СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-4944/2019(3)-АК

Дело №А60-74114/2018

11 мая 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 мая 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной, 

судей                                 Т.В. Макарова, Т.С. Нилоговой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от кредитора АО «Энергосбыт плюс» - ФИО2, паспорт, доверенность от 27.08.2021,

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, в судебное заседание представителей е направили, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу кредитора акционерного общества «Энергосбыт плюс» 

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 18 февраля 2022 года 

об отказе в удовлетворении заявления кредитора АО «Энергосбыт плюс» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, 

вынесенное судьей А.М. Баум

в рамках дела №А60-74114/2018

о признании общества с ограниченной ответственностью «Пандора» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков ФИО3 и ФИО4, 

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 21.12.2018 поступило заявление открытого акционерного общества «Энергосбыт плюс» (ИНН 

<

***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «Пандора» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) при наличии неисполненных свыше трех месяцев обязательств перед кредитором в размере 1 930 959,57 рубля, подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами.

Определением от 28.12.2018 заявление принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника. 

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2019 (резолютивная часть от 12.03.2022) требование открытого акционерного общества «Энергосбыт плюс» (ИНН 

<

***>) признано обоснованным, в отношении должника общества с ограниченной ответственностью «Пандора» (ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения сроком на шесть месяцев; временным управляющим должника утвержден ФИО5 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в реестре 13937, адрес для корреспонденции: 620000, г. Екатеринбург, главпочтамт, а/я 608), член саморегулируемой организации союз арбитражных управляющих «Авангард». 

Этим же определением требование кредитора в размере 1 930 959,57 рубля включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» №51 от 23.03.2019, стр.29.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.09.2019 должник ООО «Пандора» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5, член саморегулируемой организации союз арбитражных управляющих «Авангард». 

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №177 от 28.09.2019, стр.11. 

24 декабря 2020 года в арбитражный суд поступило заявление кредитора АО «Энергосбыт плюс» о привлечении бывшего руководителя ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пандора» за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества не позднее 01.10.2017 при наличии признаков неплатежеспособности по состоянию на сентябрь 2017 года, а также за невозможность полного погашения требований кредиторов (статьи 61.12 и пункт 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее - Закон о банкротстве) и приостановлении производства по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 01.02.2021 (после устранения обстоятельств, явившихся основанием для оставления заявления без движения) заявление принято к производству суда, назначено к рассмотрению. 

12.10.2021 в арбитражный суд поступило ходатайство АО «Энергосбыт плюс» об уточнении заявленных требований о привлечении в качестве заинтересованного лица (соответчика) учредителя должника ФИО4 и привлечении ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения требований кредиторов (совершение сделок по выводу активов (денежных средств) должника) (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), приостановлении производства по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами. 

Уточнения приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда от 14.10.2021 в порядке статьи 46 АПК РФ к участию в рамках настоящего обособленного спора в качестве заинтересованного лица (соответчика) привлечена ФИО4 

Заинтересованными лицами с правами ответчиков представлены возражения относительно заявленных требований и о применении срока исковой давности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18 февраля 2022 года (резолютивная часть от 11.02.2022) заявление акционерного общества «Энергосбыт плюс» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с судебным актом, кредитор АО «Энергосбыт плюс» подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить определение суда от 18.02.2022 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права; несоответствие изложенных выводов обстоятельствам дела. 

Заявитель жалобы указывает на то, что суд первой инстанции освободил контролирующих должника лиц от субсидиарной ответственности без достаточных к тому оснований. Суд  первой инстанции сделал ошибочный вывод об отсутствии оснований для привлечения бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества (по статье 61.12 Закона о банкротстве). Полагает, что кредитором доказаны обстоятельства возникновения у должника признаков неплатежеспособности, начиная с января 2017 года. С 01.01.2017 начала формироваться задолженность перед консолидированным бюджетом и внебюджетным фондам в размере 2,7 млн. рублей, которая включена в реестр определением от 22.08.2019. С апреля 2017 года должник перестал исполнять в полном объеме обязательства перед АО «Энергосбыт плюс». Признаки объективного банкротства у должника появились в сентябре 2017 года. На данный момент у должника имелась задолженность перед кредитором и бюджетом, совокупно более 300 тыс. рублей. Указанная задолженность продолжала наращиваться. Разумный руководитель должника должен был обратиться с заявлением о собственном банкротстве не позднее 1 октября 2017 года, т.е. не позднее месяца с момента, когда он узнал о наличии признаков неплатежеспособности должника. Однако, указанная обязанность бывшим руководителем должника исполнена не была, что обуславливает привлечение его к субсидиарной ответственности. Указание суда на осведомленность кредитора о проблемах в сфере оказания услуг населению с. Николо-Павловское, п. Отрадный и п. Леневка не имеет правового значения. В силу закона АО «Энергосбыт плюс» не могло приостановить энергоснабжение должника, поскольку это повлекло бы негативные социально-экономические последствия для населения указанных поселений. Вопреки выводам суда, руководитель должника не доказал отсутствие объективного банкротства, наличие временных финансовых затруднений и рассчитывал на их преодоление в разумный срок, выполняя обоснованный план, как основание для освобождения его от ответственности. Продолжение хозяйственной деятельности без подачи заявления о банкротстве в условиях наступившего банкротства не является обоснованным планом. Зависимость должника от поступления  денежных средств населения не является основанием для неподачи заявления о банкротстве, поскольку не исключает объективного банкротства. Финансовые затруднения должника не носили временный характер, а были перманентным «спутником» общества «Пандора» на протяжении нескольких лет, что подтверждается бухгалтерским балансом за 2016-2018гг. Бывший руководитель должника продолжал хозяйственную деятельность организации в ущерб кредиторам, не исполняя обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом. ФИО3 вел неэффективную работу с дебиторской задолженностью ООО «Пандора», не предпринимал каких-либо действий по повышению эффективности работы агента АО «Расчетный центр Урала» по взысканию дебиторской задолженности или смене лица, осуществляющего работу с дебиторской задолженностью. Указанное бездействие повлекло отсутствие денежных средств для расчетов с кредиторами, что обусловило банкротство должника. Судом необоснованно приняты во внимание доводы ФИО3 о совершении им действий, снизивших затраты на электроэнергию на 30%, по консервации скважины Сельхозтехника, по передаче скважины п. Леневка в МУП «Пригородный водоканал», которые документально не подтверждены. Суд не исследовал вопрос о совершении указанных действий и когда они были совершены. При том, что указанные действия не способствовали восстановлению платежеспособности должника. Судом не учтено, что в период после наступления объективного банкротства 04.04.2018 общество «Пандора» в лице ФИО3 с АО ВТБ Лизинг был заключен договор лизинга транспортного средства KIA RIA 2018г.в. Размер лизинговых платежей составил 1 630 781,15 рубля, из которых должник уплатил 621 462,94 рубля. 23.10.2019 договор лизинга расторгнут, автомобиль реализован 13.12.2019 в пользу третьего лица за 861 000,00 рублей. Ущерб кредиторам причинен на 621 462,94 рубля. Данная сделка совершена уже после наступления объективного банкротства должника. Таким образом, отказ в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве является необоснованным. Заявляя о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве кредитор указывал на необоснованное перечисление платежным агентом АО «Расчетный центр Урала» в ее пользу в период с 18.01.2018 по 29.12.2018 денежных средств в размере 368 690,00 рублей (по договору аренды транспортного средства и по договору подряда на выполнение услуг/работ). В подтверждение обоснованности платежей ФИО4 представила договор аренды транспортного средства и скриншоты переписки с руководителем должника по предоставленным ею юридико-техническим услугам. Поскольку ФИО4 является контролирующим должника лицом, его учредителем, для нее не представляло  особого труда создать видимость делового документооборота, подтверждающего обоснованность оплат. Между тем, ответчиком представлены доказательства, содержащие признаки их недостоверности. Обоснованность предоставления услуг и произведенных оплат в адрес бенефициара общества, не доказана. При этом часть платежей повлекла преимущественное удовлетворение требований ФИО4, остальные платежи совершены при неравноценном встречном предоставлении в ущерб интересам кредиторов, усугубив положение должника. Судом не рассмотрен вопрос о возможности привлечения КДЛ к возмещению убытков, причиненных их неправомерными действиями. Указанное является основанием для отмены судебного акта и удовлетворения заявленных требований. 

До начала судебного заседания заинтересованным лицом ФИО4 представлен отзыв, в котором просит определение суда от 18.02.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Кроме того, в отзыве содержится ходатайство о рассмотрении жалобы в отсутствии ответчика.

Заинтересованное лицо ФИО4 в обоснование своей позиции ссылается на то, что задолженность перед АО «Энергосбыт плюс» образовалась в связи с несвоевременной оплатой оказанных услуг холодного водоснабжения и водоотведения населением с. Николо-Павловское и п. Отрадный. На основании агентского договора от 27.09.2016 начисление и сбор денежных средств за оказанные населению услуги осуществляло АО «Энергосбыт», общая задолженность которых составила 1 065 863,77 рубля. Начисление и сбор денежных средств в МКД с. Николо-Павловское с 01.03.2017 производится АО «Расчетный центр Урала». Предприятием были приняты меры по уменьшению дебиторской задолженности: осуществлялись плановые работы по ограничению водоотведения (канализации) помещений, собственники которых имели просроченную свыше трех месяцев задолженность за коммунальные услуги; велась претензионно-исковая работа. Для уменьшения затрат на электроэнергию произведена консервация скважины Сельхозтехника; скважина п. Леневка передана в МУП «Пригородный водоканал». Данные мероприятия существенно снизили  затраты на электроэнергию в размере 30% от выставляемых счетов. Было произведено сокращение численности штата общества «Пандора». Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о том, что были предприняты меры для уменьшения кредиторской задолженности, чему дана оценка судом. Полагает, что в ее действиях отсутствует вина в причиненных убытках. Сделки, на которые ссылается кредитор, имели экономический смысл и хозяйственную необходимость для предприятия, в материалы дела представлены достаточные доказательства в обоснование указанных обстоятельств. Основания для отмены судебного акта отсутствуют.

Ранее от ФИО4 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное тем, что в адрес ФИО4 не поступала апелляционная жалоба АО «Энергосбыт плюс» с приложениями, в связи с чем, она не может явиться в судебное заседание и представить в суд мотивированный отзыв и возражения на апелляционную жалобу. 

Заявленное ходатайство рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 АПК РФ и отклонено на основании следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине  (часть 4 статьи 158 АПК РФ).

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, возникновения у суда обоснованных сомнений относительно того, что в судебном заседании участвует лицо, прошедшее идентификацию или аутентификацию, либо относительно волеизъявления такого лица, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи либо системы веб-конференции, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Исходя из положений статьи 158 АПК РФ суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности рассмотрения дела по существу либо отложении судебного разбирательства, то есть отложение судебного разбирательства является правом суда, а не обязанностью. При рассмотрении соответствующего ходатайства суд учитывает конкретные обстоятельства дела.

В рассматриваемом случае, исходя из предмета и конкретных обстоятельств настоящего спора, учетом того, что апелляционная жалоба АО «Энергосбыт плюс» была направлена судом апелляционной инстанции ФИО4 по электронной почте, указанной в ходатайстве об отложении судебного заседания (svetlana.z.84@mail.ru), явка ФИО4 не признана судом обязательной, принимая во внимание, что отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию судебного разбирательства, иных причин для отложения судебного разбирательства, предусмотренных статьей 158 АПК РФ, не установлено, позиция ФИО4 изложена в отзыве на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства.

В судебном заседании (в режиме веб-конференции) представитель кредитора АО «Энергосбыт плюс» поддержала доводы апелляционной жалобы, просила судебный акт отменить, заявленные требования удовлетворить. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений статьи 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Пандора» зарегистрировано в качестве юридического лица  при его создании (решение №1 от 14.01.2015) МИФНС России №16 по Свердловской области 21.01.2015 за ОГРН 

<

***>, присвоен ИНН 

<

***>.

Юридический адрес общества: 622036, 

<

...>. 

Уставной капитал общества составляет 10 000,00 рублей. 

С даты создания общества и до 05.06.2017 единственным участником (учредителем) должника являлся ФИО3, он же с даты создания общества и по дату открытия конкурсного производства в отношении общества «Пандора» являлся его руководителем (директором, единоличным исполнительным органом). 

Единственным участником (учредителем) общества с размером доли в уставном капитале 100% является ФИО4 (с 05.06.2017 и по настоящее время).

Основным видом длительности общества является аренда и управление собственным или арендованным жилым недвижимым имуществом, дополнительным - управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Из отчета конкурсного управляющего и реестра требований кредиторов должника следует, что в реестр требований кредиторов ООО «Пандора» включены требования кредиторов на общую сумму 5 123 859,41 рубля.

Требования МИФНС России №16 по Свердловской области в размере 1 675 666,67 рубля включены во вторую очередь реестра требований кредиторов должника.

В третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования 4 кредиторов в сумме 3 448 192,74 рубля, в т.ч.:

- АО «Энергосбыт плюс» - 1 930 959,57 рубля,

- АО «Регионгаз-инвест» - 343 720,52 рубля,

- МИФНС России №16 по Свердловской области – 1 161 021,76 рубля,

- ФИО6 – 12 490,89 рубля.

Требования кредитора (АО «Энергосбыт плюс»), подлежащие удовлетворению в порядке пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве, составляют 470 651,62 рубля.

Таким образом, размер требований кредиторов составляет 5 594 511,03 рубля.

В конкурсную массу должника поступили денежные средства в размере 10 210721,62 рубля, которые направлены в погашение текущих обязательств. 

Кредитор АО «Энергосбыт плюс», указывая на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 01.10.2017 в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве, ссылался на появление признаков объективного банкротства должника в сентябре 2017 года (неисполненные обязательства перед АО «Энергосбыт плюс» и перед бюджетом). С указанной даты должник прекратил исполнение денежных обязательств и продолжал наращивать задолженность перед кредиторами.

Кредитор, указывая на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов, ссылался на то, что на 2017 год у должника имелась дебиторская задолженность в размере 1,6 млн. рублей, в 2018 году сумма дебиторской задолженности была увеличена до 3,9 млн. рублей, которая своевременно должником не взыскивалась. Таким образом, бездействие руководителя должника привело к появлению признаков неплатежеспособности и невозможности удовлетворения требований кредиторов.

В обоснование требований о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности, кредитор указывает на то, что участник должника необоснованно получила от должника денежные средства в размере 368 690,00 рублей за период с 18.01.2018 по 29.12.2018 с указанием в назначении «денежные средства по дог. аренды транспортного средства без экипажа» и «оплата по договору подряда 3/18 на выполнение услуг/работ с физ.лицом». 

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения конкурсного кредитора в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника и приостановлении производства по заявлению до окончания расчетов с кредиторами. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из недоказанности противоправных действий учредителя и бывшего руководителя должника, которые привели к невозможности погашения требований кредиторов и совершении действий направленных на наращивание кредиторской задолженности.

При этом, суд первой инстанции отклонил доводы ответчиков о пропуске конкурсным кредитором срока исковой давности для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, указав на соблюдение установленного Законом о банкротстве срока при подаче соответствующего заявления. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, выслушав представителя кредитора АО «Энергосбыт плюс» в судебном заседании, проверив правильность применения и соблюдения судом первой норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Заявление кредитора АО «Энергосбыт плюс» поступило в суд 24.12.2020 (с учетом уточнения от 12.10.2021), процедура конкурсного производства открыта в отношении должника 16.09.2019; действия (бездействие), с которыми заявитель связывает привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место в октябре 2017 года - 2018 году, т.е. после введения в действие Закона №266-ФЗ.

С учетом изложенного, к данным правоотношениям подлежат применению положения Закона о банкротстве, действовавшие на дату совершения вменяемых действий.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Согласно положениям пунктов 1, 2 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1).

Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (пункт 2). 

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника (пункт 4).

Как указывалось выше, ФИО4 является участником общества, ФИО3 – руководителем общества, соответственно, указанные лица правомерно признаны судом первой инстанции контролирующими деятельность должника лицами в силу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности кредитор АО «Энергосбыт плюс» указал на неисполнение руководителем должника ФИО3 обязанности  обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 01.10.2017 в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве, поскольку  признаки в объективного банкротства должника возникли в сентябре 2017 года (неисполненные обязательства перед АО «Энергосбыт плюс» и перед бюджетом). С указанной даты должник прекратил исполнение денежных обязательств и продолжал наращивать задолженность перед кредиторами.

В соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (пункт 3 статьи 61.12 Закона банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, его учредителя, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления от 21.12.2017 №53).

В силу пункта 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) или иными контролирующими должника лицами, гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 №3-П, выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). От качества работы руководителя во многом зависят соответствие результатов деятельности организации целям, ради достижения которых она создавалась, сохранность ее имущества, а зачастую и само существование организации.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует  учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из содержания приведенных норм права следует необходимость определения точной даты возникновения у руководителя должника соответствующей обязанности. 

Согласно пункту 2 статьи 33 Закона о банкротстве, в редакции, действовавшей в спорный период, заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем сто тысяч рублей.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующая обязанность не исполнена им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно пояснениям АО «Энергосбыт плюс», должник стал отвечать признакам неплатежеспособности с января 2017 года. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.08.2020 во вторую очередь реестра требований кредиторов включена задолженность перед ФНС в лице Межрайонной ИФНС России №16 по Свердловской области в размере                          1 675 666,67 рубля, возникшая с 01.01.2017. Кроме того, должник с апреля 2017 года перестал исполнять в полном объеме обязательства по оплате электроэнергии перед АО «Энергосбыт плюс». В реестр требований кредиторов должника включена задолженность АО «Энергосбыт плюс» в общей сумме 2 401 611,19 рубля. 

Вместе с тем, само по себе наличие у предприятия кредиторской задолженности в размере, соответствующем пункту 2 статьи 6 Закона о банкротстве не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Относительно основания для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) ответственность руководителя должника наступает за принятие на должника, уже отвечающего признакам банкротства, дополнительных обязательств (в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Федерального закона).

Соответственно, размер ответственности определяется размером тех обязательств, которые возникли после наступления у должника объективного банкротства.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, основным видом длительности ООО «Пандора» является аренда и управление собственным или арендованным жилым недвижимым имуществом, дополнительным - управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Жилищный кодекс Российской Федерации гарантирует непрерывность осуществления деятельности по управлению, обслуживанию многоквартирных жилых домов и оказанию (предоставлению) коммунальных услуг, направленную на соблюдение прав граждан (потребителей), обеспечение безопасности эксплуатации многоквартирных жилых домов.

Согласно Правилам предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 06.05.2011 №354 (далее - Правила предоставления коммунальных услуг) исполнитель - юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы или индивидуальный предприниматель, предоставляющие потребителю коммунальные услуги; коммунальные услуги - осуществление деятельности исполнителя по подаче потребителям любого коммунального ресурса в отдельности или 2 и более из них в любом сочетании с целью обеспечения благоприятных и безопасных условий использования жилых, нежилых помещений, общего имущества в многоквартирном доме, а также земельных участков и расположенных на них жилых домов (домовладений).

Как следует из материалов дела, ООО «Пандора» с ноября 2016 года оказывает услуги холодного водоснабжения и водоотведения собственникам и нанимателям жилых помещений, расположенных на территории с. Николо-Павловское и п. Отрадный (частный сектор - 138 лицевых счетов, многоквартирные дома - 1313 лицевых счетов), социально значимым объектам, а именно: трем детским садам, общеобразовательной школе, школе искусств, спортивной школе, Горноуральской районной больнице, а также юридическим лицам (продуктовым, промышленным, цветочным магазинам, пекарне, офисным зданиям).

20.02.2017 между ООО «Пандора» и администрацией Горноуральского городского округа подписано соглашение об исполнении условий по обеспечению надлежащего содержания и использования социально значимых объектов коммунальной инфраструктуры в соответствии с их целевым назначением, а также выполнения иных установленных в соответствии с законодательством РФ обязательств.

ООО «Пандора» на основании постановления администрации Горноуральского городского округа от 14.02.2018 №279 о внесении изменений в постановление администрации ГГО от 17.12.2014 №3416 «Об определении гарантирующей организации в сфере водоснабжения и водоотведения в населенных пунктах Горноуральского городского округа» определено в качестве гарантирующей организации, осуществляющей холодное водоснабжение в с. Николо-Павловское, п. Отрадный, п. Леневка и водоотведения с. Николо-Павловское, п. Отрадный, п. Леневка.

ООО «Пандора» на основании заключенного договора предоставляет услугу холодного водоснабжения на подпитку котельных АО «Регионгаз-инвест» для предоставления услуг населению горячего водоснабжения и отопления.

18.10.2016 между ООО «Пандора» и ОАО «Энергосбыт плюс» заключен договор энергоснабжения №47434, по условиям которого ОАО «Энергосбыт плюс» осуществляет поставку электроэнергии на объекты ООО «Пандора»: очистные сооружения, скважины в количестве 5 штук (Капасиха 1, Капасиха 2, Лог, ПМК 1, ПМК 2), КНС 7, второй подъем водонапорной башни.

Как пояснил ФИО3, задолженность перед ОАО «Энергосбыт плюс» образовалась в связи с несвоевременной оплатой оказанных услуг холодного водоснабжения и водоотведения населением с. Николо-Павловское и п. Отрадный. 

С 1 ноября 2016 года по март 2017 года на основании агентского договора №156-ЭСП от 27.09.2016, заключенного между ООО Пандора» и ОАО «Энергосбыт плюс», начисление и сбор денежных средств за оказанные услуги населению (многоквартирные дома, частный сектор) производило ОАО «Энергосбыт плюс». 

В связи с увеличением дебиторской задолженности принято решение с 01.03.2017 о передаче части жилищного фонда, в частности многоквартирные дома в АО «Расчетный центр Урала». 

29.03.2017 заключено дополнительное соглашение №3 к агентскому договору №156-ЭСП от 27.09.2016 между ООО «Пандора» и ОАО «Энергосбыт плюс», в котором было зафиксировано количество должников (лицевых счетов) 1 136, общая сумма задолженности составила 1 065 863,77 рубля. 

Согласно пункту 1.6 дополнительного соглашения №3 к агентскому договору №156-ЭСП от 27.09.2016 агентский договор дополнен пунктом 4.2.6 и изложен в следующей редакции: «Агент вправе удерживать денежные средства потребителей принципала, за исключением сумм агентского вознаграждения, в счет оплаты задолженности принципала перед агентом, возникшей за потребленную электрическую энергию (мощность) по договору электроснабжения №47434 от 18.10.2016, а также оплаты текущего потребления электрической энергии (при отсутствии задолженности) по указанному договору электроснабжения, срок оплаты по которому уже наступил».

С 01.03.2017 в соответствии с агентским договором №156-ЭСП от 27.09.2016 в ОАО «Энергосбыт плюс» остались начисления и сбор денежных средств частного сектора с. Николо-Павловское, п. Отрадный и сбор дебиторской задолженности. Ежемесячно все денежные средства, собранные от потребителей удерживаются в счет оплаты задолженности по договору электроснабжения №47434 от 18.10.2016. Начисление и сбор денежных средств в многоквартирных домах с. Николо-Павловское с 01.03.2017 производит АО «Расчетный центр Урала».

Из пояснений ФИО3 судом первой инстанции установлено, что ООО «Пандора» предприняты следующие меры для уменьшения дебиторской задолженности:

Заключен договор с подрядной организацией, на основании которого и в соответствии со статьями 114-122 постановления Правительства РФ №354 от 06.05.2011 «О предоставлении коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов» в многоквартирных домах, расположенных на территории с. Николо-Павловское, в период с сентября 2018 года по январь 2019 года осуществлялись плановые работы по ограничению водоотведения (канализации) помещений, собственники (наниматели) которых на день проведения работ имели просроченную (свыше 3-х месяцев) задолженность за коммунальные услуги.

В соответствии с пунктом 2.1.4 агентского договора №1115АГ от 24.10.2016 АО «Расчетный центр Урала» взяло на себя обязанность совершать от имени и за счет ООО «Пандора» юридические действия, связанные с взысканием образовавшейся дебиторской задолженности с потребителей.

Из письма АО «Расчетный центр Урала» от 04.02.2021 №021276 следует, что велась претензионно-исковая работа. 

В частности, согласно информации о результатах претензионно-исковой работы, проведенной специалистами АО «РЦ Урала» в отношении потребителей - физических лиц, имеющих задолженность за оказанные услуги перед ООО «Пандора», за период с октября 2016 по май 2021 года:

- направлено 8 537 претензий на общую сумму задолженности                       101 486 705,95 рубля, из которых произведены оплаты по 2 296 претензиям на сумму 3 463 212,45 рубля;

- подано в суд 381 заявление о выдаче судебного приказа/исковых заявлений к потребителям на общую сумму задолженности 3 305 673,57 рубля, из них рассмотрено (с вынесением судебного приказа о взыскании долга/исполнительные листы, в т.ч. по поданным ранее) 287 судебных приказов на сумму 1 690 615,57 рубля;

В отношении потребителей-физических лиц АО «РЦ Урала» получило исполнительных документов по 363 лицевым счетам от мировых судей и судов общей юрисдикции на сумму задолженности 3 020 286,88 рубля.

Предъявлено в подразделения Федеральной Службы Судебных Приставов исполнительных документов в отношении 358 лицевых счетов на сумму 2 974 175,55 рубля, в том числе полученные ранее.

Передано самостоятельно в ПФ РФ 1 исполнительный лист на сумму                   12 314,70 рубля.

Вынесено постановлений о возбуждении исполнительного производства по 330 лицевым счетам на сумму 2 675 831,98 рубля.

Вынесены постановления об окончании исполнительного производства по 26 лицевым счетам на общую сумму 108 561,79 рубля, оплачены полностью.

Вынесены постановления об окончании исполнительных производств по 69 лицевым счетам на основании постановлении об окончании (невозможность взыскания) на сумму 297 735,72 рубля.

ООО «Пандора» предприняты следующие меры для уменьшения кредиторской задолженности перед АО «Энергосбыт Плюс»:

Для уменьшения затрат на электроэнергию произведены следующие работы: консервация скважины Сельхозтехника; передача скважины п. Леневка в МУП «Пригородный водоканал».

Данные мероприятия существенно снизили затраты на электроэнергию в размере 30% от выставляемых счетов.

Также в целях уменьшения кредиторской задолженности произведено сокращение численности штата ООО «Пандора».

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно указал, что руководитель должника ФИО3 в рамках представленных ему полномочий и имеющихся финансовых ресурсов предпринимал возможные меры, направленные на преодоление затруднений и улучшение финансового состояния должника.

Кроме того, необходимо учесть, что специфика основной деятельности должника, как гарантирующего поставщика, обусловлена постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за счет поступлений от населения. 

Ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью потребителей (граждан, юридических лиц) является обычной для функционирования таких организаций.

В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом).

Принимая во внимание специфику сферы деятельности должника, учитывая, что в спорный период времени руководителем должника ФИО3 предпринимались меры к оптимизации расходов, уменьшении кредиторской задолженности, направленные на недопущение банкротства должника, следует признать, что ФИО3 не выходил за рамки стандартной управленческой практики и обычного делового оборота применительно к сфере водоснабжения и водоотведения.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В рассматриваемом случае обстоятельства, свидетельствующие о том, что по состоянию на дату, с которой кредитор АО «Энергосбыт плюс» связывает возникновение обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), у должника возникли признаки объективного банкротства, материалами дела не подтверждены.

Доказательства, свидетельствующие о противоправности действий ФИО3, приведших к возникновению у должника признаков несостоятельности, совершения им действий, направленных на ухудшение финансового состояния должника, а также наличие обстоятельств, предусмотренных статьей 61.12 Закона о банкротстве и повлекших обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника,  в материалы дела не представлены и судом не установлены. 

При этом, доказательств возникновения новых обязательств перед кредиторами в материалы дела не представлено и судом не установлено. 

При изложенных обстоятельствах, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности совокупности необходимых обстоятельств для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника применительно к положениям статьи 61.12 Закона о банкротстве, в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении заявленных АО «Энергосбыт плюс» требований в данной части.

С учетом указанного, доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что кредитором доказаны обстоятельства возникновения у должника признаков неплатежеспособности в сентябре 2017 года; разумный руководитель должника должен был обратиться с заявлением о собственном банкротстве не позднее 01.10.2017, т.е. не позднее месяца с момента, когда он узнал о наличии признаков неплатежеспособности должника, однако, указанная обязанность бывшим руководителем должника исполнена не была, что обуславливает привлечение его к субсидиарной ответственности; руководитель должника не доказал отсутствие объективного банкротства, наличие временных финансовых затруднений и рассчитывал на их преодоление в разумный срок, выполняя обоснованный план, как основание для освобождения его от ответственности; зависимость должника от поступления  денежных средств населения не является основанием для неподачи заявления о банкротстве, поскольку не исключает объективного банкротства; финансовые затруднения должника не носили временный характер, отклоняются, как необоснованные. 

Как указывалось ранее, обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Само по себе наличие у предприятия кредиторской задолженности в размере соответствующем пункту 2 статьи 6 Закона о банкротстве не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) (пункт 18 постановления от 21.12.2017 №53).

С учетом представленных в материалы дела доказательств, принимая во внимание специфику деятельности должника, арбитражный суд правомерно пришел к выводу, что наличие у ФИО3 очевидных оснований для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом на заявленную дату, не доказано. 

Основания переоценивать выводы суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает. 

В обоснование заявленных требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности кредитор АО «Энергосбыт плюс», указывая на наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов, ссылался на то, что на 2017 год у должника имелась дебиторская задолженность в размере 1,6 млн. рублей, в 2018 году сумма дебиторской задолженности была увеличена до 3,9 млн. рублей, которая своевременно должником не взыскивалась. Таким образом, бездействие руководителя должника привело к появлению признаков неплатежеспособности и невозможности удовлетворения требований кредиторов.

В обоснование требований о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности, кредитор указывает на то, что участник должника необоснованно получила от должника денежные средства в размере 368 690,00 рублей за период с 18.01.2018 по 29.12.2018 с указанием в назначении «денежные средства по дог. аренды транспортного средства без экипажа» и «оплата по договору подряда 3/18 на выполнение услуг/работ с физ. лицом».

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

По мнению кредитора АО «Энергосбыт плюс», со стороны ФИО3 имеет место факт неэффективной работы с дебиторской задолженностью ООО «Пандора». 24.10.2016 между должником (принципал) и АО «Расчетный центр Урала» (агент) был заключен агентский договор, предполагающий работу агента по взысканию дебиторской задолженности населения перед принципалом.  Несмотря на это, согласно бухгалтерской отчетности за 2017 года у должника имелась дебиторская задолженность в размере 1,6 млн. рублей, в 2018 году сумма дебиторской задолженности увеличилась до 3,9 млн. рублей, то есть практически в 2,5 раза. Видя фактическую неэффективность работы агента с дебиторской задолженностью, ФИО3 не предпринимал каких-либо действий по повышению эффективности работы агента или смене лица, осуществляющего работу с дебиторской задолженностью. Данное обстоятельство свидетельствует о бездействии ФИО3 в части организации эффективной работы с дебиторской задолженностью, повлекшее отсутствие денежных средств для расчета должника с кредиторами, что обусловило банкротство должника.

В период после наступления объективного банкротства 04.04.2018 ООО «Пандора» в лице ФИО3 с АО ВТБ Лизинг был заключен договор лизинга транспортного средства «К1А КЮ», 2018 г.в. Размер лизинговых платежей составляет 1 630 781,15 рублей. Из указанной суммы должником было уплачено 621 462,94 рубля. 23.10.2019 договор лизинга расторгнут, а автомобиль был реализован 13.12.2019 за 861 000,00 рублей в пользу третьего лица. Ущерб кредиторам от данной сделки составил 621 462,94 рубля. Данная сделка совершена уже после наступления объективного банкротства (01.09.2017), в течение 8 месяцев до возбуждения дела о банкротстве, в ущерб кредиторам должника, по мнению кредитора, усугубила финансовое положение должника.

В качестве оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности АО «Энергосбыт Плюс» указывало на то, что в период с 18.01.2018 по 29.12.2018 платежным агентом должника (АО «Расчетный центр Урала») были перечислены денежные средства в размере            368 690,00 рублей в пользу учредителя должника ФИО4 В назначении платежей было указано «денежные средства по дог. аренды транспортного средства без экипажа» - 140 000,00 рублей и «оплата по договору подряда 3/18 на выполнение услуг/работ с физлицом» - 228 690,00 рублей.

Вместе с тем, как указал суд, заключение руководителем должника ФИО3 с АО «Расчетный центр Урала» агентского договора от 24.10.2016 было направлено на осуществление работы с дебиторской задолженностью. По информации, представленной АО «Расчетный центр Урала», такая работа велась. 

Таким образом, руководитель должника ФИО3 в рамках представленных ему полномочий и имеющихся финансовых ресурсов предпринимал меры по работе с дебиторской задолженностью.

Доводы АО «Энергосбыт плюс» о бездействии ФИО3 в части организации эффективной работы с дебиторской задолженностью, повлекшем отсутствие денежных средств для расчета должника с кредиторами, что обусловило банкротство должника, не нашли своего подтверждения. 

Согласно пояснениям ФИО3 и ФИО4, спорные сделки имели экономический смысл и хозяйственную необходимость для предприятия. Поскольку ФИО3 фактически проживал в г. Нижнем Тагиле, ему было  необходимо личное автотранспортное средство для того, чтобы круглосуточно иметь возможность прибыть в с. Николо-павловское, в том числе, с целью устранения аварий на сетях водоснабжения и водоотведения, а также с целью приобретения материалов и насосов для скважин в г. Екатеринбурге, для участия в судебных заседаниях, для заключения сделок с контрагентами, для организации работы по взысканию задолженности  с населения и исполнения иных обязанностей. Поскольку у ФИО3 отсутствовала возможность приобрести транспортное средство, единственным выходом из ситуации стало заключение договора аренды транспортного средства, собственником которого являлась ФИО4 После того, как арендованный автомобиль передали аварийной бригаде общества, и его использовали фактически как грузовой, перевозили насосы, материалы, рабочих, ФИО3 заключил договор лизинга, в рамках которого общество получило во временное владение и пользование автомобиль эконом класса. 

В подтверждение необходимости заключения договора подряда на выполнение ФИО4 юридических услуг ответчики ссылались на большой поток работы с должниками-физическими лицами (по договорам на предоставление коммунальных услуг). Кроме того, ФИО4 проведена работа и оказаны юридические услуги в рамках дела                                     №А60-23435/2018, в результате чего в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной отказано.

В рассматриваемом случае недобросовестное поведение контролирующих должника лиц по заключению вышеуказанных сделок, в результате которых произведено уменьшение имущества должника,  должник лишился ликвидных активов, за счет которых могла быть погашена задолженность перед кредиторами, что привело к причинению вреда кредиторам, не установлено. 

Как верно отмечено судом, фактически заявитель просит привлечь бывшего руководителя и участника должника к ответственности за возникновение обязательства на стороне должника, тогда как сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующих должника лиц ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями (а не в результате осуществления делового решения).

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание пояснения ответчиков относительно обстоятельств дела, признав обоснованность заключения договора аренды транспортного средства и договора подряда, направленных на минимизацию экономических потерь, учитывая недоказанность причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения спорных сделок должника, экстраординарный характер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства, в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к положениям пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом вышеуказанного, доводы апеллянта о том, что судом не учтено, что в период после наступления объективного банкротства 04.04.2018 общество «Пандора» в лице ФИО3 с АО ВТБ Лизинг был заключен договор лизинга транспортного средства KIA RIA 2018г.в., размер лизинговых платежей составил 1 630 781,15 рубля, из которых должник уплатил 621 462,94 рубля. 23.10.2019 договор лизинга расторгнут, автомобиль реализован 13.12.2019 в пользу третьего лица за 861 000,00 рублей, ущерб кредиторам причинен на 621 462,94 рубля, данная сделка совершена уже после наступления объективного банкротства должника, отказ в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве является необоснованным; поскольку ФИО4 является контролирующим должника лицом, его учредителем, для нее не представляло  особого труда создать видимость делового документооборота, подтверждающего обоснованность оплат,  ответчиком представлены доказательства, содержащие признаки их недостоверности, обоснованность предоставления услуг и произведенных оплат в адрес бенефициара общества, не доказана, часть платежей повлекла преимущественное удовлетворение требований ФИО4, остальные платежи совершены при неравноценном встречном предоставлении в ущерб интересам кредиторов, усугубив положение должника, отклоняются, как необоснованные.

В рассматриваемом случае, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, судом не установлено злонамеренности действий ответчиков, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов. По существу АО «Энергосбыт плюс» просит привлечь контролирующих должника лиц к ответственности за возникновение обязательства на стороне должника, тогда как сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующих должника лиц ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемой ситуации наступившие для общества негативные последствия в виде непогашенных обязательств перед кредиторами не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности действий его учредителя и руководителя, при исполнении ими своих непосредственных обязанностей.

Учитывая общий подход, закрепленный в главах 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве, в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимыми условиями возложения субсидиарной ответственности участника юридического лица являются наличие вины субъекта ответственности, а также причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Необходимо учитывать, что по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

В предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий и кредитор должны обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в статье 10 Закона о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд конкурсного управляющего либо кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. 

В данном случае ответчиками, к которым предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в полной мере раскрыты обстоятельства дела, представлены доказательства отсутствия виновных умышленных действий, приведших к невозможности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов в результате действий, которые вменяются им кредитором АО «Энергосбыт плюс». 

При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, не установил неправомерности в действиях (бездействии) ответчиков и, как следствие, совокупности оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности и удовлетворения заявленных требований.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено. 

С учетом изложенного, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 18 февраля 2022 года по делу №А60-74114/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

Т.В. Макаров 

 

Т.С. Нилогова