СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-69/2021(6)-АК

Дело № А60-29168/2020

01 августа 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 августа 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С., 

судей                               Гладких Е.О., Макарова Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от ФИО8: ФИО2 (доверенности от 18.05.2019 и 14.10.2021, паспорт),

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от должника ФИО3: ФИО4 (доверенность от 04.10.2020, паспорт),  

финансового управляющего должника ФИО5 (паспорт),

от кредитора общества с ограниченной ответственностью «Юниверфуд»: конкурсный управляющий ФИО6 (паспорт),

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу лица, в отношении которого совершены спариваемые сделки, ФИО8

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 05 мая 2022 года 

об удовлетворении заявления финансового управляющего о признании  недействительными сделками:

соглашения о разделе совместно нажитого имущества в период брака от 25.11.2009, заключенного между должником и ФИО8, в части раздела имущества, указанного в пункте 3 соглашения; 

алиментного соглашения от 25.11.2009, заключенного между должником и ФИО8, на содержание ФИО7, в части размера алиментов, превышающего размер, установленный статьей 81 Семейного кодекса Российской Федерации, 

применением последствий недействительности сделок;

об отказе в удовлетворении заявления ФИО8 о включении требования в размере 9 526 109 руб. 66 коп. в реестр требований кредиторов должника,

вынесенное в рамках дела № А60-29168/2020

о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>),

третье лицо: Управление социальной политики №24 Министерства социальной

политики Свердловской области,

установил:

15.06.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО8 (далее – ФИО8) о признании индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – ИП ФИО3, должник) несостоятельным (банкротом) при наличии задолженности по алиментным обязательствам перед ФИО7 (далее – ФИО7) в размере 7 238 709 руб. 66 коп. 

19.06.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Блинофф-Петербуржская» (далее – общество  «Блинофф-Петербуржская») о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданина при наличии неисполненных обязательств в размере 7 041 137 руб. 71 коп.   

Определением суда от 22.06.2020 заявление ФИО8 о признании ИП ФИО3 несостоятельным (банкротом) возвращено.

Определением суда от 29.06.2020 заявление общества «Блинофф-Петербуржская» принято к производству арбитражного суда, назначено к рассмотрению в судебном заседании. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.09.2020 (резолютивная часть от 24.09.2020) ИП ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9 (далее – ФИО9), член саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих». 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 03.10.2020 №181, стр.38.

05.10.2020 в арбитражный суд поступило заявление ФИО8 о включении требования в размере 9 526 109 руб. 66 коп. (задолженность по алиментам) в реестр требований кредиторов должника.

27.10.2020 финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой алиментного соглашения от 25.11.2009 серии 66В №065612.

17.11.2020 от должника в арбитражный суд поступило ходатайство об объединении настоящего обособленного спора с заявлением финансового управляющего ФИО9 о признании сделки должника (алиментного соглашения от 25.11.2009) с ФИО8 недействительной.

Определением суда от 26.11.2020 объединены в одно производство для совместного рассмотрения обособленные споры по заявлению ФИО8 о включении требования в реестр требований кредиторов и заявлению финансового управляющего ФИО9 о признании сделки должника с ФИО8 недействительной.

28.01.2021 финансовый управляющий ФИО9 обратилась в арбитражный суд со втором заявлением о признании недействительной сделки должника – соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 25.11.2009 серии 66В №065615, заключенного с ФИО8

Определением суда от 15.04.2021 в одно производство для совместного рассмотрения объединены обособленные споры по заявлению ФИО8 о включении требования в реестр требований кредиторов, заявлениям финансового управляющего ФИО9 о признании сделок должника с ФИО8 недействительными. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.05.2022 (резолютивная часть от 28.04.2022) судом признано недействительной сделкой соглашение о разделе совместно нажитого имущества в период брака от 25.11.2009, заключенное между должником и ФИО8, в части раздела имущества, указанного в пункте 3 соглашения. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности ФИО3 и ФИО8 на квартиры 375 и 342 в доме 68 по улице Бажова в г.Екатеринбурге. Признано недействительной сделкой алиментное соглашение от 25.11.2009, заключенное между должником и ФИО8 на содержание ФИО7, в части размера алиментов, превышающего размер, установленный статьей 81 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ). Применены последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующим требования ФИО8 к должнику об уплате алиментов за период с 01.11.2016 по 26.09.2020.

Не согласившись с вынесенным определением суда, лицо, в отношении которого совершены спариваемые сделки, ФИО8 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт, отказать в удовлетворении заявлений финансового управляющего должника и удовлетворить требования ФИО8 о включении требования в размере 9 526 109 руб. 66 коп. в реестр требований кредиторов должника.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ее заявитель указывает на то, что материалами дела подтверждается отсутствие у ФИО3 перед ФИО10 обязательств на дату заключения соглашения о разделе имущества от 25.11.2009. Судом не учтены обстоятельства отсутствия фактических брачных отношений между должником и ФИО8 с начала 2009 года, ведения раздельного хозяйства бывшими супругами и их раздельное проживание. Заявитель жалобы также считает, что судом не учтено финансовое положение ФИО3, подтвержденное отчетами об оценке, согласно которым заем в размере 9 000 000 руб. не являлся для должника значимой суммой, из-за которой он бы мог предпринимать действия, направленные на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Кроме того, ФИО8 обращает внимание, что ею было заявлено в суде первой инстанции о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания сделок должника, однако соответствующие возражения не были рассмотрены судом первой инстанции. Помимо прочего указывает на нарушение судом норм процессуального права, выраженное в необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства о даче заключения органа опеки и попечительства об оценке последствий признания сделки недействительной, в том числе о возможном ухудшении положения прав несовершеннолетнего лица, а также в необоснованном отказе в удовлетворении ходатайств о допросе свидетелей. В отношении выводов суда о наличии оснований для оспаривания соглашения об уплате алиментов, ФИО8 полагает, что данное соглашение улучшает положение кредиторов должника, поскольку в его отсутствие ФИО8 вправе требовать включение в реестр суммы задолженности в размере 18 747 115 руб. 83 коп. Кроме того, апеллянт отмечает, что в 2009 году имущественное положение должника не позволяло сделать выводы о наличии обстоятельств банкротства ФИО3 Полагает выводы суда о том, что ребенок находится на иждивении отца не обоснованным, поскольку соответствующие обстоятельства не подтверждены материалами дела. 

До начала судебного заседания от должника поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит удовлетворить жалобу ФИО8 в полном объеме.

От финансового управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит в удовлетворении жалобы отказать, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения суда. 

От ФИО8 поступили возражения на отзыв финансового управляющего. 

Участвующие в судебном заседании представители должника и ФИО8 на доводах апелляционной жалобы настаивали, просили отменить обжалуемое определение суда.

Финансовый управляющий ФИО5 и конкурсный управляющий кредитора общества с ограниченной ответственностью «Юниверфуд» (далее – общество «Юниверфуд») против доводов апелляционной жалобы возражали.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в феврале 2002 года между ФИО8 и ФИО3 был заключен брак, который 19.07.2009 расторгнут на основании заочного решения мирового судьи судебного участка №1 Кировского района г.Екатеринбурга.

25.11.2009 между ФИО8 и ФИО3 заключены два нотариальных соглашения:

- об уплате алиментов (серии 66В №065612),

- о разделе совместно нажитого имущества (серии 66В №065615).

По условиям соглашения о разделе совместно нажитого имущества после окончательной выплаты по кредитным договорам с ЗАО КБ «Драгоценности Урала» от 15.01.2008 №Е-01-73-ИП, от 17.12.2007 №Е-01-66-ИП и снятия обременения будут являться единоличной собственностью ФИО8 квартиры под строительными номерами 6, 39 и 40 по строительному адресу: 

<

...> подъезд (секция) «ЗБ», дом №3 (пункт 3 соглашения №1).

По условиям алиментного соглашения ФИО3 обязался уплачивать алименты на содержание дочери ФИО7 (далее – ФИО7), размер которых установлен сторонами на момент его подписания в сумме 200 000 руб. ежемесячно (пункт 2 соглашения №2).

ФИО8 направила в арбитражный суд заявление о включении в реестр требований кредиторов ФИО3 требования, основанного на неисполнении должником алиментного соглашения от 25.11.2009, в размере 9 526 109 руб. 66 коп.

Финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании соглашения о разделе совместно нажитого имущества и алиментного соглашения недействительными (ничтожными) сделками в силу норм статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявленное требование ФИО8 о включении в реестр требований кредиторов должника является фактически погашенным должником, поскольку ФИО7 в период 2016-2019 годов находилась на иждивении своего отца ФИО3, т.е. им и исполнялись обязанности по содержанию несовершеннолетнего ребенка.

В отношении заявлений финансового управляющего об оспаривании сделок суд пришел к выводу об их обоснованности и признал оба соглашения от 25.11.2009 недействительными сделками в соответствующих частях.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, заслушав участников процесса, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктом 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Поскольку спорные соглашены заключены 25.11.2009, с учетом пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ, они могут быть признаны недействительными на основании общих положений о недействительности сделок ГК РФ.

При наличии в законе специального основания недействительности (ничтожной) сделки она признается недействительной по этому основанию, например по правилам статьи 170 ГК РФ (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; далее – постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25).

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25, стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 101 СК РФ к заключению, исполнению, расторжению и признанию недействительным соглашения об уплате алиментов применяются нормы Гражданского кодекса РФ, регулирующие заключение, исполнение, расторжение и признание недействительными гражданско-правовых сделок.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 ГК РФ).

Разрешая вопрос о недействительности соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, арбитражный суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2017 №310-ЭС17-9405(1,2), недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Вместе с тем, в отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица, может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

В отношении соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 25.11.2009 судом первой инстанции верно установлено, что согласно условиям данного соглашения, ФИО3 лично несет бремя по оплате стоимости квартир, при этом после выплаты полной стоимости квартир, они переходят в личную собственность ФИО8 (л.д.77 т.2).

На дату расторжения брака (17.07.2009) и на дату заключения оспариваемого соглашения о разделе совместно нажитого имущества (25.11.2009) у должника уже возникли обязательства солидарно с обществом «Юниверфуд» по возврату заемных средств ИП ФИО10 по договору займа от 15.04.2009.

При этом, из пояснений финансового управляющего следует, что общество «Юниверфуд» и ФИО3 являются аффилированными лицами (должник является единственным участником и бывшим руководителем кредитора), поэтому ФИО3 осознавал риск невыполнения обязательств обществом «Юниверфуд», в связи с чем и предпринял действия по расторжению брака, по заключению алиментного соглашения и соглашения о разделе имущества, однако без намерения их фактического исполнения.

Абзац 2 пункта 1 статьи 810 ГК РФ предусматривает лишь срок, в течение которого заемщик должен уплатить сумму займа со дня предъявления займодавцем требования об этом, в случаях, когда срок возврата договоров не установлен или определен моментом востребования, но данное положение не является требованием закона об установлении досудебного порядка урегулирования спора обязательство возвратить денежную сумму возникает с момент предоставления денежных средств заемщику.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» при применении пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве судам следует учитывать, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что на дату расторжения брака и на дату заключения оспариваемого соглашения о разделе совместно нажитого имущества у должника уже возникли обязательства солидарно с обществом «Юниверфуд» по возврату денежных средств ИП ФИО10 по договору займа от 15.04.2009.

Судом первой инстанции было установлено, что соглашение о разделе имущества от 25.11.2009 с учетом имеющихся в деле доказательств, является мнимой сделкой в соответствии со статьей 170 ГК РФ.

В силу мнимости оспариваемой сделки, судом первой инстанции обоснованно были оценены критически представленные в материалы дела доказательства со стороны должника и ФИО8

Кроме того, судом принято во внимание, что с 10.02.2006 по 12.04.2019 ФИО3 был зарегистрирован в квартире ФИО8 по адресу: 

<

...>, а в последующем подписал договор купли-продажи данной квартиры от имени ФИО8 по доверенности от 18.05.2019 с правом получения от покупателя денег за проданную квартиру.

Указанное свидетельствует о сохранении между сторонами близких доверительных отношений, не свойственных бывшим супругам, особенно в ситуации продекларированного ФИО8 факта неисполнения должником обязанности по содержанию их общего несовершеннолетнего ребенка.

Из пояснений кредитора общества «Юниверфуд» также следует, что ФИО8 совершала действия по взысканию задолженности по алиментам, признанию права собственности на две квартиры, подаче заявления о признании ФИО3 банкротом в интересах ФИО3 и только после возникновения угрозы обращения взыскания на имущество ФИО3, инициирования процедур банкротства подконтрольных ФИО3 организаций, имея только лишь одну цель исключения обращения взыскания на имущество ФИО3

Учитывая, что стороны соглашения о разделе совместно нажитого  имущества не только не ставили кредиторов в известность о данной сделке и ее условиях вплоть до поступления требований об исполнении обязательств, но и сами, несмотря на ее заключение, продолжали владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом как находящимся в совместной собственности, учитывая, что фактически целью заключения соглашения о разделе совместно нажитого имущества являлось именно недопущение обращения взыскания на имущество, лишение кредиторов должника права на удовлетворение требований за счет имущества должника, что свидетельствует о наличии у должника при заключении данной сделки противоправной цели – причинение вреда имущественным правам кредиторов и такой вред был причинен, поскольку кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет приобретенного в браке имущества, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии у соглашения о разделе совместно нажитого имущества признаков мнимой сделки, заключенной при злоупотреблении правом в целях причинения вреда кредиторам должника.

Вопреки доводам апеллянта, судом было учтено финансовое положение ФИО3, отчет об оценке стоимости доли в обществе «Юниверфуд» не имеет значения при рассмотрения настоящего спора, в том числе и оценка недвижимого имущества в г.Сысерть, приобретенного в 2007 году.

Довод апелляционной жалобы о пропуске срока исковой давности в соответствии с частью 1 статьи 181 ГК РФ является не обоснованным. 

Так, в ходе судебного заседания 28.04.2022 финансовым управляющим была высказана позиция по опровержению данного довода.

Статья 1 Федерального закона от 28.12.2016 №499-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» содержит следующее положение: «внести в часть 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (Собрание законодательства Российской Федерации, 2013, №19, ст.2327) изменение, дополнив ее предложением следующего содержания: «Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года».

Таким образом, срок исковой давности не пропущен.

С учетом мнимого характера сделки судом первой инстанции надлежащим образом применена статья 39 СК РФ, согласно которой доли супругов признаются равными.

В отношении алиментного соглашения между супругами материалами дела установлено следующее.

Согласно представленным сведениям по доходам ФИО3 следует, что за 2009 год среднемесячный доход должника составлял 52 801,30 руб., за 2010 год – 44 509,84 руб., за 2011 год – 40 680,99 руб., за 2012 год – 42 874,48 руб., за 2013 год – 66 298,11 руб., за 2014 год – 31 674,98 руб., за 2015 год – 163 270 руб., за 2016 год – 179 339,33 руб., за 2017 год – 131 205,29 руб.

Из представленной налоговой декларации за 2018 год следует (раздел 2.1.1, строка 113), что за 2018 год размер декларируемого дохода должника составил 1 320 247 руб., из них 79 215 руб. сумма подлежащего уплате налога, соответственно, размер дохода за вычетом налога составляет 1 241 032 руб., что составляет в среднем 103 419,3 руб. в месяц.

С учетом изложенного, суд пришел к верному выводу о превышении размера алиментов разумных достаточных потребностей, о необходимости обеспечить баланс интересов, что соответствует фактическим обстоятельствам дела.

В обжалуемом определении суд первой инстанции не установил факта раздельного проживания ФИО8 и ФИО3

В данной части судом было лишь сделано предположение, так как третьи лица объективно ограничены в таких возможностях по доказыванию юридически значимых обстоятельств, связанных с отношениями внутри семьи должника, а именно факта нахождения ФИО7 на иждивении ФИО8

Между тем, на дату заключения алиментного соглашения от 25.11.2009 у ФИО3 не было возможности выплачивать алименты в размере 200 000 руб. Иного в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ).

Кроме того, в период действия оспариваемого соглашения об уплате алиментов за его принудительным исполнением ФИО8 вплоть до июня 2019 года не обращалась, несмотря на наличие длительных просрочек исполнения со стороны должника (как она утверждает, с 2016 года).

В связи с указанными обстоятельствами, суд обоснованно пришел к выводу о том, что соглашение заключено формально, без намерения создать соответствующие им правовые последствия.

В отношении требований ФИО8 о включении в реестр требований кредиторов судом обоснованно установлено, что подобные требования считаются погашенными, поскольку апеллянтом не развеяны разумные сомнения кредиторов и финансового управляющего относительно содержания должником своего ребенка. Доказательства того, что все расходы на обеспечение жизнедеятельности и развитие ребенка несла сама ФИО8, в материалы дела не представлены.

Кроме того, судом уже делались выводы о наличии совместного хозяйства должника и бывшей супруги, судами устанавливалась общность интересов сторон, что также не оспорено стороной при апелляционном обжаловании (статья 65 АПК РФ).

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выводов суда первой инстанции не опровергают, являлись предметом рассмотрения, при этом заявитель фактически выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить доказательства.

Между тем иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела, а также иное толкование положений закона не свидетельствуют о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции полагает, что исходя из предмета и оснований заявленных требований, обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены верно, доказательства исследованы и оценены надлежащим образом. Оснований для иной оценки у суда апелляционной инстанции не имеется (статья 268 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (часть 4 статьи 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 05 мая 2022 года по делу №А60-29168/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

Т.С. Нилогова

 

Судьи

 

Е.О. Гладких

 

Т.В. Макаров