Арбитражный суд Челябинской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-1068/2021

16 августа 2021 г.

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 09 августа 2021 г.

          Решение в полном объеме изготовлено 16 августа 2021 г.

Судья Арбитражного суда Челябинской области Ваганова В.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью СК «Урал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о привлечении ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Квант» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и взыскании солидарно 874 813 руб. 35 коп. 

с участием третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Квант» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при   участии  в судебном заседании:

представителя истца - ФИО4, доверенность от 09.01.2020, паспорт;

представителя ответчика ФИО2 – ФИО5, доверенность от 04.02.2021, паспорт;

представителя ответчика ФИО3 – ФИО6, доверенность от 20.05.2021, паспорт

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.01.2020 по заявлению кредитора общества с ограниченной ответственностью Спортклуб «Урал» возбуждено производство по делу № А76-49976/2019 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Квант» (далее – общество «Квант», должник).

Определением председателя девятого судебного состава Арбитражного суда Челябинской области от 06.04.2020 произведена замена судьи Когденко Н.Ю. судьей Вагановой В.В., дело № А76-49976/2019 передано на рассмотрение судье Вагановой В.В.

Определением суда от 13.08.2020 (резолютивная часть от 06.08.2020) в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО7, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Информационное сообщение о введении в отношении ООО «Квант» процедуры наблюдения размещено в официальном издании - газете «Коммерсантъ» № 146 от 15.08.2020.

11.12.2020 конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью СК «Урал» обратилось в суд с заявлением (вх. № 100563 от 14.12.2020), в котором просит привлечь ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 874 813 руб. 35 коп. 

В качестве нормативного обоснования заявитель ссылался на положения статьи 61.12, пунктов 1 и 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением суда от 17.12.2020 заявление принято к производству суда, предварительное судебное заседание назначено на 18.02.2021.

Определением суда от 18.01.2021 производство по делу № А76-49976/2019 о банкротстве общества «Квант» прекращено, заявление кредитора - общества СК «Урал» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц выделено в отдельное производство для рассмотрения в общеисковом порядке, делу присвоен №А76-1068/2021.

Определением суда от 18.02.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество «Квант».

Ответчики представили отзывы на заявление, считают требования истца необоснованными, просят отказать в удовлетворении заявления (л.д.84-88, 114-117).

Протокольным определением суда от 25.05.2021 судебное заседание отложено на 09.08.2021.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал по основаниям, указанным в заявлении.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения требований истца по основаниям, изложенным в отзывах и письменных пояснениях (л.д.123-139). 

Исследовав и оценив устные объяснения, представленные в материалы дела письменные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд считает иск не подлежащим удовлетворению в связи со следующим.

Общество «Квант» учреждено решением общего собрания участников общества, оформленного протоколом № 1 от 30.09.2016, учредителями (участниками) общества являлись ФИО2 (40%), ФИО3 (30%), ФИО8 (30%) (л.д.10). 

Решением внеочередного  общего собрания участников общества «Квант», оформленного № 1/2018 от 04.04.2018 в связи с выходом ФИО8 из состава участников на основании его заявления (л.д.11), доли остальных участников изменены и составили: ФИО2 (55%), ФИО3 (45%) (л.д.13).

Впоследствии ФИО2 также вышла из состава участников общества «Квант» на основании заявления от 18.06.2018 (л.д.14).

Согласно информационной выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) от 11.12.2020 общество «Квант» с уставным капиталом 20 000 руб. зарегистрировано 05.10.2016 по адресу: 

<

...>; единственным участником общества является ФИО3 (45%), 55% доли в уставном капитале принадлежит обществу; директором общества с 05.10.2016 являлась ФИО2; на основании заявления ФИО2 03.10.2018 в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности сведений о ней, как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица (л.д.69-70). 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 23.07.2019 по делу № А76-13104/2019 с общества  «Квант» в пользу общества СК «Урал» взысканы задолженность по договору аренды от 06.10.2016 за период с февраля по июль 2018 г. в размере 471 514 руб. 33 коп., пеня за период с 01.11.2016 по 26.02.2019 в размере 253 311 руб. 49 коп. (л.д.23-26).

Неисполнение обществом «Квант» указанного решения суда послужило основанием для обращения общества СК «Урал» в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ), Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона N 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона N266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Руководитель должника - единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с Федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности (статья 2 Закона о банкротстве).

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

По мнению истца, с заявлением о банкротстве ФИО2 как руководитель должника должна была обратиться не позднее 01.10.2018. Также истец указал, ФИО3, являясь единственным участником общества, не принял решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о признании банкротом, о назначении руководителя; общество оказалась фактически брошенным.

Исходя из позиции истца, Закон о банкротстве подлежит применению в действующей редакции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, истец, в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств, влечет отказ в удовлетворении заявления.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности в соответствии равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 указанного Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Вместе с тем, истец не указал, какие именно новые обязательства должника возникли после 01.10.2018, в пределах которых ответчики могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по долгам должника. 

Кроме того,  в абзаце четвертом пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53) даны разъяснения о том, что по общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 ГК РФ, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве)

Исходя из приведенных позиций Верховного суда Российской Федерации следует, что привлечение к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.12  Закона о банкротстве по обязательствам должника, возникшим в период осведомленности кредиторов о финансовом положении должника недопустимо.

Гражданское законодательство Российской Федерации, регулируя отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, исходит из того, что таковой является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке (абзац третий пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между обществом СК «Урал» и обществом «Квант» 06.10.2016 был заключен договор аренды нежилых помещений, согласно которому арендодатель передает, а арендатор принимает во временное пользование нежилые помещения общей площадью 322,6 кв.м., расположенные на первом этаже здания по адресу: 

<

...>, принадлежащие арендодателю на праве собственности на основании свидетельства о государственной регистрации права серии 74 01 № 504622 от 15.04.2015 (л.д.102-108). 

Срок аренды определен с 06.10.2016 по 06.10.2019 (пункт 1.3 договора).

Пунктом 3.1.1 договора установлено, что оплата постоянной части арендной платы производится ежемесячно до первого числа каждого месяца (предоплата) на основании счетов, выставленных арендодателем. 

Согласно пункту 4.2 договора арендодатель вправе в одностороннем порядке расторгнуть настоящий договор до истечения срока его действия при нарушении арендатором пункта 3.1.1 договора путем направления в адрес арендатора письменного уведомления за 30 дней до предполагаемой даты расторжения. 

Как установлено вступившим в законную силу судебным актом, должник с ноября 2016 года должным образом  обязанность по внесению арендных платежей не исполнял, в связи с чем взыскана договорная неустойка (пеня), расчет которой приведен обществом СК «Урал»  в заявлении об уточнении исковых требований по делу № А76-1310/2019 (л.д.27-29). 

Между тем, общество СК «Урал» своим правом отказаться от исполнения договора не воспользовалось, продолжало исполнять свои обязательства по договорам аренды вплоть до августа 2018 г. в условиях осведомленности о ненадлежащем исполнении обществом «Квант»  своих обязательств по внесению арендных платежей, то есть действовало добровольно и на свой риск. 

Таким образом, в данном случае отсутствует такой признак, как вступление контрагентов в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) в условиях сокрытия от них такого состояния должника, который необходим для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование заявленных требований о привлечении к  субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3 на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве истец  указал, что ответчиком ФИО2 в 2017-2018 гг. допущено нецелевое расходование денежных средств должника, а именно приобретение различных продуктов питания, бытовой химии  на сумму более 340 000 руб., чем причинен вред кредиторам; контролирующими должника лицами не были обеспечены полная сохранность документов бухгалтерского учета, что повлекло существенное затруднение процедур банкротства, фактическую невозможность проведения анализа сделок должника (двух договоров на поставку игрушек). Кроме того, ответчиком ФИО3 не приняты меры по назначению нового руководителя должника, устранению недостоверной информации о руководителе должника в ЕГРЮЛ.

Как указано ответчиком ФИО2 в письменных пояснениях и не оспаривается истцом, согласно выписке ПАО «Челябинвестбанк» о движении денежных средств по расчетному счету за период  с октября 2016 г. по май 2018 г. ответчиком получены с расчетного счета должника  денежные средства в общей сумме 958 274 руб. на «хоз.расходы»;  истцом  в материалы дела представлены авансовые отчеты ответчика ФИО2 об  использовании денежных средств на сумму 1 003 644,96 руб. (Приложение № 1).

Ответчик ФИО2 также ссылается на то обстоятельство, что документы должника были ею сохранены и переданы временному управляющему по его запросу от 10.09.2020. Пояснила, что она приобретала спортивное питание (батончики и др.), воду и напитки с целью реализации посетителям спортзала, также ею приобретались иные товары (продукция бытовой химии и др.) для уборки и ремонта арендуемых помещений, целевое расходование денежных средств подтверждено документами, приложенными к авансовым отчетам;  договор поставки № RU17 от 20.09.2017, заключенный обществом «Квант» с ТОО «DRD-TranS» не передан, однако по данному договору должником оплачен поставленный товар всего на сумму 5 442 руб.;  договор поставки от 08.06.2017, заключенный обществом «Квант» с ТОО «Happy toy» на сумму 1 000 000 руб. передан временному управляющему, по данному договору был поставлен и оплачен должником товар всего на сумму 44 550 руб. 

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного Федерального закона.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 постановления Пленума N 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Пунктом 23 постановления Пленума N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Недобросовестность поведения контролирующего должника лица может проявляться в нецелевом характере операций по распоряжению денежными средствами, а также в том, что в результате их совершения выведены активы должника в условиях неисполненного обязательства перед кредиторами.

Из анализа представленных по делу доказательств не следует, что расходование денежных средств должника являлось нецелевым, привело к выводу активов должника, приведенные сделки (договоры поставки) являлись значимыми для должника и причиной объективного банкротства. Доказательства того, что названными сделками причинен существенный вред кредиторам, в материалы дела не представлены. 

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

В абзаце 5 пункта 24 постановления Пленума N 53 указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Согласно подпункту 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства (пункт 25 постановления Пленума N 53).

В соответствии с абзацем 6 пункта 24 постановления Пленума N 53 под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как следует из письменных пояснений истца, в ходе производства по делу о банкротстве документы бухгалтерского учета о расходовании денежных средств должника были им получены и проанализированы (Приложение № 1).

Доказательства того, что указанные истцом обстоятельства повлекли негативные последствия для должника и его кредиторов, а также затруднили осуществление комплекса мероприятий в процедуре банкротства должника, в материалы дела не представлены.

Принимая во внимание приведенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Руководствуясь  ст. ст. 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью СК «Урал» о привлечении ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Квант» отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) в Восемнадцатый арбитражный  апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Судья В.В.Ваганова

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru.