﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-131549/2019

10 декабря 2021 года

г. Санкт-Петербург

/сд.2

Резолютивная часть постановления объявлена     08 ноября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 декабря 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Рычаговой О.А.

судей  Барминой И.Н., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Янбиковой Л.И.

при участии лиц согласно протоколу судебного заседания

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-24433/2021)  ПАО «Промсвязьбанк» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.06.2021 по делу № А56-131549/2019/сд.2, принятое по заявлению ПАО «Промсвязьбанк» о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности по делу о несостоятельности (банкротстве) Батенкова Александра Викторовича 

ответчики: Батенков Александр Викторович, Батенкова Мария Александровна,  

 

установил:

Решением  арбитражного суда от 18.06.2020 заявление ПАО «Промсвязьбанк» признано обоснованным, в отношении  Батенкова Александра Викторовича введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден Зимин Олег Павлович. Публикация сведений о введении в отношении должника процедуры реализации имущества осуществлена в газете «Коммерсантъ» № 112 от 27.06.2020.

В суд от ПАО «Промсвязьбанк» поступило заявление о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, в котором просит суд признать недействительной сделкой договор дарения доли нежилого помещения от 24.12.2016, заключённый между Батенковым Александром Викторовичем и Батенковой Марией Александровной, в соответствии с которым Батенков Александр подарил Батенковой Марии Александровне право общей долевой собственности в размере 1/81 доли нежилого помещения, находящегося по адресу: Санкт-Петербург, пр. Луначарского, д. 78, корп. 5, лит. А, пом. 1Н, площадью 2827,1  кв.м., этаж: подвал; применить последствия недействительности сделки и обязать Батенкову Марию Александровну передать в конкурсную массу Батенкова Александра Викторовича право общей долевой собственности в размере 1/81 доли нежилого помещения, находящегося по адресу: Санкт-Петербург, пр. Луначарского, д. 78, корп. 5, лит. А, пом. 1Н, площадью 2827,1  кв.м., этаж: подвал.

Определением Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.06.2021 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе ПАО «Промсвязьбанк» (далее – податель жалобы, Банк), ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 23.06.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления. В обоснование требований податель жалобы указывает, что на момент совершения сделки должник имел неисполненные обязательства перед Банком, поскольку, по мнению заявителя, обязательства но возврату полученных денежных средств возникает с момента выдачи кредита и срок наступления исполнения обязательств по кредитному договору не имеет правового значения; сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, путем уменьшения активов должника и его конкурсной массы. Также Банк ссылается на мнимость договора дарения и аффилированность сторон сделки.

В суд от должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором возражает против ее удовлетворения, ссылаясь на необоснованность изложенных в ней доводов, несоответствие фактическим обстоятельствам дела.

В суд 07.11.2021 от финансового управляющего поступили пояснения по апелляционной жалобе, в которых он поддерживает изложенные в ней доводы.

В настоящем судебном заседании представитель Банка поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить.

Представитель должника поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил в удовлетворении жалобы отказать, полагая судебный акт первой инстанции законным и обоснованным. 

Финансовый управляющий поддержал доводы апелляционной жалобы Банка, полагал договор дарения недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Судом отказано в приобщении к материалам дела письменных пояснений  финансового управляющего на основании части 2 статьи 262, части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как заблаговременно не раскрытого перед судом и лицами, участвующими в деле.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Батенковым А.В. (даритель) и Батенковой М.А., 06.10.1999 года рождения (одаряемый) заключен в нотариальной форме договор дарения от 24.12.2016 доли нежилого помещения по адресу: Санкт-Петербург, проспект Луначарского, дом 78, корпус 5,  лит.А, пом. 1Н, площадью 2827,1 кв.м. с кадастровым номером 78:10:0005539:7400.

Батенкова М.А. приходится должнику дочерью, при заключении договора действовала с согласия своей матери, Батенковой Ольги Александровны.

В обоснование заявления Банк сослался на то, что спорная сделка совершена в период наличия неисполненных обязательств должника перед Банком, с целью причинения вреда кредиторам, с намерением осуществить вывод имущества должника. Также, кредитор считает оспариваемую сделку недействительной по основаниям пункта 1 статьи 170 ГК РФ, как мнимую. Кроме того, Банк указывает на аффилированность сторон сделки, с учетом того, что Батенкова М.А. приходится должнику дочерью и необходимость применения положений статей 10, 168 ГК РФ.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения Банка в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности Банком наличия совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки должника недействительной по заявленным основаниям.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1,VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Оспаривание подозрительных сделок должника регулируется правилами статьи 61.2 Закона о банкротстве. Одним из критериев определения применимой к подозрительной сделке правовой нормы указанной статьи Закона является период ее совершения.

Поскольку дело о банкротстве должника возбуждено 23.01.2020, под подозрение на основании  положений статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве могли бы попасть  только сделки, совершенные не позднее января 2017 года, совершение спорных сделок ранее указанной даты, как справедливо указал суд первой инстанции,  исключает возможность судебного оспаривания их по главе III.1 Закона о банкротстве.

Заявляя о недействительности оспариваемых договоров по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ, Банк ссылался на совершение сделки с заинтересованным лицом при наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в целях уменьшения конкурсной массы (вывода активов) и причинения вреда имущественным правам кредиторов),

 В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). 

Согласно разъяснениям пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 60), пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; в силу пункта 4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения; оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации, и, таким образом, для установления ничтожности договора на основании статьи 10 ГК РФ необходимо установить недобросовестность поведения (злоупотребление правом) контрагента, притом, что обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с названной нормой является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности на уменьшение конкурсной массы, и, в то же время, в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, то есть эти обстоятельства подлежат опровержению заинтересованными в этом лицами только в установленном законом порядке. 

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении упомянутых сделок (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов (о намерении причинения которого необходимо доказать в соответствии со статьей 10 ГК РФ), понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Поскольку договор передачи недвижимого имущества оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелось у сторон сделки намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть, была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10). 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

Участниками дела не оспаривался тот факт, что должник на момент совершения сделки являлся по отношению к ответчику заинтересованным лицом (отец).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 02.10.2018 № 304-ЭС17-1382 (5) довод только о наличии аффилированности не может являться достаточным доказательством недействительности сделок и непосредственно указывать на злоупотребление правом их сторонами. 

Действующее законодательство не предполагает ограничения прав на заключение договоров между заинтересованными лицами. Аффилированность сторон сделки не может непосредственно указывать на злоупотребление правом их сторонами и не может свидетельствовать о нарушении прав и интересов кредиторов должника. 

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. При этом суд должен  установить именно противоправный сговор лиц с целью вывода средств из имущественной массы должника в ущерб кредиторам или иные согласованные недобросовестные действия сторон, подпадающие под признаки недействительности по ст. ст. 10, 168 РФ.

 Иной подход приводит к тому, что содержание пунктов 1 и 2 статьи 61.2, п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о необходимости доказывания наличия всей совокупности обстоятельств, подлежащих установлению для признания сделки недействительной по ст. 61.2, ст. 61.3 Закона о банкротстве, а также о сроке подозрительности и сроке исковой давности, что недопустимо.

Вместе с тем указанные Банком в заявлении основания не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Доказательств того, что, заключив спорный договор, стороны очевидно имели умысел на реализацию противоправной цели не представлено. Согласно пояснениям должника, сделка совершена в преддверии совершеннолетия Батенковой М.А., для определения ее имущественного положения как наследника должника.

Поскольку оспариваемая сделка не имеет пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, суд первой инстанции обоснованно указал, что не имеется условий для применения положений статей 10, 168 ГК РФ.

При этом суд обоснованно не усмотрел оснований для вывода о недействительности оспариваемых сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ.

Из материалов дела следует, что на дату совершения спорной сделки должник являлся поручителем по одному кредитному договору, заключенному 30.03.2016 между Банком) и ООО «Интерфрут» (заемщик) на сумму 1 500 000 руб. При этом, в обеспечение исполнения обязательств заемщиком по договору от 30.03.2016 между Банком и ООО «Интерфрут» 30.03.2016 был заключен договор залога, в соответствии с которым Батенков А.В. предоставил в залог имущество, принадлежащее ему на праве собственности (рефрижератор), стоимостью 960 000 руб. Кроме того, как усматривается из материалов дела и указывает сам податель жалобы, в спорный период у должника имелось имущество на сумму около 30 000 000 руб.

Таким образом, сопоставляя размер принятых должником на себя в качестве поручителя обязательств с размером имеющегося у него имущества, апелляционный суд полагает, что в данном случае нельзя признать, что спорное помещение отчуждено по договору дарения со злонамеренной целью вывода активов и предотвращения обращения на них взыскания, поскольку размер оставшегося в собственности должника имущества значительно превышал размер его обязательств как поручителя, с учетом имеющегося залога, в том числе предоставленного и основным заемщиком.

Кроме того, как установлено решением Дзержинского районного суда города Санкт-Петербурга от 15.01.2019 по делу №2-198/2019 и не оспаривается подателем жалобы, на момент отчуждения имущества просрочки исполнения обязательств  ООО «Интерфрут» не было.

Довод подателя жалобы о том, что  в данном случае для целей определения признака неплатежеспособности  следует учитывать, что обязанность должника как поручителя по исполнению обязательств за основного заемщика возникает с момента заключения договора поручительства, основан на неверном толковании положений статьи 363 ГК РФ.

Доводы Банка о мнимости договора дарения от 24.12.2016 отклоняются апелляционным судом как необоснованные.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Поскольку судом не было установлено намерений всех участников спорных правоотношений не исполнять оспариваемую Банком сделку, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел правовых оснований для признания договора дарения мнимой сделкой.

Фактически спорное имущество  (место в паркинге) от дарителя к одаряемому было передано вместе с жилым помещением, юридически данное действие было закреплено путем регистрации права собственности, условия договора о несении бремени содержания имущества одаряемым исполняются, имущество фактически используется, что исключает возможность признания договора дарения от 24.12.2016 мнимой сделкой.

В силу изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении заявления Банка фактические обстоятельства судом первой инстанций установлены правильно, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы финансового управляющего не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

При изложенных выше обстоятельствах оспариваемое определение является законным и обоснованным, в силу чего отсутствуют основания для его отмены или изменения.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 23.06.2021 по делу № А56-131549/2019/сд.2 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.     

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

О.А. Рычагова

Судьи

И.Н. Бармина

 И.В. Сотов