Пятый арбитражный апелляционный суд ул. Светланская, 115, 

<

...>  

http://5aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А59-7484/2022

г. Владивосток

22 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 22 октября 2025 года.  

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего А.В. Ветошкевич, судей К.А. Сухецкой, М.Н. Гарбуза, при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Альянс» ФИО1  

апелляционное производство № 05АП-1815/2025 на определение от 03.03.2025 судьи Н.Н. Поповой 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Альянс» ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности  

по делу № А59-7484/2022 Арбитражного суда Сахалинской области  

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Строй-Бетон» о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Альянс»  

при участии в заседании: не явились, извещены, 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Строй-Бетон (далее -заявитель, ООО «Строй Бетон») 30.12.2022 обратилось в суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (далее – должник, ООО «Альянс») несостоятельным (банкротом), в котором просит ввести в отношении должника процедуру наблюдения, установить требования заявителя в размере 5 707 620,28 рублей, утвердить временного управляющего ФИО1 члена Саморегулируемой организации «Союз менеджеров и арбитражных управляющих».  

Определением суда от 12.04.2023 заявление общества с ограниченной ответственностью «Строй-Бетон» признано обоснованным, в отношении общества с ограниченной ответственностью «Альянс» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 71 от 22.04.2023.  

Решением суда от 13.09.2023 (резолютивная часть от 06.09.2023) ООО «Альянс» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным  

управляющим ООО «Альянс» утверждена ФИО1 (член Некоммерческого партнерства «Союз менеджеров и антикризисных управляющих»).  

31.01.2024 от конкурсного управляющего ФИО1 в суд поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «Альянс» ФИО2.  

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 03.03.2025 в удовлетворении заявления отказано в полном объеме.  

Не согласившись с определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий ООО «Альянс» ФИО1 обратилась в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение Арбитражного суда Сахалинской области от 03.03.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела; апеллянт сослался на то, что наличие договоров с третьими лицами позволило бы установить на каком основании и законно ли были совершены спорные перечисления и во исполнение каких обязательств, также судом первой инстанции не установлены причины неоплаты задолженности перед ООО «Строй-Бетон».  

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2025 жалоба принята к рассмотрению, судебное заседание назначено на 17.06.2025 на 13 час. 30 мин.  

Впоследствии судебное заседание неоднократно откладывалось, в последний раз на 15.10.2025.  

На основании определения председателя третьего судебного состава от 10.10.2025 произведена замена судьи К.П. Засорина на судью К.А. Сухецкую, в связи с чем, на основании пункта 2 части 2 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.  

Извещенные надлежащим образом о дате, месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.  

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к  

субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.  

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 № 137) означает следующее.  

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.  

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.  

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.  

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.  

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров, а поскольку в настоящем случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило  

после указанной даты, то оно подлежит рассмотрению в порядке главы III.2 Закона о банкротстве (в части применения процессуальных положений), с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ, что соответствует подходу Верховного суда Российской Федерации, изложенному в определении от 04.10.2018 № 304-ЭС16-17558 (2,3) по делу № А70-11814/2015.  

Таким образом, исходя из того, что вмененные ответчику действия (бездействие) имели место после 01.07.2017, то к данным правоотношениям подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве.  

Судом первой инстанции установлено и лицами, участвующими в деле не оспорено, что руководителем и учредителем со 100% долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Альянс» в период с 20.01.2017 (дата присвоения ОГРН) до 15.09.2023 (до введения конкурсного производства) являлась ФИО2  

Таким образом, ФИО2 являлась контролирующим должника лицом в свете статьи 61.10 Закона о банкротстве.  

Предъявляя требование о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий в качестве оснований для такого привлечения указал на неисполнение ею 03.11.2019 обязанности по подаче в суд в порядке статьи 9 Закона о банкротстве заявления о признании ООО «Альянс» несостоятельным (банкротом) и неисполнение с 06.09.2023 закрепленной в статье 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.  

Рассматривая требование конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании ООО «Альянс» банкротом, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве указано, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если, в частности, удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.  

Под недостаточностью имущества, в силу статьи 2 Закона о банкротстве, понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате  

обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).  

Согласно пункту 2 названной статьи заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, момент возникновения данного условия, факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия, объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока.  

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, для определения наличия оснований привлечения к субсидиарной ответственности имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.  

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.  

Таким образом, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.  

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.  

При этом наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.  

Возникновение в рассматриваемый период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.  

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.  

В обосновании заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в рассматриваемой части конкурсный управляющий указал, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникла у ФИО2 в связи с наличием у предприятия признаков неплатежеспособности по состоянию на 03.10.2019 ввиду просрочки исполнения обязательств перед ООО «Строй-Бетон» по поставке товара (битума дорожного) на сумму 4 838 000 рублей.  

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 27.05.2020 по делу № А59-548/2020 с ООО «Альянс» в пользу ООО «Строй-Бетон» взыскано 4 838 000 рублей неосновательного обогащения, 47 717 рублей 26 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 23.10.2019 по 16.12.2019, 129 908 рублей 76 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 17.12.2019 по 27.05.2020, 46 769 рублей 52 копейки судебных расходов по оплате государственной пошлины, а всего 5 062 395 рублей 54 копейки.  

Как следует из данного судебного акта, должник не исполнил обязательства перед ООО «Строй-Бетон» по поставке товара (битума дорожного) на сумму 4 838 000 рублей, предоплата за который внесена платежными поручениями № 2889 от 14.08.2019, № 3151 от 26.08.2019, № 3292 от 03.09.2019, в связи с чем с 22.10.2019 на стороне должника возникла обязанность по возврату ООО «Строй-Бетон» денежных средств, внесенных в качестве предоплаты за товар.  

Иных обстоятельств, свидетельствующих о наличии у ответчика по состоянию на дату 03.11.2019 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «Альянс» несостоятельным (банкротом) конкурсным управляющим не приведено.  

При оценке доводов апелляционной жалобы в рассматриваемой части, апелляционный суд учитывает, что помимо неисполненных обязательств перед ООО «Строй-Бетон» должник имеет только задолженность перед ФНС России в размере 5 083 рублей 10 копеек штрафа за нарушение сроков уплаты НДС за 2020 год (определение суда от 26.06.2024 о включении требований в реестр), в размере 2 000 рублей штрафа за нарушение сроков уплаты страховых взносов на обязательное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за 2 квартал 2019 года, за 3 квартал 2020 года (определение суда от 13.10.2023 о включении требований в реестр), в размере 5 500 рублей штрафа за нарушение сроков уплаты страховых взносов на обязательное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за 2019, 2020 годы (определение суда от 04.10.2023 о включении требований в реестр).  

Таким образом, поскольку в соответствии со статьей 4 Закона о банкротстве штрафы не учитываются при определении признаков банкротства, суд первой инстанции правомерно заключил, что в рассматриваемой ситуации отсутствует кредиторская задолженность, за наращивание которой после возникновения признаков банкротства, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности руководитель должника, не подавший заявление о признании должника банкротом, имеющее целью информирование  

потенциальных контрагентов о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.  

Кроме того, возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся неисполненные перед кредиторами обязательства не означают безусловной обязанности должника обратиться в суд с заявлением о признании его банкротом.  

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.  

С учетом изложенного коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявления в рассматриваемой части.  

Рассматривая требование конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за неисполнение закрепленной в статье 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Вопросы сбора и надлежащего хранения и передачи управляющему документации должника имеют особую актуальность, анализ которой позволяет осуществлять основные мероприятия процедуры банкротства, в частности, определять круг контролирующих лиц, наличие оснований для привлечения их к ответственности, основных активов должника и их идентификации, иным образом пополнять конкурсную массу путем взыскания дебиторской задолженности, виндикации имущества, оспаривания сделок и прочее.  

Невозможность совершения указанных действий является существенным затруднением проведения процедур банкротства (абзац шестой пункта 24 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).  

В связи с этим законодательно установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Указанные в данной норме обстоятельства отсутствия документации должника-банкрота представляют собой презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во  

избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного.  

Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.  

В то же время признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в факте непередачи документации должника управляющему как таковом, а в противоправных деяниях контролирующего лица, повлекших банкротство подконтрольного ему общества и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов. Аналогичные разъяснения изложены в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020.  

С учетом выше приведенных правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации сам по себе факт непередачи документации конкурсному управляющему одним из бывших руководителей должника не является достаточным для привлечения такого руководителя к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.  

Как разъяснено в пункте 24 постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее: заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

В обосновании заявленного требования в рассматриваемой части конкурсный управляющий ФИО1 вменяет ФИО2 в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности непередачу документации должника о  

хозяйственных взаимоотношениях с ООО «Магнит», ООО «ТоргСервис», ООО «БизнесЭнергия», ООО «УралНефтеТрейд», о чем свидетельствует перечисление денежных средств между должником и указанными лицами.  

Из материалов дела (выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Альянс» в Дальневосточном банке ПАО Сбербанк) видно, что:  

- 03.06.2019 ООО «Магнит» (ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Альянс» перечислило денежные средства в сумме 590 000 рублей с назначением платежа «Оплата по счету № 011 от 27.05.2019 за упаковку»;  

- 05.06.2019 ООО «Альянс» перечислило ООО «ТоргСервис» (ИНН 

<

***>) денежные средства в сумме 521 040 рублей;  

- 09.09.2019 ООО «Альянс» перечислило ООО «УралНефтеТрейд» (ИНН 

<

***>) денежные средства в сумме 526 000 рублей с назначением платежа «Оплата по счету № 163 от 06.09.2019. Битум», 13.09.2019 - в сумме 186 000 рублей с назначением платежа «Оплата по счету № 179 от 12.09.2019. Транспортные услуги до порта ФИО3»;  

- 28.08.2019 ООО «Альянс» перечислило ООО «Бизнес Энергия» (ИНН 

<

***>) денежные средства в сумме 2 033 600 рублей с назначением платежа «Оплата по счету № 2706/19 за ТМЦ», 12.09.2019 – денежные средства в сумме 1 906 500 рублей с назначением платежа «Оплата по счету № 2711/19 от 11.09.2019 за ТМЦ».  

Определениями от 02.10.2024, 31.10.2024, 27.11.2024 суд первой инстанции в порядке статьи 66 АПК РФ истребовал от указанных юридических лиц (кроме ООО «Бизнес Энергия» (ИНН 

<

***>) ввиду его ликвидации 23.11.2020) сведения и документы об основаниях перечислениях денежных средств.  

 15.11.2024 от ООО «УралНефтеТрейд» поступили истребованные судом сведения и документы, из которых следует, что перечисление денежных средств осуществлялось в рамках обязательств по договору поставки нефтепродуктов № 95/2019 от 22.08.2019, в подтверждение чего представлены указанный договор с дополнительными соглашениями к нему, универсальные передаточные документы, акты об оказанных услугах, товарно-транспортные накладные и заявки.  

От ООО «ТоргСервис» и ООО «Магнит» истребованные судом сведения и документы не поступили (направляемая в их адрес корреспонденция возвращена в суд с отметкой организации почтовой связи об истечении срока хранения).  

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, доказательств того, что ФИО2 как руководитель ООО «Альянс», вступая во взаимоотношения с ООО «Магнит», ООО «ТоргСервис», ООО «Бизнес Энергия», не являющихся по отношению к должнику аффилированными лицами, и перечисляя денежные средства, в том числе, за товарно-материальные ценности и получая денежные средства за упаковку, вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности и осуществила указанные действия в отсутствие на то правовых оснований, конкурсным управляющим не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что данные действия ФИО2 находятся в прямой причинно-следственной связи с несостоятельностью (банкротством) должника и изменили экономическую судьбу предприятия; также судом первой инстанции правомерно учтено, что все перечисления денежных средств осуществлены за пределами трехлетнего срока подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, соответственно, даже в случае наличия у конкурсного управляющего документов по таким сделкам, они не могли быть оспорены по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.  

Исходя приведенных положений Закона о банкротстве и разъяснений высшей судебной инстанции, сам факт непредставления документов, а равно некорректное отражение в отчетности соответствующей информации не могут являться безусловным основанием для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности при недоказанности наличия причинно-следственной связи между  

действиями ответчика и невозможностью формирования конкурсной массы должника. В подобной ситуации, с учетом осуществления управляющим мероприятий по формированию конкурсной массы и расчетам с кредиторами при наличии у него, по крайней мере, части документации должника, в отсутствие доводов о том, что деятельность должника сопровождалась совершением ответчиком сомнительных операций, в том числе связанных с выводом активов, прикрываемых непередачей документации, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что намеренный умысел и недобросовестность поведения ответчика, направленного на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, не усматривается.  

С учетом изложенного коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявления в рассматриваемой части.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе фактически представляют собой ранее сформированную позицию по делу, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта.  

По изложенным мотивам, оснований для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены (изменения) судебного акта, судом первой инстанции не допущено.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на апеллянта и с учетом предоставленной определением суда от 19.05.2025 отсрочки ее оплаты  

Поскольку при подаче апелляционной жалобы обществом не уплачена государственная пошлина (предоставлена отсрочка определением от 19.05.2025), на основании статьи 110 АПК РФ с него надлежит взыскать в доход федерального бюджета 30000 руб. (согласно подпункту 19 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).  

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Сахалинской области от 03.03.2025 по делу № А59-7484/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альянс» в доход федерального бюджета 30000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.  

Председательствующий А.В. Ветошкевич 

Судьи К.А. Сухецкая 

М.Н. Гарбуз