АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-562/22 

Екатеринбург

12 февраля 2024 г.

 

Дело № А50-29247/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Новиковой О.Н., Морозова Д.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 02.08.2023 по делу № А50-29247/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

 

Решением Арбитражного суда Пермского края суда от 29.11.2018 года общество с ограниченной ответственностью «Финист» (далее – общество «Финист», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.01.2021  арбитражный управляющий ФИО2 отстранен от исполнения возложенных на него обязанностей; конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО3

Определением суда от 04.08.2021 года признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Финист»; производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24.09.2021 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества «Финист».

Определением суда от 17.06.2022 производство по делу о признании  общества «Финист» несостоятельным (банкротом) прекращено. 

Определением суда от 18.10.2022 производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности возобновлено.

Определением суда от 08.12.2022 года произведена замена заявителя на Федеральную налоговую службу в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган) по исковым требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Заявления общества с ограниченной ответственностью «Фалькон», ФИО5, общества с ограниченной ответственностью «Агросоюз», общества с ограниченной ответственностью «Новация» о присоединении к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности приняты судом к производству.

Определением Арбитражный суд Пермского края от 02.08.2023 с ФИО1 и ФИО4 солидарно в порядке субсидиарной ответственности взыскано:

– в пользу уполномоченного органа – 6 644 640 руб. 62 коп.;

– в пользу ФИО5 – 3 224 200 руб.;

– в пользу общества «Новация» – 133 000 руб;

– в пользу общества «Фалькон» – 722 170 руб. 14 коп.;

– в порядке процессуального правопреемства произведена замена кредитора общества «Агросоюз» на общество «Новация» в реестре требований кредиторов общества «Финист»; в пользу общества «Новация» в порядке субсидиарной ответственности взыскано 4 213 783 руб. 56 коп.

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которых просит определение от 02.08.2023 и постановление от 17.10.2023 отменить в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в сумме 15 370 637 руб. 02 коп. и направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что на момент принятия судебного акта суда первой инстанции расчеты с кредиторами не завершены, соответственно, отсутствовали основания определения итогового размера субсидиарной ответственности; указывает, что настоящее дело о банкротстве прекращено, что исключает возможность предъявления к ФИО6 требований о взыскании убытков; настаивает, что размер субсидиарной ответственности должен соответствовать разнице между требованиями кредиторов и суммой, взысканной с самого должника; настаивает, что размер сформированной конкурсной массы превышает размер требований кредиторов, включенных в реестр, соответственно, в конкурсной массе было достаточно имущества для полного удовлетворения требования всех кредиторов; ФИО1 передана документация должника ликвидатору ФИО4, на основании которых в конкурсную массу должника могла быть взыскана задолженность, в сумме, достаточной для удовлетворения всех требований, включенных в реестр требований кредиторов; неполучение управляющим этих документов и соответственно невзыскание дебиторской задолженности не может вменяться в вину ФИО1

По мнению заявителя кассационной жалобы, вред, причиненный его действиями, не превышает сумму сделок, признанных недействительными – 4,9 млн. руб., в связи с чем в части сумма субсидиарной ответственности подлежит уменьшению до 53,4 % от суммы итогового размера субсидиарной ответственности; отмечает, что должник находился в стадии ликвидации с 19.09.2017, оспоренные платежи в общей сумме 8 210 098 руб. 34 коп. совершены в период с 17.03.2017 по 04.07.2017, то есть в пределах полугода до даты ликвидации; какие-либо инвестиционные проекты или производственные процессы, способные привести к приращению имущества общества в период совершения платежей, отсутствовали, в связи с чем наличие у общества на расчетном счете денежных средств в совокупной сумме 8 210 098 руб. 34 коп. могло лишь позволить погасить требования кредиторов в этой же сумме (8 210 098 руб. 34 коп.), но не в сумме 15 370 637 руб. 02 коп.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением суда от 04.08.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Финист».

Как следует из содержания указанного судебного акта, при постановке вывода о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче документов суд исходил из того, что такая обязанность на ликвидатора была возложена определением от 03.09.2020, ее неисполнение привело к невозможности формирования конкурсной массы, невозможности предъявления управляющим требований о взыскании дебиторской задолженности в судебном порядке на сумму 11 801 тыс. руб. С учетом того, что отсутствие первичной документации о хозяйственной деятельности общества презюмирует вину контролирующих должника лиц в доведении общества до несостоятельности (банкротства),  в отсутствие доказательств того, что непередача документации не привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо отсутствие вины в непередаче управляющему, а также в отсутствие доказательств принятия всех необходимых мер для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от ФИО4, в материалы дела не представлено, в связи с чем суд пришел к выводу о наличии оснований для  привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Признавая, что действия ФИО1 по выводу активов должника послужили причиной банкротства должника, суд исходил из того, что при наличии у должника неисполненных обязательств перед уполномоченным органом должником совершены платежи в пользу общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии» (далее – общество «Новые технологии») в общей сумме порядка 4,9 млн. руб. в отсутствие встречного предоставления по нереальным обязательствам (определением от 21.01.2020 платежи признаны недействительными сделками), аналогичным образом в отсутствие какой-либо экономической целесообразности при наличии признаков неплатежеспособности должник осуществил платежи за общество «Новые технологии» в рамках процедуры торгов в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Исток» (далее – общество «Исток») на общую сумму более 2,4 млн. руб., не получив при этом в собственность два транспортных средства, являвшихся предметом торгов (договоры купли-продажи заключены с обществом «Новые технологии»); суд также принял во внимание, что ответчиком ФИО1 не был обеспечен возврат должнику денежных средств в сумме 700 тыс. руб. от ФИО7 после расторжения 20.07.2017 договора купли-продажи от 12.04.2017 транспортного средства (Ford Focus, 2013 г.в.), транспортное средство также сохраняется до сегодняшнего дня  в собственности продавца – ФИО7; исходя из того, что должником также совершен платеж на сумму 40 тыс. руб. в пользу ФИО8 с назначением платежа – оплата по договору купли-продажи мотоцикла, однако из актов приема-передачи документов и ТМЦ не следует, что такой мотоцикл когда-либо находился в собственности должника или был поставлен на учет, в связи с чем суд заключил, что неспособность удовлетворения требований конкурсных кредиторов, послужившая основанием для признания должника несостоятельным (банкротом), возникла в результате неправомерного поведения ФИО1, фактически определявшего поведение должника в соответствующие временные периоды и руководившего им, что находится в прямой причинно-следственной связи с признанием должника банкротом, соответственно, судом было признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Финист» в связи с совершением сделок, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов должника. 

Соответствующий судебный акт вступил в законную силу.

Установив, что все мероприятия процедуры конкурсного производства проведены, руководствуясь положениями пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, суды пришли к выводу о наличии оснований для рассмотрения вопроса об определении размера субсидиарной ответственности. 

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанций верно исходили из того, что в настоящем обособленном споре подлежали рассмотрению и разрешению исключительно вопросы установления размера уже привлеченных к субсидиарной ответственности лиц.

Обращаясь с требованием об установлении размера субсидиарной ответственности, кредиторы ссылались на наличие непогашенных требований должника, в том числе: 

– перед уполномоченным органом в общей сумме 6 644 640 руб. 62 коп.; 

– перед ФИО5 в общей сумме 3 224 200 руб.;

– перед обществом «Новация»  в сумме 133 000 руб.; 

– перед обществом «Фалькон» в сумме 722 170 руб. 14 коп.;

– перед обществом «Агросоюз» в сумме 4 213 783 руб. 56 коп.

Суды первой и апелляционной инстанции, устанавливая в указанных суммах размер ответственности, исходили из следующего.

Согласно положениям пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, по общему правилу, равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Таким образом, именно на ответчике лежит процессуальная обязанность по доказыванию несоразмерности причиненного его действиями вреда кредиторам размеру требований, подлежащих удовлетворению за счет ответчика, и необходимости уменьшения размера ответственности, определяемого, по общему правилу, как величина всех оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника требований кредиторов, включая требования кредиторов по текущим платежам.

Учитывая, что наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности установлено вступившим в законную силу судебным актом, исходя из того, что каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств для снижения размера субсидиарной ответственности по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в данном споре субсидиарным ответчиками не представлено, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об установлении размера ответственности ФИО1 и ФИО4 в общей сумме непогашенных реестровых требований, то есть на сумму 15 370 637 руб. 02 коп.

Определяя в соответствующей сумме размер субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО4, приняв во внимание, что достойных доводов и доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств для снижения размера субсидиарной ответственности по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в данном споре субсидиарными ответчиками при рассмотрении спора приведено не было, а излагаемые в судах первой и апелляционной инстанций аргументы о необходимости ограничения ответственности ФИО1 суммой ущерба, фактически причиненного действиями ФИО1, или суммой сделок, оспоренных управляющим, не были признаны судами достаточным основанием для снижения ответственности ввиду установленных обстоятельств того, что неспособность удовлетворения требований конкурсных кредиторов, послужившая основанием для признания должника несостоятельным (банкротом), возникла в результате неправомерного поведения ФИО1, фактически определявшего поведение должника в соответствующие временные периоды и руководившего им, что находится в прямой причинно-следственной связи с признанием должника банкротом, суды определили размер субсидиарной ответственности как сумму требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, не погашенных за счет имущества должника, что соответствует положениям абзаца первого пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы права.

Доводы кассационной жалобы о том, что на момент вынесения определения от 02.08.2023 конкурсная масса не сформирована, расчеты с кредиторами за счет имущества должника не завершены, по данным отчета конкурсного управляющего у должника имелось движимое имущество стоимостью порядка 7,8 млн. руб., судом округа отклоняется, поскольку производство по делу о банкротстве было прекращено; сама по себе сохраняющаяся у должника возможность предъявления самостоятельных требований к бывшему управляющему ФИО6 о взыскании возможных убытков вследствие утраты имущества не исключает ответственности самого контролирующего должника лица за допущенный им гражданско-правовой деликт, то есть в данном случае он отвечает за собственное правонарушение. 

Более того, из единого государственного реестра не следует, что должник ликвидирован, соответственно его нынешние органы управления и участники не лишены возможности предъявить самостоятельный прямой или косвенный иск к ФИО6 в защиту интересов должника.  

Довод заявителя о том, что размер субсидиарной ответственности может быть уменьшен в связи с несоразмерностью причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов, являлся предметом исследования нижестоящих судов и обоснованно отклонен.

Действительно, по общему правилу, предусмотренному абзацем первым пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр, а также заявленных после закрытия реестра и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В то же время абзац второй указанного пункта допускает возможность снижения размера ответственности, если размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине ответчика, существенно меньше размера требований кредиторов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 29 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023), основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве могут служить, в частности, следующие обстоятельства:

– наличие имевших место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника;

– доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов;

– проявление ответчиком деятельного раскаяния, например, погашение вреда в причиненном размере, способствование нахождению имущества должника или иных бенефициаров и т.д.

Контролирующее лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника (пункт 17 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве»; далее – постановление № 53). 

В рассмотренном случае в качестве основания для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности управляющий указал на совокупность сделок, направленных на причинение вреда интересам его кредиторов и которые, в числе прочих, явились причиной банкротства должника. На основе анализа материалов дела суды установили, что, сформировав у должника критический размер кредиторской задолженности, осуществив безосновательное перечисление значительной суммы денежных средств, составляющих существенную часть задолженности перед контрагентами, в пользу третьих лиц, выполнение которыми каких-либо работ и услуг в интересах должника доказано не было, в совокупности с совершением действий по непринятию действий по взысканию дебиторской задолженности, исключив тем самым возможность погашения требований кредиторов.

Со своей стороны ответчик не раскрывал иных обстоятельств, которые послужили причиной банкротства, не предоставил рационального объяснения совокупности действий, которые сводились к безвозмездному выводу активов должника.

Учитывая изложенное, суд в ранее рассмотренном споре об установлении оснований субсидиарной ответственности ФИО1, пришли к выводу, что указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что признанные недействительными сделки, а также действия контролирующего должника лица не отвечают признакам разумного и добросовестного поведения, повлекли невозможность общества рассчитаться по долгам с независимыми кредиторами и, как следствие, его банкротство, и являются основанием для привлечения данного ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора приведенных выше либо иных заслуживающих внимание обстоятельств, позволяющих уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица (а именно ФИО1.), в отношении которого вступившим в законную силу судебным актом установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не установлено.

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом проверки судов, получили правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 – 288 АПК РФ (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

На основании изложенного и принимая во внимание, что судами не допущено нарушения или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, при этом фактические обстоятельства спора установлены судами верно и в полном объеме, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 02.08.2023 по делу № А50-29247/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Новикова 

 

                                                                                              Д.Н. Морозов