АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 22.10.2024 Дело № А40-139026/16

 Резолютивная часть постановления объявлена 10.10.2024 

 Полный текст постановления изготовлен 22.10.2024  

Арбитражный суд Московского округа в составе:  

председательствующего - судьи Перуновой В.Л., судей: Кузнецова В.В., Морхата П.М. при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2, доверенность от 20.04.2024,  от ООО «Травелинк Инвест» – ФИО3, генеральный директор,  от ООО «РКЗ Лаперуз» - ФИО4, доверенность от 18.01.2023,  

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2024,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2024  

по заявлению о привлечении ФИО5 и ФИО8 Михайловича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Евро-М»  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2019 должник ООО  «Евро-М» признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре  отсутствующего должника, введена процедура конкурсного производства,  конкурсным управляющим утвержден ФИО6  

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2021 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Евро-М»  привлечены ФИО1, ФИО5  

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.05.2022 с  ФИО1 в пользу ООО «Евро-М» в порядке привлечения к субсидиарной  ответственности по доводу неподачи заявления о банкротстве общества  взыскано 106 315 338,40 руб. Отказано в удовлетворении требований о  взыскании с ФИО5 по доводу неподачи заявления о банкротстве общества  94 177 197,64 руб.  

 Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  30.08.2022 определения Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2021, от  04.05.2022 отменены, вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный  суд города Москвы.  

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2023  привлечено ООО «РКЗ Лаперуз» к участию в рассмотрении данного  обособленного спора в качестве соистца.  

 Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2024,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 11.06.2024, к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Евро-М» привлечен ФИО5 за непередачу документов  о финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсному  управляющему, с ФИО5 в пользу ООО «Евро-М» в конкурсную массу  взыскано 41 726 000 руб., в удовлетворении требований о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве ООО  «Евро-М» - отказано, к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  

«Евро-М» привлечен ФИО1 за неподачу заявления о банкротстве  должника в суд, с ФИО1 в пользу ООО «Евро-М» взысканы 106 315  338,40 руб. в конкурсную массу, также ФИО1 привлечен к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Евро-М» за совершение сделок во  вред должнику и кредиторам, с ФИО1 в пользу ООО «Евро-М»  взысканы 114 035 614 руб. в конкурсную массу убытков.  

 Не согласившись с принятыми судебными актами в части удовлетворения  требований в отношении ФИО1, ФИО1 обратился в  Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой  просит судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменить и  принять новый судебный акт об отказе в привлечении ФИО1 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

 В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение  судами первой и апелляционной инстанций норм материального и  процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в  обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и  представленным доказательствам.  

 Судебные акты судов нижестоящих инстанций подлежат проверке судом  кассационной инстанции только в названной обжалуемой части в отношении  привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 в пределах  доводов кассационной жалобы согласно положениям статьи 286 АПК РФ.  

 В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) информация  о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте https://kad.arbitr.ru/.  

 В судебном заседании суда округа представитель ФИО1,  представитель ООО «Травелинк Инвест» доводы кассационной жалобы  поддержали, представитель ООО «РКЗ Лаперуз» против удовлетворения  кассационной жалобы возражал.  

 В порядке статьи 279 АПК РФ к материалам дела приобщены отзывы  ООО «Травелинк Инвест», ООО «РКЗ Лаперуз» на кассационную жалобу.  

 Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по  рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного  заседания извещены надлежащим образом.  

 Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека  арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается  в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 АПК  РФ.  

 Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в  порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте,  установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в  деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.  

 Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

 В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс  Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-  ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее - Закон о банкротстве) дополнен главой III.2, регулирующей ответственность  руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о  банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ,  которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в  редакции Закона № 266-ФЗ.  

 По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых  вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от  28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во  

времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации)  положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной  ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника  применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения  к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний  должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени  должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.  

 Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу  Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной  ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции,  действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты  возбуждения производства по делу о банкротстве.  

 Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона   № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о  привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами  после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые  обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.  

 К вменяемым ФИО1 правонарушениям с учетом периода их  совершения подлежит применению 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (далее - Закон № 134-ФЗ),  согласно которому если должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие  лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную  ответственность по его обязательствам.  

 Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, в частности, причинен вред имущественным  правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица  либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая  сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

 Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или)  бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет  субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании  должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также  признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в  интересах должника (абзац девятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).  

 Таким образом, в конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве  (входит установление причинно-следственной связи между приведенными  действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием  должника несостоятельным (банкротом).  

 При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении  до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону,  которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что  банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным  поведением ответчика.  

 Таким образом, положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в  редакции Закона № 134-ФЗ) содержали нормы права, аналогичные положениям  пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).  

 Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  30.09.2019 № 305- С19-10079, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей  10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134- ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как  «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих  лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в  настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде  «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий  контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм  материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  

банкротстве», может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в  редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.  

 Как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных  выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен  законодателем для истцов посредством введения соответствующих  опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых  предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства,  и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для  удовлетворения иска.  

 В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Федерального закона 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены  статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена  обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный  суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после  истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего  Федерального закона.  

 Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении  руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона  о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:  

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; - момент возникновения данного условия; 

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в  течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;  

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

 Размер субсидиарной ответственности руководителя исчерпывающе  определен пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве: руководитель принимает  на себя обязательства должника, возникшие после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

 По смыслу приведенных норм права, а также принимая правила  определения размера ответственности по данному основанию, судам надлежало  установить даты возникновения обязанности у руководителя и у ликвидатора по  обращению в суд с соответствующим заявлением, исходя из дат их назначения  на соответствующие должности, а также установить объем обязательств  должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3  статьи 9 Закона о банкротстве для каждого из этих лиц в отдельности.  

 Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  21.10.2019 № 305-ЭС19-9992.  

 Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  27.07.2020 № 305-ЭС19-13378 (3), одним из правовых механизмов,  обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя  должника о возникшей существенной диспропорции между объемом  обязательств должника и размером его активов, является возложение на  руководителя субсидиарной ответственности по новым обязательствам при  недостаточности конкурсной массы. В связи с этим в пункте 2 статьи 10 Закона о  банкротстве (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального  закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О  несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об  административных правонарушениях») и в статье 61.12 Закона о банкротстве (в  действующей редакции), законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя  должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков  банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу статьи 9  Закона о банкротстве, подав заявление о несостоятельности, и негативными  последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению  предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом,  то есть явно неспособному передать встречное исполнение.  

 Судами установлено, что ФИО1 являлся руководителем должника  в период с 16.01.2003 по 05.05.2015.  

 Судами установлено, что согласно бухгалтерской отчетности должника за  2013 год общество располагало следующими показателями:  

 - запасы - 73 943 000 руб.,  - денежные средства 18 000 руб., 

 - финансовые и другие оборотные активы 35 614 000 руб.,   - краткосрочные заемные средства - 22 874 000 руб.,  

 - кредиторский долг 83 579 000 руб. 

 Вместе с тем, судами было указано, что кредиторский долг на указанную  дату отражен в бухгалтерском балансе недостоверно, поскольку на эту дату у  должника уже имелся долг перед ИП ФИО7 на сумму 94 177 197,64  руб.  

 Кроме того, в балансе должника не была отражена задолженность перед  ООО «Биосервис» на сумму 39,9 млн. руб., ООО «Тревелинк-Инвест» в размере  14,4 млн. руб.  

 Суды отметили, что согласно данным бухгалтерского баланса за 2014 год,  должник располагал следующими показателями:  

 - запасы - 52 000 руб., 

 - финансовые и другие оборотные активы 41 651 000 руб.,   - денежные средства - 22 000 руб.,  

 - краткосрочные заемные средства - 20 000 000 руб.,   - кредиторский долг 26 326 000 руб.  

 Однако, судами указано, что кредиторский долг на указанную дату  отражен в бухгалтерском балансе недостоверно, поскольку на указанную дату у  должника имелась задолженность долг перед ИП ФИО7 на сумму 94  177 197,64 руб., перед ООО «Биосервис» в размере 39 962 307 руб., перед ООО  «Спрут» (ООО «Тревеллинк») в размере 18 292 144,46 руб.  

 Указанные обстоятельства привели суды к выводу о том, что зная о  значительной кредиторской задолженности, ФИО1 искажал  

бухгалтерскую отчетность общества за 2013 год и за 2014 год в целях сокрытия  признаков неплатежеспособности должника.  

 Таким образом, суды указали, что по состоянию на 31.12.2013 должник  обладал признаками неплатежеспособности, однако вплоть до 05.05.2015 (срок  окончания полномочий) ФИО1 в суд с заявлением о признании  должника банкротом не обращался, что является основанием для привлечения к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу  заявления о банкротстве.  

 Суды отметили, что с даты 15.03.2013 задолженность перед кредиторами  ООО «Спрут», ООО «Биосервис», ООО «Яр банк», ООО «РКЗ Лаперуз»  составила 106 315 338,40 руб.  

Определяя размер субсидиарной ответственности, возникшей в связи с  необращением в суд с заявлением о банкротстве организации, судам необходимо  было учитывать, что в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве  нарушение руководителем обязанности по подаче заявления должника в  арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о  банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лишь по  обязательствам должника, возникшим после истечения срока на подачу такого  заявления.  

В связи с чем, судам необходимо установить точную дату, когда на  стороне ответчика возникла обязанность, как контролирующего лица, для  принятия таких мер, с целью определения размера субсидиарной  ответственности.  

Сами по себе финансовые показатели должника, отраженные в  бухгалтерском балансе, не могут считаться единственным доказательством,  позволяющим установить конкретную дату объективного банкротства общества,  суды не обосновали, по каким причинам именно с 15.03.2013 необходимо  исчислять установленный в статье 9 Закона о банкротстве месячный срок на  обращение с заявлением о признании должника банкротом.  

 Также судами установлено, что за период с 01.01.2012 по 14.06.2016  должник перечислял контрагентам денежные средства. При этом, наличие  документов, подтверждающих обоснованность платежей, судами не  установлено.  

 Так, совокупный размер перечислений в пользу ООО «ПСЛ Групп»  составил 48 165 614 руб.  

 При этом ФИО1 являлся руководителем ООО «Евро-М» и ООО  «ПСЛ групп».  

 Также с расчетного счета должника ООО «Евро-М» перечислялись  денежные средства ООО «ПРК Логистик» в размере 65 870 000 руб., где  ФИО1 являлся учредителем и директором.  

 Суды указали, что денежные средства перечислялись прочим  контрагентам, в том числе: ИП ФИО9 в размере более 3 млн. руб., ООО  «Стайл-сервис» на сумму более 5 млн. руб., ООО «Континент плюс» на сумму  более 1 млн.руб., ООО «Рыбник» на сумму более 1 млн. руб. без документов,  подтверждающих оказание услуг или поставку продукции.  

 Кроме того, 29.03.2013 ФИО8 принял обязательства за ООО  «Атлантик Стар» перед ООО «Спрут», увеличив кредиторский долг на 14 410  342,83 руб.  

 Таким образом, суды установили наличие совокупности обстоятельств для  привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника за совершение вредоносных сделок в размере 114 035 614 руб. (общий  размер указанных сделок) и взыскании данных денежных средств с ответчика в  конкурсную массу должника.  

 Доводы об аффилированности ФИО7 и должника судами были  отклонены, поскольку неоднократно являлись предметом судебного  исследования в обособленных спорах по настоящему делу, требования кредитора  не были субординированы.  

 Судебная коллегия суда кассационной инстанции не может согласиться с  выводами судов, полагая, что выводы судов сделаны при неполном выяснении  

юридически значимых обстоятельств настоящего обособленного спора и  неправильном применении норм материального права, исходя из следующего.  

 Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве  заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной  ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей  статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это  заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих  оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех  лет со дня признания должника банкротом.  

 В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть  восстановлен судом. Данная норма содержит указание на необходимость  применения двух сроков исковой давности:  

 - однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным  пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции  Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ);  

 - трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника  банкротом.  

 Кассатор указывает, что требования ИП ФИО7 включены в реестр  требований кредиторов должника определением Арбитражного суд города  Москвы от 20.06.2019 (резолютивная часть от 06.05.2019), требования ООО РКЗ  «Лаперуз» включены в реестр требований кредиторов должника определением  Арбитражного суда города Москвы от 19.01.2017 (резолютивная часть от  20.12.2016).  

 В связи с чем, кассатор полагает, что срок для подачи заявления о  привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности  должен исчисляться для ИП ФИО7 с 06.05.2019, а для ООО РКЗ  «Лаперуз» с 20.12.2016.  

 В связи с чем, заявитель указывает на то, что годичный срок давности для  ИП ФИО7 истек 06.05.2020, а для ООО РКЗ «Лаперуз» - 20.12.2017.  

 Трехлетний же пресекательный срок исковой давности, исчисляемый с  даты признания должника банкротом, истек 06.11.2022.  

 Вместе с тем в обжалуемых судебных актах судами не дана оценка  доводам о том, что заявление о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности подано ИП ФИО7 20.08.2020 за  пределами субъективного однолетнего срока исковой давности, а ООО РКЗ  «Лаперуз» 15.02.2023 за пределами не только однолетнего, но и пресекательного  трехлетнего срока исковой давности.  

 Обосновывая необходимость применения к заявлению ФИО7  субъективного однолетнего срока давности, кассатор указывал на его  осведомленность об основаниях для привлечения ответчика к субсидиарной  ответственности, исходя из аффилированности ФИО7 по отношению к  должнику и ФИО1  

 Также в соответствии с пунктом 13 Обзора судебной практики Верховного  Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, требование о привлечении  к субсидиарной ответственности является средством защиты исключительно для  независимых кредиторов, а использование механизма привлечения к  субсидиарной ответственности для разрешения корпоративных споров является  недопустимым.  

 Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в  определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2, 3), иск о привлечении  к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как  предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц,  объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к  контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их  негативных действий по доведению должника до банкротства.  

 Наряду с конкурсным оспариванием (которое также осуществляется  посредством предъявления косвенного иска) институт субсидиарной  ответственности является правовым механизмом защиты нарушенных прав  конкурсных кредиторов, возмещения причиненного им вреда.  

 В отношении конкурсного оспаривания судебной практикой выработано  толкование, согласно которому при разрешении такого требования  имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица  противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке.  Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле  возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного  сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний  получает то, на что справедливо рассчитывали первые (определения Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, от 26.08.2020 № 305-ЭС20-5613).  

 Равным образом при разрешении требования о привлечении к  субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются  лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. Таким образом, требование о привлечении к  субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит  независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством  защиты.  

 Согласно доводам кассационной жалобы ФИО7 является  аффилированным по отношению к должнику лицом, и суды фактически  разрешили корпоративный спор по перераспределению доходов между двумя  бенефициарами группы компаний ООО «Евро-М», ООО «ПСЛ Групп» и ООО  «ПРК Логистик», так как ФИО7 и ФИО1 вели совместную  экономическую деятельность.  

 Так, заявитель жалобы утверждает, что ФИО7 является  единственным участником ООО «ПСЛ Групп» (контрагента, которому должник  перечислил денежные средства в размере 48 165 614 руб.)  

 Заявитель также утверждает, что ФИО7 являлся руководителем  ООО «ПРК Логистик» (контрагента, которому должник перечислил денежные  средства в размере 65 870 000 руб.).  

 Таким образом, согласно доводам кассационной жалобы,  непосредственным участником вмененных в вину ФИО1 перечислений  

денежных средств и выгодоприобретателем от их совершения являлся ФИО7 – кредитор должника и один из заявителей по настоящему обособленному  спора.  

 Однако перечисленные выше доводы и аргументы заявителя  кассационной  

жалобы в нарушение положений статей 71, 168 и 170 АПК РФ не получили  какой-либо правовой оценки в обжалуемых судебных актах.  

Кассатор указывает, что выводы судов о неоднократном исследовании в  судебных инстанциях доводов об аффилированности кредитора ФИО7 и  должника не соответствуют фактическим обстоятельствам спора.  

Так, определением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2019  включены требования ИП ФИО7 в размере 94 177 197,64 руб. в реестр  требований кредиторов должника.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2022  очередность удовлетворения требований кредитора ИП ФИО7,  включенных в реестр требований кредиторов определением Арбитражного суда  города Москвы от 20.06.2019, понижена, требование кредитора ИП ФИО7 признано подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей  распределению ликвидационной квоты.  

Отменяя определение Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2022,  Девятый арбитражный апелляционный суд в постановлении от 29.03.2023  указал, что позиции Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих  должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, не применимы к  требованиям ИП ФИО7 в размере 94 177 197,64 руб., так как данное  требование включено в реестр требований кредиторов должника до принятия  данного Обзора.  

Также указал, что пересмотр судебных актов в связи выходом Обзора как  «нового обстоятельства» невозможен, поскольку в Обзоре прямо не  предусмотрена возможность такого пересмотра.  

Более того, при рассмотрении требования ФИО7 в суде  апелляционной инстанции в постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 28.08.2019 указано, что сама по себе аффилированность  лиц не свидетельствует о незаконности требований с учетом представленных  доказательств, подтверждающих данные требования.  

Таким образом, заслуживают внимания доводы кассатора о том, что  однозначная оценка в судебных актах об отсутствии аффилированности между  ФИО7 и должником судами не была произведена.  

В связи с изложенным названные доводы об аффилированности ФИО7  по отношению к должнику подлежали проверке судами при рассмотрении  настоящего обособленного спора с целью недопущения использования  механизма привлечения к субсидиарной ответственности для разрешения  корпоративного спора.  

Также судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает  необходимым отметить, что согласно правовой позиции, изложенной  в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное  разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной  ответственности по основанию невозможности погашения требований  кредиторов должно, в любом случае, сопровождаться изучением причин  несостоятельности должника.  

В настоящем случае суды не установили обстоятельства, которые привели  к объективному банкротству должника, точную дату наступления у должника  признаков объективного банкротства, в том числе, суды не исследовали общий  размер и состав кредиторской задолженности должника, не установили, привели  ли вмененные ответчику сделки к наступлению у должника признаков  объективного банкротства.  

 Указывая на отсутствие документов, обосновывающих перечисление  денежных средств в пользу ИП ФИО9, ООО «Стайл-сервис», ООО  «Континент плюс», ООО «Рыбник» как основание для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, суды не учли, что за отсутствие  

документации должника и ее непередачу конкурсному управляющему должника.  к субсидиарной ответственности судами привлечен только последующего  руководителя должника – ФИО5, а не ФИО1, тогда как вопреки  выводам судов, судебные акты о признании данных перечислений  недействительными сделками, отсутствуют, на что обосновано указывает  заявитель кассационной жалобы.  

 При этом кассатор обращает внимание, что, например, ИП ФИО9  перечислил должнику большую сумму согласно выписке по счету должника, чем  должник перечислил в пользу данного лица, иные контрагенты исключены из  ЕГРЮЛ в 2019 году, ввиду чего запросить у них документы не представляется  возможным.  

Кроме того, в судебном заседании суда кассационной инстанции  представитель ответчика пояснил, что в реестр требований кредиторов  должника включена задолженность в размере около 150 млн. руб., тогда как  согласно обжалуемым судебным актам с ответчика в порядке привлечения к  субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в общем размере  220 350 952,40 руб.  

Вместе с тем согласно абзацу десятому пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника  лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований  кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не  погашенными по причине недостаточности имущества должника, однако в  настоящем случае, как указано выше, состав и размер кредиторской  задолженности должника судами в обжалуемых судебных актах не исследовался.  

С учетом изложенного, суд округа полагает, что судебные акты в  обжалуемой части подлежат отмене, поскольку суды не исследовали и не  установили обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения  спора.  

Согласно пункту 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения  арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами,  

участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений,  определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и  какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные  правовые акты следует применить по данному делу.  

Статьей 170 АПК РФ предусмотрено, что в мотивировочной части  решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела,  установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были  основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого  решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные  доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих  требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и  иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при  принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные  нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.  

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту  апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 АПК РФ.  

В соответствии со статьей 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом  решение и постановление должны быть законными, обоснованными и  мотивированными.  

Судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу, что  обжалуемые судебные акты в части привлечения ФИО1 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника и взыскания с него убытков  подлежат отмене, и поскольку для принятия обоснованного и законного  судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также  совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения  дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в  силу его полномочий, обособленный спор в отмененной части в соответствии с  пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое  рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.  

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции  следует исследовать ходатайство о пропуске ООО РКЗ «Лаперуз» объективного  

трехлетнего срока, а ФИО7 субъективного однолетнего срока исковой  давности на подачу заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной  ответственности должника, дать оценку доводам кассатора о наличии признаков  аффилированности между должником и ФИО7, установив наличие  (отсутствие) факта использования в настоящем случае механизма привлечения к  субсидиарной ответственности для разрешения корпоративного спора, после  чего разрешить вопрос о наличии (отсутствии) оснований для привлечения  ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в  случае, если его действия привели к наступлению признаков объективного  банкротства должника (установить причины возникновения данных признаков и  точную дату), либо о наличии (отсутствии) оснований для взыскания с ответчика  убытков, в случае если они не привели к банкротству должника в масштабах  деятельности последнего, в случае наличия оснований для привлечения  ответчика к гражданско-правовой ответственности, определить ее размер с  учетом даты объективного банкротства и совокупного размера требований  кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных  после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по  текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности  имущества должника, учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с  учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле,  принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, установив  все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного  разрешения спора.  

 Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2024,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.06.2024 по  делу № А40-139026/16 отменить в части привлечения ФИО8  

Михайловича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и  взыскания с него убытков.  

 В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение  в Арбитражный суд города Москвы.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации  в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий-судья В.Л. Перунова  

Судьи: В.В. Кузнецов  

 П.М. Морхат