ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-7193/2018

10 октября 2019 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  03 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 октября 2019 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Бодунковой С.А.,

судей Смольниковой М.В., Шаровой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9692/2019) финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 июня 2019 года по делу № А75-7193/2018 (судья Козицкая И.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявление финансового управляющего ФИО2 ФИО3 о признании недействительным договора от 24.02.2014 о разделе имущества, совместно нажитого супругами в период брака, применении последствий недействительности сделки, 

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: публичного акционерного общества «ЗАПАДНО-СИБИРСКИЙ КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК», публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация Открытие», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, 

 

при участии в судебном заседании:

финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 – лично;

от общества с ограниченной ответственностью «СК «Сибстрой» - представитель ФИО4 (по доверенности б/н от 08.10.2018, сроком действия на два года). 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Бизнес Групп», общество с ограниченной ответственностью СК «Сибстрой» (далее - ООО «Бизнес Групп», ООО СК «Сибстрой», заявители) обратились в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (далее – ФИО2, должник).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 04.09.2018 признано обоснованным заявление ООО «Бизнес Групп» и ООО СК «Сибстрой» о признании ФИО2, в отношении ФИО2 введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, финансовый управляющий).

Сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства – реструктуризации долгов гражданина опубликованы в газете «Коммерсант» № 168 от 15.09.2018.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26.12.2018 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим ФИО2 утвержден ФИО3

14.01.2019 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО2 ФИО3 о признании недействительным договора от 24.02.2014 о разделе имущества, совместно нажитого супругами в период брака, применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.02.2019 к участию в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: публичное акционерное общество «ЗАПАДНО-СИБИРСКИЙ КОММЕРЧЕСКИЙ БАНК»; публичное акционерное общество Банк «Финансовая Корпорация Открытие».

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.06.2019 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 ФИО3 о признании недействительным договора от 24.02.2014 о разделе имущества, совместно нажитого супругами в период брака, применении последствий недействительности сделки оказано.

Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает, что вопреки выводам суда первой инстанции, в материалы дела представлены доказательства недостаточности имущества должника на дату совершения оспариваемой сделки и неисполненных обязательств перед кредиторами, а также умысла на причинение вреда правам и законным интересам кредиторов путем вывода имущества. По мнению апеллянта, заключая рассматриваемый договор, стороны не могли не осознавать, что при совершении сделки они уменьшают объем принадлежащего должнику имущества и, как следствие, вероятность погашения имеющейся у должника задолженности перед кредиторами за счет данного имущества, поскольку в результате совершения рассматриваемой сделки из имущественной: массы должника выбыло ликвидное имущество, средства от реализации которого могли быть направлены на погашение кредиторской задолженности. 

Кроме того, отмечает, что доказательства направления полученных по оспариваемым сделкам денежных средств на погашение кредиторской задолженности и (или) восполнение должнику стоимости выбывшего имущества отсутствуют, а представленная справка ПАО «Запсибкомбанк» не подтверждает, что супруга должника производила какое-либо расходование имеющихся у нее на счете денежных средств в пользу своего супруга, а супруг производил расходование полученных денежных средств на свои нужды. 

Согласно позиции подателя жалобы, в материалы дела представлены доказательства о наличии умысла у сторон сделки, поскольку в действительности стороны не собирались делить имущество, должник продолжал пользоваться указанным имуществом как своим собственным автомобилем, который по условиям оспариваемого договора отошёл единоличную собственность супруги должника (эксплуатирование, страхование и пр.), что позволяет говорить о доказанности совокупности условий, установленных статьей 168 ГК РФ о ничтожности совершенной сделки.

В апелляционной жалобе также изложено ходатайство в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса РФ об истребовании из ПАО «Запсибкомбанк» расширенной выписки о движении денежных средств (с указанием получателей и денежных средств, и назначения платежа) по счету № 4230…..2567 ФИО5 за период с 24.02.2014 (дата заключения оспариваемого договора) по 25.02.2014 включительно (дата получения денежных средств должником по расписке), мотивированное тем, что согласно указанной выписке можно будет установить, что имеющиеся на счетах ФИО5 денежные средства ответчиком не снимались и на счет супруга ФИО2 не перечислялись.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2019 указанная апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 30.09.2019.    

17.09.2019 в материалы дела от финансового управляющего поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (копия ответа ПАО «Запсибкомбанк» от 09.09.2019 № 32-3/2-35518).

ООО «СК «Сибстрой» представило 19.09.2019 в материалы дела письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу финансового управляющего – удовлетворить.

Возражая против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, ФИО2 и ФИО5 представили письменные отзывы, в которых просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции финансовый управляющий ФИО3 поддержал доводы, изложенные в ходатайстве о приобщении дополнительных доказательств к материалам дела.

Финансовый управляющий ФИО3 также сообщил об утрате у него намерения настаивать на ходатайстве об истребовании расширенной выписки по счету из ПАО «Запсибкомбанк», в силу чего суд апелляционной инстанции не находит оснований для его разрешения по существу.

Представитель ООО «СК «Сибстрой» не возражал против удовлетворения ходатайства и приобщения дополнительных доказательств к материалам дела.

Суд апелляционной инстанции удовлетворил заявленное финансовым управляющего должника ходатайство - приобщил копию ответа ПАО «Запсибкомбанк» от 09.09.2019 № 32-3/2-35518 к материалам обособленного спора в целях более полного и всестороннего разрешения настоящего спора, принятия законного и обоснованного судебного акта, учитывая, что указанное доказательство не противоречат иным доказательствам, представленным в материалы дела. При этом судом принято во внимание, что ответчик по спору ФИО5 безусловна знакома с движением денежных средств на своем счете.

Финансовый управляющий ФИО3 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просит его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ООО «СК «Сибстрой» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил апелляционную жалобу удовлетворить в полном объеме.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 30.09.2019, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв до 03.10.2019 в целях информирования лиц, не явившихся в судебное заседание о ходе рассмотрения апелляционной жалобы, после окончания которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

В судебном заседании, продолженном 03.10.2019, участвующие в деле лица поддержали позиции, изложенные до перерыва в судебном заседании.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзывы на нее, заслушав участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24.06.2019 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, при проведении мероприятий в рамках настоящего банкротного дела финансовым управляющим было установлено, что в собственности должника и его супруги имеется следующее имущество:

1) автомобиль марки ГАЗ 2752, государственный регистрационный знак X 495 СА 86, 2014 г.в.;

2) автомобиль марки Джип GRAND CHEROKEE, государственный регистрационный знак 

<

***> (А472КС196), 2013 г.в.

Указанное имущество зарегистрировано на ФИО5

В рамках исполнения своих обязанностей финансовым управляющим были затребованы у должника и его супруги ФИО5 (свидетельство о заключении брака серия 

<

...> от 11.02.2005, запись акта о заключении брака № 21 от 11.02.2005), автомобиль марки ГАЗ 2752, государственный регистрационный знак X 495 СА 86, 2014 г.в., автомобиль марки Джип GRAND CHEROKEE, государственный регистрационный знак 

<

***> (А472КС196), 2013 г.в.

На запрос финансового управляющего ФИО2 ФИО3 представлена копия нотариально удостоверенного договора от 24.02.2014 о разделе имущества, совместно нажитого супругами в период брака.

Так, 04.02.2014 между ФИО2 и ФИО5 был заключен договор о добровольном разделе имущества, совместно нажитого супругами в период брака (далее – договор), которым определен иной в отличие от законного режим собственности имущества супругов (том 13, л.д. 33, 34).

Согласно условиям брачного договора между сторонами произведен раздел следующего имущества:

1. Автомобиля марки Jeep Grand Cherokee (Джип GRAND CHEROKEE), зарегистрированного на имя гр. ФИО5, что подтверждается паспортом транспортного средства 66YO № 994330, выданным 06.02.2014. Стороны оценивают легковой автомобиль марки Jeep Grand Cherokee (Джип GRAND CHEROKEE), государственный регистрационный знак 

<

***> в 3 300 000 руб.

2. Автомобиля марки ГАЗ 2752 № X 495 СА 86, зарегистрированного на имя гр. ФИО5, что подтверждается паспортом транспортного средства 52КТ134117, выданным 07.05.2004. Стороны оценивают стоимость автомобиля в 140 000 руб.

3. Наличных денежных средств в размере 1 720 000 руб.

В соответствии с пунктом 3 договора в результате настоящего раздела в собственность гр. ФИО5 переходит:

- автомобиль,

- автомобиль марки Jeep Grand Cherokee (Джип GRAND CHEROKEE), государственный регистрационный знак 

<

***>.

В собственность гр. ФИО2 переходят наличные денежные средства в размере 1 720 000 руб. (пункт 3.2 договора).

Иные объекты движимого и недвижимого имущества супругов на момент заключения брачного договора за ФИО5 не зарегистрированы.

В результате совершения брачного договора ФИО5 стал единственным собственником двух транспортных средств.

Полагая, что оспариваемая сделка совершена безвозмездно со злоупотреблением правом в целях уменьшения активов должника, с нарушением прав кредиторов ФИО2 на удовлетворение их требований за счет конкурсной массы должника, финансовый управляющий должника обратился с настоящим заявлением.

Заявленные требования обосновываются финансовым управляющим должника со ссылкой на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности финансовым управляющим факта злоупотребления правом со стороны должника и ответчиком при заключении брачного договора.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводами суда первой инстанции в силе следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

По общему правилу, закрепленному в пункте 1 статьи 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Учитывая, что договор о разделе имущества был заключен 24.02.2014, то есть до 01.10.2015, а также принимая во внимание, что стороной сделки являются граждане - физические лица, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что спорная сделка по может быть оспорена на основании статьи 10 Гражданского кодекса РФ.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая спорную сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Для квалификации сделки как ничтожной на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо доказать либо сговор обоих участников сделки в целях совершения недобросовестных действий, либо осведомленность одной из сторон о недобросовестной цели сделки, имеющейся у другой стороны (Постановление Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11 по делу № А56-6656/2010, Постановление Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 17089/12 по делу № А24-53/2012, Постановление Президиума ВАС РФ от 18.02.2014 № 15822/13 по делу № А45- 18654/2012).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац четвертый пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Исходя из изложенного, при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, суду надлежит установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

В настоящем случае, доводы апелляционной жалобы и заявления об оспаривании сделки сводятся к тому, что изменение законного режима имущества супругов путем заключения оспариваемого договора представляет собой заведомо недобросовестное осуществление ими гражданских прав, так как должник на дату совершения оспариваемой сделки уже отвечал признакам недостаточности имущества и в результате совершения оспариваемой сделки стал таким признакам отвечать еще больше, поскольку из его собственности безвозмездно выбыл самый дорогой актив: автомобиль стоимостью на дату заключения сделки 3 300 000 руб., из чего следует, что сделка совершена в целях исключения возможного обращения взыскания на общее имущество супругов по принятым ранее должником обязательствам.

Согласно пункту 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В соответствии с нормами семейного законодательства изменение правового режима общего имущества супругов возможно на основании заключенного между ними брачного договора (статьи 41, 42 Семейного кодекса Российской Федерации), соглашения о разделе имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), соглашения о признании имущества одного из супругов общей совместной или общей долевой собственностью (статья 37 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 7 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что граждане по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им правами, вытекающими из семейных отношений (семейными правами), в том числе право на защиту этих прав, если иное не установлено Кодексом.

Таким образом, супруги (бывшие супруги) вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке (или его части), как на основании брачного договора, так и на основании любого иного соглашения (договора), не противоречащего нормам действующего законодательства.

Пунктом 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения соглашений о разделе части совместно нажитого имущества) установлено, что общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

Следовательно, соглашение о разделе имущества супругов является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности.

Согласно статье 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Применительно к настоящему делу, определяя судьбу совместно нажитого имущества без расторжения брака, супруги, по сути, заключили соглашение о разделе общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ).

Такое соглашение имеет признаки, схожие с признаками брачного договора.

Так, согласно пункту 1 статьи 40 СК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 42 СК РФ брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Таким образом, к спорной сделке подлежали применению правила о брачном договоре (статья 5 СК РФ).

Брачный договор, заключенный в период брака, вступает в силу после его нотариального удостоверения, с момента которого у супругов возникают предусмотренные этим договором права и обязанности.

Следовательно, брачный договор является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок (статья 44 СК РФ).

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника ссылается на то, что заключая оспариваемый договор стороны не могли не осознавать, что, совершая такую сделку, они уменьшают объем принадлежащего должнику имущества и, как следствие, вероятность погашения имеющейся у должника задолженности перед кредиторами за счет данного имущества. Должник отвечал признакам недостаточности имущества, поскольку размер его обязательств составлял 10 691 289 руб. 56 коп., а стоимость всего имущества, указанного в оспариваемом договоре (включая денежные средства) 5 160 000 руб. (3 440 000 руб. автомобили + 1 720 000 руб. денежные средства).

С целью квалификации спорного брачного договора в качестве недействительной сделки, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как следует из пункта 3.1 договора, в собственность ФИО5 переходит автомобиль марки Джип GRAND CHEROKEE, государственный регистрационный знак 

<

***> (А472КС196), 2013 г.в., автомобиль (в отсутствие указания на его индивидуализирующие признаки).

То есть условие о переходе в собственность ФИО5 автомобиля марки ГАЗ 2752, государственный регистрационный знак X 495 СА 86, 2014 г.в. в договоре от 24.02.2014 фактически отсутствует.

Мотивы неуказания соответствующего автомобиля в пункте 3.1 договора, содержащего результат раздела, из материалов дела установлены быть не могут.

Однако в соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Учитывая существо соглашения, неуказание данного автомобиля в качестве результата раздела не может быть восполнено ссылкой на простую опечатку. Поэтому в отсутствие доказательств иного суд считает, что раздел автомобиля марки ГАЗ 2752, государственный регистрационный знак X 495 СА 86, 2014 г.в. фактически не состоялся, и он продолжает оставаться общим имуществом.

В этой связи соответствующий автомобиль в настоящем принадлежит ФИО5 и ФИО2 на праве совместной собственности, независимо от того, на кого из супругов он зарегистрирован, и подлежит реализации в том же порядке, в котором осуществляется реализация конкурсной массы должника на основании пункта 1 статьи 213.25, пункта 7 статьи 213.6 Закона о банкротстве, пунктов 1, 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2019 по делу № А75-7193/2018).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

По смыслу данной нормы права исполнение сторонами сделки и достижение соответствующего ей результата исключает возможность признания ее мнимой.

В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Таким образом, реально исполненный договор не может являться мнимой сделкой.

Между тем, в настоящем деле материалами дела не подтверждается, что договор о разделе совместно нажитого имущества фактически исполнен сторонами.

В настоящем случае участвующими в деле лицами не оспаривается, что ФИО5 ни до заключения договора о разделе имущества, ни после указанного момента не имела водительских прав на управление переданными ей в собственность транспортными средствами. В отсутствие наличия водительских прав экономическая ценность от владения транспортными средствами фактически может быть выражена в их реализации (купля-продажа, аренда и пр.).

Между тем, перешедшие в собственность ФИО5 транспортные средства продолжали находиться в пользовании ФИО2

Так, из требования кредитора АО «ГСК «Югория», а также ответа Российского Союза страховщиков от 25.12.2018 № М-122072, ФИО2 и после заключения рассматриваемого договора осуществлял использование автотранспорта, который по условиям договора перешел в личную собственности супруги ФИО5, а также нес расходы на ее содержание, поскольку осуществлял управление транспортным средством и страхование автотранспорта (страховой полис от 22.01.2016 со сроком страхования с 10.02.2016 по 09.02.2017, страховой полис от 31.01.2017 со сроком страхования с 10.02.2017 по 09.02.2018).

Согласно условиям представленных в материалы дела страховых полисов от 28.01.2015, 22.01.2016, 31.01.2017 лицом, допущенным к управлению транспортным средством, является ФИО2

Кроме того, по условиям дополнительного соглашения № 1 от 29.03.2017, дополнительного соглашения № 3 от 01.10.2017, дополнительного соглашения № 4 от 11.12.2017 к договору страхования № 04(7-2)-765376-10/17 от 31.01.2017 в качестве страхователя спорного транспортного средства также выступает ФИО2 как физическое лицо от своего имени.

Согласно квитанциям на получение страховой премии (взноса) по договору страхования плательщиком также выступает ФИО2

Возражая против доводов финансового управляющего о мнимости сделки, согласно которого автомобиль марки Джип GRAND CHEROKEE, являясь собственностью ФИО5, использовался должником и на него оформлялось страхование ответственности, ФИО5 пояснила, что ФИО2 - единственный член семьи, имеющий водительские права категории В, и, находясь в браке с ФИО5, проживая на одной жилплощади, использовал данный автомобиль по необходимым нуждам семьи с согласия ФИО5

Также ФИО5 пояснила, что от нее на имя ФИО2 выдана нотариальная доверенность на право управления данным транспортным средством и на проведение всех действий, связанных с оформлением страхования гражданской ответственности. По ее просьбе супруг производил оформление страхования гражданской ответственности в акционерном обществе «ГСК «Югория», а все расходы, связанные с содержанием автомобилей, несла ФИО5

ФИО5 также сообщила, что ФИО2 осуществлялись поездки (в том числе и совместные с ней) в другие города России по вопросам ее бизнеса. Она является учредителем и директором ООО «СК «Строй-Град», зарегистрированном в г.Екатеринбурге, ей для решения вопросов часто приходилось выезжать в город Екатеринбург, где и произошло дорожно-транспортное происшествие, указанное финансовым управляющим.

Между тем, в материалы настоящего обособленного спора указанная доверенность на право управления данным транспортным средством и на проведение всех действий, связанных с оформлением страхования гражданской ответственности представлена не была.

В представленных документах (заявления, страховой полис, дополнительное соглашение к договору страхования ТС, квитанции) не имеется ссылки на то, что вступая в правоотношения по страхованию транспортного средства, правовое положение ФИО2 основано на представлении интересов ФИО5, в том числе на доверенности.

Более того, согласно ответа Российского Союза страховщиков от 25.12.2018 № М-122072 уже после заключения договора о разделе имущества между супругами, а именно 23.07.2017, с участием автомобиля GRAND CHEROKEE, государственный регистрационный знак 

<

***> (А472КС196), VIN 

<

***>, 2013 г.в. под управление ФИО2 произошло ДТП.

Вопреки доводам ФИО5, согласно заявлению о страховом возмещении адресом места ДТП является: 

<

...>, не г. Екатеринбург.

Доказательств того, что в день дорожно-транспортного происшествия, а также в иные дни, использование транспортного средства осуществлялось ФИО2 исключительно в интересах ФИО5 не представлено.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствует о формальном переходе титула собственника по спорной сделке на ФИО5, без действительно намерения передачи спорного транспортного средства в единоличную собственность ФИО5

При этом ответчиками, помимо денежной расписки от 25.02.2014, не представлено доказательств действительной передачи денежных средств ФИО5 ФИО2 во исполнение условий договора о разделе совместно нажитого имущества в размере 1 720 000 руб., денежные средства со счета ФИО5, открытого в ПАО «Запсибкомбанк» не списывались, в период исполнения обязательств по оспариваемому соглашению не списывались.  Также не представлено пояснений на какие цели были потрачены полученные должником денежные средства с учетом отсутствия по данным финансового управляющего гашения какой-либо задолженности, либо наличия приобретения иного имущества, сбережений, вкладов и т.д.

Таким образом оспариваемая сделка обладает признаками мнимости.

В настоящем случае апелляционная коллегия судей полагает необходимым также учитывать, что с 14.11.2016 ФИО2 является учредителем (участником) общества с ограниченной ответственностью «Созвездие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).   

Вместе с тем согласно решению Белоярского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 31.10.2017 по делу № 2-490/2017 ПАО «Запсибкомбанк» обратился в суд к ООО «Созвездие», ФИО2 и ФИО5 о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на имущество.

Исковые требования были мотивированы тем, что 13.12.2013 между ПАО «Запсибкомбанк» и ООО «Созвездие» был заключен кредитный договор № 

<

***> на предоставление кредита в сумме 3 000 000 руб. на срок по 25.11.2016.

Обязательство ООО «Созвездие» было обеспечено договорами поручительства, заключенными с ФИО2 и ФИО5, а также залогом имущества, принадлежащего на праве собственности ФИО5 (JEEP GRAND CHEROKEE, государственный регистрационный знак 

<

***> (А472КС196), VIN 

<

***>, 2013 г.в.).

Однако в нарушение обязательств по договору ООО «Созвездие» нарушало установленные сроки внесения платежей в погашение кредита.

Указанным решением солидарно с ООО «Созвездие», ФИО2 и ФИО5 в пользу ПАО «Запсибкомбанк» была взыскана задолженность по кредитному договору в размере 319 688 руб. 71 коп.

Также, в материалы дела публичным акционерным обществом Банк «Финансовая Корпорация Открытие» представлена информация, с приложением подтверждающих документов, о том, что в банке на имя ФИО2 заключены:

- кредитный договор № 

<

***> от 08.08.2011 на потребительские цели на сумму 4 500 000 руб., обеспечение: поручительство юридического лица – ООО «Созвездие», залог автотранспорта, залогодатели ООО «Созвездие», ФИО5. По состоянию на 24.02.2014 остаток задолженности по кредитному договору 

<

***> от 08.08.2011 составлял 3 375 000 руб.;

- кредитный договор на установление лимита Овердрафта № 72 от 15.11.2012 к кредитной карте № 515668******0748, карточному счету № ...5306. По состоянию на 24.02.2014 остаток задолженности составлял 978 933 руб. 29 коп.;

- договор поручительства ПЮ-0211/007 от 22.02.2011 по кредитному договору № 

<

***> от 22.02.2011, заключенного с ООО «Созвездие» (ИНН 

<

***>), на сумму 5 320 000 руб.

По состоянию на 24.02.2014 остаток задолженности по кредитному договору составлял 3 152 593 руб. (том 18, л.д. 69 – 98).

Публичным акционерным обществом Банк «Финансовая Корпорация Открытие» представлена в суд справка о том, что должник является клиентом банка, на его имя открыт текущий счет для расчетов с использованием банковских карт с лимитом кредитования в форме «Овердрафт» в сумме 1 000 000 руб. № ....5306 от 15.11.2012, открытый в филиале Западно-Сибирский публичного акционерного общества Банка «Финансовая Корпорация Открытие» за период использования карты с 01/01/2012 по 01/05/2014 был допущен один просроченный платеж на 7 дней, в сумме 51 руб. 82 коп., дата образования просроченной задолженности 30/04/2013, дата погашения 07/05/2013 (том 18, л.д. 176, том 25, л.д. 145 – 147).

Как верно отмечено судом первой инстанции большой просроченной задолженности у должника и ответчика по кредитным обязательствам на дату оспариваемого соглашения не имелось.

При этом довод ответчика и должника о том, что на дату совершения сделки должник исполнял свои кредитные обязательства перед Банками, что свидетельствует об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, судом отклоняются.

Как следует из представленной информации, должник периодически  допускал нарушение графика погашения долга, поэтому  положение должника не отличалось признаком финансовой стабильности. Поскольку при наличии просрочек в исполнении кредитных обязательств существовал постоянный риск предъявления требования о возврате кредита, то обстоятельство, что должник не прекращал полностью исполнение обязательств, не может опровергнуть недобросовестной цели по выводу активов в связи с осознанием должником невозможности рассчитаться по кредитным обязательствам в будущем.

При этом в настоящем случае доказано, что на дату заключения спорного договора у должника имелись неисполненные обязательства перед указанными кредиторами на сумму в общей сложности более 5 000 000 руб.

Экономическая целесообразность заключения спорного договора, о разделе совместно нажитого имущества для должника (при отсутствии сведений о наличии в его собственности иного ликвидного движимого или недвижимого имущества), при котором в пользу ФИО2 переходят денежные средства в размере 1 720 000 руб. с учетом неисполненных обязательств перед ПАО «Запсибкомбанк» и ПАО «Банк «ФК «Открытие», не раскрыта.

Фактически, указанные обстоятельства расцениваются судом как злоупотреблением правом в порядке статье 10 ГК РФ, создающее условия для наступления вреда кредиторам ФИО2 (сокрытие имущества от кредиторов при сохранении его использования в качестве собственного в условиях заведомой осведомленности сторон брачного договора о таком результате брачного договора).

Заключая оспариваемый брачный договор, должник, супруга должника, являющаяся аффилированными лицами, не могли не осознавать, что их действия направлены на уменьшение объема принадлежащего должнику (то есть лицу, обязанному по кредитным обязательствам и обязательствам поручительства перед банком) имущества в целях уменьшения последующей вероятности обращения взыскания на имущество ФИО2 как должника и поручителя.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

То есть в данном случае стороны сделки действовали недобросовестно, поскольку они знали о наличии обязательств ФИО2, а также подконтрольного ему общества по возврату кредитных средств, но совершили сделку по изменению режима совместно нажитого имущества в целях последующего невключения имущества в конкурсную массу должника и сохранения данного актива в семье без учета прав и законных интересов кредиторов, которые вправе рассчитывать на разумное и добросовестное поведение своего должника.

Иные добросовестные цели брачного договора не обоснованы, разумных доводов избранного раздела имущества (который очевидно осуществлен в пользу супруги) не приведено.

Заключение брачного договора повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов, соразмерно стоимости имущества, собственность на которое передана заинтересованному ответчику в нарушение принципа равенства долей в общей собственности супругов. Иное не доказано. 

Равно не доказано, что раздел совместной собственности супругов в соответствии с нормами действующего законодательства (учитывая рыночную стоимость имущества и обязательств супругов на момент заключения брачного договора), мог бы привести к тем же результатам раздела, что ими констатировано в спорной сделке.

Соответственно доводы финансового управляющего о совершении оспариваемой сделки со злоупотреблением правом для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, не опровергнут какими-либо объективными доказательствами со стороны должника.

Супруги ФИО2 и ФИО5 в рамках настоящего дела не доказали иные, чем сокрытие имущества от обращения взыскания на него, причины раздела совместно нажитого имущества.

Таким образом, как указано выше, в материалах дела отсутствуют доказательства, что в результате совершения именно оспариваемого брачного договора, не были нарушены права и законные интересы кредиторов, поскольку отчуждение спорного имущества было совершено на безвозмездной основе при условии неравноценности распределения имущества по брачному договору при осведомленности второй стороны сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для квалификации спорного договора о разделе имущества, совместно нажитого супругами в период брака, недействительным на основании пункта 1 статьи 170, статей 10, 168 ГК РФ.

Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Реституция является ускоренным способом защиты права, которая применяется лишь в силу недействительности сделки, вне зависимости от иных обстоятельств.

Сутью реституции является восстановление положения, существовавшего до совершения спорной сделки, вне зависимости от правоотношений сторон и наличия прав собственности на предмет сделки.

Поэтому в случае, если сделка является недействительной, к ней применяется реституция, направленная на восстановление в точности того имущественного положения, которое имело место до совершения спорной сделки.

Последствием признания брачного договора недействительным является восстановление законного режима общего имущества (общей совместной собственности супругов).

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.27 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Таким образом, применение судом на основании пункта 1 статьи 61.6 Закона последствий недействительности сделки направлено на возврат в конкурсную массу всего имущества должника, включая то, которое подпадает под законный режим имущества супругов, и по результатам его реализации поступившая выручка подлежит распределению по правилам п. 7 статьи 213.27 Закона о банкротстве.

При этом поскольку раздел по условиям брачного договора является недействительным, права супруги должника защищаются при выплате причитающейся ей части средств от реализации имущества по правилам Закона о банкротстве. 

При определении размера этой части супруга должника имеет право выразить свое мнение финансовому управляющему и оставшиеся разногласия передать на рассмотрение суда в деле о банкротстве должника, с приобретением супругой процессуального статуса лица, участвующего в деле о банкротстве по соответствующему обособленному спору. 

При распределении финансовым управляющим поступившей от реализации имущества выручки учитываются и общие обязательства супругов, а ФИО5 на данном этапе как лицо, участвующее в деле о банкротстве при решении данных вопросов вправе контролировать обоснованность и правильность определения финансовым управляющим причитающихся ей сумм.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что оспариваемая сделка является недействительной на основании пункта 1 статьи 170, статей 10, 168 ГК РФ и подлежит признанию недействительной по указанным основаниям.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционных жалоб проверены судом апелляционной инстанции, признаются подлежащими удовлетворению.

Согласно пунктам 19, 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» соответствующие расходы относятся на сторону ФИО5 как ответчика по сделке.

В силу пункта 3 части 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

Несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, нарушение норм материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ) являются основаниями для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

При указанных обстоятельствах обжалуемое определение подлежит отмене с принятием по настоящему делу нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная жалоба подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь пунктами 3, 4 части 1 статьи 270, статьей 271, пунктом 2 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9692/2019) финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО3 удовлетворить. Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 июня 2019 года по делу № А75-7193/2018 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Заявление финансового управляющего ФИО2 ФИО3 удовлетворить.

Признать недействительным договор о разделе имущества, совместно нажитого супругами в период брака, от 24.02.2014, заключенный между ФИО2 и ФИО5.

Применить последствия недействительности сделки. Восстановить режим совестной собственности супругов ФИО2 и ФИО5 в отношении имущества, указанного в договоре о разделе имущества от 24.02.2014.

Взыскать с ФИО5 в пользу конкурсной массы ФИО2 6 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления и 3 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

 

Председательствующий

 

С.А. Бодункова

Судьи

 

М.В. Смольникова

Н.А. Шарова