АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-41364/2018

Дело № А55-10696/2018

г. Казань

28 декабря 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 декабря 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Минеевой А.А.,

судей Гильмутдинова В.Р., Егоровой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Хакимовой Э.А. (протоколирование ведется с использованием систем видеоконференц-связи, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу),

при участии в Одиннадцатом арбитражном апелляционном суде представителя: 

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 25.05.2021,

в отсутствие:

иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи с Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом кассационную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 26.07.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2021

по делу № А55-10696/2018

по вопросу о завершении процедуры реализации имущества гражданина в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее - ФИО3, должник) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом), мотивируя заявленные требования невозможностью исполнения денежных обязательств.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 25.04.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 21.06.2018 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должником утвержден ФИО4, член ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

Финансовый управляющий представил отчет о результатах реализации имущества должника с приложением необходимых документов, заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, перечислении вознаграждения за процедуру реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.07.2021 в удовлетворении ходатайства ФИО1 (далее – ФИО1, кредитор) о неосвобождении должника от обязательств перед кредиторами отказано. Завершена процедура реализации имущества гражданина. ФИО3 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина. Перечислены внесенные на депозит Арбитражного суда Самарской области денежные средства в размере 25 000 руб. на выплату вознаграждения финансовому управляющему в размере, равном фиксированной сумме вознаграждения финансового управляющего за одну процедуру, применяемую в деле о банкротстве гражданина - арбитражному управляющему ФИО4

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы кредитор ссылается на преждевременность завершения процедуры, ввиду того, что финансовым управляющим не выполнены все мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве: не известна судьба автомашины «Ауди А6», зарегистрированной на ФИО3, розыск транспортного средства не произведен, не выявлены источники доходов, не запрашивались сведения о наличии ценных бумаг, сведения о всех счетах, вкладах должника и банковских картах, сведения о заграничных поездках (загранпаспорт не затребован).

Также заявитель жалобы указывает на недобросовестное поведение ФИО3, выразившееся в целенаправленном нетрудоустройстве, сокрытии от кредиторов реальных доходов, а также в злостном уклонении от погашения задолженности перед кредиторами длительное время, при наличии возможности рассчитаться по долгам (приобретала имущество, улучшала жилищные условия, реализовала транспортное средство, получив денежные средства в размере 1 115 000 руб., не рассчиталась с долгами, вела роскошный образ жизни (неоднократно ездила за границу)). 

В судебном заседании, проведенном путем использования системы видеоконференц-связи с Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом, представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы со ссылкой на судебную практику поддержал, просил принятые по делу судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее  АПК РФ).

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, по итогам реализации имущества финансовый управляющий имуществом должника представил в суд отчет и ходатайство о ее завершении.

Завершая процедуру банкротства, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что объекты недвижимого имущества и транспортные средства за должником не зарегистрированы; сделки, подлежащие оспариванию, не установлены; денежные средства на счетах в банках, достаточные для удовлетворения требований кредиторов, должник не имеет; признаки фиктивного и преднамеренного банкротства отсутствуют. Реестр требований кредиторов сформирован в общем размере 2 317 940,65 руб.

В ходе рассмотрения дела кредитор ФИО1 ссылалась на преждевременность завершения процедуры реализации имущества должника и на неприменение к должнику правила об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина. 

Удовлетворяя требование, заявленное финансовым управляющим, суд первой инстанции исходил из того, что все мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве, выполнены. В удовлетворении ходатайства об объединении настоящего дела с делом о банкротстве супруга ФИО5 судом отказано.

Отклоняя возражения кредитора ФИО1 о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ней, суды указали на отсутствие в рассматриваемом случае недобросовестного поведения должника, отсутствие признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника, невыявление умышленных действий, направленных на сокрытие имущества (денежных средств) от финансового управляющего в ходе проведения процедуры банкротства. Также суды посчитали, что в период кредитования должник ФИО3 имела доходы, получаемые от трудовой деятельности, следовательно, полученные кредиты в этот период были обеспечены доходами должника.

Между тем, по мнению суда кассационной инстанции, при принятии обжалуемых судебных актов арбитражные суды не учли следующее.

Законом о банкротстве обязанность представить те или иные документы (сведения о составе своего имущества, месте нахождения этого имущества, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве гражданина сведения) в суд или финансовому управляющему возложена на должника (пункт 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

По смыслу статьи 213.9 Закона о банкротстве именно финансовый управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой реализации имущества должника.

В круг основных обязанностей финансового управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 указанной статьи).

Исходя из приведенных положений Закона о банкротстве, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен проверить совершение финансовым управляющим действий по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника. Сведения, содержащиеся в отчете финансового управляющего и в прилагаемых к нему документах, должны подтверждать указанные обстоятельства.

Институт банкротства - это крайний (экстраординарный) способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой помимо прочего не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы четвертый-пятый пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац 3 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение о долгов, о чем указывается судом в судебном акте. 

Как указано в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

При разрешении данного спора, завершая процедуру банкротства и освобождая ФИО3 от долгов, судебная коллегия кассационного суда считает, что судами не были проверены все доводы кредитора ФИО1 о непроведении всех значимых для дела мероприятий в процедуре банкротства должника.

Так, по мнению кредитора, финансовым управляющим не проверены источники доходов и расходования денежных средств должником как до процедуры, так и после введения процедуры банкротства в отношении должника; не получены сведения о юридической судьбе транспортного средства и не совершены действия по его розыску; не запрошена информация о наличии у должника депозитов, банковских карт, иных счетов в кредитных организациях за трехлетний период, предшествующий банкротству; не проведен анализ состояния общего имущества должника и ее супруга ФИО5, учитывая, что все ликвидное имущество зарегистрировано на супруга.

Также не проведены доводы кредитора о наличии оснований для неосвобождения должника от обязательств перед кредиторами, в связи с тем, что в период осуществления исполнительного производства о взыскании с ФИО3 задолженности в пользу кредитора она производила крупные расходы на строительство двухэтажного жилого дома; израсходовала поступившие на счет в АО «Райффайзенбанк» в июне 2015 года денежные средства в размере 1 115 000 руб., не погасив задолженность перед кредитором, возникшую в 2005-2006 годах; в 2007 году внесла первичные взносы на покупку в ипотеку двух квартир площадью 173,3 кв.м и 105,9 кв.м; в 2009 году супруги осуществляли активные действия по сокрытию ликвидного имущества, в том числе продали имущество, принадлежащее ООО «Виола», а также само предприятие с регистрацией общества в другом регионе; в 2010 году произвели отчуждение принадлежащих квартир. Таким образом, по мнению кредитора, супруги целенаправленно своими действиями искусственно создали условия придания жилью признаков исполнительского иммунитета, что свидетельствует о злоупотреблении супругами правом. 

Кроме того, кредитор полагает, что у судов отсутствовали основания как для завершения процедуры банкротства, так и применения положений об освобождении от долгов, поскольку должник трудоспособного возраста в ходе процедуры банкротства вел себя недобросовестно: проживая в роскошном жилье, что предполагает бремя несения расходов на его содержание, целенаправленно официально не трудоустраивался продолжительное время в целях сокрытия от кредиторов реальных доходов и уклонения от формирования конкурсной массы. Также ФИО3 предоставила суду недостоверные сведения о стаже и месте работы, которые противоречат сведениям из пенсионного фонда.

В силу специфики дел о банкротстве бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства.

Таким образом, именно должник обязан раскрыть суду в полном объеме всю информацию о своем имуществе, имущественных правах, денежных средствах и всех источниках его доходов, должен добросовестно сотрудничать с судом, финансовым управляющим и кредиторами в целях максимально полного удовлетворения требований кредиторов и предпринимать все возможные меры по погашению кредиторской задолженности, в связи с чем бремя доказывания названных обстоятельств, подтверждающих добросовестное поведение должника лежит именно на должнике.

В материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО3 предпринимала какие-либо меры по погашению задолженности перед кредитором ФИО1, образовавшейся с 2006 года, предпринимала все возможные меры к получению доходов с целью погашения долга, в частности трудоустройство, повышение квалификации, изменение специализации и т.п.

По смыслу абзаца второго пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума № 48) не исключается погашение обязательств должника за счет общего имущества супругов.

Заявитель жалобы полагает, что суд первой инстанции необоснованно отклонил ходатайство об объединении в одно производство дел о банкротстве ФИО3 и ее супруга ФИО5 со ссылкой на разъяснения, приведенные в пункте 10 постановления Пленума № 48, а также на то, что кредиторы должника являются кредиторами ее супруга.

Как следует из указанных разъяснений, в случае, когда процедуры несостоятельности введены в отношении обоих супругов, их общее имущество подлежит реализации в деле о банкротстве того супруга, который в публичном реестре указан в качестве собственника либо во владении которого находится имущество, права на которое не фиксируются в публичных реестрах. Средства от реализации общего имущества супругов распределяются между их конкурсными массами пропорционально долям в общем имуществе.

В целях процессуальной экономии и для упрощения порядка реализации имущества, удовлетворения требований кредиторов суд может рассмотреть вопрос об объединении двух дел о несостоятельности супругов по правилам статьи 130 АПК РФ с назначением финансового управляющего из того дела, что было возбуждено первым. 

Как пояснил представитель кредитора, реализация общего имущества в рамках дела о банкротстве ФИО5 не произведена, следовательно, завершение процедуры банкротства в отношении ФИО3 исключает распределение средств между конкурсными массами супругов пропорционально их долям, в связи с чем ФИО1 считает, что в удовлетворении ходатайства об объединении дел о несостоятельности супругов отказано неправомерно.

Все вышеуказанные доводы кредитора заслуживают внимания.

При таких обстоятельствах судебная коллегия окружного суда констатирует преждевременность выводов судебных инстанций о наличии  правовых оснований для завершения процедуры реализации имущества ФИО3 и наличии оснований для освобождения (неосвобождения) должника от обязательств после завершения процедуры реализации, поскольку сделаны по неполно исследованным обстоятельствам, имеющим значение для дела.

В этой связи обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть вышеизложенное, дать оценку всем заявленным доводам и с учетом установленных обстоятельств по делу принять законный и обоснованный судебный акт.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 26.07.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2021 по делу № А55-10696/2018 отменить, дело направить в Арбитражный суд Самарской области на новое рассмотрение.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяА.А. Минеева

 

СудьиВ.Р. Гильмутдинов

 

М.В. Егорова