ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-101715/2021

15 апреля 2024 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     04 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  15 апреля 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Радченко А.В.

судей  Кротов С.М., Тарасова М.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Байшевой А.А.,

при участии:  

от конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 09.01.2023

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Подпорожская ремонтно-эксплуатационная служба» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.10.2023 по обособленному спору № А56-101715/2021/сд.1 (судья  Осьминина Е.Л.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 об оспаривании сделок должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЖКХ-Свирь»

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Подпорожская ремонтно-эксплуатационная служба» 

 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2021 в отношении общества с ограниченной ответственностью «ЖКХСвирь» (далее – Общество) возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве). 

Определением от 07.02.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1. 

Решением от 26.05.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО1 Конкурсный управляющий ФИО1 

04.07.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой договор, заключенный между ООО «ЖКХ-Свирь» и ООО «Подпорожаская Ремонтно-Эксплуатационная Служба» (далее – ООО «ПодпорожскаяРЭС») купли-продажи недвижимости от 17.02.2021, а именно, нежилого здания 1962 года постройки, кадастровый номер 47:05:0302001:1432, площадью 366,1 кв.м., расположенный по адресу: 

<

...> (далее – Здание). В порядке применения последствий недействительности сделки конкурсный управляющий просил возвратить в конкурсную массу Общества Здание.

Определением от 13.12.2022 по делу назначено проведение оценочной экспертизы, которая поручена эксперту общества с ограниченной ответственностью «ГлавЭнергоСтройКонтроль» ФИО3. 

По результатам проведения экспертизы в материалы дела представлено заключение от 13.03.2023 № 2331.01.23.СД.ОЭ.№А56-101715.2021-сд.1.

Определением от 18.10.2023 суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЖКХ-Свирь» ФИО1. Признал недействительным договор купли-продажи от 17.02.2021, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «ЖКХ-Свирь» и обществом с ограниченной ответственностью «Подпорожская Ремонтно-Эксплуатационная Служба». Применил последствия недействительности сделки. Обязал ООО «Подпорожская Ремонтно-Эксплуатационная Служба» возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ЖКХ-Свирь» нежилое здание 1962 года постройки, этажность (этаж) 1, кадастровый номер: 47:05:0302001:1432, площадью 366, 1 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>.

Ответчик обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить, принять новый судебный акт об отказе конкурсному управляющему в удовлетворении требования о признании сделки недействительной. В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчик указал, что сделка между ООО «ЖКХ-Свирь» и ООО «Подпорожская РЭС» а именно, заключение договора купли-продажи недвижимости от 17.02.2021 г., о покупке нежилого здания 1962 года постройки, этажность (этаж) 1, кадастровый номер 47:05:0302001:1432, площадью 366,1 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...> совершалась в обычной хозяйственной деятельности. Управляющий не предоставил в материалы дела доказательств, в соответствии с п.2 ст. 64 Закона о банкротстве, что цена имущества (сумма оплаты) не превышает один процент стоимости активов должника. ООО «Подпорожская РЭС» не было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о неплатежеспособности или недостаточности имущества. 4. Заключение эксперта от 13.03.2023 г., проводимое ООО «ГЛЭСК», считаем, что не может быть принято в качестве допустимого доказательства по делу На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве управляющий не представил доказательств того, что сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, и в результате ее совершения причинен такой вред; другая сторона сделки знала (должна была знать) об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Определением от 12.02.2024 апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

К судебному заседанию от конкурсного управляющего поступил отзыв, в котором управляющий указал, что согласно сложившейся судебной практике следует, что рыночная стоимость объекта недвижимости предполагается равной ее кадастровой оценке, пока не будет установлена иная рыночная стоимость, данная правовая позиция применяется в судебной практике, в том числе, для оспаривания сделок в банкротстве по основанию неравноценного встречного исполнения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171). В этой связи следует обратить внимание суда на то, что рыночная цена спорного объекта недвижимого имущества, установлена заключением эксперта. Согласно экспертному заключению рыночная стоимость нежилого здания на момент заключения сделки составляет 5 242 000 руб., что более чем в 43 раза выше цены, указанной в договоре купли-продажи, в связи с чем, разница является существенной, что доказывает факт неравноценности сделки и является основанием для признания спорной сделки недействительной по основаниям, предусмотренным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Также, в материалах дела отсутствуют сведения о том, что спорный объект недвижимости был признан аварийным. В частности, в материалах дела отсутствует экспертное заключение, составленное по результатам проведения экспертизы технического состояния здания на соответствие требованиям ФЗ от 30.12.2009 №384-Ф3 «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений». В материалах дела также отсутствует заключение межведомственной комиссии о техническом состоянии указанного нежилого здания. Таким образом, считаем довод Ответчика о том, что указанное нежилое здание считается аварийным - необоснованным. Вместе с тем, материалами дела подтверждается наличие аффилированности сторон сделки и совершение сделки должником в период неплатежеспособности.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддерживал позицию, изложенную в отзыве. Определение суда первой инстанции просил оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должнику на праве собственности принадлежало здание по адресу: Ленинградская область, Подпорожский район, пгт. Никольское , улица Комсомольская, дом 2а, площадью 366,1 кв.м., нежилое, кирпичное, одноэтажное, 1962 года постройки. Кадастровая стоимость Здания по данным ЕГРН составила 10 220 291 руб. 65 коп. 

Объект был приобретен Обществом по договору от 02.10.2017, переход права собственности был зарегистрирован в ЕГРЮЛ 30.03.2018. Объект был приобретен у ООО «Никольский жилищно-коммунальный сервис» за 200 000 руб. Доказательств расчетов по договору не имеется. 

По договору купли-продажи недвижимости от 17.02.2021 Общество в лице директора ФИО4 (продавец) произвело отчуждение Здания в пользу ООО «Подпорожская РЭС» в лице генерального директора ФИО5 (покупатель) по цене 120 000 руб. (пункт 3.1 договора). 

По условиям пункта 3.2. договора, его цена вносится единовременно, не позднее трех дней со дня подачи всех необходимых документов на государственную регистрацию перехода прав на Здание. 

В пункте 3.4 договора согласовано, что все расчеты по нему производятся в безналичном порядке, путем перечисления денежных средств на указанный продавцом расчетный счет. Здание передано покупателю по акту от 17.02.2021. Право собственности ответчика зарегистрировано с 04.03.2021.

Конкурсный управляющий должника полагая, что сделка подлежит признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в период неплатежеспособности должника в отношении заинтересованного лица, обратился в суд с настоящим заявлением.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в материалы дела представлены доказательства наличия совокупности условий для признания сделки недействительной, в связи с чем, удовлетворил заявленные требования.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Суд установил, что оспариваемая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (определение суда от 13.04.2021), и в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления Пленума).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума N 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что отчет об оценке рыночной стоимости имущества в разы превышает стоимость отчуждения, указанную сторонами в договоре. При этом, в договоре аварийное состояние имущества не оговорено, каких-либо доказательств, свидетельствующих о неработоспособности конструкций здания, иных технических недостатков, которые могли бы существенно уменьшить его рыночную стоимость, в материалы дела не представлено, в акте приема-передачи указанные сведения не отражены.

Заключением эксперта по результатам проведения назначенной судом экспертизы, рыночная цена Здания на дату совершения сделки определена в размере меньшем его кадастровой стоимости 5 242 000 руб. 

Как обоснованно отразил суд первой инстанции в обоснование возражений ответчика о несоответствии проведенной эспертизы, оценка объекта произведена на основании фотографий, представленных самим ответчиком, достоверность которых не оспаривается. Экспертом действительно для оценки прав в отношении земельного участка, занятого Зданием, выбраны земельные участки с назначением под ИЖС, но, проведена корректировка с учетом разницы в разрешенном использовании аналогов и земельного участка, на котором расположено подлежащее оценке Здание. Выводы эксперта относительно рыночной цены Здания ответчиком не опровергнуты, в свою очередь, доказательств соответствия рыночной цене цены оспариваемой сделки не представлено. Эксперт, проводивший исследование, был опрошен в судебном заседании и дал пояснения по методологии проведенного исследования и основаниях сделанных им выводов, которыми подтверждается обоснованность заключения об определении рыночной цены объекта.

При этом, Федеральный закон от 29.07.1998 №135-Ф3 «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон об оценочной деятельности) разделяет понятия кадастровой и рыночной стоимости. К определению рыночной и кадастровой стоимости применяются разные методы и федеральные стандарты оценки. рыночная стоимость объекта недвижимости предполагается равной ее кадастровой оценке, пока не будет установлена иная рыночная стоимость, данная правовая позиция применяется в судебной практике, в том числе, для оспаривания сделок в банкротстве по основанию неравноценного встречного исполнения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171).

Учитывая, что заключением эксперта установлена рыночная стоимость спорного объекта в размере 5 242 000,00 рублей, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции, что совокупностью представленных в материалы дела доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ подтверждается факт отчуждения Здания по существенно заниженной цене, что, в данном случае, является достаточным основанием для вывода о недействительности оспариваемой сделки в порядке пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, ответчиком в материалы дела не представлено доказательств исполнения условий договора по оплате стоимости приобретенного имущества, в связи с чем, убыточность спорной сделки подтверждена, данное обстоятельство следует из факта неполучения Обществом встречного удовлетворения относительно выбывшего из его имущественной массы объекта. Поскольку имущество должника при отчуждении объекта недвижимости уменьшилось на его рыночную стоимость, факт приобретения данного объекта ранее также по заниженной цене убыточности спорной сделки не исключает.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710(3) по делу N А40-177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления N 63, обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

Как следует из материалов дела, оспариваемый Договор заключен в условиях, когда у ООО «ЖКХ-Свирь» имелись неисполненные обязательства перед конкурсными кредиторами, чьи требования впоследствии были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника, за период начиная с 2018 года.

Кроме того, следует отметить, что согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4) сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). При разрешении вопроса о квалификации сделки должника в качестве подозрительной суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и при отсутствии убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19) указано, что положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме.

В определении от 03.03.2023 N 307-ЭС22-22343(3) по делу N А56-97714/2019 Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что обязательным признаком недействительности подозрительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является причинение вреда должнику-банкроту, которое выражается в уменьшении стоимости или размера имущества должника и (или) увеличении размера имущественных требований к нему, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац тридцать второй статьи 2 Закона о банкротстве, пункт 5 Постановления N 63).

В связи с изложенным, определяющим обстоятельством, подтверждающим наличие или отсутствие вреда кредиторам в результате совершения спорной сделки, и, как следствие, оснований для признания ее недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является доказанность направленности сделки на необоснованный вывод активов должника.

Поскольку спорный Договор заключен в пользу ООО «Подпорожская Ремонтно-Эксплуатационная Служба», которое в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве признаются заинтересованным лицом по отношению к должнику, поскольку согласно выписки из ЕГРЮЛ, на дату совершения оспариваемой сделки руководителем Ответчика (покупателя) являлся ФИО5 Также, из ответа директора Общества ФИО4 на запрос конкурсного управляющего, следует, что с 27.03.2020 она находилась в очередном отпуске, потом в отпуске по беременности и родам и в отпуске по уходу за ребенком, и фактическое управление деятельностью Общества осуществлял заместитель директора ФИО6, принятый на эту должность с 01.02.2020. В 23.12.2021, приказом № 32-к ФИО4 уволена с должности директора по истечению срока договора. Кроме того, представлена копия доверенности от 01.02.2020, выданная ФИО4 от имени Общества о наделении ФИО5 полномочиями управлять и распоряжаться любым имуществом, принадлежавшим должнику, заключать любые сделки и подписывать договоры от имени Общества, закрывать и открывать любые кредитные счета в кредитных организациях, распоряжаться денежными средствами на этих счетах, подписывать первичные банковские документы, заключать договоры с сотрудниками Общества и вести дела Общества в государственных органах и в судах.

Судом апелляционной инстанции принято во внимание, что срок действия доверенности от 01.02.2020 выданной ФИО4 на имя ФИО5 истек 01.02.2021, вместе с тем, данный факт не исключает того обстоятельства, что ФИО5 на дату заключения оспариваемого договора являлся руководителем ответчика и был осведомлен о фактах деятельности должника и его финансовом состоянии в период его деятельности в обществе, поскольку оспариваемая сделка заключена уже через две недели после окончания действия доверенности.

Вместе с тем, как обоснованно указал суд первой инстанции, согласно правовой позиции, сформированной Верховным Судом Российской Федерации, в частности - изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306- ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка Указанные выше обстоятельства и отчуждение Здание при заведомом отсутствии соразмерного встречного предоставления указывают на фактическую аффилированность Общества и ответчика, следовательно, цель совершения сделки – причинение вреда кредиторам и осведомленность контрагента должника о наличии этой цели презюмируется.

Установив, что в результате заключения спорного Договора из собственности должника выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу по существенно заниженной стоимости, что привело к невозможности погашения включенных в реестр требований за счет данного имущества должника, чем причинен вред имущественным правам кредиторов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии совокупности предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий для признания Договора недействительным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом указанных норм и принимая во внимание тот факт, что спорный объект недвижимости находится в собственности ответчика и ответчик не может быть признан добросовестным приобретателем имущества, то последствия недействительности сделок правомерно применены судом первой инстанции в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, правильно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Выводы суда являются верными. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 18.10.2023 по делу №  А56-101715/2021/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.В. Радченко

Судьи

 

С.М. Кротов

 М.В. Тарасова