СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13048/2024(21)-АК

Дело № А50-6479/2023

25 февраля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 февраля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Иксановой Э.С.,

судей                               Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Шмидт. К.А., 

при участии в режиме «веб-конференции» посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от общества с ограниченной ответственностью «Сатья Сервис» (ООО «Сатья Сервис»): ФИО1 (паспорт, доверенность от 28.01.2025), 

от Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (ФГБУК «АУИПИК»): ФИО2 (паспорт, доверенность от 25.12.2024), 

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора, Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (ФГБУК «АУИПИК»)

на определение Арбитражного суда Пермского края от 11 ноября 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления ФГБУК «АУИПИК» о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное в рамках дела № А50-6479/2023

о признании ООО «Сатья Сервис» (ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: финансовый управляющий ФИО5 ФИО6, 

установил:

определением Арбитражного суда Пермского края от 30.03.2023 принято к производству заявление Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» (далее - ФГБУК «АУИПИК», Агентство) о признании ООО «Сатья Сервис» (далее также – должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 10.07.2023 (резолютивная часть от 03.07.2023) заявление ФГБУК «АУИПИК» признано обоснованным, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО7 (далее – временный управляющий). 

Соответствующие сведения опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 12.07.2023, в газете «Коммерсантъ» №127(7572) от 15.07.2023. 

13.11.2023 в арбитражный суд поступило заявление временного управляющего о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности.

От временного управляющего ФИО7 поступило заявление о замене заявителя по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности на правопреемников: Федеральную налоговую службу в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 21 по Пермскому краю (МИФНС № 21 по Пермскому краю), ФГБУК «АУИПИК», ФИО8, Государственную корпорацию развития «ВЭБ.РФ» (ГК «ВЭБ.РФ»), публичное акционерное общество «Сбербанк России» (ПАО «Сбербанк»). 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 19.12.2023 (резолютивная часть от 13.12.2023) прекращено производство по делу № А50- 6479/2023 по заявлению ФГБУК «АУИПИК» о признании ООО «Сатья Сервис» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2023 по делу №А40-101823/2023 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.01.2024 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО5 ФИО6 

06.02.2024 от ФГБУК «АУИПИК» поступил отзыв на заявление временного управляющего о замене стороны по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности, заявление о замене стороны по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности с временного управляющего на ФГБУК «АУИПИК»; заявление об уточнении заявленных требований: просит взыскать в пользу ООО «Сатья Сервис» со ФИО3 – 8 046 054,83 руб., со ФИО3, ФИО4, ФИО5 солидарно – 59 605 089,19 руб.

Протокольным определением от 13.02.2024, учитывая, что производство по делу № А50-6479/2023 по заявлению ФГБУК «АУИПИК» о признании ООО «Сатья Сервис» несостоятельным (банкротом) прекращено, прекращены полномочия временного управляющего, наличие заявления ФГБУК «АУИПИК» о замене стороны по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности с временного управляющего на ФГБУК «АУИПИК», арбитражный суд признал, что заявителем следует считать ФГБУК «АУИПИК», принял уточнения ФГБУК «АУИПИК» заявленных требований в порядке статьи 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.11.2024 в удовлетворении заявления ФГБУК «АУИПИК» о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности отказано.

ФГБУК «АУИПИК», не согласившись с вынесенным определением, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что обязанность руководителя и участников должника обратиться с заявлением о признании должника банкротом возникла не позднее истечения месячного срока после возникновения обязанности по внесению арендной платы за июнь 2017 года, то есть 09.07.2017 и не была исполнена; признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества возникли у должника в момент, когда обязанности единоличного исполнительного органа исполняла ФИО3 (с 14.08.2002 по настоящее время); участники должника ФИО3, ФИО5, ФИО4 утвердили бухгалтерский баланс должника за 2017 года, когда должник уже обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, и участники не могли об этом не знать; участники должника, зная, что ФИО3 не подала заявление о признании должника банкротом, должны были потребовать от нее проведения внеочередного общего собрания участников общества с целью принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно было состояться не позднее 30.04.2018. Судом не учтено, что неисполнение контролирующими должника лицами обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом привело к увеличению кредиторской задолженности, задолженность перед ФГБУК «АУИПИК» составила 67 651 144,02 руб., у должника имелась задолженность перед иными кредиторами: ФИО8 в размере 76 829,45 руб., ГКР «ВЭБ.РФ» в размере 391 412,78 руб., ПАО Сбербанк – 124 370,59 руб., перед уполномоченным органом – 21 973,75 руб.; 09.07.2017 – дата объективного банкротства должника. Суд необоснованно отказал в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду неисполнения обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника на сумму 9 500 000 руб., в результате не передачи имущества и документов на сумму 9 500 000 руб. временному управляющему не удалось  сформировать конкурсную массу и удовлетворить требования кредиторов, обязанность обеспечения сохранности документации и иного имущества должника возложена на руководителя. Имелись все основания для привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что кредитор умалчивает о том, что должник потратил на реставрацию «Дома начала XIX века с палатами XVII века» (далее – объект) 62 383 373 руб., восстановил объект после пожара на сумму 33 532 344,14 руб., при том, что страховая компания ООО СО «ГЕОПОЛИС» отказало должнику в выплате страхового возмещения, выплатило через суд лишь пятую часть требований должника, поскольку в договоре отсутствовало указание на полную стоимость объекта. Между тем именно собственник объекта - ФГБУК «АУИПИК» и уполномоченные им органы не исполнили требования ст. 8 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об оценочной деятельности), устанавливающей обязанность проведения оценки объекта в случае вовлечения в сделку такого объекта, принадлежащего полностью или частично Российской Федерации, в том числе при определении стоимости объектов оценки, принадлежащих РФ, в целях их приватизации, передачи в доверительное управление либо передачи в аренду. До настоящего времени такая оценка, непосредственно влияющая на установление рыночной ставки арендной платы собственником не проведена. Кроме того, кредитор направил должнику уведомление от 26.10.2016 № 1995/15 об увеличении ставки арендной платы в 4,5 раза до 1 050 990 руб. Должник представил доказательства того, что не мог в условиях обстоятельств непреодолимой силы (пожар) фактически не мог одновременно закончить ремонтно-восстановительные работы вместе с удовлетворением требований арендодателя. Размер арендной платы является явно завышенным. Кредитор преследовал должника, предъявляя очередные иски, тогда как участники общества за счет собственных средств профинансировали все восстановительные работы на объекте. Финансовые результаты работающего кафе на 40% площади позволили обеспечить его непрерывную работу, выплачивать персоналу заработную плату и частично оплачивать аренду. Суд так и не получил от кредитора какие-либо сведения, свидетельствующие о виновных действиях генерального директора и участников общества. Кредитор получил в управление имущественный комплекс практически в 100% готовности – восстановленный объект с большей коммерческой площадью, чем это было предусмотрено договором аренды от 2000 г. Кредитор умалчивает о начале течения срока исполнения обязательства должником обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. Поведение и действия кредитора не свидетельствуют о том, что при возникших обстоятельствах, он не преследовал цель полного восстановления объекта государственного значения. Требование об освобождении объекта было представлено накануне сдачи Мосгорнаследию результатов выполненных реставрационных и восстановительных работ, такие действия кредитора являются недобросовестными. Только позиция кредитора с требованием освободить помещение и нежелание идти на уступки привело к ухудшению финансового положения должника и к полной остановке хозяйственной деятельности. Кроме того, кредитор нарушил процедуру выселения. Часть документов, в том числе касающаяся наличия дебиторской задолженности, в размере стоимости неотделимых улучшений арендованного имущества, утрачена в результате пожара, временному управляющему переданы заключения эксперта, подтверждающие стоимость неотделимых улучшений в размере 96 441 273 руб. 

В судебном заседании представитель кредитора ФГБУК «АУИПИК» доводы апелляционной жалобы поддерживает, просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представитель должника с доводами апелляционной жалобы не согласен, считает определение законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, определение – без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Сатья Сервис» создано 06.04.2000.

Основной вид деятельности должника - деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания (ОКВЭД 56.10), в ЕГРЮЛ сведения о дополнительных видах деятельности должника отсутствуют. 

Генеральным директором ООО «Сатья Сервис» с 14.08.2002 по настоящее время является ФИО3 

Уставный капитал должника составляет 10 000 руб. 

Участниками (учредители) ООО «Сатья Сервис» в разное время были: с 14.08.2002 по настоящее время – ФИО3, номинальная стоимость доли - 2 500 руб., размер доли - 25%, с 14.08.2002 по настоящее время – ФИО5, номинальная стоимость доли - 3 750 руб., размер доли - 37,5%, 8 с 14.08.2002 по настоящее время – ФИО4, номинальная стоимость доли - 3 750 руб., размер доли - 37,5%. 

По представленным в материалы дела сведениям временным управляющим на 11.11.2023 в реестр требований кредиторов должника включены требования четырех конкурсных кредиторов и уполномоченного органа на общую сумму 68 265 730,59 руб. 

Временный управляющий ссылался на наличие оснований для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности в соответствии с подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Указывал, что ему не переданы документы должника на общую сумму 9 500 000 руб., что затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы. 

26.07.2023 временным управляющим направлено уведомление – запрос №16 руководителю должника ФИО3 с требованием о предоставлении документов и сведений в отношении должника.

До настоящего времени в нарушение п. 3.2 ст. 64 Закона о банкротстве руководителем должника не исполнена обязанность по передаче временному управляющему запрошенных им сведений и документов, необходимых для осуществления возложенных на него обязанностей. 

За 2021, 2022 годы информация о сдаче баланса должника в налоговый орган отсутствует. 

13.10.2023 на электронную почту арбитражного управляющего ФИО7 от представителя должника ФИО1 направлено сопроводительное письмо со скан-копиями документов: устава должника, свидетельств ИНН, ОГРН, выписки из ЕГРЮЛ от 16.08.2023, приказа № 3 от 15.10.2020, протокола № 5/2020 от 15.10.2020, лицензии от 19.12.2017, выписки из ЕГРЮЛ от 08.10.2023, сведений о банковских счетах, справки ПАО Сбербанк от 12.08.2020, бухгалтерского баланса на 31.12.2020 с ресурса БФО. 

В сопроводительном письме даны пояснения. 

Таким образом, как указывал временный управляющий, документы должника на сумму 9 500 000 руб. ему не переданы. 

Кредитор ФГБУК «АУИПИК», присоединившись к заявлению временного управляющего, ссылается на наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательства должника по п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве. 

Как указывает кредитор, признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества возникли у должника в момент, когда обязанности единоличного исполнительного органа исполняла ФИО3 (с 14.08.2002 по настоящее время). Обязанность у ФИО3 как единоличного исполнительного органа должника (генерального директора) обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом возникла не позднее 09.07.2017, поскольку у ООО «Сатья Сервис» имелась значительная задолженность по арендной плате перед кредитором за период с июня 2017 года. Бухгалтерский баланс общества за 2017 год был рассмотрен и утвержден его участниками ФИО3, ФИО4, ФИО5  Утверждая годовой баланс должника за 2017 год, участники не могли не знать, что должник уже обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества. Участники могли и должны были ознакомиться с бухгалтерской отчетностью, оценить финансовое состояние должника и обнаружить признаки объективного банкротства. Зная о том, что ФИО3 заявление о признании должника банкротом не подано, участники должны были потребовать от нее проведения внеочередного общего собрания участников общества с целью принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно было состояться не позднее 30.04.2018. Указанная обязанность участниками общества не исполнена. Контролирующие должника лица продолжали убыточную деятельность должника, в результате которой возникли новые обязательства.

Кредиторская задолженность ООО «Сатья Сервис» перед ФГБУК «АУИПИК» составляет 67 651 144,02 руб.

Таким образом, как указал кредитор, в установленный Законом о банкротстве срок ответчиками не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в арбитражный суд.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства, кредитор ФГБУК «АУИПИК» обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскании в пользу должника со ФИО3 – 8046 054,83 руб., со ФИО3, ФИО5, ФИО4 солидарно – 59 605 089,19 руб. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что за 2018 отчетный год убыток должника составил всего 55 тыс.руб.;  неплатежеспособность должника наступила в силу объективных причин;  наличие у ООО «Сатья Сервис» задолженности по арендной плате за июнь 2017 года не является обстоятельством, из-за которого в силу ст. 9 Закона о банкротстве возникает безусловная обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом; наличие единичных задолженностей у ООО «Сатья Сервис» не может в полной мере характеризовать финансовое положение как неблагоприятное и отвечающее критериям неплатежеспособности; моментом объективного банкротства ООО «Сатья Сервис» следует признать 19.03.2021 - дату вступления в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2020 по делу № А40-12787/2020; невозможность исполнения ООО «Сатья Сервис» обязательств перед кредитором была обусловлена прежде всего необходимостью проведения восстановительных и реставрационных работ на арендованном объекте, требующих серьезных вложений; отсутствуют доказательства, свидетельствующие о принятии руководителем ООО «Сатья Сервис» и/или его участниками незаконных действий по выводу средств и активов должника, выплате дивидендов и т. п., все сделки заключены в рамках обычной хозяйственной деятельности; не представлены доказательства совершения ответчиками действий с намерением причинить существенный вред имущественным правам кредитора, дачи указаний, которые могли быть выражены в решениях, обязывающих должника не исполнять взятые на себя обязательства или принимать новые заведомо неисполнимые обязательства, наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившим банкротством должника; совокупность условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сатья Сервис» отсутствует. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  отзыва, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве и ч. ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В силу ч. 2 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации или другим законом. 

В соответствии с п. 3 ст. 3 Федерального закона 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. 

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве). 

На основании п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:

собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). 

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. 

В соответствии с п. 9 Постановления № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По смыслу п. 3.1 ст. 9, ст. 61.10, п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: 

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; 

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; 

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; 

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения. Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие 10 решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. 

При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абз. 1 п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве). 

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности должны учитываться общие положения глав 25 и 29 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве (п. 2 Постановления № 53).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 №302-ЭС14-1472 сформулирован правовой подход, согласно которому субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. 

В соответствии с п. 56 Постановление № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 12 Постановления № 53 согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве. 

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (абз. 2 п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве).

Кроме того, ответственность контролирующего должника лица является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано. 

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения единоличным исполнительным органом обязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в случае, предусмотренном пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве), необходимо установить вину субъекта ответственности (в данном случае - учредителя должника), исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. В силу вышеуказанных положений заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих учредителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отражать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Действующее законодательство не предполагает, что руководитель должника и учредитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния. 

Как разъяснено в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя положения статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности. 

При разрешении вопроса о наличии оснований для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности правовое значение имеют иные обстоятельства: являлся ли план разумным в момент его принятия; когда негативные тенденции, продолжившиеся в ходе реализации плана, привели предприятие в состояние, свидетельствующее о том, что план себя исчерпал. 

Верховным Судом Российской Федерации не установлено закрытого перечня критериев, согласно которым принято считать план экономически обоснованным. При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности и оценке доводов о наличии плана, направленного на выход из кризисной ситуации, является основанием для отказа в привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, в соответствии с положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве. 

В соответствии с п. 17 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, при разрешении вопроса о наличии оснований для привлечения органа управления должника к субсидиарной ответственности суду необходимо установить, имелся ли у органа управления план выхода из кризисной ситуации, следовал ли он данному плану и в какой момент органу управления должно было стать известно, что реализация данного плана не приведет к выходу из кризиса. 

Наличие антикризисной программы (плана) может подтверждаться не только документом, поименованным соответствующим образом, но и совокупностью иных доказательств (например, перепиской с контрагентами, органами публичной власти, протоколами совещаний и т.п.). При этом возложение субсидиарной ответственности допустимо, в частности, когда следование плану являлось явно неразумным с точки зрения обычного органа управления, находящегося в сходных обстоятельствах, либо, когда план разрабатывался лишь для создания внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для совершения противоправных действий, причиняющих вред кредиторам.

Судом первой инстанции верно установлено, что ФИО3 как генеральный директор и участник ООО «Сатья Сервис», а также ФИО5 и ФИО4 как участники ООО «Сатья Сервис» в период с момента создания до введения в отношении должника процедуры банкротства являлись контролирующими должника лицами, поскольку имели право самостоятельно распоряжаться более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью (подп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве). 

В обоснование заявленных требований, а также в апелляционной жалобе повторно кредитор указал, что обязанность руководителя и участников должника обратиться с заявлением о признании должника банкротом возникла не позднее истечения месячного срока после возникновения обязанности по внесению арендной платы за июнь 2017 года, то есть 09.07.2017 и не была исполнена; признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества возникли у должника в момент, когда обязанности единоличного исполнительного органа исполняла ФИО3 (с 14.08.2002 по настоящее время); участники должника ФИО3, ФИО5, ФИО4 утвердили бухгалтерский баланс должника за 2017 года, когда должник уже обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, и участники не могли об этом не знать; участники должника, зная, что ФИО3 не подала заявление о признании должника банкротом, должны были потребовать от нее проведения внеочередного общего собрания участников общества с целью принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно было состояться не позднее 30.04.2018.

Таким образом, по мнению кредитора, должник на 09.07.2017 уже обладал признаками неплатежеспособности.

Между тем, как установил суд, из бухгалтерской отчетности должника следует, что за 2018 отчетный год убыток должника составил всего 55 тыс. руб. 

Проанализировав материалы дела, представленные доказательства и пояснения сторон, суд первой инстанции обоснованно согласился с доводами ответчиков и должника о том, что неплатежеспособность должника наступила в силу объективных причин. 

Так, в частности, из фактических обстоятельств судом установлено и кредитором не опровергнуто, что в рамках исполнения обязательств по охранно-арендному договору от 01.12.2000 № 53, с учетом дополнительных соглашений к нему ГУОП г. Москвы (правопредшественник ФГБУК «АУИПИК», арендодатель) предоставил ООО «Сатья Сервис» (арендатор) во временное пользование объект культурного наследия федерального значения «Два дома, начало ХIХ в., с палатами XVII в. – 13 Дом, начало ХIХ в.» общей площадью 798,9 кв.м., расположенный по адресу: 

<

...>. 

Договор заключен на срок до 01.12.2038. 

Размер и порядок внесения арендной платы установлены частью 5 договора в редакции дополнительного соглашения от 09.08.2016 к нему. 

В соответствии с п. 5.2 договора размер арендной платы за пользование объектом устанавливается по рыночной ставке арендной платы, определенной на основании отчета независимого оценщика, подготовленного в соответствии с Федеральным законом от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» по заказу арендодателя. 

Согласно п. 5.7 договора при изменении размера арендной платы в соответствии с пунктом 5.2 договора арендодатель направляет в адрес арендатора уведомление (заказным письмом), подписанное арендодателем, с указанием нового размера арендной платы. 

То есть размер арендной платы считается измененным в односторонне порядке и согласованным сторонами. 

В период с 2001 года по 2020 год должником выполнены работы по перепланировке помещений здания, расположенного по адресу: 

<

...>, общая стоимость которых составила 96 441 273 руб. 

В дальнейшем, в результате пожара, произошедшего 04.06.2015, имело место  повреждение объекта и находящегося в нем имущества. 

В рамках дела № А40-198123/2017 проведена экспертиза, экспертом ООО «ЭКСО» ФИО10 установлено, что ООО «Сатья Сервис» использовало только 40,4% от общей занимаемой площади, остальная площадь не использовалась в связи с неоконченными работами по ликвидации последствий пожара 04.06.2015 (осмотр объекта экспертом ФИО10 от 21.05.2018, указанный в п. 2.4.1 заключения «Количественные и качественные характеристики исследуемого объекта недвижимости – стр. 11 заключения).

ФГБУК «АУИПИК» было извещено надлежащим образом о пожаре, данное обстоятельство кредитором не оспаривается и подтверждается перепиской между кредитором и должником, а также актом осмотра ФГБУК «АУИПИК» от 18.02.2016 и актом технического состояния объекта культурного наследия от 19.06.2017 №ДКН-16-14-559/7, согласно которым представители Департамента культурного наследия гор. Москвы указали на проведение противоаварийных работ после пожара в 2015 году на объекте на основании разрешения Мосгорнаследия от 09.09.2015 №ДКН-1365906/2015.

Уведомлением от 05.09.2017 № 2793/15 руководителю должника в соответствии с составом (перечнем) работ по сохранению объекта и его территории было предписано провести необходимые работы в соответствующие сроки, в том числе представить на утверждение отчетную документацию и получить акт приемки выполненных работ до 01.05.2022.

Указанное уведомление является неотъемлемой частью охранно-арендного договора от 01.12.2000 № 53 (в редакции дополнительных соглашений от 01.01.2002, от 27.11.2003, от 01.01.2004, от 25.06.2010, от 22.08.2013, от 06.03.2015 № Д30/80, от 09.08.2016 № 01-1/16-10-1). 

Судом также установлено, что по состоянию на июнь 2017 года на цокольном этаже (наименее пострадавшем при пожаре) объекта работало кафе ООО «САТЬЯ Сервис», что позволяло должнику поддерживать бизнес, а также частично оплачивать аренду. 

До конца 2018 года оплата аренды производилась по прежней (действовавшей до пожара) ставке 275 000 руб. в месяц в полной мере, далее частично до июня 2019 года. 

Согласно акту сверки ФГБУК «АУИПИК» от 19.06.2019 за период с 2017 года по 2019 год арендные платежи уплачены в сумме 6 682 000 руб. 

Также, в этот период должником было исполнено решение суда по делу №А40-198123/2017, Агентству (ФГБУК «АУИПИК») выплачено 3 107 000 руб.

В рамках данного дела Агентство заявило требования о взыскании с должника задолженности по арендной плате за пользование объектом. Должник заявил встречные исковые требования: просил внести изменения в охранно-арендный договор от 01.12.2000 №53 в части установления с января 2017 года по договору ставки арендной платы за пользование объектом в размере 731 459,53 руб., а также о признании права ответчика требовать уменьшения арендной платы соразмерно используемой площади объекта культурного наследия до момента введения в эксплуатацию восстанавливаемых арендуемых помещений. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 11.01.2019 по делу №А40-198123/2017 исковые требования Агентства были удовлетворены частично. С должника в пользу кредитора взыскано 3 107 000 руб. В Охранно-арендный договор от 01.12.2000 №53 внесены изменения в части установления с января 2017 года ставки арендной платы за пользование объектом культурного наследия в размере 731 459,53 руб. в месяц. В удовлетворении исковых требований, встречных исковых требований в остальной части было отказано. Судом установлено, что в результате одностороннего изменения истцом размера арендной платы по договору, последняя увеличилась непропорционально изменению средних рыночных ставок, уплачиваемых за аренду аналогичных помещений в данной местности за соответствующий период (арендная ставка превышала прежнюю в 4 раза). 

Должник рассчитывал, что судом будут учтены форс-мажорные обстоятельства, не полное использование помещений ввиду их аварийного состояния, а также необходимость проведения восстановительных работ, которые ООО «Сатья Сервис» продолжало производить. ООО «Сатья Сервис» были получены разрешения на производство работ в 2015 и в 2019 годах, а также поданы документы на получение разрешения на производство финального этапа работ в 2020 году. Все мероприятия на объекте аренды производились должником по согласованию с государственными органам, что подтверждает намерение должника по дальнейшему, долгосрочному использованию объекта и сохранению существующего договора аренда, срок которого истекал только в 2038 году. В результате произошедшего пожара должник был лишен возможности пользоваться большей частью помещений объекта аренды в период с июня 2017 года по сентябрь 2019 года по независящим от него обстоятельствам. 

С учетом вышеприведенных разъяснений законодательства, установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно указал, что вопреки доводам конкурсного кредитора наличие у ООО «Сатья Сервис» задолженности по арендной плате за июнь 2017 года не является обстоятельством, из-за которого в силу ст. 9 Закона о банкротстве возникает безусловная обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. 

ФИО3 в дополнении к пояснениям указала, что, выполняя работы по восстановлению объекта после пожара, был расчет на получение страхового возмещения ущерба в размере 33 млн. руб. согласно независимой экспертизе. Однако требования должника к страховой компании были удовлетворены на сумму 5 млн. руб., поскольку в договоре страхования отсутствовала действительная стоимость объекта, а оценка здания не была произведена собственником, несмотря на многочисленные обращения ООО «Сатья Сервис». Также ООО «Сатья Сервис» принимало попытки по поиску других возможностей финансирования. Из-за наличия долгов по аренде и судебных разбирательств получить кредит ООО «Сатья Сервис» как юридическому лицу не представлялось возможным, поэтому ответчики получали кредиты под залог личной недвижимости учредителей (кредитные отчеты) в расчете на то, что этот шаг даст возможность довести все помещения арендованного объекта до рабочего состояния, запустить бизнес в полном объеме и в скором времени выйти на рентабельность, позволяющую покрыть накопившиеся долги. 

Кроме этого, в результате выполняемых работ по реконструкции арендованного должником объекта в архитектурном проекте приспособления антресольного этажа были предусмотрены помещения под образовательный творческий центр, который был на 90% реализован на момент расторжения договора аренды и выселения, были готовы помещения антресольного этажа и набран педагогический состав. Данный архитектурный проект приспособления антресольного этажа, разработанный лицензированной компанией «Фарос», выпускался в 2 этапа: первый этап - проект был разработан и заказан к изготовлению в 2017 году, выпущен и согласован в 2018 году, также был издан научный отчет по данному проекту в 2019 году, вторым этапом был разработан дополнительный проект корректировки, полностью заново прошел все согласования, а также выпущен и согласован научный отчет. 

По данным проектам, за счет реконструкции антресольного этажа и подкровельного пространства, площадь здания фактически увеличилась на 160 кв.м., что также привело к существенному увеличению рыночной стоимости здания (дополнительно 50-80 млн. руб.). 

К концу 2019 года большая часть помещений особняка была уже практически готова и можно было запускать проект по развитию детского центра, однако началась пандемия, которая не позволила начать новые проекты и полностью остановила старые – кафе пришлось временно закрыть. При этом сохранялась обязанность должника по внесению арендных платежей в полном объеме. После окончания ограничительных мер по пандемии ООО «Сатья Сервис» открыло кафе и продолжило подготовку к открытию детского центра, также ожидало получения разрешения на производство завершающего этапа работ в соответствии с поданными 06.02.2020 документами. 

В тоже время в январе 2020 года ФГБУК «АУИПИК» в Арбитражный суд города Москвы подан иск о взыскании 59 908 202,45 руб. задолженности по договору №53 от 01.12.2000, в том числе: 15 191 681 руб. – долг, 44 716 521,11 руб. – пени, о расторжении охранно-арендного договора от 01.12.2000 №53, заключенного между ФГБУК «АУИПИК» и ООО «Сатья Сервис», выселении ООО «Сатья Сервис» из здания по адресу: Москва, ул.Кожевническая, д.11/13, стр. 1, с передачей его в освобожденном виде ФГБУК «АУИПИК» (дело №А40-12787/2020). 

Суд первой инстанции справедливо отметил, что при установлении момента возникновения признаков неплатежеспособности ООО «Сатья Сервис» конкурсным кредитором приняты во внимание исключительно данные судебных актов о взыскании задолженности с должника.

Между тем, наличие единичных задолженностей у ООО «Сатья Сервис» в данном случае не может в полной мере характеризовать финансовое положение как неблагоприятное и отвечающее критериям неплатежеспособности, как это установлено ст. 2 Закона о банкротстве. 

С учетом всех обстоятельств спора, суд первой инстанции справедливо согласился с доводами должника о том, что моментом объективного банкротства ООО «Сатья Сервис» следует признать 19.03.2021 - дату вступления в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы от 30.10.2020 по делу № А40-12787/2020. 

Невозможность исполнения ООО «Сатья Сервис» обязательств перед кредитором была обусловлена прежде всего необходимостью проведения восстановительных и реставрационных работ на арендованном объекте, требующих серьезных вложений. 

Принимая во внимание данные обстоятельства, доводы кредитора, изложенные в апелляционной жалобе о том, что судом не учтено, что неисполнение контролирующими должника лицами обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом привело к увеличению кредиторской задолженности, задолженность перед ФГБУК «АУИПИК» составила 67 651 144,02 руб., у должника имелась задолженность перед иными кредиторами: ФИО8 в размере 76 829,45 руб., ГКР «ВЭБ.РФ» в размере 391 412,78 руб., ПАО Сбербанк – 124 370,59 руб., перед уполномоченным органом – 21 973,75 руб.; 09.07.2017 – дата объективного банкротства должника, отклоняются как несостоятельные. 

Кроме того, изложенные кредитором сведения о задолженности должника свидетельствуют о том, что основная задолженность должника сформировалась перед ФГБУК «АУИПИК», задолженность должника перед иными кредиторами незначительна. 

Исходя из обстоятельств настоящего спора, учитывая, что контролирующие должника лица изначально выполнили перечень работ по сохранению объекта культурного наследия по реставрации, реконструкции и приспособлению под административно-служебные цели, предписанный должнику Комитетом по культурному наследию города Москвы, на общую сумму 34 057 900 руб. по состоянию на 26.12.2007, согласно заключению специалиста № 18-1/3/2021 Строительно-технической экспертизы нежилого здания по адресу: 

<

...>, по состоянию на 22.03.2021 на сумму 62 383 373 руб. за счет собственных средств должника; принимая во внимание, что в дальнейшем на объекте произошел пожар (установлено, что причиной пожара являлись колебания электросети до вводного электро-устройства на объекте, что исключает вину должника или ответчиков в пожаре), причинивший значительный ущерб, который был устранен и объект был восстановлен после пожара силами самого должника, получившего незначительный размер страхового возмещения взамен полагающегося, и за счет личных финансовых вложений участников общества, объем которых превысил 30 млн. руб., поведение кредитора в сложившейся ситуации, связанное со значительным увеличением стоимости арендной платы по договору аренды с должником, предъявление должнику требования об освобождении объекта накануне сдачи Мосгорнаследию результатов выполненных реставрационных и восстановительных работ, нельзя признать разумным и способствующим восстановлению платежеспособности должника. 

В этой связи ответчик ФИО3 также сослалась на то, что в выплате должнику страхового возмещения страховой компанией ООО СО «ГЕОПОЛИС» было отказано. В ходе арбитражного производства по делу №А40-216679/15 Российским экспертным фондом «ТЕХЭКО» в феврале 2017 года была произведена судебная экономическая экспертиза об оценке рыночной стоимости права требования возмещения ущерба, причиненного недвижимому имуществу (спорный объект культурного наследия), ущерб, причиненный пожаром, составил 33 532 344,14 рублей с НДС 18%. Арбитражный суд города Москвы удовлетворил только пятую часть заявленных должником требований, в остальной части исковых требований отказал, согласившись с позицией ООО СО «ГЕОПОЛИС» об отсутствии в договоре страхования указания на полную стоимость объекта. В соответствие со ст. 8 Закона об оценочной деятельности проведение оценки объектов оценки является обязательным в случае вовлечения в сделку объектов оценки, принадлежащих полностью или частично Российской Федерации, субъектам Российской Федерации либо муниципальным образованиям, в том числе при определении стоимости объектов оценки, принадлежащих Российской Федерации, субъектам Российской Федерации или муниципальным образованиям, в целях их приватизации, передачи в доверительное управление либо передачи в аренду. В соответствие со ст. 209, 210 ГК РФ, ст. 48 Федерального закона от 25.06.2002 № 73 «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему объектом, а также на него возлагается обязанность нести бремя содержания объекта, если иное не определено законом или договором. На момент передачи объекта в пользование должнику была установлена только лишь балансовая стоимость объекта в размере 205 681 руб. Какого-либо уведомления от собственника о произведенной оценке стоимости объекта должнику не представлялось. В соответствие с требованиями ст. 211 ГК РФ риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором. В соответствие с п. 3.2.17 дополнительного соглашения №Д30/80 от 06.03.2015 к договору аренды от 06.12.2000 на пользование недвижимым памятником истории и культуры была установлена только лишь обязанность арендатора застраховать в пользу арендодателя риски гибели и повреждения объекта на срок действия договора без указания полной стоимости объекта. Ответчик считает, что отказ арбитражным судом в удовлетворении требований в выплате страхового возмещения в полном объеме является следствием бездействия собственника и уполномоченных собственником органов управления, не исполнивших требования ст. 8 Закона об оценочной деятельности, устанавливающей обязательность проведение оценки объекта в случае вовлечения в сделку такого объекта, принадлежащего полностью или частично Российской Федерации, в том числе при определении стоимости объектов оценки, принадлежащих Российской Федерации, в целях их приватизации, передачи в доверительное управление либо передачи в аренду. Вместе с этим до настоящего времени такая оценка, непосредственно влияющая на установление рыночной ставки арендной платы, собственником не произведена.

С учетом указанного, установленные судом обстоятельства не свидетельствуют о наличии такого поведения ответчиков, которое могло бы поспособствовать приведению должника в состояние банкротства. 

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о принятии руководителем ООО «Сатья Сервис» и/или его участниками незаконных действий по выводу средств и активов должника, выплате дивидендов и т. п. Все заключенные сделки ограничивались исключительно текущей необходимостью, заключены в рамках обычной хозяйственной деятельности. 

В этой связи суд первой инстанции обоснованно отметил, что субсидиарная ответственность контролирующего  должника лица наступает тогда, когда в результате его действий должнику не просто причинен имущественный вред, а должник стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. 

Между тем, в материалы настоящего спора не представлены доказательства совершения ответчиками действий с намерением причинить существенный вред имущественным правам кредитора, дачи указаний, обязывающих должника не исполнять взятые на себя обязательства или принимать новые заведомо неисполнимые обязательства, наличия причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившим банкротством должника. 

Таким образом, поскольку банкротство должника наступило в силу объективных причин, а не в результате не обращения ФИО3 с заявлением о признании должника банкротом с 09.07.2017, как указывает кредитор, оснований для привлечения ФИО3, ФИО11, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не имелось. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что совокупность условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сатья Сервис» по п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве отсутствует. 

Кроме того, в первоначальном заявлении о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности (до замены заявителя по заявлению о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности с временного управляющего на ФГБУК «АУИПИК») временный управляющий ссылался на основание привлечения ФИО3, ФИО11, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве. 

Между тем, в заявлении об уточнении требований (поступило в суд первой инстанции 12.02.2024) кредитор на наличие данного основания привлечения к субсидиарной ответственности не ссылается. 

Принимая во внимание, что кредитор не отказывался от части заявленных временным управляющим требований, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее. 

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе в случае, когда: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В силу п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

В силу п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (п. 11 ст.61.11 Закона о банкротстве). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 1 п. 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 19 Постановления № 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В связи с этим, обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности (наличия установленных законом презумпций) лежит именно на истце.

Временный управляющий ссылался на то, что ему не переданы документы должника на общую сумму 9 500 000 руб., что затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы. 

26.07.2023 временным управляющим направлено уведомление – запрос №16 руководителю должника ФИО3 с требованием о предоставлении документов и сведений в отношении должника.

Как указал управляющий, до настоящего времени в нарушение п. 3.2 ст. 64 Закона о банкротстве руководителем должника не исполнена обязанность по передаче запрошенных сведений и документов, необходимых для осуществления обязанностей временного управляющего. За 2021, 2022 годы информация о сдаче баланса должника в налоговый орган отсутствует. 

13.10.2023 на электронную почту арбитражного управляющего ФИО7 от представителя должника ФИО1 направлено сопроводительное письмо со скан-копиями документов: устава должника, свидетельств ИНН, ОГРН, выписки из ЕГРЮЛ от 16.08.2023, приказа № 3 от 15.10.2020, протокола № 5/2020 от 15.10.2020, лицензии от 19.12.2017, выписки из ЕГРЮЛ от 08.10.2023, сведений о банковских счетах, справки ПАО Сбербанк от 12.08.2020, бухгалтерского баланса на 31.12.2020 с ресурса БФО. 

В сопроводительном  письме даны пояснения. 

Таким образом, документы должника на сумму 9 500 000 руб. временный управляющий не получил. 

В этой связи следует отметить, что определением Арбитражного суда Пермского края от 19.12.2023 (резолютивная часть от 13.12.2023) производство по делу № А50- 6479/2023 по заявлению ФГБУК «АУИПИК» о признании ООО «Сатья Сервис» несостоятельным (банкротом) прекращено.

Полномочия временного управляющего прекращены. 

Процедуры банкротства в отношении должника не ведутся. 

Таким образом, в настоящее время необходимость в документации должника и иных сведениях о должнике для ведения процедур банкротства и исполнения обязанностей управляющего отсутствует. 

То есть отсутствует необходимый признак для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве – существенное затруднение проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирования и реализации конкурсной массы.

Из карточки банкротного дела следует, что 08.08.2023 в Арбитражный суд Пермского края поступило ходатайство временного управляющего ООО «Сатья Сервис» ФИО7 об истребовании у руководителя должника ФИО3 и обязании ее передать временному управляющему заверенных копий документов и информации в отношении должника. 

Далее, временный управляющий отказался от части требований о предоставлении ему копий устава ООО «Сатья Сервис», утвержденного решением внеочередного общего собрания участков (протокол № 8 от 16.03.2022), свидетельств ИНН, ОГРН, выписки из ЕГРЮЛ от 16.08.2023, приказа № 3 от 15.10.2020, протокола 5/2020 от 15.10.2020, лицензии от 19.12.2017, выписки из ЕГРЮЛ от 08.10.2023, сведений о банковских счетах без подписи и даты, справки ПАО Сбербанк от 12.08.2020, бухгалтерского баланса на 31.12.2020, скаченного с сайта ресурса БФО (поскольку данные документы были предоставлены ему представителем должника). 

Вступившим в законную силу определением от 05.12.2023 в удовлетворении данного ходатайства временного управляющего ФИО7 отказано. Судом установлено, что частично копии документов были переданы; частично истребуемые документы не могут быть представлены в связи с отсутствием обязанности у должника составления таких документов; часть документов, в том числе касающаяся наличия дебиторской задолженности в размере стоимости неотделимых улучшений арендованного имущества, утрачена в результате пожара; временному управляющему были переданы заключение эксперта, подтверждающие стоимость неотделимых улучшений. Отсутствие документов не помешало временному управляющему провести анализ финансового состояния ООО «Сатья Сервис», сделать выводы о невозможности восстановления платежеспособности должника, о целесообразности обращения в суд с ходатайством о прекращении производства по делу о банкротстве должника ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, а также об отсутствии источника покрытия судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. 

На момент вынесения указанного определения временным управляющим уже было направлено в суд ходатайство о прекращении производства по делу о банкротстве должника, которое было принято к рассмотрению. Возражения от участвующих в рассмотрении дела лиц по ходатайству о прекращении производства по делу не поступали.

Как указал ответчик, временному управляющему были переданы заключения эксперта, подтверждающие стоимость неотделимых улучшений в размере 96 441 273 руб.

Указанные обстоятельства установлены определением от 05.12.2023 и  имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего обособленного спора (ч. 2 ст. 69 АПК РФ). 

Таким образом, поскольку в настоящее время производство по делу о банкротстве должника прекращено, необходимость в проведении процедур банкротства, использовании документов должника и сведений о нем отсутствует, не передача временному управляющему документов произошла вследствие их объективного отсутствия у руководителя должника, вызванного не зависящими от него причинами; отсутствие документов у временного управляющего не привело к невозможности или существенному затруднению проведения им процедуры банкротства, не привело к невозможности полного погашения требований кредиторов должника; в настоящее время права заявителя по указанному основанию не нарушены, арбитражный суд не усматривает оснований для привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

С учетом указанного соответствующие доводы апелляционной жалобы кредитора о том, что суд необоснованно отказал в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ввиду неисполнения обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника на сумму 9 500 000 руб., в результате не передачи имущества и документов на сумму 9 500 000 руб. временному управляющему не удалось  сформировать конкурсную массу и удовлетворить требования кредиторов, обязанность обеспечения сохранности документации и иного имущества должника возложена на руководителя, отклоняются как несостоятельные. 

Таким образом, в отсутствие совокупности условий, необходимых для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3, ФИО4, ФИО5, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований кредитора.

Довод апеллянта о том, что имелись все основания для привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, противоречит материалам дела, установленным судом обстоятельствам и совокупности представленных доказательств. 

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по апелляционной жалобе в порядке ст. 110 АПК РФ относятся на ее заявителя.

В соответствии с поручением о перечислении на счет с отметкой «исполнено» ФГБУК «АУИПИК» уплачена государственная пошлина по апелляционной жалобе в сумме 15 000 руб.

Поскольку согласно п. 19 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размер государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы в арбитражный суд составляет для юридических лиц 30 000 руб., с ФГБУК «АУИПИК» подлежит взысканию 15 000 руб. на основании ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края  от 11 ноября 2024 года по делу №А50-6479/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры» в доход федерального бюджета 15 000 рублей госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Э.С. Иксанова 

Судьи

О.Н. Чепурченко 

М.А. Чухманцев