АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4596/20 

Екатеринбург

11 марта 2022 г.

Дело № А47-14379/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 марта 2022 г. 

 

            Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Савицкой К.А., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола помощником судьи Кукушкиной Н.С. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области кассационные жалобы Администрации Муниципального образования Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области (далее – Администрация) и ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 24.09.2021 по делу № А47-14379/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

От ФИО1 поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы без его участия. Ходатайство судом округа рассмотрено и удовлетворено (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании приняли участие:

конкурсный управляющий Муниципальным унитарным предприятием «Муниципальные сети поселка Энергетик» (далее – предприятие «МСПЭ», должник) ФИО2 лично, 

глава муниципального образования Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области ФИО3 лично (решение Совета депутатов муниципального образования Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области от 23.11.2020 № 20), 

представитель акционерного общества «Интер РАО – Электрогенерация» – ФИО4 (доверенность от 01.02.2022).

Предприятие «МСПЭ» 15.11.2018 обратилось в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 27.12.2018 заявление должника признано обоснованным, введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО5.

Решением суда от 10.04.2019 предприятие «МСПЭ» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2 11.07.2019 обратился в суд с заявлением о привлечении Администрации и бывших руководителей должника - ФИО1, ФИО6, к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника, просил приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности до окончания расчетов. 

Определениями суда от 24.09.2019 и 26.11.2019 в качестве соответчиков привлечены бывшие главы муниципалитета – учредителя должника ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, бывший главный бухгалтер должника ФИО11.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 12.02.2020 заявление конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворено частично, к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника привлечены Администрация и бывшие руководители должника - ФИО1 и ФИО6; в удовлетворении требований в отношении остальных ответчиков, отказано; производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2020 определение суда первой инстанции от 12.02.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 12.10.2020 определение суда первой инстанции от 12.02.2020 и постановление апелляционного суда от 01.06.2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в  суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.09.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения Администрации и бывших руководителей предприятия «МСПЭ» - ФИО1, ФИО6, к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника;  рассмотрение заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности Администрации и бывших руководителей предприятия «МСПЭ» ФИО1, ФИО6 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении оставшейся части заявленных требований в отношении ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2021 определение суда первой инстанции от 24.09.2021 оставлено без изменения.

Администрация и ФИО1 обратились в суд округа с кассационными жалобами.

ФИО1, ссылаясь на то, что он являлся директором предприятия в период с 18.03.2015 по 10.11.2016, полагает, что суды применили нормы права, не подлежащие применению; указывает, что отсутствуют доказательства совершения им сделок, которые причинили ущерб должнику, документы предприятия в период увольнения имелись у должника; кассатор указывает, что решений об изъятии имущества должника не принимал, считает, что суд сделал противоречивый вывод о том, что вывод ликвидного имущества должника не явился причиной объективного банкротства. 

Администрация считает ошибочными выводы о том, что по состоянию на 10.01.2017 у Администрации имелась обязанность по направлению заявления о признании предприятия банкротом; указывает, что судами не дана оценка действиям бывших руководителей, которые стали причиной неплатежеспособности предприятия. Кроме того, заявитель полагает, что суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в приобщении к материалам дела копий предупреждения от 27.05.2016 № 06-19-11/2016 и письма от 05.08.2016 № 10865 о продлении срока выполнения предупреждения от 27.05.2016 № 06-19-11/2016, которые просит суд округа приобщить к материалам дела.

В приобщении к материалам дела дополнительных документов, приложенных к  кассационной жалобе Администрации, отказано, поскольку в силу статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принятие, исследование и оценка дополнительных доказательств не входят в полномочия суда кассационной инстанции, который проверяет соответствие выводов арбитражного суда первой и апелляционной инстанций примененным нормам права и  установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Указанные документы подлежат возврату кассатору.

В отзывах на кассационные жалобы конкурсный управляющий ФИО2, акционерное общество «Интер РАО – Электрогенерация», акционерное общество «Энергосбыт Плюс» просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационных жалоб отказать.

ФИО7 поддерживает доводы кассационной жалобы Администрации, просит частично отменить определение суда первой инстанции от 24.09.2021 и постановление апелляционного суда от 14.12.2021, вынести новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления о привлечении Администрации к субсидиарной ответственности отказать; просит приобщить к материалам дела заявление директора предприятия «МСПЭ» ФИО1 о передаче имущества в Администрацию муниципального образования Энергетикский поссовет от 18.04.201б № 129, заявление директора предприятия «МСПЭ» ФИО6 о передаче имущества в Администрацию от 16.11.2016 № 1631, обращение Главы муниципального образования Энергетикский поссовет ФИО9 к директору предприятия «МСПЭ» ФИО1 от 15.06.2016 № 236, акт о выявленных нарушениях от 12.10.2016.

В приобщении к материалам дела дополнительных документов, приложенных к дополнению к кассационной жалобе, отказано, поскольку в силу статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принятие, исследование и оценка дополнительных доказательств не входят в полномочия суда кассационной инстанции, который проверяет соответствие выводов арбитражного суда первой и апелляционной инстанций примененным нормам права и  установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Указанные документы подлежат возврату ФИО7

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Постановлением Администрации от 05.11.2014 № 192-П «О создании муниципального унитарного предприятия «Муниципальные сети поселка Энергетик», было решено создать предприятие «МСПЭ», утвердить Устав, определить цели и предмет деятельности предприятия «МСПЭ» в соответствии с Уставом.

В силу пункта 2.1 Устава, целями и предметом деятельности Предприятия являются эффективная эксплуатация водопроводных и канализационных сетей, находящихся в муниципальной собственности; осуществление деятельности по холодному водоснабжению и водоотведению на территории МО Энергетикский поссовет; решение иных задач по благоустройству поселка Энергетик; получение прибыли от осуществления видов деятельности, указанных в разделе 2 Устава.

Согласно пункту 1.5 Устава, учредителем и собственником имущества Предприятия является Муниципальное образование Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области. От имени МО Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области функции и полномочия Учредителя, а также права собственника в пределах предоставленных им полномочий осуществляет Администрация МО Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области в лице Главы МО Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области.

Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, единственным учредителем предприятия «Муниципальные сети поселка Энергетик» является Администрация. 

Согласно Постановлениям Администрации от 16.02.2015 № 17-П, 25.03.2015 № 51-П, 10.07.2015 № 156-П «О передаче имущества», предприятию «МСПЭ» в хозяйственное ведение было передано имущество, отраженное в соответствующих перечнях.

Руководителем предприятия в период с 18.03.2015 по 10.11.2016 являлся ФИО1, с 10.11.2016 – ФИО6

Предприятие «МСПЭ» 15.11.2018 обратилось в суд с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом), указав на наличие задолженности перед кредиторами в сумме 13 740 024 руб. 66 коп., в том числе по обязательным платежам в сумме 2 638 753 руб. 74 коп.

Решением суда от 10.04.2019 предприятие «МСПЭ» признано банкротом, открыто конкурсное производство.

В ходе процедуры наблюдения временным управляющим был подготовлен анализ финансового состояния предприятия «МСПЭ», проанализирована бухгалтерская отчетность должника за 2016-2018 годы.

При анализе коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника, временный управляющий сделал следующие выводы по состоянию должника на 01.01.2017:

- коэффициент абсолютной ликвидности 0, при норме 1,0-2,0,

- коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами -0,09, при норме 0,1 или 10%,

- доля просроченной кредиторской задолженности в пассивах 92,33%, при норме не более 20%,

- рентабельность активов - 35,31%, при норме до 0,

- норма чистой прибыли - 15,07%, при норме около 0,2%.

Согласно полученной из налогового органа бухгалтерской отчетности за 2016 год усматривается, что совокупный размер активов должника по состоянию на 31.12.2016 составлял 19 842 тыс. руб., совокупный размер пассивов - 19 842 тыс. руб.

Конкурсным управляющим установлено, что в бухгалтерской отчетности должника основную структуру данной части активов баланса составляет дебиторская задолженность (по сведениям, отраженным в анализе временного управляющего - 15 040 тыс. руб.). При этом данная дебиторская задолженность фактически документально не подтверждена. В налоговый орган должником представлена бухгалтерская отчетность, содержащая недостоверные сведения о размере активов должника, при этом размер активов фактически искусственно завышен до размера пассивов.

Конкурсным управляющим предприятием «МСПЭ» в ходе проведения мероприятий конкурсного производства установлен факт изъятия Администрацией имущества у должника, а именно:

- постановлением Администрации от 16.02.2015 № 17-П «О передаче имущества», за предприятием «МСПЭ»  закреплено на праве хозяйственного ведения имущество, указанное в приложениях (водопроводные сети, канализационная сеть),

- постановлением Администрации от 25.03.2015 № 51-П «О передаче в хозяйственное ведение муниципального имущества», за предприятием «МСПЭ»  закреплено на праве хозяйственного ведения имущество, указанное в приложении (здание бани),

- постановлением Администрации от 10.07.2015 № 156-П «О передаче имущества» за предприятием «МСПЭ»  закреплено на праве хозяйственного ведения имущество, указанное в приложении (теплосети),

- постановлением от 14.03.2016 № 47/1-П «О передаче имущества», из хозяйственного ведения предприятия «МСПЭ»  изъято движимое имущество согласно приложению (22 единицы),

- постановлением от 18.11.2016 № 263-П «Об изъятии имущества, закрепленного на праве хозяйственного ведения за предприятием «МСПЭ», из хозяйственного ведения предприятия «МСПЭ» изъяты водопроводные сети, канализационные сети, здание бани,

- постановлением от 28.09.2018 № 181-П «О прекращении права хозяйственного ведения и изъятии имущества, находящегося в муниципальной собственности МО Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области», из хозяйственного ведения предприятия «МСПЭ»   изъяты тепловые сети.

Полагая, что на основании указанных выше постановлений Администрацией у предприятия «МСПЭ» было изъято необходимое для осуществления уставной деятельности имущество при осведомленности учредителя должника о большой кредиторской задолженности должника и отсутствии иного имущества для продолжения деятельности и расчетов с кредиторами, ни руководителями должника, ни собственником имущества должника (унитарного предприятия) не исполнена обязанность по принятию своевременных мер по предупреждению банкротства предприятия, направленных на восстановление платежеспособности и снижение роста кредиторской задолженности, что привело к ее бесконтрольному увеличению, невозможности принятия дальнейших мер по восстановлению платежеспособности предприятия и в итоге к банкротству, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с настоящим заявлением.

При этом конкурсный управляющий полагал, что в данном случае имеются основания для привлечения контролирующих должника лиц за невозможность погашения задолженности перед кредиторами (статья 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)), за неподачу заявления о банкротстве предприятия (статья 61.12 Закона о банкротстве). Периоды возможного применения статей 9, 10 (в редакции федерального закона № 134-ФЗ) или статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве он сформулировал в дополнительных пояснениях.

Суд первой инстанции, исходя из того, что обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве возникла у ФИО6 01.01.2017, у Администрации муниципалитета - 10.01.2017, с учетом новогодних выходных дней ФИО6 должен был обратиться в суд с заявлением 09.01.2017, Администрация муниципалитета - 10.01.2017 (часть 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве), а заявление должника о собственном банкротстве поступило в суд 15.11.2018, при  этом ответчики ФИО6 и Администрация муниципалитета не представили суду доказательств разумности и добросовестности своих действий, в деле отсутствуют данные о том, каким предпринимательским расчетом они руководствовались, продолжая хозяйственную деятельность должника в минимальном объеме при неудовлетворительной структуре баланса, за счет каких поступлений и в какие сроки они планировали рассчитаться по обязательствам с кредиторами, учитывая, что в указанный период руководитель и учредитель должника не обратились в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, признал, что в данной части требования заявителя являются обоснованными и имеются основания для привлечения указанных лиц к ответственности на основании положений пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Кроме того, суд первой инстанции, установив, что банкротство должника и его  неспособность  осуществлять погашение требований кредиторов не является следствием наличия межтарифной разницы в 1 полугодии 2015 года, признав неоспоренным надлежащим образом то, что после вывода активов должника, имевшего место в период по 30.11.2016, должник был не в состоянии осуществлять предусмотренную уставом производственную деятельность и лишился возможности удовлетворить требования кредиторов, согласившись с доводами конкурсного управляющего, что на 01.12.2016 должник уже обладал признаками объективного банкротства и причиной несостоятельности должника является вывод его активов (имущества), изъятие имущества из хозяйственного ведения должника без погашения кредиторской задолженности предприятия привело к невозможности продолжения осуществления уставной деятельности предприятия, невозможности получения прибыли, отсутствию активов для удовлетворения требований кредиторов, принимая во внимание, что процедура изъятия у должника имущества инициирована бывшим директором ФИО1, продолжена бывшим директором должника ФИО6, поддержана действиями учредителя должника - Администрации муниципалитета, пришел к выводу о наличии оснований для  привлечении данных лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями статьи 9 и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в соответствующей редакции.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев апелляционные жалобы  ФИО1 и Администрации, обжаловавших вынесенный судом первой инстанции судебный акт в части признания установленными наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  только данных лиц, с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения  к субсидиарной ответственности  ФИО1 и Администрации в соответствии с положениями статьи 9 и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве  согласился,  оставив судебный акт без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Удовлетворяя требования заявителя в части привлечения ФИО1 и Администрации к субсидиарной ответственности, суды исходили из доказанности совершения данными лицами действий, повлекших невозможность погашения требований кредиторов.

Обращаясь с кассационными жалобами ФИО1 и Администрация также выражают несогласие с вынесенными судами первой и апелляционной инстанции судебными актами только в части привлечения к субсидиарной ответственности указанных лиц, не оспаривая судебные акты в остальной части.

Суд округа, рассмотрев кассационные жалобы в пределах заявленных доводов, полагает, что оснований для отмены обжалуемых судебных актов в обжалуемой части не имеется исходя из следующего.

Судами было установлено, что обстоятельства, с которыми связано привлечение ФИО1 и Администрации к ответственности, имели место до вступления в законную силу Закона № 266-ФЗ, в связи с чем к правоотношениям сторон применяются положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе и в случае, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Установленная в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпция виновности контролирующего лица является опровержимой: контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника.

Применение данной материально-правовой нормы не исключает учета разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Так, согласно разъяснениям пункта 16 постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (часть 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации). Субсидиарная ответственность учредителей (участников) должника или иных лиц, включая руководителя, предполагается в случае недостаточности имущества должника.

Кроме того, ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Бремя доказывания названных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями.

В силу абзаца 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Таким образом, заявитель должен доказать наличие неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, и причинную связь с последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы, а лицо, привлекаемое к ответственности, - то обстоятельство, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины.

Судами установлено, что на основании постановления Администрации МО Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области от 05.11.2014 № 192-П «О создании муниципального унитарного предприятия «Муниципальные сети поселка Энергетик» создано предприятие «МСПЭ», основным направлением деятельности которого являлась эффективная эксплуатация водопроводных и канализационных сетей, находящихся в муниципальной собственности; осуществление деятельности по холодному водоснабжению и водоотведению на территории МО Энергетикский поссовет; решение иных задач по благоустройству поселка Энергетик; получение прибыли от осуществления видов деятельности, указанных в разделе 2 Устава.

Единственным учредителем предприятия «МСПЭ» (участником) является Администрация МО Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области.

В целях осуществления хозяйственной деятельности собственник закрепил за предприятием имущество согласно перечням.

В соответствии с подпунктами 6, 12 пункта 1 статьи 20 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» собственник имущества унитарного предприятия в отношении указанного предприятия: формирует уставный фонд государственного или муниципального предприятия; утверждает показатели экономической эффективности деятельности унитарного предприятия и контролирует их выполнение.

В силу статьи 11 данного закона имущество унитарного предприятия формируется за счет имущества, закрепленного за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества. Исходя из положений пункта 5 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 7 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», поскольку в федеральном законе, в частности в статье 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом, независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

Согласно пункту 3 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации, право хозяйственного ведения имуществом, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, прекращается по основаниям и в порядке, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами и иными правовыми актами для прекращения права собственности, а также в случаях правомерного изъятия имущества у предприятия по решению собственника. Любые распорядительные действия предприятия в отношении закрепленного имущества могут осуществляться им только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия (пункт 3 статьи 18 Федерального закона № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»).

При этом, отказ или согласие унитарного предприятия, на основании которого собственник изымает имущество, не должны приводить к прекращению осуществления уставной деятельности предприятия, имеющего специальную правоспособность (пункт 1 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судами отмечено, что конкурсный управляющий должника в качестве причин банкротства и неспособности погасить требования кредиторов указал на 2 обстоятельства: вывод ликвидных активов (имущества);  бездействие учредителя должника в вопросе установления для должника экономически обоснованного тарифа на оказываемые услуги, вследствие которого имела место межтарифная разница, что привело к увеличению диспропорции между размером кредиторской задолженности и размером активов должника. 

Проанализировав фактические обстоятельства дела, суды установили, что ответчик ФИО1 настаивал на изъятии части имущества (22 наименования) из хозяйственного ведения должника и передаче их иному предприятию в письмах от 03.02.2016 № 41, от 11.03.2016 № 77, от 18.04.2016 № 129; передача имущества состоялась, по факту осуществления которой составлены акты приема-передачи имущества от 26.04.2016 по факту его изъятия у должника; передача произведена безвозмездно, без выплаты компенсации. Цель передачи имущества 26.04.2016 была устно пояснена ответчиком ФИО1 в судебном заседании 30.11.2020 (31-я минута аудиопротокола судебного заседания) – избежание обращения взыскания на изъятое имущество по долгам предприятия перед его кредиторами. Эта цель также указана в письме юрисконсульта должника от 23.09.2016 № 387.

Далее, ответчик ФИО6 обратился к Администрации муниципалитета с письмом от 16.11.2016 № 492 с требованием изъять водопроводные и канализационные сети из хозяйственного ведения должника. Водопроводные и канализационные сети переданы должником муниципалитету по актам приема-передачи от 01.12.2016  и уже 01.12.2016 были переданы на праве хозяйственного ведения иному предприятию – МУП «Энергетик» (постановление Администрации муниципалитета от 18.11.2016, акты приема-передачи имущества Администрацией муниципалитета МУП «Энергетик»). Цели, предмет и виды деятельности МУП «Энергетик» сформулированы в Уставе предприятия. Предметом деятельности является оказание услуг хозяйствующим субъектам и населению поселка Энергетик по водоснабжению и водоотведению, в связи с чем суды пришли к выводу, что предмет деятельности должника и МУП «Энергетик» сходны между собой. 

Судами отмечено, что наряду с передачей имущества МУП «Энергетик»,  основная часть работников должника была переведена на аналогичные должности в МУП «Энергетик» (сведения о застрахованных лицах должника за 11 мес. 2016 года (67 чел.), за 12 мес. 2016 г. (4 чел.), список на премирование работников должника за ноябрь 2016 г. (59 чел.), список на премирование работников МУП «Энергетик» (60 чел.)) по состоянию на 01.12.2016, а в штате должника остался лишь административный персонал (4 чел. - директор, секретарь руководителя, главный бухгалтер, юрисконсульт), который не может самостоятельно оказывать услуги по водоснабжению и водоотведению, эксплуатировать тепловые сети. 

Доказательства сохранения за должником каких-либо функций, соответствующих предусмотренным Уставом предприятия целям деятельности предприятия, из материалов дела не следуют. После 01.12.2016 на балансе должника имелись лишь тепловые сети с балансовой стоимостью 3 740 500 руб., хозяйственная деятельность должником более не велась, договоры холодного водоснабжения и водоотведения с поставщиками коммунальных ресурсов расторгнуты с 01.12.2016 должником в одностороннем порядке. Право хозяйственного ведения должника на тепловые сети прекращено Постановлением администрации муниципалитета от 28.09.2018 № 181-П.

По расчету конкурсного управляющего, как указано судами, критическим моментом, в который должник из-за снижения стоимости активов утратил способность удовлетворить требования кредиторов, является 30.11.2016.

Проверив представленный конкурсным управляющим имуществом должника расчет о соотношении кредиторской, дебиторской задолженности и балансовой стоимости имущества должника, суды пришли к выводу, что ответчикам  с 01.12.2016 должно было быть объективно понятно, что передачей профильных активов должника иному предприятию они создали ситуацию невозможности погашения требований кредиторов. 

При этом, как отмечено судами, в реестр требований кредиторов   должника включено 3 кредитора: акционерное общество «Интер РАО – Электрогенерация»,  акционерное общество «Энергосбыт Плюс»,  Управление Федеральной налоговой службы по Оренбургской области. Общий размер требований - 22 789 661 руб. 17 коп., в том числе: 1 839 253 руб. 13 коп. - вторая очередь, 20 920 408 руб. 04 коп. - третья очередь. Требования кредитора общества с ограниченной ответственностью «ЭнергетикПлюс»в сумме 3 830 523 руб. 47 коп. подлежат удовлетворению после удовлетворения требований иных кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.  

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу, что принимая решение об изъятии у предприятия имущества, переданного ему на праве хозяйственного ведения, Администрация не приняла меры по наделению предприятия другими ликвидными объектами, за счет которого должник мог осуществлять уставную деятельность и исполнять обязательства перед кредиторами, учитывая баланс публичных и частных интересов, то есть, с одной стороны - интересов муниципалитета, обязанного обеспечивать оказание населению коммунальных услуг и несущего обязанности по содержанию соответствующего имущества (если иное не предусмотрено законом), а с другой - интересов должника (пополнение конкурсной массы) и его кредиторов, обоснованно рассчитывающих на удовлетворение их требований, включенных в соответствующий реестр, заключили, что после выбытия имущества из ведения должника по распоряжениям собственника, ситуация в части неплатежеспособности должника усугубилась, выбытие имущества привело к прекращению хозяйственной деятельности должника.

Доказательств того, что изъятое из хозяйственного ведения должника имущество не связано с осуществлением уставной деятельности, им не использовалось, его изъятие не препятствовало возможности осуществления основной деятельности, в материалах дела не имеется.

Проанализировав обстоятельства дела и представленные доказательства, суды пришли к выводу, что причиной банкротства должника является передача активов должника  01.12.2016 иному юридическому лицу, осуществлявшему схожую деятельность – МУП «Энергетик», которое на сегодняшний день, как было пояснено представителем Администрации в судебном заседании суда округа, также находится в состоянии банкротство, а предоставленное ему имущество изъято и  передано иным юридическим лицам, осуществляющим аналогичную деятельность.   

Действия, касающиеся изъятия имущества из хозяйственного ведения предприятия без какой-либо компенсации при наличии у последнего кредиторской задолженности, вызывают объективные сомнения в том, что ответчик руководствовался интересами контролируемого им предприятия, поэтому в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на контролирующего должника лица переходит бремя доказывания того, что изъятие у должника имущества явилось следствием обычного оборота, а не вызвано использованием учредителем (собственником) его возможностей, касающихся определения действий контролируемого лица во вред его кредиторам. Вместе с тем суду не приведено каких-либо доводов и доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности указанных действий.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суды признали доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам предприятия.

Рассмотрев довод управляющего о бездействии учредителя должника в вопросе установления для должника экономически обоснованного тарифа на оказываемые услуги, вследствие которого имела место межтарифная разница, что привело к увеличению диспропорции между размером кредиторской задолженности и размером активов должника, суды, проанализировав в совокупности представленные доказательства и фактические обстоятельства дела, пришли к выводу, что тарифы являлись экономически обоснованными и не имеется достаточных оснований утверждать, что банкротство должника и его неспособность осуществить погашение требований кредиторов является следствием наличия межтарифной разницы в 1 полугодии 2015 года.  

Кроме того, проверив доводы конкурсного управляющего о допущенном бездействии Администрации муниципалитета по финансированию деятельности предприятия-должника  суды пришли к выводу, что они не состоятельны, приняв во внимание письменные пояснения Администрации муниципалитета, из которых следует, что со стороны Администрации муниципалитета увеличен уставный капитал должника, а посредством приобретения материалов для ремонта сетей водоснабжения и заключения муниципальных контрактов на ремонт сетей водоснабжения и водоотведения Администрация муниципалитета частично освободила учрежденное предприятие от бремени содержания данных сетей, которое оно должно обслуживать и содержать в силу закона, при этом также отметив, что установленные для должника тарифы на водоснабжение и водоотведение предполагали компенсацию затрат должника в том числе на осуществление ремонтов сетей, а, как установлено из материалов дела, часть затрат понесено собственником имущества, а не должником, соответственно отсутствуют основания полагать, что межтарифная разница в действительности негативно повлияла на структуру баланса должника.

Помимо этого, судом отмечено, что Администрация муниципалитета результативно обращалась к Губернатору Оренбургской области в целях обеспечения существенного изменения индекса изменения размера вносимой гражданами платы за коммунальные услуги, соответствующие изменения были внесены, об иных инициаторах данных изменений в материалах дела информация отсутствует. Данные изменения позволили существенно увеличить размер тарифа на следующее полугодие. 

При этом судами констатировано, что, несмотря на указанные обстоятельства, и принятые Администрацией меры, именно после вывода активов должника, имевшего место в период по 30.11.2016, должник был не в состоянии осуществлять предусмотренную уставом производственную деятельность и лишился возможности удовлетворить требования кредиторов, что не было опровергнуто должным образом ответчиками в ходе рассмотрения обособленного спора.

Довод Администрации муниципалитета о том, что передача имущества 30.11.2016 имела целью недопущение возникновения чрезвычайной ситуации на территории муниципалитета на предмет оказания услуг по водоснабжению и водоотведению, судами был отклонен исходя из следующего.

Ответчики указывали на то, что нормальному функционированию предприятия препятствовало отсутствие оборотных денежных средств. При этом в материалах дела отсутствуют достоверные доказательства обращения должника в налоговую инспекцию за отсрочкой (рассрочкой) налоговых платежей (задолженностей), в суд для истребования задолженностей с дебиторов (управляющих компаний, собственников жилых и нежилых помещений), в суд с исками об обязании контрагентов заключить договоры на транспортировку тепловой энергии. 

Кроме того, суды также рассмотрели вопрос о возможности продолжения деятельности предприятия в том числе после 30.11.2016 в случае, если бы не были выведены его активы, с учетом утвержденных для него на 2-е полугодие 2016 года тарифов (на холодную (питьевую) воду - 23 руб. 75 коп. за 1 куб.м, на водоотведение - 21 руб. 05 коп. за 1 куб.м).

Согласно экспертному заключению Комиссии по регулированию тарифов Администрации муниципалитета, в отношении тарифов для предприятия «Энергетик» (следующий владелец имущества, ранее принадлежавшего должнику на праве хозяйственного ведения) на 2017 год определило, что экономически обоснованными являются тарифы на холодную воду на период с 01.12.2016 по 30.06.2017 в размере 19 руб. 20 коп. за 1 куб. м, на 2-е полугодие 2017 года - 19 руб. 78 коп. за 1 куб. м.

Согласно постановлению Администрации муниципалитета от 19.12.2017 № 1657-П и внесшему в него изменения Постановлению администрации муниципалитета от 14.12.2018 № 1434-П для предприятия «Энергетик» на 1 полугодие 2018 года, тариф на холодную воду для населения и прочих потребителей составлял 19 руб. 78 коп. за 1 куб. м, тариф на водоотведение - 22 руб. 20 коп. за 1 куб. м.

В случае возможности продолжения деятельности предприятия, в том числе после 30.11.2016 в случае, если бы не были выведены активы должника, с учетом утвержденных для него на 2-е полугодие 2016 года тарифов (на холодную (питьевую) воду - 23 руб. 75 коп. за 1 куб. м, на водоотведение - 21 руб. 05 коп. за 1 куб. м), следует, что установленные для должника тарифы были выше, чем для его правопреемника в части оказания услуг водоснабжения и водоотведения в пос. Энергетик - МУП «Энергетик», и имелись экономические предпосылки для продолжения производственной деятельности должника даже с учетом установленных тарифов на оказываемые услуги.

При этом судами отмечено, что переданное 26.04.2016 ФИО1 учредителю имущество было возможно использовать для предусмотренного пунктом 2.1.3 Устава предприятия предмета деятельности предприятия - решение иных задач по благоустройству пос. Энергетик. То есть даже на данном основании деятельность предприятия была бы возможна, осуществлялись бы виды деятельности, предусмотренные пунктами 2.2.6, 2.2.7, 2.2.9, 2.2.10, 2.2.11, 2.2.13 Устава. 

Проанализировав в совокупности все указанные обстоятельства и  исследовав все представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что на 01.12.2016 должник уже обладал признаками объективного банкротства (иная дата не доказана) и причиной несостоятельности должника является вывод его активов (имущества); изъятие имущества из хозяйственного ведения должника без погашения кредиторской задолженности предприятия привело к невозможности продолжения осуществления уставной деятельности предприятия, невозможности получения прибыли, отсутствию активов для удовлетворения требований кредиторов; несостоятельность (банкротство) вызвана данным изъятием, осуществленным  собственником данного имущества; отметив, что процедура изъятия у должника имущества, инициированная бывшим директором ФИО1 в целях избежания обращения взыскания на изъятое имущество по долгам предприятия перед его кредиторами, последовательно продолженная следующим директором и учредителем должника, привела к объективному банкротству должника суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1, ФИО6 и Администрации муниципалитета к субсидиарной ответственности на основании  пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Рассмотрев требования в части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО6 и Администрации в соответствии с положениями пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, суды не установили в  действиях ФИО1 оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. В данной части  судебные акты кассаторами не оспариваются.

При этом, суды установили, что  обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве возникла у ФИО6 01.01.2017, а у Администрации муниципалитета принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании предприятия несостоятельным (банкротом) после 10.01.2017, однако в указанный период руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, Администрацией муниципалитета не принято решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании предприятия несостоятельным (банкротом) (часть 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве) с момента установления в законе таковой обязанности (после 30.07.2017). 

Предприятие обратилось с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) только 15.11.2018. 

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017. 

Таким образом, Администрация подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в связи с непринятием решения  об обращении в суд с заявлением о признании предприятия несостоятельным (банкротом).

         Доводы Администрации об обратном основаны на неверном  толковании норм, применяемых к спорным отношениям в рассматриваемый период.

Вопреки мнению заявителей жалоб, на основании заявленных суду требований и возражений лиц, участвующих в деле, и в соответствии с подлежащими применению нормами материального права суды установили имеющие существенное значение для правильного разрешения спора обстоятельства, в том числе причины несостоятельности должника, дали им мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к выводам, соответствующим материалам дела и основанным на применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Администрацией и ФИО1 не приведено обстоятельств и доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности их действий, о том, что изъятие имущества у должника и передача его иным лицам явилось следствием обычного оборота, а не вызвано использованием возможностей во вред кредиторам должника.

Доводы заявителей кассационных жалоб, судом округа отклоняются, поскольку касаются фактических обстоятельств и доказательственной базы по делу, направлены на переоценку обстоятельств дела и представленных доказательств, при этом они были предметом рассмотрения судов, им дана соответствующая правовая оценка. Положения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующие производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены принятых по спору судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Действующим законодательством не предусмотрена уплата государственной пошлины за подачу кассационной жалобы на судебные акты о привлечении или об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности, в связи с чем уплаченная ФИО1 государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета на основании статьи 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 24.09.2021 по делу № А47-14379/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы Администрации Муниципального образования Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области и ФИО1 – без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3000 руб., уплаченную по чеку ордеру от 30.12.2021, операция № 9.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийЕ.А. Павлова 

СудьиК.А. Савицкая 

                                              Ф.И. Тихоновский