ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-8437/2018

20 декабря 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  13 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  20 декабря 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В.,

судей  Горбуновой Е. А., Дубок О. В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-12861/2022) конкурсного управляющего ФИО2 (далее – ФИО2) на определение от 01.10.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-8437/2018 (судья Сурова А. В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении  к субсидиарной ответственности в солидарном порядке ФИО3, ФИО4 (далее – ФИО3, ФИО4 соответственно), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Комплекс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, г. Нижневартовск, ул. Индустриальная, 27, далее – ООО «Комплекс», должник), 

при участии в судебном заседании представителей:  

от ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 06.09.2022 № 86АА8281171, 

от общества с ограниченной ответственностью «Система» (далее – ООО «Система») – ФИО6 по доверенности от 22.08.2022, 

установил:

межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 6 по Ханты-Мансийскому

автономному округу – Югре (далее – МИФНС № 6) обратилась в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании ООО «Комплекс» несостоятельным (банкротом), принятым к производству определением от 07.06.20218.

Определением суда от 20.02.2019 в отношении ООО «Комплекс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2

Решением от 19.06.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее – управляющий).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника его управляющий обратилась 01.03.2022 в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (далее – КДЛ) ФИО3, ФИО4

Определением от 01.10.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры  заявление удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Комплекс», производство по заявлению управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 в части взыскания суммы субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами. Требования управляющего в остальной части оставлены без удовлетворения.

Управляющий, обжалуя законность состоявшегося судебного акта, просит в апелляционной жалобе его изменить в части отказа в удовлетворении требований о признании доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и принять новый судебный акт. Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы:

- ФИО4 в период с 27.08.2009 по 29.08.2012 являлся руководителем и учредителем должника, впоследствии продолжал активно участвовать в его хозяйственной деятельности и оказывал влияние на руководителя и членов органов управления должника. Обстоятельства аффилированности ФИО4 по отношению к должнику установлены постановлением от 17.11.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда;

- специальный срок исковой давности в настоящем случае составляет не один год, а три года. Суду надлежало рассмотреть вопрос о наличии у ФИО4 обязанности по возмещению причинённых должнику убытков с учётом не истекшего общего срока исковой давности три года, начиная с 01.06.2022, когда управляющий узнала о нарушении прав должника;

- в случае, если определить начало течения срока исковой давности с 17.11.2020 (даты принятия постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда), то и в этом случае срок исковой давности управляющим не пропущен.

Подробно позиция заявителя изложена в апелляционной жалобе.

МИФНС № 6 в представленном суду апелляционной инстанции письменном отзыве на апелляционную жалобу (вх. от 01.12.2022, в электронном виде) поддержала позицию управляющего об изменении определения суда от 01.10.2022 в части отказа в удовлетворении требований о признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Комплекс» и принятии нового судебного акта; полагает, что вывод суда о пропуске срока исковой давности является неправомерным. В ходе проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «Комплекс», анализа движения денежных средств на расчётных счетах контрагентов должника за 2013 – 2021 гг., уполномоченным органом выявлены доказательства, указывающие на аффилированность ФИО4 и ООО «Контакт Интернэшнл»; 01.06.2022 данные доказательства направлены управляющему в целях формирования правовой позиции по вопросу привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Комплекс» солидарно с ФИО3 Управляющий не могла обладать в полной мере информацией относительно расчётных счетов контрагентов должника, полученной от налоговой инспекции; о наличии совокупности оснований для предъявления требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 управляющий не могла узнать ранее 01.06.2022. МИФНС № 6 просит удовлетворить апелляционную жалобу управляющего.

12.12.2022 от ФИО4 по системе подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» поступили письменные пояснения по апелляционной жалобе, в которых полагает, что в рассматриваемом случае нарушений норм процессуального законодательства судом первой инстанции не допущено.

От представителей ФИО4, МИФНС № 6, ООО «Система» поступили ходатайства о проведении онлайн-заседания, которые удовлетворены апелляционным судом. Судебное заседание проведено посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел».

Между тем представитель МИФНС № 6 к онлайн-заседанию посредством веб-конференции с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» не присоединился, о наличии технических неполадок при подключении, об отложении судебного заседания суду апелляционной инстанции не заявил. Апелляционный суд посчитал возможным провести судебное заседание в отсутствие неявившегося участника процесса.

Представитель ФИО4 в заседании суда апелляционной инстанции высказался согласно письменным пояснениям по апелляционной жалобе. 

В судебном заседании представитель ООО «Система» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 АПК РФ.

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзыв на неё, письменные пояснения, материалы дела, заслушав представителей, явившихся в судебное заседание, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Комплекс» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве юридического лица 27.08.2009 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Основным видом деятельности является деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам (код по ОКВЭД 49.4).

Единственным участником/учредителем ООО «Комплекс»  являлся ФИО4 (решение от 11.08.2009 № 1).

На основании протокола общего собрания ООО «Комплекс» от 20.08.2012 участниками общества являлись: ФИО4 с долей в уставном капитале должника в размере 10 000 руб. (50 %), ООО Строительная компания «Контакт» (в лице директора ФИО4) с долей в уставном капитале должника в размере 5 000 руб. (25 %) и ФИО3 с долей в уставном капитале должника в размере 5 000 руб. (25 %).

29.08.2012 ФИО4 и ООО Строительная компания «Контакт» вышли из состава учредителей ООО «Комплекс».

Решением от 19.06.2018 № 4 единственного участника ООО «Комплекс» в состав участников общества принят ФИО7 (далее – ФИО7), увеличен размер уставного капитала до 40 000 руб., определена номинальная стоимость вкладов участников: ФИО3 – 20 000 руб. (50 % уставного капитала), ФИО7 – 20 000 руб. (50 % уставного капитала). Этим же решением ФИО3 с 19.06.2018 освобождён от должности генерального директора, генеральным директором общества назначен ФИО7

29.06.2018 на основании заявления участника общества ФИО3 вышел из состава участников ООО «Комплекс» (решение единственного участника от 29.07.2018 № 5).

Как указывает управляющий, ФИО3 в период с 03.07.2011 по 29.06.2018 являлся учредителем ООО «Комплекс» (с 03.07.2011 по 29.08.2012 с размером доли 25 % в уставном капитале, с 29.08.2012 по 19.06.2018 с размером доли 100 % в уставном капитале, с 19.06.2018 по 29.06.2018 с размером доли 50 % в уставном капитале), а в период с 04.07.2011 по 19.06.2018 являлся руководителем (генеральным директором) должника.

В качестве оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника управляющий приводит следующее.

В период с 23.06.2016 по 17.02.2017 в отношении ООО «Комплекс» проведена выездная налоговая проверка в целях проверки налогоплательщика на предмет исчисления и уплаты налогов и сборов в период времени с 01.01.2014 по 31.12.2015.

Проверкой установлены нарушения соблюдения налогового законодательства по налогу на прибыль организаций, налогу на добавленную стоимость (далее – НДС), налогу на доходы физических лиц.

Решением налогового органа от 04.08.2017 № 10-15/383 ООО «Комплекс» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления за 2014 – 2015 гг. недоимки по НДС в сумме 14 246 785 руб., по налогу на прибыль организаций в сумме 11 735 176 руб.; привлечения к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), в виде штрафа за неуплату НДС в размере 2 849 375 руб., за неуплату налога на прибыль организаций в размере 7 2 347 035,20 руб.; начисления соответствующих сумм пени по НДС и налогу на прибыль организаций.

Из вышеуказанного решения следует, что основанием для привлечения к ответственности послужили выводы налогового органа о завышении ООО «Комплекс» налоговых вычетов по НДС по взаимоотношениям с ООО «Энергострой» (ИНН 

<

***>), ООО «Татснабтехпроект» (ИНН 

<

***>).

По результатам проведённого анализа документов установлено, что ООО «Комплекс» неправомерно в нарушение подпункта 1 пункта 2 статьи 171, статей 169, 172 НК РФ приняло к вычету НДС в сумме 4 700 069 руб. по фактически отсутствующим счетам-фактурам с ООО «Энергострой»; должник фактически не осуществлял финансово-экономическую деятельность с ООО «Татснабтехпроект», а использовал указанную организацию для обналичивания денежных средств и минимизации налоговых платежей.

Налоговый орган пришёл к выводу, что ни с ООО «Энергострой», ни с ООО «Татснабтехпроект» должник не мог исполнять обязательства по договорам, поскольку у них отсутствовали необходимые условия для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, отсутствовали движимое и недвижимое имущество, сотрудники.

Согласно выводам налогового органа, контролирующим должника лицом заключён ряд существенных для ООО «Комплекс» сделок с ООО «Энергострой», ООО «Татснабтехпроект» по выводу значительного объёма денежных средств общества. Кроме того, контролирующее должника лицо не проявило должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов, предполагающих проверку правоспособности юридического лица, личности лица, выступающего от имени юридического лица, а также наличия у него соответствующих подтверждаемых документально полномочий на совершение юридически значимых действий.

ООО «Комплекс» в нарушение статей 252, 265 НК РФ завышены расходы по налогу на прибыль на общую сумму 58 675 881 руб. (занижена налоговая база), а также общество включало в состав расходов суммы по хозяйственным операциям с контрагентами, с которыми фактически отсутствовала какая-либо договорная деятельность.

Полагая, что действия ФИО3 по заключению сделок, выразившиеся в непроявлении должной степени осмотрительности при их заключении и выбора контрагентов, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, привели к привлечению должника к налоговой ответственности, увеличению его обязательств, значительному уменьшению активов, что в совокупности привело к неплатёжеспособности ООО «Комплекс», управляющий полагает наличествующими основания для привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Из уточнённого заявления управляющего следует, что  ФИО4 в период с 27.08.2009 по 29.08.2012 являлся руководителем и учредителем ООО «Комплекс», впоследствии продолжал активно участвовать в хозяйственной деятельности должника, имел возможность оказывать влияние на руководителя или членов органов управления должника.

Кроме того, ФИО4 с 17.04.2013 является учредителем ООО «Вадмис» (размер доли в уставном капитале 33 %), которому по договору купли-продажи от 22.04.2016 № 15 должник произвёл отчуждение транспортного средства.

По утверждению управляющего, обстоятельства аффилированности ФИО4 и должника установлены в постановлении от 17.11.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу о банкротстве должника, в котором судом сделан вывод о компенсационном финансировании должника путём выполнения для него работ силами аффилированных кредиторов – ООО СК «Контакт», ООО «Система» и третьих лиц – Улмасова И Х.

Также в постановлении от 14.06.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда содержатся выводы о понижении очерёдности удовлетворения требований кредитора в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, исходя из обстоятельств признания такого требования кредитора как требования, заявленного от КДЛ.

Управляющий полагает, что ФИО4 также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при этом субсидиарная ответственность ответчиков носит солидарный характер.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения бывшего руководителя ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановил рассмотрение заявления управляющего по настоящему обособленному спору в указанной части до окончания расчётов с кредиторами. Суд отказал в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с пропуском срока исковой давности.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Федеральный закон № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования – 30.07.2017. 

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

В тоже время применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности; нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплён в определении Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 06.08.2018 №  308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Судом отмечено, что поскольку управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением 01.03.2022, соответственно, нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Принимая во внимание, что предметом налоговой проверки организации являлся период с 01.01.2014 по 31.12.2015, по результатам которой принято решение МИФНС № 6 от 04.08.2017 № 10-15/383, а в отношении ФИО4 период осуществления им руководства должника с 27.08.2009 по 29.08.2012, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (действовала с 05.06.2009 по 29.06.2013), а также в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (действовала с 30.06.2013 по 29.07.2017).

В соответствии с нормами Закона о банкротстве, в редакции Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и в настоящее время к субсидиарной ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству (определения ВС РФ от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760 по делу № А14-7544/2014, от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480 по делу № А41-22526/2016, от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745(2) по делу № А56-83793/2014).

Как разъяснено в пункте 22 совместного постановления Пленумов ВС РФ и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учётом распределения бремени доказывания, установленного в статье 65 АПК РФ, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд, что в настоящем случае сделано управляющим.

Несостоятельность (банкротство) должника считается вызванной действиями (бездействием) его учредителем или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения предприятием действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

В целях установления наличия оснований для привлечения конкретного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника суд устанавливает степень вовлечённости лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Как указано выше, ФИО3 в период с 03.07.2011 по 29.06.2018 являлся учредителем ООО «Комплекс» (с 03.07.2011 по 29.08.2012 с размером доли 25 % в уставном капитале, с 29.08.2012 по 19.06.2018 с размером доли 100 % в уставном капитале, с 19.06.2018 по 29.06.2018 с размером доли 50 % в уставном капитале), а в период с 04.07.2011 по 19.06.2018 являлся руководителем (генеральным директором) должника. 

Судом первой инстанции учтено, что проверяемый период проведения выездной налоговой проверки датируется с 01.01.2014 по 31.12.2015, что охватывает период деятельности должника под руководством ФИО3 как генерального директора и единственного учредителя общества.

Пленум ВАС РФ в пункте 1 постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – постановление № 53) разъяснил, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчётности, достоверны.

Вместе с тем, налогоплательщик, не воспользовавшийся своим правом обеспечить документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных в документах, на основании которых он, в свою очередь, претендует на право получения налоговых льгот, налоговых вычетов или иного уменьшения налогооблагаемой базы, несёт риск неблагоприятных последствий своего бездействия.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 10 постановления № 53, непроявление налогоплательщиком должной осмотрительности при выборе контрагента является достаточным основанием для вывода о необоснованности испрашиваемой налоговой выгоды в условиях реальности спорных хозяйственных операций.

Налогоплательщик вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагентов, имея в виду, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платёжеспособность контрагентов, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагентов  необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта (постановление Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 №15658/09).

В настоящем обособленном споре, как верно указал суд первой инстанции, неблагоприятные последствия в виде возложения на руководителя должника обязанности по взысканию убытков, причинённых в результате перечислений денежных средств в фирмы-однодневки, наступают вследствие недоказанности надлежащей и осмотрительной деятельности ФИО3 как руководителя по проверке не только формальных признаков правоспособности ООО «Энергострой», ООО «Татснабтехпроект», но и их действительного положения как хозяйствующих субъектов (трудовые, материально-технические ресурсы, оборудование, лицензии, деловая репутация).

Доказательств того, что ФИО3 осуществлена проверка информации о деловой репутации, платёжеспособности контрагентов, наличия у контрагентов необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта, а также совершены действия, направленные на минимизацию риска неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, не представлено.

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции ФИО3 какие-либо доказательства, свидетельствующие о правомерности его действий при осуществлении хозяйственной деятельности, выборе контрагентов, формировании документооборота, позволяющих признать недостоверными выводы МИФНС № 6, сделанные при проведении налоговой проверки, не представил. 

Судом отмечено, что материалами дела подтверждается, что лицо, в отношении которого заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности, реализовывало план по «выводу» денежных средств должника.

Учитывая изложенное выше, суд первой инстанции обоснованно заключил, что действия ФИО3, являющегося в спорный период генеральным директором ООО «Комплекс», по заключению сделок, выразившиеся в непроявлении должной степени осмотрительности при их заключении и выбора контрагентов и направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, привели к привлечению должника к налоговой ответственности, увеличению его обязательств, значительному уменьшению активов, что в совокупности привело к неплатёжеспособности данной организации.

Определением от 20.02.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры включены в реестр требований кредиторов должника требования МИФНС № 6 в размере 4 786 411 руб. 64 коп., в том числе: задолженность по страховым взносам в размере 30 544 руб. 23 коп. – в составе второй очереди, задолженность в размере 4 755 867 руб. 41 коп., из них основной долг – 3 815 000 руб. 13 коп., пени – 773 986 руб. 90 коп., штраф – 166 880 руб. 38 коп. – в составе третьей очереди.

На основании определения от 03.06.2019 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры включены в реестр требований кредиторов должника требования МИФНС № 6 в составе кредиторов третьей очереди в размере 36 504 880 руб., в том числе 25 981 961 руб. – основной долг, 5 326 509 руб. – пени, 5 196 410 руб. – штрафные санкции.

Определением от 15.02.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры удовлетворено заявление управляющего о признании сделки недействительной. Признан недействительным договор купли-продажи от 09.03.2016, заключённый между ООО «Комплекс» и ФИО3, в отношении автомобиля Лексус LX 570, государственный регистрационный знак 

<

***> применены последствия недействительности сделки: с ФИО3 в пользу ООО «Комплекс» (в конкурсную массу) взысканы денежные средства в сумме 3 263 000 руб.

Суд в рамках вышеуказанного обособленного спора заключил, что на момент совершения сделки у должника наличествовали признаки неплатёжеспособности; при заключении спорной сделки ответчик не мог не знать, что приобретает транспортное средство не по рыночной стоимости; в результате совершения спорной сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов. Суд признал ФИО3 заинтересованным и контролирующим лицом по отношению к должнику.

В настоящем случае судом первой инстанции принято во внимание, что задолженность по налогам, образовавшаяся в результате виновных и противоправных действий руководителя должника, выявленных при проведении налоговой проверки, составляет большую часть совокупной задолженности иных кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов ООО «Комплекс».

При этом в материалы дела не представлено доказательств отсутствия вины в ненадлежащем исполнении должником обязанности по уплате налогов (получение необоснованной налоговой выгоды), что не может подтверждать разумности и добросовестности действий ООО «Комплекс» в лице генерального директора ФИО3 

Для привлечения бывшего руководителя должника к гражданско-правовой ответственности за доведение должника до банкротства не требуется наличие у него прямого умысла именно на это, достаточно доказанности факта совершения им как руководителем должника виновных неправомерных действий от имени должника, способствовало наступлению несостоятельности должника.

По результатам оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств суд первой инстанции посчитал доказанным факт недобросовестности действий ФИО3 как генерального директора ООО «Комплекс», одним из последствий которых явилось банкротство подконтрольного ему юридического лица. Суд констатировал наличие оснований для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия поддерживает выводы арбитражного суда.

Надлежит учесть, что нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и действующие нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причинённого имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счёт этого контролирующего должника лица. Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счёт средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

С учётом возможности определения размера субсидиарной ответственности только после окончательного формирования конкурсной массы производство в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника обоснованно приостановлено судом первой инстанции согласно положениям пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве до окончания расчётов с кредиторами.

Как указала управляющий, ФИО4 в период с 27.08.2009 по 29.08.2012 являлся руководителем и учредителем ООО «Комплекс»; указанное лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, при этом субсидиарная ответственность ответчиков носит солидарный характер.

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции ФИО4 заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (пункт 59 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), определение ВС РФ от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7)).

Норма абзаца четвёртого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ;

- трёхлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции обоснованно заключил, что начало срока исковой давности следует исчислять со дня признания должника банкротом, то есть 19.06.2019. 

Поскольку управляющий обратилась в арбитражный суд с требованием к ФИО4 21.07.2022 (уточнение требований), при недоказанности начала течения субъективного срока давности, обусловленного моментом осведомлённости управляющего о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе в части совокупности условий по пункту 59 постановления от 21.12.2017 № 53, коллегия суда констатирует предъявление заявления к указанному лицу с пропуском объективного срока давности.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил возражения управляющего относительно момента, с которого ей стали известны основания для подачи заявления с целью установления в судебном порядке признаков, определяющих ФИО4 контролирующим лицом должника, а именно – 01.06.2022, после получения информации от уполномоченного органа о выплате ООО «Комплекс» заработной платы ФИО4, поскольку постановление Восьмого апелляционного суда по результатам рассмотрения апелляционной жалобы общества с ограниченной ответственностью «Валдмис» на определение от 25.05.2020 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-8437/2018, вынесенное по результатам рассмотрения заявления управляющего о признании сделки недействительной, вынесено 17.11.2020. 

В вышеуказанном постановлении от 17.11.2020 апелляционный суд апелляционной инстанции исходил из наличия признаков фактической аффилированности должника и ответчика, что также подтверждается отсутствием встречного предоставления со стороны ответчика по оспариваемой сделке: должник не имел разумного экономического интереса в безвозмездном (иное не доказано) отчуждении имущества ответчику. Являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом, ООО «Валдмис», действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, должно было знать как о наличии признаков неплатёжеспособности должника, так и о намерении должника вывести ликвидное имущество от возможной его реализации в счёт расчётов с кредиторами должника. 

С учётом обстоятельств настоящего обособленного спора и редакции закона, подлежащей применению в период вменяемого контролирующему лицу нарушения, вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности по требованиям к ФИО4 является верным, сделанным при правильном применении положений Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона о банкротстве.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено ФИО4, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске в указанной части.

Доводы апеллянта о неправильном исчислении судом срока исковой давности на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат отклонению, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права применительно к вышеизложенным фактическим обстоятельствам производства по делу о банкротстве ООО «Комплекс».

В данной связи надлежит также учесть недоказанность статуса привлекаемого к ответственности ФИО4 в качестве контролирующего должника; соответствующие доводы не обоснованы со ссылками на надлежащие доказательства; выплата заработной платы фактом, подтверждающим подконтрольность, не является.

Апелляционная жалоба не содержит указания на обстоятельства и соответствующие доказательства, наличие которых позволило бы иначе оценить те юридически значимые обстоятельства, верная оценка которых судом первой инстанции повлекла принятие обжалуемого определения. 

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 01.10.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-8437/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Информация о движении дела может быть получена путём использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Председательствующий

 

                    Е. В. Аристова

Судьи

 

Е. А. Горбунова

                О. В. Дубок