АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-39431/2015

г. Краснодар

08 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  08 сентября 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Калашниковой М.Г. и Сороколетовой Н.А., при участии в судебном заседании от конкурсных кредиторов: ФИО1 – ФИО2  (доверенность от 11.01.2022), индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 10.01.2023), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационные жалобы должника – ФИО5 и конкурсного кредитора – ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.04.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2023 по делу № А32-39431/2015 (Ф08-8613/2023), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – должник) индивидуальный предприниматель ФИО3 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о процессуальной замене кредитора – АО «НК Банк» (далее – банк) на нового кредитора – индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – предприниматель) в реестре требований кредиторов должника.

Определением суда от 04.04.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 25.06.2023, произведена замена кредитора – банка на предпринимателя в реестре требований кредиторов должника.

В кассационной жалобе должник просит отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение. По мнению заявителя жалобы, суды не исследовали уступку на предмет ничтожности. Суды произвели процессуальную замену стороны по делу в отношении требований, по которым не рассмотрен обособленный спор об исключении требований из реестра требований кредиторов должника. Кроме того, податель жалобы ссылается на погашение требования перед банком путем передачи ему заложенного имущества.

В кассационной жалобе и возражениях, конкурсный кредитор ФИО1 просит отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение. По мнению подателя жалобы, суды произвели замену по несуществующим требованиям банка, которые с даты передачи залогодателями заложенного имущества взыскателю подлежали исключению из реестра.   

В отзыве на кассационные жалобы предприниматель просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал ранее изложенные доводы, просил удовлетворить жалобы; представитель предпринимателя поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, ПАО «Банк "Первомайский"» обратилось в арбитражный суд с заявлением к должнику с требованием о признании его несостоятельным (банкротом). Определением суда от 29.01.2016 данные требования признаны обоснованными, в отношении должника введена реструктуризация долгов гражданина. Решением суда от 23.08.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), введена реализация имущества гражданина. 

Определением суда от 28.04.2016 требование банка в размере 268 589 460 рублей основного долга, 157 653 211 рублей 19 копеек процентов за пользование кредитом, 149 067 150 рублей 30 копеек неустойки, 72 тыс. рублей судебных расходов включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника; требования в размере 149 067 150 рублей 30 копеек неустойки учтены отдельно в реестре требований кредиторов и признаны подлежащими удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Определением суда от 10.03.2017 требование банка в размере 222 тыс. рублей задолженности включено в реестр требований кредиторов должника.

Банк (цедент) и предприниматель (цессионарий) заключили договор от 16.12.2022 № Д-22/04-1045 уступки прав (цессии), по условиям которого цедент передает (уступает) на возмездной основе, а цессионарий принимает оставшееся непогашенным за счет заложенного имущества денежное требование в размере 353 007 123 рублей 79 копеек к должнику, включенное в третью очередь реестра требований кредиторов должника и принадлежащее цеденту как конкурсному кредитору должника на основании определения суда от 28.04.2016 по делу № А32-39431/2015 и других судебных актов, принятых арбитражным судом по указанному арбитражному делу. Уступаемое в соответствии с настоящим договором требование состоит из: 199 620 066 рублей – сумма оставшейся непогашенной задолженности по основному долгу по кредитному договору от 18.07.2008 № 

<

***>, заключенному цедентом и должником; 153 387 057 рублей 79 копеек – сумма оставшихся непогашенными процентов на задолженность по основному долгу по кредитному договору.

Одновременно с требованием по кредитному договору, включенному в реестр требований кредиторов должника в третью очередь удовлетворения, цедент уступает цессионарию все другие требования, принадлежащие ему как кредитору должника в соответствии с кредитным договором и действующим законодательством Российской Федерации, как существующие на день заключения настоящего договора, так и те, которые могут возникнуть в будущем (пункт 1 договора). 

В соответствии с данным договором требование уступается в том размере и объеме, в каком оно включено в реестр требований кредиторов на дату заключения настоящего договора. Стороны согласовали стоимость уступаемого права требования в размере 500 тыс. рублей. Требование цедента к должнику переходит к цессионарию с момента оплаты цены договора в полном объеме. Факт оплаты по договору подтверждается платежным поручением от 16.12.2022 № 2.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения предпринимателя в арбитражный суд с данным заявлением. 

Удовлетворяя заявление, суды обоснованно исходили из следующего.

 Согласно статье 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебном актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с одним и тем же материальным правоотношением и, следовательно, процессуальное правопреемство возникает на основе материально-правового правопреемства. При этом правопреемник становится участником данных отношений, а правопредшественник выбывает из них.

Пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Статьей 384 Кодекса установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. На основании пункта 1 статьи 388 Кодекса уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.

Суды установили, что права требования перешли к заявителю на основании договора уступки прав требования (цессии) от 16.12.2022 № Д-22/04-1045. Обязанность по оплате заявителем исполнена. При указанных обстоятельствах суды пришли к верному выводу о том, что права требования к должнику в размере 353 007 123 рублей 79 копеек к должнику, включенные в третью очередь реестра требований кредиторов должника и принадлежащее цеденту как конкурсному кредитору должника на основании определения суда от 28.04.2016, перешли от банка к предпринимателю, что свидетельствует о наличии оснований для процессуального правопреемства и последующей замены кредитора в реестре.

Отклоняя довод должника о том, что договор уступки прав (цессии) от 16.12.2022 № Д-22/04-1045 является ничтожной сделкой, поскольку заключен за счет денежных средств, распоряжение которыми запрещено определением Ленинского районного суда о принятии обеспечительных мер, суды обоснованно исходили из того, что наложение ареста на имущество предпринимателя определением Ленинского районного суда г. Новороссийска от 24.11.2022 в сумме 100 тыс. рублей, о котором было известно на момент заключения договора цессии от 16.12.2022 № Д-22/04-1045, не ограничивало предпринимателя в возможности приобретения имущества, в том числе заключения договора цессии.

Ссылка должника о ничтожности договора уступки прав (цессии) правомерно признана судами необоснованной ввиду следующего.

Суды установили, что в период процедуры банкротства долг должника перед банком в ходе исполнительного производства № 11301/15/23061-ИП погашен за счет заложенного недвижимого имущества третьего лица (ФИО6) только в части. В связи с этим банк обратился к финансовому управляющему с заявлением от 20.07.2015 исх. № П-16/1-2976 о внесении соответствующих изменений в реестр требований кредиторов должника; об исключении из реестра суммы 61 987 266 рублей основного долга, погашенной за счет недвижимого имущества ФИО6, оставленного банком за собой; об исключении из реестра суммы 4 074 153 рублей 40 копеек процентов по кредиту, погашенной за счет денежных средств, полученных от Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Краснодарскому краю от реализации в ходе исполнительного производства заложенного недвижимого имущества ФИО1; об исключении из реестра суммы судебных расходов в размере 72 тыс. рублей, погашенных в ходе исполнительного производства. Финансовый управляющий исключил указанные суммы из реестра, о чем банк получил соответствующее уведомление. Данные факты установлены определением суда от 10.08.2016 по данному делу, которым отказано в удовлетворении заявления должника о пересмотре определения от 28.04.2016 по вновь открывшимся обстоятельствам.

При рассмотрении заявления суд учел, что законом предусмотрен только один случай полного погашения основного обязательства (кредита) при недостаточности денежных средств, вырученных от реализации предмета ипотеки, либо недостаточности стоимости оставленного залогодержателем за собой предмета ипотеки для удовлетворения всех денежных требований кредитора-залогодержателя (пункт 5 статьи 61 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее ? Закон об ипотеке), однако данное правило распространяется исключительно на кредиты, предоставленные для целей приобретения жилого помещения и под залог приобретаемого заемщиком жилого помещения. В настоящем же случае кредитные обязательства должника не подпадают под положения пункта 5 статьи 61 Закона об ипотеке, поскольку кредит в сумме 3 400 тыс. долларов США предоставлен должнику с целевым назначением «на инвестиционную деятельность», что отражено в содержании пункта 2.1. кредитного договора № 

<

***>, а не на приобретение им заложенного банку недвижимого имущества. Кроме того, залогодателем по кредиту был не сам должник, а третьи лица: ФИО6 и ФИО1 следовательно, права и законные интересы должника не нарушены, поскольку в реестр его кредиторов на текущую дату включены только требования, которые не были погашены в ходе исполнительного производства.

Суды отметили, что определением суда от 16.12.2016 в реестре требований кредиторов должника произведена замена конкурсного кредитора ? банка на ФИО6 с размером требований в 61 987 266 рублей основного долга; в остальной части в замене отказано. В рамках рассмотрения указанного обособленного спора  установлено, что кредитор ФИО6 просила суд включить требования в сумме 517 843 638 рублей в третью очередь реестра требований кредиторов должника путем вынесения определения о процессуальном правопреемстве части утвержденных требований банка к должнику в её пользу. Вместе с тем, суды удовлетворили требования в размере 61 987 266 рублей, отказав в остальной части требований, поскольку, исходя из содержания постановления УФССП по КК МО по исполнению особых исполнительных производств от 31.05.2016 № 23061/16/41774 следует, что общая стоимость имущества, которое передано банку в счет погашения задолженности, составила 61 987 266 рублей.

Кроме того, определением от 01.12.2017 в реестре требований кредиторов должника произведена замена банка на ФИО7 в лице финансового управляющего ФИО8 в части задолженности в размере 7 054 128 рублей, где суд установил, что за счет предмета залога (дома и земельного участка, принадлежащего ФИО7, который банк оставил за собой) погашена задолженность должника перед банком и, соответственно, права требования этой задолженности перешли к ФИО7, в том числе: просроченная ссудная задолженность в размере 6 982 128 рублей по кредитному договору от 18.07.2008 № 

<

***>, на основании акта приема-передачи недвижимого имущества, право собственности на которое перешло к банку (залогодержатель) в ходе процедуры банкротства ФИО7 (залогодатель), дело № А32-39411/2015 от 16.08.2017; расходы по уплаченной госпошлине в размере 72 тыс. рублей.

Оценивая указанные обстоятельства, суды обоснованно указали на отсутствие иных доказательств, подтверждающих оплату задолженности перед банком в полном объеме.

Довод о том, что суды не учли факт не рассмотрения обособленного спора об исключении требований из реестра требований кредиторов должника, был предметом рассмотрения апелляционного суда и получил соответствующую правовую оценку. При этом суд обоснованно исходил из того, что оснований для приостановления производства по  жалобе, установленных пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется. В случае удовлетворения заявления должника об исключения требований банка из реестра требований кредиторов, судебный акт будет являться основанием для пересмотра определения суда от 04.04.2023 по новым обстоятельствам.

Суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что ФИО1 является конкурсным кредитором должника (определение от 04.09.2017) и мог предоставить возражения в суд первой инстанции, либо обратиться с апелляционной жалобой на судебный акт, который, по его мнению, затрагивает его права; однако своими правами не воспользовался. 

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств.

Оспаривая судебные акты, заявители жалоб документально не опровергли правильности выводов судов. Доводы кассационных жалоб и возражений должника не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.04.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2023 по делу № А32-39431/2015 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                М.Г. Калашникова

                                                                                                                           Н.А. Сороколетова