/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А42-3535/2014-28

19 сентября 2018 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     12 сентября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 сентября 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Медведевой И.Г.

судей  Мельниковой Н.А., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  Вовчок О.В.,

при участии:  

от к/у АО «Мурманский морской рыбный порт» Креславского О.И.: Голубева Е.С. по доверенности от 22.09.2017,

от Администрации г. Мурманска: Осина Н.В. по доверенности от 31.01.2018, Корпейчук Е.Б. по доверенности от 15.12.2017,

от Комитета по жилищной политике: Туваева Е.Н. по доверенности от 10.09.2018,

от Комитета имущественных отношений: Азорин Е.Н. по доверенности от 13.06.2018

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера  13АП-21167/2018, 13АП-21596/2018)  АО «Мурманский морской рыбный порт» и конкурсного управляющего ММУП «Жилэксплуатация» Прониной С.В. на определение Арбитражного суда Мурманской области от 13.07.2018 по делу № А42-3535/2014-28 (судья Романова М.А.), принятое по заявлению конкурсного кредитора АО «Мурманский морской рыбный порт» о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника контролировавших должника лиц – муниципального образования город Мурманск в лице Администрации города Мурманска, Комитета имущественных отношений г. Мурманска, Комитета по жилищной политике администрации г. Мурманска, взыскании денежных средств солидарно в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу должника 

в рамках дела о банкротстве ММУП «Жилэксплуатация», 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Мурманской области от 22.05.2014 на основании заявления ОАО «Колэнергосбыт» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Мурманского муниципального унитарного предприятия «Жилэксплуатация» (далее – ММУП «Жилэксплуатация», должник, предприятие).

Определением суда от 01.08.2014 в отношении ММУП «Жилэксплуатация» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утверждена Пронина Серафима Викторовна - член Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий». 

Решением Арбитражного суда Мурманской области от 11.02.2015 ММУП «Жилэксплуатация» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена Пронина С.В. 

09.11.2017 (заявление поступило в суд по почте 16.11.2017) конкурсный кредитор АО «Мурманский морской рыбный порт» (далее - АО «ММРП», заявитель) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ММУП «Жилэксплуатация» обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника контролировавших должника лиц – муниципального образования город Мурманск в лице Администрации города Мурманска (ОГРН 1025100849366, ИНН 5191601827), Комитета имущественных отношений г. Мурманска (КИО г. Мурманска, ОГРН 1025100861004, ИНН 5190800019), Комитета по жилищной политике администрации г. Мурманска (КЖП г. Мурманска, ИНН 5190932826), в виде взыскания солидарно денежных средств в следующем размере: по основаниям, указанным в пунктах 1 и 2 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в ред. Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, далее – Закон о банкротстве), -  89 572 529 руб. 54 коп., по основаниям, указанным в пункте 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, - 146 246 392 руб. 37 коп. (с учетом принятых судом в судебном заседании 18.01.2018 уточнений). 

В соответствии с письменными объяснениями заявителя размер субсидиарной ответственности по основаниям, указанным в пункте 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, составил 87 902 884 руб. 96 коп. 

Согласно заявлению АО «ММРП» и уточнениям/дополнениям к нему, возражениям на отзывы оппонентов, основаниями привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности являются:

1. Непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) (пункты 1,2 статьи 61.12 Закона о банкротстве). В 2010, 2012 и 2013 годах Закон о банкротстве содержал положения, обязывающие контролирующих лиц принимать решения о банкротстве неплатежеспособных компаний, до 30.07.2017 субсидиарная ответственность за несвоевременную подачу заявления регулировалась пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве. 

2. Невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и(или) бездействия контролирующего должника лица (статья 61.11 Закона о банкротстве). 

3. Должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и(или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и(или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника (подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Бездействие контролирующих лиц, повлекшее за собой невозможность погашения требований кредиторов, выразилось в не осуществлении контроля за деятельностью должника при наличии прав и обязанности учредителя давать обязательные указания и определять действия должника, в том числе: 

- непринятие мер к понуждению руководителей должника осуществлять мероприятия по взысканию дебиторской задолженности для расчетов с кредиторами. 

- непринятие мер к понуждению руководителей должника по ведению бухгалтерского учета, хранению документов должника. Неисполнение данной обязанности подтверждено решением и актом проверки ФНС России, представленным в дело 14.02.2018, а также актом и заключением проверки контрольно-счетной палаты г. Мурманска. 

- заключение сделок, влекущих предпочтительное удовлетворение одних кредиторов, перед другими, в том числе кредиторов по текущим платежам. 

- использование должника для целей реализации муниципального имущества в обход законодательства о приватизации. 

Как следует из ходатайства о привлечении соответчиков, контролирующими лицами должника наряду с администрацией г. Мурманска являются КИО г. Мурманска как уполномоченный орган местного самоуправления по управлению и распоряжению муниципальной собственностью г. Мурманска и учредитель ММУП «Жилэксплуатация», а также КЖП администрации г. Мурманска как главный распорядитель бюджетных средств в отношении подведомственных ему получателей бюджетных средств и учредитель предприятия. 

Собственником имущества должника является муниципальное образование – г. Мурманск, от имени которого полномочия собственника имущества унитарного предприятия осуществляют органы местного самоуправления, в состав которых входит местная администрация – в данном случае администрация г. Мурманска, структурным подразделением которой является КИО г. Мурманска.

В ходе рассмотрения заявления кредитора конкурсный управляющий Пронина С.В. ходатайствовала о приостановлении по нему производства на основании пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве до реализации имущества должника, ссылаясь на то, что мероприятия конкурсного производства не завершены и определить размер субсидиарной ответственности не представляется возможным.

Определением от 13.07.2018 Арбитражный суд Мурманской области отказал в удовлетворении заявления АО «Мурманский морской рыбный порт», а также в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ММУП «Жилэксплуатация» о приостановлении производства по заявлению, ввиду не установления оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Суд пришел к выводу, что заявителем не доказана вся совокупность обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему делу, для привлечения Администрации г. Мурманска, КИО г. Мурманска, КЖП г. Мурманска к субсидиарной ответственности в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (статьи 61.11 Закона о банкротстве, подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Суд установил, что доказательства, которые бы безусловно свидетельствовали о причинной связи между поведением указанных лиц и банкротством ММУП «Жилэксплуатация», отсутствуют.

В апелляционных жалобах конкурсный управляющий должником Пронина С.В. и АО «Мурманский морской рыбный порт» просили отменить указанное определение как незаконное и необоснованное.

АО «Мурманский морской рыбный порт» в обоснование своей апелляционной жалобы указало, что неподача заявления руководителем влечет субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления, то есть на учредителя должника. Руководитель должника в установленные сроки с заявлением о банкротстве не обратился, ответчики решение о подаче заявления должника в арбитражный суд не приняли (пункты 9.1, 9.2 Устава должника, статьи 20, 35 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»), следовательно, в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (редакция от 28.04.2009 № 73-ФЗ) несут субсидиарную ответственность. По мнению подателя жалобы, вывод суда об отсутствии обязанности ответчиков принимать решение о подаче заявления о банкротстве и невозможности привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по данному основанию сделан при неправильном толковании положений пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве. Также не соответствует обстоятельствам дела вывод суда о том, что причинами неплатежеспособности должника стали обстоятельства, которые не зависели от ответчиков. Так, признаки неплатежеспособности должника существовали до 2012 года, в связи с чем факторы, существовавшие в 2012-2013 году, повлиять на это не могли. Податель жалобы указал, что дебиторская задолженность не взыскивалась, доказательств принятия собственником мер в отношении имущества должника (дебиторской задолженности) для исключения риска убытков, банкротства должника не представлено. При этом в силу пунктов 7.3 и 7.4 Устава контроль за финансово-хозяйственной деятельностью осуществляет Администрация г. Мурманска, Комитет осуществляет контроль сохранности имущества. В силу пп. 4 п. 1 ст. 14 Устава г. Мурманска установление тарифов на услуги, предоставляемые муниципальными предприятиями и учреждениями, и работы, выполняемые муниципальными предприятиями и учреждениями, относится к полномочиям органов местного самоуправления г. Мурманска. В силу ст. 26 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», Устава должника (в том числе п. 4.3, 7.3, 9.1), ст. 54 Устава г. Мурманска МО г. Мурманска давало обязательные для должника указания и иным образом определяло его действия. Таким образом, указанные судом причины неплатежеспособности должника напрямую зависели от действий (бездействия) ответчиков. Будучи осведомленными о финансовом состоянии, убыточности деятельности, наличии непогашенной дебиторской и кредиторской задолженности, бездействии руководителя должника, каких-либо действий для недопущения банкротства должника или решения о его ликвидации и банкротстве с целью недопущения роста кредиторской задолженности ответчики не приняли. Кредиторская задолженность, образовавшаяся с 2007 года, не погашена до настоящего времени. При этом, мероприятия, предусмотренные планом финансового оздоровления не были направлены и не могли восстановить платежеспособность должника. В результате таких действий (бездействия) контролирующих должника лиц в период совершения данных мероприятий продолжался рост кредиторской задолженности, а решения о ликвидации и банкротстве контролирующие должника лица не принимали, используя должника для вывода имущества города, продолжая его деятельность, наращивая кредиторскую задолженность. Таким образом, по мнению подателя жалобы, банкротство (неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам) наступило по вине и в результате бездействия ответчиков, что является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности. Кроме того, податель жалобы не согласен с выводом суда о неприменении к рассматриваемому заявлению положений главы III.2 Закона о банкротстве. Заявление подано 09.11.2017, поэтому к нему применяются положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ в силу статьи 4 этого закона и абзаца второго пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ). В свою очередь, суд применил закон, не подлежащий применению - пункт 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-Ф3, так как в рассматриваемом деле применяются положения иного Федерального закона и его применение прямо прописано в его статье 4.

Конкурсный управляющий должником в своей апелляционной жалобе указала, что при разрешении данного спора применению подлежали пункт 3 статьи 56 ГК РФ и пункт 2 статьи 7 Закона № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях». При этом, диспозиция пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ, действовавшей на момент совершения контролирующими лицами должника рассматриваемых судом действий, не предусматривала такое условие для привлечения к субсидиарной ответственности как наличие вины привлекаемого лица в банкротстве должника: контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности имущества, составляющего конкурсную массу, - то есть, определяющим является факт причинения вреда кредиторам должника. Под действиями, повлекшими причинение вреда интересам кредиторов конкурсный управляющий предполагает действия КИО по согласованию сделок по продаже имущества, находящегося в хозяйственном ведении должника в 2013 году. При этом контролирующим лицом - КИО г. Мурманска - не доказано, что имущество продано по цене, соответствующей его рыночной стоимости, что при проведении публичных торгов в рамках исполнительного производства стоимость имущества не была бы значительно выше. Согласие КИО на совершение сделок было обусловлено отрицательным финансовым результатом деятельности ММУП «Жилэксплуация», учитывая, что кредиторская задолженность предприятия к концу 1 полугодия 2013 г. составила 56 161 тыс. руб. и наблюдается её рост, а также социальной значимостью деятельности предприятия. В качестве социально значимой деятельности предприятия Комитет указал деятельность по организации в границах городского округа электро-, тепло-, газо- и водоснабжения населения, водоотведения, снабжение населения топливом. На момент совершения ответчиками сделок должником не были исполнены решения суда о взыскании с должника денежных средств в пользу юридических лиц, требования которых в дальнейшем были включены в реестр требований кредиторов должника. Таким образом, целью совершения сделок было уклонение от удовлетворения требований кредиторов. Конкурсный управляющий считает, что судом первой инстанции в основу определения неверно положены правовые выводы судов по делу №А42-9030/2015, суд должен был дать оценку действиям КИО по согласованию сделок применительно в Закону о банкротстве и нарушению интересов кредиторов.

В дополнениях к апелляционной жалобе конкурсный управляющий должником указала, что вывод суда первой инстанции о том, что основной причиной банкротства должника являлось то обстоятельство, что деятельность должника на протяжении всего периода была убыточной, поскольку размер средней платы за услугу «Содержание и ремонт» в 2012-2013 был значительно ниже ее себестоимости, был сделан без исследования механизма установления тарифов за услугу «Содержание и ремонт», без проведения анализа договоров управления многоквартирными домами. Между тем, в данном случае заведомо убыточный тариф на услугу «содержание и ремонт» устанавливался контролирующим лицом должника (в случае передачи дома в управление на основании распоряжения) либо юридическим лицом, созданным контролирующим лицом должника. Таким образом, вывод суда о том, что обстоятельства, повлекшие банкротство должника, не зависели от действий контролирующих лиц, основаны на неполном исследовании обстоятельств, имеющих значение для дела. Также судом не были оценены обстоятельства целей создания муниципальных унитарных предприятий, основным видом деятельности которых является (являлось) управление многоквартирными жилыми домами. Податель жалобы указывает на недобросовестность поведения ответчиков, которые заведомо зная о перспективах передачи в управление ветхого и аварийного жилого фонда, тем не менее неоднократно передавали такой жилой фонд муниципальным предприятиям, не предусматривая при этом достаточного компенсаторного механизма, в том числе: внесение в устав предприятий изменений, позволяющих осуществлять иные виды деятельности, доход от которых мог бы покрывать убытки от деятельности по управлению ветхим и аварийным жилым фондом, своевременное признание жилых домов ветхими, аварийными и подлежащими сносу, своевременное возмещение затрат на ремонт и содержание ветхого и аварийного жилья из бюджета муниципального образования, разработку методик проведения муниципальными властями конкурсов с составлением смешанных лотов с включением многоквартирных домов с низким, средним и высоким износом, во избежание случаев, когда управляющие организации игнорируют конкурсы по обслуживанию изношенного фонда жилья, и единственным участником конкурса становится унитарное предприятие. Кроме того, податель жалобы отметил, что собственник предприятия - муниципальное образование город Мурманск в лице уполномоченных органов местного самоуправления: Комитет по управлению муниципальным имуществом города Мурманска был информирован о его финансовом состоянии. ММУП "Жилэксплуатацияс" создано в 2002 году в порядке, установленном пунктом 4 статьи 8 Закона об унитарных предприятиях. Деятельность предприятия зависела от решений фактического собственника (муниципального образования), в результате принятия которых сформировалась кредиторская задолженность. Материалами дела подтверждается, что в соответствии с уставом предприятия у собственника имущества унитарного предприятия существовала обязанность по принятию решения о прекращении деятельности должника (о ликвидации, а при наличии признаков банкротства - об обращении с соответствующим заявлением в суд).

Комитет по жилищной политике, возражая против удовлетворения апелляционной жалобы АО «ММРП» в отзыве на нее указал, что статья 61.12 Закона о банкротстве, пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, устанавливающие, в частности, обязанность собственника имущества должника - унитарного предприятия по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, и на положения которых ссылается АО «ММРП», введены Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ, в связи с чем не могут быть применены к обстоятельствам не обращения в суд с соответствующим заявлением о признании должника банкротом (непринятия решения об обращении в суд), которые объективно имели место в 2011-2013 годах. Должник не ведет деятельность с 2014 года. Длительное время должник не вел работы по взысканию дебиторской задолженности, поскольку предприятие было лишено такой возможности - соответствующие функции на возмездной основе властным распоряжением собственника были переданы ММУП «МРИВЦ». Таким образом, деятельность ММУП «Жилэксплуатация» зависела от принятых решений его фактического собственника. О финансовом состоянии предприятия собственник был информирован. Комитет полагает, что судом первой инстанции был сделан правильный вывод о том, что совершение КИО г. Мурманска противоправных действий, установленных в деле  №А42-9030/2015 и направленных на отчуждение имущества казны муниципального образования город Мурманск Обществам «Теремок» и «Сейнер» путем формального закрепления имущества за ММУП «Жилэксплуатация» на праве хозяйственного ведения для последующей его продажи конкретным лицам без проведения торгов, не повлекло уменьшение имущества предприятия и не имело целью причинение вреда кредиторам должника. Напротив, из полученных от реализации помещений денежных средств были погашены долги ММУП «Жилэксплуатация» по заработной плате, перечислены страховые взносы оплачены услуги сторонних организаций. Действительно, вырученных денежных средств было недостаточно для покрытия кредиторской задолженности в полном объеме, однако, продажа имущества позволила улучшить финансовое положение должника и состояние его расчетов, снизив накопленную кредиторскую задолженность. Основной вид деятельности ММУП «Жилэксплуатация» был убыточен на протяжении всего периода, в связи с чем КИО г. Мурманска систематически проводил мероприятия по его финансовому оздоровлению. В результате антикризисных мер чистые активы ММУП «Жилэксплуатация» в 2012-2012 годах приняли положительное значение и превысили его уставный капитал. То обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили избежать банкротства ММУП «Жилэксплуатагия», не свидетельствует о том, что предприятие признано банкротом по вине контролирующих лиц, в результате совершения последними противоправных действий. Доказательств того, что длительное время должник не вел работы по взысканию дебиторской задолженности по вине контролирующих лиц в нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем не представлено. То обстоятельство, что полномочия по организации и осуществлению комплекса мер по работе с дебиторской задолженность возложены ММУП «МРИВЦ» само по себе не подтверждает как факт отсутствия работы по взысканию, так и совершение собственником имущества должника/учредителем противоправных действий, приведших к  банкротству или существенному ухудшению финансового положения ММУП «Жилэксплуатация». При этом, комитет отметил, что обязанность осуществлять работу по взысканию дебиторской задолженности возложена на руководителя хозяйствующего субъекта, а не на его учредителей и/или собственника имущества.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего Комитет по жилищной политике указал, что предприятие, являясь управляющей организацией, предоставляющей жилищно-коммунальные услуги, не имеет самостоятельного экономического интереса, действует в отношениях с третьими лицами за счет собственников помещений и не приобретает каких-либо вещных прав на имущество, в том числе денежные средства, являющиеся средствами собственников помещений. Фактически денежные средства, подлежащие перечислению управляющей организации со стороны собственников помещений, имеют целевое назначение в виде оплаты коммунальных услуг, услуг по содержанию и ремонту общего имущества жилого дома. Установление платы за услугу «Содержание и ремонт» относится к исключительной компетенции собственников помещений многоквартирного дома, за исключением случаев, предусмотренных Порядком проведения органом местного самоуправления открытого конкурса по отбору управляющей организации для управления многоквартирным домом, утвержденным Постановление Правительства РФ от 06.02.2006 № 75. Иные способы по изменению (увеличению) размера платы за содержание жилого помещения в многоквартирном доме, собственники помещений в которых заключили договоры управления с управляющей организацией по результатам общих собраний, законодательством Российской Федерации не предусмотрены. По состоянию на 01.03.2013 предприятие осуществляло управление 301 многоквартирным  домом   города  Мурманска,   часть   из   которых  являлись неблагоустроенным жильем и жильем в неудовлетворительном состоянии, а также осуществляло обслуживание пустующих муниципальных помещений, возмещение издержек по которым не окупало затраты на их содержание. Неблагоустроенное жилье составляло 71% от 26 обслуживаемого жилого фонда, степень износа жилищного фонда в большей массе - более 65%, 229 домов из адресной программы были признаны ветхими и аварийными. С учетом технических характеристик многоквартирных домов, находящихся под управлением ММУП «Жилэксплуатация», в 2013 году по инициативе муниципального образования город Мурманск, как собственника муниципальных помещений в МКД, с целью увеличения размера платы за содержание жилого помещения в 137 многоквартирных домах было проведено 204 собрания собственников помещений в форме очного и заочного голосования. По решениям общих собраний собственников помещений размер платы за содержание жилого помещения был увеличен в 89 многоквартирных домах на 6 % и 30 %. Таким образом, довод конкурсного управляющего, что Комитетом, как лицом, контролирующим должника устанавливался заведомо убыточный тариф за услугу «Содержание и ремонт» подлежит отклонению. В 2013 году предприятию предоставлено субсидий на общую сумму 9 429 713 руб. 33 коп. Довод конкурсного управляющего о том, что судом не была дана оценка целям создания муниципальных унитарных предприятий в период с 2010-2016 гг. для управления/обслуживания ветхим, аварийным жильем, по мнению Комитета, не подлежит рассмотрению, поскольку не имеет правового значения в рамках рассматриваемого спора. То обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили избежать банкротства ММУП «Жилэксплуатация», не свидетельствует о том, что предприятие признано банкротом по вине контролирующих лиц, в результате совершения последними противоправных действий. Таким образом, для вывода о возникновении субсидиарной ответственности не указанному обстоятельству, необходимо наличие совокупности нескольких обстоятельств: совершение противоправных действий (бездействия) со стороны контролирующих должника лиц, невозможность погашения требований кредиторов и причинно-следственная связь между указанными обстоятельствами. Комитет отметил, что ответственность в данном случае предусмотрена не за наступление несостоятельности должника, а за невозможность осуществления погашений требований кредиторов, таким образом, причины возникновения несостоятельности предприятия, в данном случае, не имеют правового значения.  Также, исходя из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, само по себе противоправное поведение контролирующего лица, в частности, как это имело место в данном случае, неправомерное прекращение права хозяйственного ведения в отношении имущества должника до возбуждения в отношении него процедуры несостоятельности, не влечет применения субсидиарной ответственности. При этом, намерения контролирующего лица при осуществлении спорных действий, исходя из диспозиции пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не имеют правового значения для оценки наличия оснований для применения ответственности по рассматриваемому основанию. В данном случае правовое значение имеют лишь реально наступившие последствия спорных действий (бездействия) контролирующего лица. Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что основными причинами неудовлетворительного финансового положения ММУП «Жилэксплуатация» и объективными причинами его несостоятельности (банкротства) являлись не действия/бездействие контролирующих лиц, а несоответствие средней платы за услугу «Содержание и ремонт» в 2012-2013 годах ее себестоимости (в 2012 году средняя плата 19 руб. 69 коп. за кв.м. при себестоимости в 22 руб. 83 коп. за кв.м., а также несвоевременная оплата жилищно-коммунальных услуг потребителями, процент оплаты к начислению за ЖКУ за 2012 год составил 60%. Между тем, данные обстоятельства каким-либо образом от действий (бездействия) Администрации г. Мурманска, КИО г. Мурманска, КЖП г. Мурманска не зависели.

Администрация города Мурманска в отзыве на апелляционные жалобы указала, что суд первой инстанции обоснованно проверил наличие оснований для привлечения ответчиков к ответственности применительно к статьям 9, 10 Закона о банкротства в редакциях, действовавших на 31.12.2008, 20.01.2011, 01.01.2012, 31.03.2012, 31.12.2012, 31.12.2013 - даты, с которыми конкурсный кредитор связывает возникновение у ответчиков обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника. Из указанных норм права следует, что собственник и (или) учредитель муниципального предприятия не относится к субъектам ответственности, предусмотренной п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, и не может быть привлечен к ответственности  по  обязательствам   должника. Таким образом, основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве отсутствуют, что правильно установлено судом первой инстанции. Администрация полагает, что доводы конкурсного кредитора, о том, что банкротство наступило по вине и  в  результате  бездействия ответчиков  не  основаны  на  законе, поскольку им не обосновано, какие именно меры ответчики были обязаны предпринять для восстановления платежеспособности должника, и какой нормой права предусмотрена обязанность собственника имущества должника и учредителя предпринять такие меры. При этом, эффективность контроля со стороны собственника имущества унитарного предприятия должна выражаться в анализе всех сфер деятельности предприятия без вмешательства в текущие вопросы хозяйственной деятельности. Вопреки доводам конкурсного кредитора, ответственным за финансово-хозяйственную деятельность экономического субъекта является руководитель, а не собственник. Судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что совершение КИО г. Мурманска действий, установленных в деле №А42-9030/2015, не имело целью причинение вреда кредиторам должника. Доказательств существования причинно-следственной связи между действиями ответчиков и банкротством ММУП «Жилэксплуатация» в материалы дела не представлено. В свою очередь, ответчиками представлены доказательства обоснованности и разумности своих действий и совершения их без цели причинения вреда кредиторам должника.

Комитет имущественных отношений города Мурманска, возражая против удовлетворения апелляционных жалоб, в отзыве на них указал, что  заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсным кредитором подано в суд 16.11.2017, что свидетельствует о том, что рассмотрение данного заявления должно производиться по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вопреки доводам подателей жалоб, согласно которому подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве. В своих последних дополнениях к заявлению конкурсный кредитор указал, что, по его мнению, обязанность ответчиков принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом наступила не позднее 30.04.2012. В указанную дату статья 9 Закона о банкротстве действовала в редакции Федерального закона от 03.12.2011 № 390-ФЗ и предполагала обязанность лишь одного контролирующего должника лица обратиться в суд с заявлением должника - его руководителя. Ни Закон о банкротстве, ни иные законы Российской Федерации не содержат нормативных положений, из которых бы следовало, что собственник имущества унитарного предприятия был обязан обращаться в суд с заявлением о признании должника банкротом или принимать решение об этом. При отсутствии предусмотренной законом обязанности обратиться в суд с заявлением должника или принять решение об этом контролирующие лицо не повлекло и не могло повлечь негативных последствий для кредиторов должника. В нарушение статьи 65 АПК РФ доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями или бездействиями ответчиков и нарушением имущественных прав кредиторов ни конкурсным кредитором, ни конкурсным управляющим в материалы обособленного спора представлено не было. Ошибочное изложение конкурсным кредитором и конкурсным управляющим норм действующего законодательства Российской Федерации не может свидетельствовать о наличии вины в законных действиях или бездействиях ответчиков и, как следствие, о незаконности вынесенного судом определения. Конкурсным кредитором не представлено доказательств наличия виновных действия или бездействия ответчиков в непринятии должником мер по взысканию дебиторской задолженности. Не представлено также доказательств необходимости и обязанности совершения ответчиками каких-либо действий для осуществления должником мероприятий, направленных на взыскание дебиторской задолженности, исходя из того принципа, что должник является самостоятельным хозяйствующим субъектом, а руководство его деятельностью на принципах единоначалия осуществляет его руководитель. Вмешательство в хозяйственную деятельность предприятия собственником его имущества недопустимо в силу закона. Аналогично не представлено и доказательств наличия виновных действий или бездействий ответчиков, вследствие которых должником было допущено искажение бухгалтерской отчетности, так как организация и ведение бухгалтерского учета должника возложено на его единоличного исполнительного органа. В отношении довода о постановлении администрации города Мурманска от 14.12.2005 № 1376 Комитет отметил, что указанное постановление не содержало и не могло содержать каких-либо властно-распорядительных полномочий, запрещающих самостоятельное взыскание дебиторской задолженности должником, в связи с чем никак не могло ограничить гражданско-правовую дееспособность должника. В отношении довода кредитора о наличии противоправных действий со стороны ответчиков по одобрению сделок по продаже объектов недвижимого имущества, Комитет указал, что решением Арбитражного суда Мурманской области по делу № А42-9030/2015 было установлено, что указанные сделки являются ничтожными в силу части 1 статьи 167 ГК РФ и не могли повлечь юридических последствий. В рассматриваемом случае, одобряя сделки по продаже недвижимого имущества по цене не ниже рыночной стоимости, ответчики не могли создать условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, так как фактически должник получил денежные средства от реализации имущества, в размере рыночной стоимости такого имущества, а учитывая тот факт, что данные сделки являлись ничтожными, и имущество, в силу закона, не могло входить в состав активов должника, активы должника фактически были увеличены на сумму денежных средств от продажи данного имущества. Несмотря на состоявшийся судебный акт по делу № А42-903072015, Комитет считает необходимым отметить, что наделение должника правом хозяйственного ведения в отношении недвижимого имущества являлось лишь способом оказать материальную поддержку унитарному предприятию. Муниципальное образование город Мурманск могло оказать такую материальную поддержку своему унитарному предприятию лишь двумя способами: увеличением уставного фонда предприятии за счет денежных средств или наделением предприятия правом хозяйственного ведения в отношении объектов муниципальной собственности. Оба этих способа материальной поддержки были реализованы: уставный фонд должника был увеличен на 10 000 000 руб.; предприятие было наделено правом хозяйственного ведения в отношении объектов недвижимого имущества, распоряжалось ими и извлекло прибыль от распоряжения такими объектами, которая, как уже было отмечено, увеличила активы должника. Комитет также отметил, что исходя из правового смысла статьи 61.11 Закона о банкротстве, само по себе противоправное поведение контролирующего лица, в частности, как это имело место в данном случае (совершение притворных сделок), не влечет применения субсидиарной ответственности. Довод конкурсного кредитора о возможном намерении ответчиков использовать должника для вывода имущества из казны муниципального образования город Мурманск не был подтвержден представленными в материалы дела доказательствами и носил предположительный характер. Именно с целью извлечения прибыли предприятию был передан ряд объектов, которые либо уже были обременены арендными правоотношениями либо могли быть ими обременены. Иной цели Комитет имущественных отношений города Мурманск при наделении должника правом хозяйственного ведения в отношении спорного объекта не имел и преследовал исключительно интересы муниципального образования город Мурманск, для реализации которых и было создано ММУП «Жилэксплуатация». Конкурсным кредитором в материалы дела не представлено ни прямых, ни косвенных доказательств, свидетельствующих об иной цели Комитета при наделении ММУП «Жилэксплуатация» правом хозяйственного ведения в отношении объектов недвижимого имущества. Более того, как уже было отмечено, ответственность по статье 61.11 Закона о банкротстве предусмотрена не за наступление несостоятельности должника, а за невозможность полного погашения требований кредиторов, в связи с чем причины возникновения несостоятельности должника, в данном случае, не имеют правового значения. В силу части 3 статьи 30 Закона о банкротстве в целях предупреждения банкротства организаций собственник имущества должника - унитарного предприятия до момента подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом принимает меры, направленные на восстановление платежеспособности должника. Такой мерой, в том числе, было согласование плана мероприятий по оздоровлению финансово-хозяйственной деятельности предприятия. Комитет отметил, что указанный план был разработан самим должником и согласован ответчиками, так как совершение действий со стороны уполномоченных органов и направленных на восстановление платежеспособности предприятия является их обязанностью, предусмотренной Законом о банкротстве и не может свидетельствовать о каких либо иных намерениях. Из изложенного также следует, что доводы конкурсного кредитора и конкурсного управляющего не основаны на нормах действующего законодательства и подлежат отклонению, а обжалуемое определение законно и обосновано и не подлежит изменению.

11.09.2018 в материалы дела от конкурсного управляющего ММУП «Жилэксплуатация» Прониной С.В. поступило заявление о рассмотрении апелляционной жалобы в ее отсутствие.

В судебном заседании апелляционного суда представитель АО «Мурманский морской рыбный порт» доводы апелляционной жалобы поддержала. Представители Администрации г. Мурманска, Комитета имущественных отношений г. Мурманска, Комитета по жилищной политике администрации г. Мурманска возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, апелляционный суд не установил оснований для его отмены.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, учредителем ММУП «Жилэксплуатация» является Комитет по управлению муниципальным имуществом г. Мурманска (пункт 1.4 Устава), пункт 2.1 постановления администрации г. Мурманска от 25.11.2002 №2206. 

Приказом КИО г. Мурманска от 17.05.2010 №519 внесены изменения в устав ММУП «Жилэксплуатация», определено, что учредителем предприятия является Комитет имущественных отношений г. Мурманска (КИО г. Мурманска). 

Постановлением администрации г. Мурманска от 16.05.2013 №1090 в качестве структурного подразделения администрации г. Мурманска, уполномоченного на осуществление функций и полномочий учредителя ММУП «Жилэксплуатация», определен Комитет по жилищной политике администрации г. Мурманска (КЖП администрации г. Мурманска).

Таким образом, администрация города Мурманска в спорный период не осуществляла полномочия собственника имущества ММУП «Жилэксплуатация» и не являлась его учредителем.

Согласно Уставу муниципального образования город Мурманск, администрация города в порядке, установленном нормативными правовыми актами Совета депутатов города Мурманска, принимает решения по управлению и распоряжению муниципальным имуществом, решения о создании, реорганизации, ликвидации муниципальных предприятий, определяет цели, условия и порядок их деятельности, назначает и освобождает от должности их руководителей (пункт 11 статьи 45, пункт 3.1 статьи 54). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 47 Устава муниципального образования город Мурманск полномочия администрации города в конкретных сферах управления, а также обеспечение деятельности органов местного самоуправления осуществляются территориальными, функциональными органами и иными структурными подразделениями администрации города (комитеты, управления, отделы, сектора).

Согласно пункту 1.2 Положения о Комитете имущественных отношений города Мурманска, утвержденного постановлением Администрации г. Мурманска от 23.12.2003 №1153 (далее – Положение), пунктом 6.4 решения Мурманского городского Совета от 06.10.1998 №17-153 «О Положении «Об управлении и распоряжении муниципальной собственностью г. Мурманска», действовавшем в спорный период, Комитет является уполномоченным органом местного самоуправления по управлению и распоряжению муниципальной собственностью города Мурманска.

Комитет осуществляет от имени муниципального образования город Мурманск права собственника муниципального имущества, обеспечивает защиту имущественных прав и интересов муниципального образования (пункт 1.5 Положения). Основными направлениями деятельности Комитета являются: ликвидация муниципальных унитарных предприятий, закрепление за ними  имущества на праве хозяйственного ведения, анализ их финансово-хозяйственной деятельности.

Главным распорядителем средств бюджета муниципального образования г. Мурманск по возмещению убытков по жилищно-коммунальному хозяйству в 2010 году являлся Комитет по развитию городского хозяйства администрации г. Мурманска, в 2012-2013 годах – КЖП администрации г. Мурманска (письмо управления финансов администрации г. Мурманска от 10.01.2018 исх. №24-04-12/8 с приложениями).

В рассматриваемом случае в спорный период фактически органами, полномочными давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, были Комитет имущественных отношений г. Мурманска и КЖП администрации г. Мурманска. Как верно указал суд первой инстанции, то обстоятельство, что комитеты являлись структурными подразделениями администрации и подотчетны Главе администрации, а проверка деятельности предприятия проводилась аудиторами администрации, применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве, не имеет правового значения. 

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее по тексту - Закон N 266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования.

            Пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона N 266-ФЗ).

Поскольку заявление кредитора о привлечении к субсидиарной ответственности контролировавших должника лиц подано 16.11.2017, то при его рассмотрении применяются процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. 

             Вместе с тем, исходя из общих положений статьи 4 ГК РФ о действии положений гражданского законодательства по времени, суд первой инстанции обоснованно указал, что, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к субсидиарной ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат те положения Закона о банкротстве, которые действовали на момент существования обстоятельств, расцененных заявителем в качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности.

В обоснование заявления АО «ММРП» указало, что должник в 2012, 2013 годах и в дальнейшем находился в тяжелом финансовом состоянии, по состоянию на 07.12.2010 и позднее уже существовала не погашенная с 2007 года задолженность, включенная в настоящее время в реестр требований кредиторов ММУП «Жилэксплуатация». По состоянию на 20.01.2011, 01.01.2012, 31.12.2012, 31.12.2013 предприятие обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества. Согласно дополнениям к заявлению датой, после которой очевидно возникла необходимость в подаче руководителем должника заявления о банкротстве, является 31.12.2008, а также 31.03.2012.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакциях, действовавших на 31.12.2008, 20.01.2011, 01.01.2012, 31.03.2012, 31.12.2012, 31.12.2013 - даты, с которыми АО «ММРП» связывает возникновение у ответчиков обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве предприятия, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; 

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; 

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 3 (пункт 2 в редакции Федерального закона №73-ФЗ) указанной статьи заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых этим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, к субсидиарной ответственности в данном случае могут быть привлечены лишь те лица, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления. К таким лицам, согласно Закону о банкротстве, относятся руководитель должника - юридического лица, должник - индивидуальный предприниматель и ликвидационная комиссия (ликвидатор) должника - юридического лица.

Исходя из положений вышеуказанных норм права, субсидиарная ответственность возлагается на руководителя должника, как лицо обязанное подать соответствующее заявление, а не на учредителя этого юридического лица, о чем заявлено АО «ММРП».

Собственник имущества муниципального предприятия, в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, также не относится к субъектам ответственности за неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением должника, а, согласно пунктам 2, 5 статьи 10 и пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве, субъектом ответственности за неподачу заявления должника и за неисполнение обязанности по хранению документации и ведению достоверной бухгалтерской отчетности должника является руководитель должника.

Поскольку приведенные положения не предусматривали обязанности собственника имущества должника-унитарного предприятия и/или его учредителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника или принятию соответствующего решения, суд первой инстанции правомерно установил, что привлечение их к ответственности за неисполнение данной обязанности невозможно. Таким образом, основания для привлечения Администрации города Мурманска, КИО г. Мурманска и КЖП г. Мурманска, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данному основанию отсутствуют, поскольку ни один из указанных ответчиков не относится к лицам, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления.

Доводы подателей жалоб о том, что при наличии признаков банкротства собственник имущества муниципального унитарного предприятия обязан принять решение о подаче заявления должника в арбитражный суд, не основан на нормах Закона о банкротстве, поскольку пунктом 1 статьи 9 данного закона предусмотрено лишь право органа, уполномоченного собственником имущества должника - унитарного предприятия, принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.

Ссылка подателей жалоб на Федеральный закон "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" является неправомерной, поскольку указанным законом на собственника имущества государственного или муниципального унитарного предприятия возложена обязанность при определенных условиях принять решение о ликвидации или реорганизации предприятия, но не о подаче заявления о его банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 224 Закона о банкротстве заявление о признании должника банкротом должно быть подано в арбитражный суд собственником имущества должника - унитарного предприятия, учредителем или руководителем должника при обнаружении обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, но после принятия решения о ликвидации юридического лица и до создания ликвидационной комиссии. В данном случае решение о ликвидации Предприятия принято не было, а потому предусмотренные законом условия, обязывающие названных лиц подать заявление о признании Предприятия банкротом, не наступили.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" непринятие собственником имущества унитарного предприятия решения о его ликвидации (реорганизации) при отрицательном значении чистых активов унитарного предприятия предоставляет кредиторам право потребовать прекращения или досрочного исполнения обязательств унитарным предприятием и возмещения убытков, но не привлечения собственника к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия.

Неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением должника при наличии признаков неплатежеспособности (статья 9 Закона о банкротстве) может повлечь субсидиарную ответственность руководителя должника (а не собственника имущества) по обязательствам, возникшим после возникновения обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 10 того же Закона).

Как верно указал суд первой инстанции, статья 61.12 Закона о банкротстве, пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, устанавливающие, в частности, обязанность собственника имущества должника - унитарного предприятия по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, и на положения которых сослалось АО «ММРП», введены Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ, в связи с чем не могут быть применены к обстоятельствам не обращения в суд с соответствующим заявлением о признании должника банкротом (непринятия решения об обращении в суд), которые объективно имели место в 2011-2013 годах.

В обоснование своих требований АО «ММРП» также указало, что переданные КИО г. Мурманска в 2013 году ММУП «Жилэксплуатация» в хозяйственное ведение помещения спустя 3-6 месяцев были отчуждены предприятием на основании договоров купли-продажи без проведения торгов. Проверкой за 2012 год установлены допущенные искажения данных бухгалтерского учета. Должник не ведет деятельность с 2014 года. Длительное время должник не вел работы по взысканию дебиторской задолженности, поскольку предприятие было лишено такой возможности – соответствующие функции на возмездной основе властным распоряжением собственника были переданы ММУП «МРИВЦ». Таким образом, деятельность ММУП «Жилэксплуатация» зависела от принятых решений его фактического собственника. О финансовом состоянии предприятия собственник был информирован.

Как указывалось ранее, для установления состава правонарушения в отношении действий, совершенных привлекаемыми к ответственности лицами до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, применяются материально-правовые нормы Закона о банкротстве, действовавшие в соответствующий период.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, действующей с 30.06.2013), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: 

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; 

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. 

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно. 

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Указанная ответственность является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на собственника имущества должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Бремя доказывания названных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

В связи с принятием Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, вступившим в силу 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве утратила силу, введена статья 61.11, согласно пункту 1 которой, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов. 

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11).

Кроме того, в соответствии с подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ №53)).

Из разъяснений пунктов 16, 17 указанного постановления следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинноследственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В разъяснениях пункта 19 постановления Пленума ВС РФ №53 указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Кроме того, согласно пункту 23 разъяснений постановления Пленума ВС РФ №53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В соответствии с законодательством не допускается привлечение к субсидиарной ответственности учредителя должника или собственника его имущества вследствие одного лишь факта наличия у таких лиц субъективного права давать обязательные для должника указания и определять действия должника при осуществлении его деятельности.

Как следует из материалов дела, согласно отчетам конкурсного управляющего от 30.08.2017, 01.12.2017, от 10.01.2018  в конкурсную массу  должника включено 5 объектов недвижимого имущества (согласно пояснениям Прониной С.В. ей было передано 6 объектов недвижимого имущества), материальные ценности и дебиторская задолженность собственников нежилых помещений, юридических лиц по обслуживанию нежилых помещений в сумме 4 555 572 руб. 02 коп., а также дебиторская задолженность населения и юридических лиц за ЖКУ – 175 201 046 руб. 21 коп.

Арбитражным судом установлено, что дебиторская задолженность физических лиц на сумму 143 977 065 руб. 12 коп. оценена в 11 602 000 руб., дебиторская задолженность юридических лиц на сумму 10 423 139 руб. оценена в    1 355 000 руб. Также произведена оценка одного объекта недвижимого имущества, оценочная стоимость 675 тыс. руб. (отчет об оценке не согласован с уполномоченным органом). 

Имущество должника не реализовано.

В реестр требований кредиторов ММУП «Жилэксплуатация» по состоянию на 12.12.2017 включены требования 1 кредитора первой очереди на сумму 5 000 руб. (моральный вред), а также 12 кредиторов третьей очереди на общую сумму 85 203 452 руб. 58 коп. Кроме того, признаны установленными требования 6 кредиторов на общую сумму 4 369 076 руб. 96 коп. 

По состоянию на 10.01.2018 на расчетный счет должника поступило 29 809 130 руб. 69 коп., списано 33 909 870 руб. 14 коп. (отчет о движении денежных средств). Денежные средства направлены на погашение текущих платежей. Реестр текущих платежей по состоянию на 26.12.2017 представлен в материалы дела конкурсным управляющим.

Материалами дела установлено, что основным видом деятельности ММУП «Жилэксплуатация» является уборка территории и аналогичная деятельность (ОКВЭД 90.00.3).

Пунктом 1.1 Устава ММУП «Жилэксплуатация», утв. приказом комитета по управлению муниципальным имуществом г. Мурманска от 28.11.2002 №1819/04, определено, что предприятие создано в целях решения социальных задач (содержание и техническое обслуживание муниципального жилищного фонда).

В целях получения прибыли предприятие имеет право использовать имущество, принадлежащее ему на праве хозяйственного ведения, для выполнения работ в соответствии с заключаемыми договорами на техническое обслуживание зданий и сооружений, не относящихся к муниципальной собственности, для осуществления указанных в Уставе видов деятельности, а также оказывать услуги населению и предприятиям всех форм собственности.

Приказами КИО г. Мурманска от 03.06.2013 №687, от 02.10.2013 №1237 ММУП «Жилэксплуатация» из муниципальной казны г. Мурманска передано на праве хозяйственного ведения следующее недвижимое имущество:

1) нежилое помещение общей площадью 83,6 кв. м, расположенное по адресу: г. Мурманск, ул. Полярные Зори, д. 7, цокольный этаж, номера на поэтажном плане III; 

2) нежилое помещение общей площадью 95,9 кв. м, расположенное по адресу: г. Мурманск, ул. Коминтерна, д. 15, 1 этаж, номера на поэтажном плане II; 

3) часть здания - офис общей площадью 298,9 кв. м, расположенное по адресу: г. Мурманск ул. Воровского, д. 20, подвальный и цокольный этажи, номер на поэтажном плане 16/1-12; 2а/1-10; 

4) нежилое помещение общей площадью 55,6 кв. м, расположенное по адресу: г. Мурманск, ул. Шмидта, д. 31/1, подвал, номер на поэтажном плане 5а/1-9; 

5) нежилые помещения общей площадью 18,7 кв. м, расположенные по адресу: г. Мурманск, ул. Полярные Зори, д. 19, 1 этаж; 

6) часть помещений подвала общей площадью 240,8 кв. м, расположенные по адресу: г. Мурманск, ул. Пушкинская, д. 14, номера на поэтажном плане 1/1-15. 

7) нежилое помещение общей площадью 17,00 кв. м, расположенное по адрес: г. Мурманск, ул. Полярные Зори, д. 49/5, цокольный этаж.

Между тем, закрепленные за предприятием 03.06.2013 на праве хозяйственного ведения нежилые помещения (ул. Пушкинская д. 14 и ул. Коминтерна д. 15), изначально переданные предприятием в аренду ООО «Теремок» 01.09.2013 (договоры №19195 и 19194), были проданы указанному лицу 01.09.2013 и 16.09.2013; нежилое помещение (ул. Полярные Зори д. 49/5), переданное ММУП «Жилэксплуатация» на праве хозяйственного ведения 02.10.2013, находившееся с 22 01.10.2013 в аренде у ООО «Сейнер» по договору с КИО г. Мурманска от 27.09.2013 №19172, продано указанному лицу 05.06.2014.

Решением Арбитражного суда Мурманской области от 09.02.2016 по делу №А42-9030/2015, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2016 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.09.2016 установлено, что предприятие не было заинтересовано в получении прибыли от сдачи помещений в аренду, муниципальные помещения с момента их передачи Комитетом в хозяйственное ведение ММУП «Жилэксплуатация» фактически не находились в пользовании предприятия, не использовались последним в пределах предмета и целей уставной деятельности муниципального унитарного предприятия.

Учитывая изложенное, в деле №А42-9030/2015 суд пришел к выводу, что закрепление за предприятием на праве хозяйственного ведения указанных нежилых помещений (ул. Пушкинская д. 14, ул. Коминтерна д. 15 и ул. Полярные Зори д. 49/5) и последующее согласие собственника на продажу объектов конкретным обществам были направлены на отчуждение муниципального имущества в частную собственность в обход статей 2 и 13 Федерального закона от 21.12.2001 №178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества». Таким образом, фактически в рамках №А42-9030/2015 установлены признаки притворности соответствующих сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Суд первой инстанции верно установил, что вне зависимости от предъявления реституционного (статья 167 ГК РФ) или виндикационного (статья 301 ГК РФ) требования, если бы таковое было предъявлено, с учетом изложенных выше обстоятельств перечисленные выше 3 помещения подлежали бы возврату в казну муниципального образования г. Мурманск, а не передаче ММУП «Жилэксплуатация», и данное имущество не могло пополнить конкурсную массу должника.

В связи с изложенным, преставляется обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что само по себе совершение КИО г. Мурманска противоправных действий, установленных в деле №А42-9030/2015, и направленных на отчуждение имущества казны муниципального образования город Мурманск Обществам «Теремок» и «Сейнер» путем формального закрепления имущества за ММУП «Жилэксплуатация» на праве хозяйственного ведения для последующей его продажи конкретным лицам без проведения торгов, не повлекло уменьшение имущества предприятия и не имело целью причинение вреда кредиторам должника.

Доказательства того, что помещения использовались в хозяйственной деятельности должника и их реализация повлекла прекращение каких-либо видов деятельности, в деле отсутствуют.

Напротив, из полученных от реализации помещений денежных средств были погашены долги ММУП «Жилэксплуатация» по заработной плате в размере 1 158 182 руб. 11 коп., перечислены страховые взносы на сумму 2 153 227 руб. 99 коп. и оплачены услуги сторонних организаций в размере 8 041 458 руб. 48 коп. (решение Мурманского УФАС России по делу №07-03/15-17 от 02.12.2015).

В рассматриваемом случае, одобряя сделки по продаже недвижимого имущества по цене не ниже рыночной стоимости, ответчики не могли создать условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, так как фактически должник получил денежные средства от реализации имущества, в размере рыночной стоимости такого имущества, а учитывая тот факт, что данные сделки являлись ничтожными, и имущество, в силу закона, не могло входить в состав активов должника, активы должника фактически были увеличены на сумму денежных средств от продажи данного имущества. 

Действительно, вырученных денежных средств было недостаточно для покрытия кредиторской задолженности в полном объеме, однако, продажа имущества позволила улучшить финансовое положение должника и состояние его расчетов, снизив накопленную кредиторскую задолженность.

Довод АО «ММРП» о том, что реализация имущества (равно как и заключение договоров цессии в рамках плана финансового оздоровления) повлекла за собой погашение требований отдельных кредиторов, то есть предпочтительное удовлетворение требований одних кредиторов перед другими, был предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонен с учетом  того, что  сделки «с предпочтением» являются оспоримыми, совершенные платежи/договоры цессии в установленном порядке недействительными признаны не были, правовая оценка платежей на предмет наличия/отсутствия совокупности обстоятельств, достаточных для вывода о предпочтительном удовлетворении требований одних кредиторов перед другими судом в рамках дела №А42-9030/2015 не давалась, и в рамках настоящего спора также дана быть не может.

Как следует из разъяснений в пункте 23 постановления Пленума ВС РФ №53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен  существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В данном случае при том, что уступалось право требования за коммунальные услуги, оказанные населению и юридическим лицам, собираемость платежей по которым  составляла около 60%, заключенные с ПАО «Мурманская ЦЭЦ» договоры не являются для ММУП «Жилэксплуатация» убыточными, уступка прав осуществлена возмездно, договоры предусматривают соразмерное встречное предоставление.

Договоры цессии были заключены и осуществлен зачет взаимных требований не только с ПАО «Мурманская ТЭЦ», но и с АО «ММРП», по которому была погашена кредиторская задолженность предприятия перед АО «ММРП» как ресурсоснабжающей организацией.

Учитывая специфику деятельности управляющих компаний, заключение ими договоров цессии с ресурсоснабжающими организациями является распространенной практикой, не выходящей за рамки добросовестного поведения, имеющей целью снижение долговой нагрузки управляющей компании, а не причинение вреда имущественным правам кредиторов.

ММУП «Жилэксплуатация», являясь управляющей организацией, предоставляющей жилищно-коммунальные услуги, не имеет самостоятельного экономического интереса, действует в отношениях с третьими лицами за счет собственников помещений и не приобретает каких-либо вещных прав на имущество, в том числе денежные средства, являющиеся средствами собственников помещений. Фактически денежные средства, подлежащие перечислению управляющей организации со стороны собственников помещений, имеют целевое назначение в виде оплаты коммунальных услуг, услуг по содержанию и ремонту общего имущества жилого дома.

Согласно бухгалтерскому балансу ММУП «Жилэксплуатация» за 2011 год  балансовая стоимость имущества составляет 11 374 тыс. руб., в том числе 51 тыс. руб. – основные средства, 152 тыс. руб. – финансовые вложения, 386 тыс. руб. – запасы, 10 000 руб. – дебиторская задолженность, 784 тыс. руб. – денежные средства. Кредиторская задолженность – 49 943 тыс. руб. Отчёт о прибылях и убытках - чистый убыток (совокупный финансовый результат) 456 тыс. руб. 

Согласно бухгалтерскому балансу ММУП «Жилэксплуатация» за 2012 год балансовая стоимость имущества составляет 35 567 тыс. руб., в том числе 482 тыс. руб. – основные средства, 575 тыс. руб. – запасы, 34 106 руб. – дебиторская задолженность, 152 тыс. руб. – финансовые вложения, 252 тыс. руб. – денежные средства. Кредиторская задолженность – 19 718 тыс. руб. Отчёт о финансовых результатах - чистая прибыль 43 957 тыс. руб., чистые активы – 15 849 руб. 

Согласно бухгалтерскому балансу (уточненный) ММУП «Жилэксплуатация» за 2013 год  балансовая стоимость имущества составляет 107 300 тыс. руб., в том числе 1 193 тыс. руб. – основные средства, 7 тыс. руб. – отложенные налоговые активы, 617 тыс. руб. – запасы, 104 261 руб. – дебиторская задолженность, 152 тыс. руб. – финансовые вложения, 1 070 тыс. руб. – денежные средства. Кредиторская задолженность – 86 246 тыс. руб. Отчёт о финансовых результатах  - чистый убыток 232 тыс. руб., чистые активы – 21 054 руб. 

Указанные данные позволили суду первой инстанции сделать вывод о том, что финансовое состояние ММУП «Жилэксплуатация» было нестабильным: в 2011 и 2013 годах деятельность предприятия была убыточной (чистый убыток 688 тыс. руб.), при этом в 2012 году чистая прибыль составила 43 957 тыс. руб., и по итогам 2013 года чистые активы превышали 21 млн. руб. В 2013 году произошло увеличение активов предприятия по сравнению с 2012 годом более чем в 3 раза до 107 300 тыс. руб. с одновременным увеличением кредиторской задолженности более чем в 4 раза до 86 246 тыс. руб.

Основной вид деятельности ММУП «Жилэксплуатация» был убыточен на протяжении всего периода. По состоянию на 01.03.2013 предприятие осуществляло управление 301 многоквартирным домом города Мурманска, часть из которых являлись неблагоустроенным жильем и жильем в неудовлетворительном состоянии, а также осуществляло обслуживание пустующих муниципальных помещений, возмещение издержек по которым не окупало затраты на их содержание. Неблагоустроенное жилье составляло 71% от 26 обслуживаемого жилого фонда, степень износа жилищного фонда в большей массе – более 65%, 229 домов из адресной программы были признаны ветхими и аварийными.

Зная о сложном финансовом положении предприятия, КИО г. Мурманска систематически проводил мероприятия по его финансовому оздоровлению, в частности, в 2012 году уставной фонд ММУП «Жилэксплуатация» был увеличен на 10 млн. руб. (денежные средства в полном объеме перечислены предприятию Комитетом в сентябре 2012 года – анализ финансовой отчетности должника за 2011-2013 годы, проведенный управлением финансов администрации г. Мурманска), в 2013 году разработан план финансового оздоровления предприятия, предусматривающий не только получение доходов от сдачи в аренду имущества и продажи части помещений, но и увеличение тарифов на ремонт и содержание многоквартирных домов (деревянный жилфонд) на 30%, возмещение фактических затрат по общежитиям и получение субсидий по аварийному и ветхому жилфонду, повышение уровня собираемости платежей, снижение дебиторской и кредиторской задолженности (путем заключения соглашений о рассрочке и уступки прав требования дебиторской задолженности ресурсоснабжающим организациям и пр.), снижения расходов предприятия. Согласно плану прогнозный финансовый результат деятельности предприятия на 2013 год без плана – убыток 19 567 950 руб. 44 коп., с учетом плана – оптимистический прогноз убыток 515 736 руб. 69 коп., пессимистический прогноз – убыток 5 482 043 руб. 73 коп. 

КЖП г. Мурманска в 2013 году предоставило предприятию субсидии на общую сумму 9 429 713 руб. 33 коп. 

В конце 2012 года - 2013 году КИО г. Мурманска передало предприятию в хозяйственное ведение 12 объектов недвижимого имущества. 

Осуществление указанных мероприятий (наряду со списанием невостребованной кредиторской задолженности), в том числе плана финансового оздоровления, позволило предприятию получить по итогам 2012 года чистую прибыль в сумме 43 957 тыс. руб. (при том, что убыток от продаж в 2012 году составил 17 048 тыс. руб.), а в 2013 году снизить чистый убыток от деятельности до 232 тыс. руб. при убытке от продаж на сумму 10 793 тыс. руб.). В результате антикризисных мер чистые активы ММУП «Жилэксплуатация» в 2012-2012 годах приняли положительное значение и превысили его уставный капитал.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, то обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили избежать банкротства ММУП «Жилэксплуатация», не свидетельствует о том, что предприятие признано банкротом по вине контролирующих лиц, в результате совершения последними противоправных действий.

Податели жалоб считают, что ответчиками в нарушение статьи 26 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" не осуществлялся контроль за деятельностью предприятия, не были приняты меры для недопущения банкротства должника, для взыскания дебиторской задолженности.

Между тем, подателями жалоб не обосновано, какие именно меры ответчики были обязаны предпринять для восстановления платежеспособности должника, и какой нормой права предусмотрена обязанность собственника имущества должника и учредителя предпринять такие меры. 

В то же время необходимо учитывать, что эффективность контроля со стороны собственника имущества унитарного предприятия, учредителя должна выражаться в анализе всех сфер деятельности предприятия без вмешательства в текущие вопросы хозяйственной деятельности. 

Вопреки доводам подателей жалоб, ответственным за финансово-хозяйственную деятельность экономического субъекта является руководитель, а не собственник или учредитель. 

Доказательств необходимости и обязанности совершения ответчиками каких-либо действий для осуществления должником мероприятий, направленных на взыскание дебиторской задолженности, исходя из того принципа, что должник является самостоятельным хозяйствующим субъектом, а руководство его деятельностью на принципах единоначалия осуществляет его руководитель, в материалы дела не представлено. Кроме того, вмешательство в хозяйственную деятельность предприятия собственником его имущества недопустимо в силу закона. 

Аналогично не представлено и доказательств наличия виновных действий или бездействий ответчиков, вследствие которых должником было допущено искажение бухгалтерской отчетности, так как организация и ведение бухгалтерского учета должника возложена на его единоличный исполнительный орган. 

АО «ММРП» в обоснование своих требований указало, что проверкой за 2012 год установлены допущенные искажения данных бухгалтерского учета ММУП «Жилэксплуатация». 

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, нарушения, отраженные в акте, а в последующем в заключении контрольно-счетной палаты г. Мурманска по результатам плановой проверки отдельных вопросов финансово-экономической деятельности ММУП «Жилэксплуатация» за период с 01.01.2012 по 31.12.2012  и отчете о работе контрольно-счетной палаты г. Мурманска за 2013 год – неправомерные, неэффективные расходы предприятия и прочие финансовые нарушения - не являются следствием действий контролирующих лиц. По результатам проверки часть неправомерных расходов возмещена, данные бухгалтерского учета приведены в соответствие.

Довод АО «ММРП» о том, что должник длительное время не вел работы по взысканию дебиторской задолженности по вине контролирующих лиц, также не нашел своего объективного подтверждения у суда первой инстанции. То обстоятельство, что полномочия по организации и осуществлению комплекса мер по работе с дебиторской задолженность возложены ММУП «МРИВЦ» само по себе не подтверждает как факт отсутствия работы по взысканию, так и совершение собственником имущества должника/учредителем противоправных действий, приведших к банкротству или существенному ухудшению финансового положения ММУП «Жилэксплуатация».

Постановление администрации города Мурманска от 14.12.2005 №1376 «О работе с задолженностью населения по оплате за жилье и коммунальные услуги», на которое ссылалось АО «ММРП», отменено в связи с изданием  постановления администрации города Мурманска от 10.09.2007 №1205 «О работе с задолженностью населения и юридических лиц по оплате жилых помещений и коммунальных услуг». Данные постановления не запрещали управляющим организациям, в том числе ММУП «Жилэксплуатация», самостоятельно осуществлять мероприятия по взысканию дебиторской задолженности. В них не содержались какие-либо властно-распорядительные полномочия, запрещающие самостоятельное взыскание дебиторской задолженности должником, в связи с чем никак не могло ограничить гражданско-правовую дееспособность должника. 

При этом, суд обоснованно отметил, что обязанность осуществлять работу по взысканию дебиторской задолженности возложена на руководителя хозяйствующего субъекта, а не на его учредителей и/или собственника имущества.

В силу части 3 статьи 30 Закона о банкротстве в целях предупреждения банкротства организаций собственник имущества должника - унитарного предприятия до момента подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом принимает меры, направленные на восстановление платежеспособности должника. Такой мерой, в том числе, было согласование плана мероприятий по оздоровлению финансово-хозяйственной деятельности предприятия. Указанный план был разработан самим должником и согласован ответчиками, так как совершение действий со стороны уполномоченных органов и направленных на восстановление платежеспособности предприятия является их обязанностью, предусмотренной Законом о банкротстве и не может свидетельствовать о каких-либо иных намерениях.

По условиям пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, на который ссылалось АО «ММРП» в обоснование требований, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Таким образом, для вывода о возникновении субсидиарной ответственности по указанному обстоятельству, необходимо наличие совокупности нескольких обстоятельств: совершение противоправных действий (бездействия) со стороны контролирующих должника лиц, невозможность погашения требований кредиторов и причинно-следственная связь между указанными обстоятельствами. 

Необходимо отметить, что в данном случае ответственность предусмотрена не за наступление несостоятельности должника, а за невозможность осуществления погашений требований кредиторов, таким образом, причины возникновения несостоятельности предприятия, в данном случае, не имеют правового значения.

Также, исходя из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, само по себе противоправное поведение контролирующего лица, неправомерное прекращение права хозяйственного ведения в отношении имущества должника до возбуждения в отношении него процедуры несостоятельности, не влечет применения субсидиарной ответственности. Кроме того, намерения контролирующего лица при осуществлении спорных действий, исходя из диспозиции пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, также не имеют правового значения для оценки наличия оснований для применения ответственности по рассматриваемому основанию.

Правовое значение в данном случае имеют лишь реально наступившие последствия спорных действий (бездействия) контролирующего лица.

С учетом анализа всех собранных в рамках настоящего дела доказательства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что основными причинами неудовлетворительного финансового положения ММУП «Жилэксплуатация» и объективными причинами его несостоятельности (банкротства) являлись не действия/бездействие контролирующих лиц, а несоответствие средней платы за услугу «Содержание и ремонт» в 2012-2013 годах ее себестоимости (в 2012 году средняя плата 19 руб. 69 коп. за кв.м. при себестоимости в 22 руб. 83 коп. за кв.м. (согласно акту проверки – 26 руб. 01 коп. за кв.м.), в 2013 году - 16 руб. 99 коп. за кв.м. при себестоимости в 27 руб. 33 коп. за кв.м.), а также несвоевременная оплата жилищно-коммунальных услуг потребителями, процент оплаты к начислению за ЖКУ за 2012 год составил 60%.

Довод конкурсного управляющего о том, что контролирующими должника лицами устанавливался заведомо убыточный тариф за услугу «Содержание и ремонт» отклоняется апелляционным судом как необоснованный.

Установление платы за услугу «Содержание и ремонт» относится к исключительной компетенции собственников помещений многоквартирного дома, за исключением случаев, предусмотренных Порядком проведения органом местного самоуправления открытого конкурса по отбору управляющей организации для управления многоквартирным домом, утвержденным Постановление Правительства РФ от 06.02.2006 № 75. 

Иные способы по изменению (увеличению) размера платы за содержание жилого помещения в многоквартирном доме, собственники помещений в которых заключили договоры управления с управляющей организацией по результатам общих собраний, законодательством Российской Федерации не предусмотрены. 

По состоянию на 01.03.2013 предприятие осуществляло управление 301 многоквартирным  домом   города  Мурманска,   часть   из   которых  являлись неблагоустроенным жильем и жильем в неудовлетворительном состоянии, а также осуществляло обслуживание пустующих муниципальных помещений, возмещение издержек по которым не окупало затраты на их содержание. Неблагоустроенное жилье составляло 71% от 26 обслуживаемого жилого фонда, степень износа жилищного фонда в большей массе - более 65%, 229 домов из адресной программы были признаны ветхими и аварийными. 

С учетом технических характеристик многоквартирных домов, находящихся под управлением ММУП «Жилэксплуатация», в 2013 году по инициативе муниципального образования город Мурманск, как собственника муниципальных помещений в МКД, с целью увеличения размера платы за содержание жилого помещения в 137 многоквартирных домах было проведено 204 собрания собственников помещений в форме очного и заочного голосования. По решениям общих собраний собственников помещений размер платы за содержание жилого помещения был увеличен в 89 многоквартирных домах на 6 % и 30 %.

В 2013 году предприятию предоставлено субсидий на общую сумму 9 429 713 руб. 33 коп. 

То обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили избежать банкротства ММУП «Жилэксплуатация», не свидетельствует о том, что предприятие признано банкротом по вине контролирующих лиц, в результате совершения последними противоправных действий. 

Исходя из совокупности вышеназванных установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств того, что ответчики своими действиями способствовали доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов, принимали какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности, или давали указания на совершение должником убыточных операций, и, учитывая, что бывший руководитель должника Пахнев В.А. приговором Первомайского районного суда г. Мурманска по делу №1-62/2015 от 20.04.2015 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 УК РФ – хищение имущества, вверенного виновному, с использованием служебного положения, в особо крупном размере  (в рамках уголовного дела судом удовлетворен гражданский иск Предприятия к Пахневу В.А. на сумму 1 927 850 руб. 22 коп.), апелляционный суд приходит к выводу, что в данном случае не доказано наличие совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ответчиков к спорной субсидиарной ответственности, а надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, обжалуемое определение соответствует обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

 

 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  Мурманской области  от 13.07.2018  по делу №  А42-3535/2014-28 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Г. Медведева

 

Судьи

 

Н.А. Мельникова

 

 А.Ю. Слоневская