.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Принимая во внимание положения части 5 статьи 268 АПК РФ, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», а также учитывая отсутствие соответствующих возражений, законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверяется апелляционным судом только в части отказа в удовлетворении требований, предъявленных конкурсным управляющим Чижом В.Л. к ФИО2 и ИП ФИО7

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, 10.04.2017 единственным учредителем ФИО5 принято решение о создании ООО «УК РЭП», образован единоличный исполнительный орган, директором избрана ФИО5 с правом первой и второй (за главного бухгалтера) подписи на финансовых и банковских документах.

ООО «УК РЭП» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной Инспекцией Федеральной налоговой службы №5 по Республике Коми 13.04.2007 за основным государственным регистрационным номером 1171101002852.

Основным видом деятельности должника указано управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

13.02.2018 решением №2 единственного учредителя должника ФИО5 увеличен уставный капитал ООО «УК РЭП» за счет средств ФИО6 до 25 000 руб., ФИО6 принят в состав учредителей с размером доли 60%, размер доли ФИО12 составил 40%.

27.09.2018 статус ФИО6 как учредителя ООО «УК РЭП» прекращен.

С 05.09.2018 по 18.12.2018 руководителем должника являлась ФИО2

02.10.2018 единственным участником ООО «УК РЭП» ФИО5 принято решение о ликвидации общества, ликвидатором назначена ФИО2

08.11.2018 АО «Коми энергосбытовая компания» обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании ООО «УК РЭП» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 14.11.2018 заявление АО «Коми энергосбытовая компания» принято к производству.

Решением от 18.12.2018 по делу № А29-15653/2018 ООО «УК РЭП» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Согласно отчету конкурсного управляющего о своей деятельности от 24.03.2023 общий размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, составлял 3 556 844 рубля 86 копеек, из них удовлетворено на сумму 235 406 рублей 85 копеек. Общий размер текущих обязательств составлял 10 519 309 рублей 92 копейки, непогашенный остаток был равен 3 192 873 рубля 85 копеек.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Законао банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с приведенными в пунктах 1, 9 Постановления №53 разъяснениями, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда (утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.16 Обзор судебной практики ВС РФ №4 (2016)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

1. В отношении требований, предъявленных к ФИО2, апелляционный суд отмечает следующее.

Данный ответчик являлся директором и ликвидатором должника согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц в период с 28.09.2018 по дату введения процедуры конкурсного производства.

Следовательно, применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве ФИО2 следует признать контролировавшим должника лицом. 

1.1. По основаниям нарушения срока на подачу заявления о признании должника банкротом и ненадлежащей организации работы по взысканию дебиторской задолженности.

В соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве определено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

При этом заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данной статьей, не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве (пункт 14 Постановления №53).

Пунктом 9 Постановления №53 предусмотрено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 12 Постановления № 53 согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае, предусмотренном пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - руководителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В силу вышеуказанных положений конкурсный управляющий должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно позиции конкурсного управляющего Чижа В.Л., занятой им в суде первой инстанции, обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом должна была быть исполнена ФИО2 до 29.06.2018, поскольку 29.05.2018 по делу №А29-3719/2018 с должника в пользу АО «Коми энергосбытовая компания» взыскано 413 451,32 руб. задолженности.

Как было указано выше, согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц ФИО2 стала руководителем должника с 28.09.2018.

В опровержение данного обстоятельства конкурсный управляющий ссылается на показания свидетелей ФИО9 (по пояснениям являлась специалистом по работе с населением) и ФИО10 (по пояснениям являлась уборщицей).

Исходя из того, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия/отсутствия формально-юридических признаков аффилированности судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения соответствующих субъектов (пункт 3 Постановления №53; пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Однако, во-первых, как пояснял в судебном заседании конкурсный управляющий, наличие каких-либо работников у должника им не установлено. Во-вторых, по пояснениям указанных лиц ФИО5 приезжала при наличии вопросов у диспетчеров либо самой ФИО9, при смене управляющей компании ФИО5 также осматривала дом в качестве директора должника.

Таким образом, указанные показания свидетелей однозначно не свидетельствуют о том, что фактическим руководителем должника на 29.05.2018 являлась ФИО2

В материалы дела ответчиком ФИО7 представлены подлинники актов КС-2 и справок КС-3, подписанные после февраля 2018 года ФИО5 При этом подпись ФИО5 на данных документах не оспорена.

Следовательно, в отношении ФИО13 обязанность по подаче заявления не могла возникнуть ранее, чем через месяц после того, как она приступила к исполнению обязанностей директора, а впоследствии ликвидатора должника, то есть 28.10.2018.

Однако, как следует из материалов дела, 08.11.2018 АО «Коми энергосбытовая компания» обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании ООО «УК РЭП» несостоятельным (банкротом), а определением Арбитражного суда Республики Коми от 14.11.2018 заявление было принято к производству.

Наращивание ответчиком обязательств должника в период с 28.10.2018 по 14.11.2018 конкурсным управляющим не доказано.

Следовательно, оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за нарушение срока подачи заявления о признании должника банкротом не имеется.

В отношении довода о ненадлежащей организации работы по взысканию дебиторской задолженности апелляционный суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Как было указано выше, должник начал деятельность в качестве юридического лица 13.04.2017, конкурсное производство в отношении должника введено 11.12.2018.

Исходя из специфики деятельности должника как управляющей компании, основным активом является дебиторская задолженность, размер которой согласно данным бухгалтерского баланса должника по итогам 2017 года  составлял 2 466 000 рублей.

Вопреки позиции конкурсного управляющего из материалов дела следует, что ФИО2 осуществлялась работа по взысканию дебиторской задолженности. Как установлено из ответов, поступивших в суд первой инстанции, мировым судьей Морозовского судебного участка г. Сыктывкара в 2018 году вынесено 240 судебных приказов в пользу ООО «УК РЭП». Мировым судьей Димитровского судебного участка г. Сыктывкара в 2018 году вынесено 428 судебных приказов в пользу ООО «УК РЭП». Мировым судьей Катаевского судебного участка г. Сыктывкара в 2018 году вынесено 217 судебных приказов в пользу ООО «УК РЭП». Согласно ответу Отделения судебных приставов по г. Сыктывкару № 2 УФССП по Республике Коми в 2018 года в пользу взыскателя ООО «УК РЭП» было возбуждено 114 исполнительных производств по взысканию задолженности по оплате коммунальных услуг.

Сведения о том, что по вине ФИО2 утрачена возможность взыскания какой-либо задолженности, суду не представлены.

Следовательно, ненадлежащая организация работы с дебиторской задолженностью не доказана.

1.3. По основанию непередачи документации должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Указанная норма применяется в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче арбитражному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Ввиду изложенного само по себе общее указание на лишение конкурсного управляющего возможности формирования конкурсной массы, выявить дебиторов, оспорить сделки не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 13.02.2019 по делу № А29-15653/2018 удовлетворено заявление конкурсного управляющего Чижа В.Л. об истребовании документации и материальных ценностей у бывшего руководителя должника, на ФИО2 возложена обязанность: «передать конкурсному управляющему в срок до 28 февраля 2019 года бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности».

Согласно тексту данного судебного акта, конкурсный управляющий в ходе рассмотрения обособленного спора сообщил, что часть документов была ему передана, однако на требовании настаивал в полном объеме.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что ему не были переданы бухгалтерская база 1-С) и база о начислениях и уплате собственниками помещений многоквартирных домов, управлявшихся должником, платы за жилищно-коммунальные услуги.

В материалы настоящего спора представлено сопроводительное письмо от 25.12.2018, согласно которому ФИО2 конкурсному управляющему переданы оригиналы учредительных документов, бухгалтерская отчетность, договоры с контрагентами, сведения в отношении дебиторской, кредиторской задолженности, расчеты и декларации, переписка с государственными органами, документы по банковским счетам, сведения о домах, находящихся в управлении, печать.

В сопроводительном письме проставлены рукописные отметки о наличии документов, а также указаны отсутствующие документы (расчеты и декларации, переписка с госорганами); в отношении сведений о дебиторской задолженности отметки о не передаче документов отсутствуют.

В материалы дела № А29-7416/2019 конкурсным управляющим представлены договор № 36/05-А об оказании услуг по систематизации данных от 08.03.2019, заключенный между ООО «УК РЭП» в лице конкурсного управляющего (заказчик) и ООО «ПравоАудитКонсалтинг» (исполнитель), согласно которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по подготовке поквартирных карточек, справок о задолженности (актов сверки), а также систематизации лицевых счетов (заведение, обработка и систематизация) по находящимся в управлении заказчика многоквартирным домам.

26.03.2019 между сторонами подписан акт приема-передачи к договору.

21.09.2019 заявителем в ЕФРСБ опубликовано сообщение № 4190261, согласно которому 19.09.2019 конкурсным управляющим проведена дополнительная инвентаризация имущества должника - дебиторской задолженности в размере 2 344 713 рублей 08 копеек.

Согласно отчету конкурсного управляющего от 24.03.2023  в период с 11.12.2018 по 23.03.2023 на основной счет должника от потребителей коммунальных услуг поступили денежные средства в размере 9 698 130 рублей 28 копеек.

С учетом приведенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что не передача ФИО2 части документов не ограничила возможности конкурсного управляющего по взысканию дебиторской задолженности и формированию конкурсной массы.

Довод конкурсного управляющего о том, что в результате неисполнения руководителем своей обязанности по передаче документов, заявитель был лишен возможности проанализировать подозрительные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, признается судом апелляционной инстанции несостоятельным, поскольку договоры с контрагентами были переданы конкурсному управляющего, также он имеет доступ к выписке по счетам должника. Более того, в процедуре банкротства конкурсным управляющим оспаривались сделки должника.

Таким образом, Второй арбитражный апелляционный суд считает обоснованным и верным вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по заявленному конкурсным управляющим основанию.

2. В отношении доводов жалобы о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с совершением сделок, нанесших существенный вред имущественным правам кредиторов, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В пункте 23 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если:

1) заявление о признании сделки недействительной не подавалось;

2) заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

3) судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 3).

01.11.2017 между ООО «УК РЭП» (заказчик) и ИП ФИО7  (подрядчик) подписан договор № 7 на аварийное обслуживание и оказание услуг по выполнению заявочных работ по обслуживанию внутридомовых электрических, инженерных сетей, на выполнение работ по косметическому и иному текущему ремонту общего имущества в многоквартирных домах, в соответствии с которым подрядчик принимает на себя обязательства по аварийному обслуживанию объектов заказчика,  обслуживанию внутридомовых инженерных сетей, работы по косметическому и иному текущему ремонту общего имущества собственников в многоквартирных домах. Сторонами согласована цена и порядок расчета; договор заключен на срок с 01.11.2017 по 31.10.2019.

В соответствии с пунктом 1.1 договора во время действия договора подрядчик принимает на себя обязательства по аварийному обслуживанию объектов заказчика, указанных в Приложении №1 к договору в домах жилого фонда на условиях и в порядке, предусмотренном настоящим договором. В рамках договора подрядчик принимает на себя обязательства выполнить работы по обслуживанию внутридомовых инженерных сетей, работы по косметическому и иному текущему ремонту общего имущества собственников в многоквартирных домах, находящихся в обслуживании заказчика. Заказчик принимает на себя обязательства по оплате работ, выполненных подрядчиком.

Стоимость оказываемых услуг и работ по договору стороны согласовали в Приложении №1 к договору.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 06.09.2019 по делу № А29-15653/2018 (Т-153777/2018), оставленным без изменения постановлениями Второго арбитражного апелляционного суда от 22.11.2019 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 05.03.2020, признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ООО «УК РЭП» требования ИП ФИО7, основанные на неисполнении должником обязанности по оплате услуг по договору от 01.11.2017 на аварийное обслуживание.

01.11.2017 между ООО «УК РЭП» (заказчик) и ИП ФИО7 (подрядчик) подписан договор № 7 на оказание услуг и выполнение работ по санитарному обслуживанию общего имущества в многоквартирных домах, в соответствии с которым исполнитель по заданию заказчика обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему санитарному содержанию общего имущества в многоквартирных домах. Стоимость услуг по санитарному обслуживанию общего имущества определяется на основании актов выполненных работ по форме КС-2, КС-3. Срок действия договора с 01.11.2017 по 31.10.2019 включительно.

В соответствии с пунктом 2.2. договора исполнитель по заданию заказчика обязуется оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему санитарному содержанию общего имущества в многоквартирных домах, указанных в приложении № 1, осуществлять иную направленную на достижение целей договора деятельность.

Согласно пункту 4.1. договора стоимость услуг (работ) по санитарному обслуживанию общего имущества многоквартирных домов, иных работ определяется на основании подготовленных исполнителем и подписанных заказчиком актов выполненных работ по форме КС-2, КС-3, НДС нет, так как стороны применяют упрощенную систему налогообложения.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 18.07.2019 по делу № А29-15653/2018 (Т-153765/2018), оставленным без изменения постановлениями Второго арбитражного апелляционного суда от 17.10.2019 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 26.12.2019, признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ООО «УК РЭП» требования ИП ФИО7, основанные на неисполнении должником обязанности по оплате услуг по договору от 01.11.2017 на санитарное обслуживание.

В рамках обособленных споров Т-153777/2018 (определение от 06.09.2019) и Т-153765/2018 (определение от 18.07.2019) суды пришли к выводу о доказанности реального характера оказываемых ИП ФИО7 услуг.

В материалы настоящего обособленного спора ИП ФИО7 также представлены локальные сметы, акты приемки выполненных работ, справки стоимости выполненных работ по договору на аварийное обслуживание за период декабрь 2017 года-июль 2018 года, сентябрь-ноябрь 2018 года; по договору на санитарное обслуживание за период декабрь 2017 года, февраль-июнь 2018 года, сентябрь-октябрь 2018 года; копии журналов заявок (сантехника, электрика); акты выполненных по заявкам работ.

Согласно представленному при рассмотрении обособленного спора ответу ИФНС по г. Сыктывкару среднесписочная численность работников должника за 2017 год составляла 0 человек; имущество, являющееся объектом налогообложения, отсутствовало. 

Как уже отмечалось ранее, единственным активом должника в соответствии с данными бухгалтерского баланса за 2017 год являлась дебиторская задолженность. Отчет конкурсного управляющего от 24.03.2023 также не содержит сведений о выявлении в ходе процедуры банкротства какого-либо иного имущества.

В указанных обстоятельствах судом первой инстанции верно отмечено, что материалами дела подтверждается фактическое выполнение работ по заключенным договорам и отсутствие у ООО «УК РЭП» возможности выполнять порученные ИП ФИО7 услуги самостоятельно.

Конкурсный управляющий настаивает на том, что цена оказываемых ИП ФИО7 по договорам от 01.11.2017 услуг была значительно завышена, что также, по мнению заявителя, свидетельствует о том, что ИП ФИО7 является контролирующим должника лицом.

В целях подтверждения своей позиции конкурным управляющим 29.06.2023 было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы, в удовлетворении которого судом первой инстанции было отказано.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения, возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Данная норма не носит императивного характера, вопрос о необходимости проведения экспертизы относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Требование одной из сторон спора о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда по ее назначению.

При рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции не установил необходимость проведения экспертизы, счел возможным рассмотреть дело по имеющимся в деле доказательствам.

Как следует из представленных ИП ФИО7 первичных документов стоимость услуг по договору на аварийное обслуживание варьировалась от 168 387 рублей 47 копеек до 812 112 рублей 40 копеек в месяц (средняя стоимость в месяц составляла примерно 403 501 рубль), стоимость услуг по договору на санитарное обслуживание от 191 844 рублей 67 копеек до 220 317 рублей 32 копеек (средняя стоимость в месяц составляла примерно 210 343 рубля).

Стоимость услуг одновременно по двум договорам варьировалась в пределах от 456 747 рублей 09 копеек до 1 032 429 рублей 72 копейки. При этом тариф должника на содержание и текущий ремонт общего имущества составлял 27,51 руб. за 1 кв.м., (согласно представленным в материалы электронного дела платежным документам). Следовательно, явная и очевидная убыточность договора из материалов дела не следует, поскольку с учетом общей площади жилых помещений (31 717,20 кв.м.) общий размер планируемых поступлений составлял порядка 900 000 руб. в месяц.

В письменных пояснениях в суде первой инстанции заявитель указывал, что среднемесячный расход конкурсного управляющего на обслуживание многоквартирных домов составлял 80,3 тысяч рублей, что в 9 раз меньше стоимости услуг ИП ФИО7

В то же время, как следует из отчета конкурсного управляющего от 24.03.2023, в рамках конкурсного производства управление многоквартирными домами осуществлялось в период с 11.12.2018 по 01.05.2019.

В графе отчета «Сведения о текущих обязательствах, возникших в ходе конкурсного производства» отражены расходы по управлению МКД (договоры на аварийное обслуживание, на выполнение работ по содержанию и ремонту общего имущества, договоры ГПХ с привлеченными лицами (уборщики, дворники), договоры на расчистку снега и др.). Общий размер указанных обязательств составил 5 049 070 рублей (т.е. в среднем 1 009 814 рублей в месяц). Таким образом, размер затрат произведенных конкурсным управляющим затрат сопоставим с ценой оказываемых ИП ФИО7 услуг.

Также апелляционный суд отмечает, что по договору от 01.11.2017 стоимость аварийно-диспетчерского обслуживания за 1 кв.м. жилого (нежилого) помещения в календарный месяц составляет 2,1 кв.м., аналогичная стоимость установлена в договоре от 01.01.2019, заключенном от имени должника конкурсным управляющим Чижом В.Л. с ООО «СпецМонтажСервис». Стоимость неаварийных работ также рассчитывается отдельно.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее. В ходатайстве о назначении экспертизы конкурсным управляющим поставлен вопрос об определении фактической стоимости оказанных ИП ФИО7 услуг. Заявитель представил кандидатуру эксперта и его согласие на проведение экспертизы. В указанном согласии эксперт сообщает о полной технической, производственной и транспортной возможности проведения автотехнической экспертизы, в то время как конкурсный управляющий настаивает на оценочной экспертизе стоимости услуг. 

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий обращался в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительной сделки по перечислению ИП ФИО7 денежных средств в размере 3 752 935 рублей 99 копеек и  применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в указанной сумме, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 16.08.2020 на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве признана недействительной сделка должника  по перечислению  ООО «УК РЭП» денежных средств в период с 15.10.2018 по 13.12.2018 в адрес ИП ФИО7 на общую сумму 1 465 894 рубля 41 копейка, применены последствия недействительности сделки. Денежные средства потупили в конкурсную массу согласно отчету конкурсного управляющего. Постановлениями Второго арбитражного апелляционного суда от 26.10.2020 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 27.01.2021 определение Арбитражного суда Республики Коми от 16.08.2020 оставлено без изменения.

Как следует из постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 17.10.2019 по делу №А29-15653/2018 конкурсный управляющий, возражая против установления требований ИП ФИО14 в реестре требований кредиторов, среди прочего, ссылался на завышение стоимости работ, однако, соответствующие доводы судом приняты не были. Таким образом, в течение длительного периода времени конкурсным управляющим не приводились доводы относительно завышения стоимости работ и услуг, оказанных ИП ФИО7 по договорам от 01.11.2017.

При таких обстоятельствах, отказ в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы представляется обоснованным. В суде апелляционной инстанции конкурсный управляющий о назначении экспертизы не ходатайствовал.

Доводы конкурсного управляющего о наличии фактической аффилированности ИП ФИО7 и должника, о заключении ИП ФИО7 договоров с организациями, подконтрольными ФИО5, были предметом оценки судов при рассмотрении обособленного спора об оспаривании сделки должника;  о наличии аффилированности заявитель также ссылался при рассмотрении обособленного спора о включении требований ИП ФИО7 в реестр требований кредиторов должника.

Однако при рассмотрении указанных споров судами обстоятельства, указывающие на то, что ИП ФИО7 является аффилированным с ООО «УК РЭП» лицом не установлены. В рамках настоящего обособленного спора какие-либо обстоятельства, позволяющие суду прийти к иному выводу, конкурсным управляющим не доказаны.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что у ИП ФИО7 имелись хозяйственные взаимоотношения с участником должника (ФИО5) в рамках иных организаций (в том числе, взыскивалась задолженность), отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку указанное обстоятельство не свидетельствует о том, что ИП ФИО7 являлся контролирующим должника лицом.

Факт реального оказания ИП ФИО7 услуг по заключенным договорам подтвержден материалами дела, в то же время указанные услуги в полном объеме должником не оплачены. Согласно отчету конкурсного управляющего от 24.03.2023 размер неисполненных перед ИП ФИО7 обязательств составлял 2 719 539 рублей 24 копейки. Указанные обстоятельства не позволяют суду апелляционной инстанции согласиться с позицией конкурсного управляющего о том, что ИП ФИО7 являлся «центром прибыли», а ООО «УК РЭП» - «центром убытков».

Само по себе не оспаривание ООО «УК РЭП» решений Арбитражного суда о взыскании в пользу ИП ФИО7 задолженности по договорам от 01.11.2017 не может трактоваться как обстоятельство, подтверждающее аффилированность сторон, особенно в условиях установленного судом в рамках дела № А29-15653/2018 факта реального оказания данных услуг.

Оценив приведенные заявителем в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора обстоятельства в совокупности, суд апелляционной инстанции не установил оснований для признания ИП ФИО7 контролирующим должника лицом.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

При данных обстоятельствах основания для удовлетворения жалобы конкурсного управляющего и отмены оспариваемого определения суда первой инстанции отсутствуют. Доводы жалобы сводятся к несогласию заявителя с выводами суда первой инстанции, положенными в обоснование принятого по делу судебного акта, что само по себе не может служить основанием для его отмены.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 04.07.2023 по делу № А29-15653/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УК РЭП» ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

 

Судьи

 

А.С. Калинина

 

Е.Н. Хорошева

 

Е.В. Шаклеина