РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-135924/22-110-1004

г. Москва

10 марта 2023 г.

Резолютивная часть решения объявлена 15 февраля 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 10 марта 2023 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи Мищенко А.В. /единолично/,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Милкиной К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью  "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" (117342, ГОРОД МОСКВА, МИКЛУХО-МАКЛАЯ УЛИЦА, ДОМ 40, КОМНАТА 50, ОГРН: 1047796957670) к обществу с ограниченной ответственностью "ЭФФЕКТИВНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ" (127030, РОССИЯ, Г. МОСКВА, МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ТВЕРСКОЙ ВН.ТЕР.Г., СУЩЁВСКАЯ УЛ., Д. 27, СТР. 2, ЭТАЖ 3, ПОМ/КОМ 2Б/12, ОГРН: 1147746630723) о взыскании 1 427 341,55  руб.,

Третье лицо 1- общество с ограниченной ответственностью "СИСКО СОЛЮШЕНЗ" (121614, Г МОСКВА, КРЫЛАТСКАЯ УЛ, Д. 17, К. 4, ЭТ 2 ПОМ I КОМ 28, ОГРН: 1137746627633),

Третье лицо 2- общество с ограниченной ответственностью "БИЗНЕС ТЕЛЕКОМ-ИМПОРТ" (109341, ГОРОД МОСКВА, ЛЮБЛИНСКАЯ УЛИЦА, ДОМ 151, ПОМЕЩЕНИЕ 328/2, ОГРН: 5087746695053),

 

при участии:

от истца –Малиновская Я.С. по дов.  от  16.11.2022,

от ответчика- Орлова А.А. по дов.  от  16.06.2022,

от ООО "СИСКО СОЛЮШЕНЗ"-Бутенко Р.Н. по дов.  от  31.05.2022,

от ООО "БИЗНЕС ТЕЛЕКОМ-ИМПОРТ"-Кинжакаев В.Ш. по дов.  от  26.08.2022, 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью  "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" обратилось с иском к обществу с ограниченной ответственностью "ЭФФЕКТИВНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ" (с учетом принятых изменений в порядке ст.49 АПК РФ) о взыскании 1 337 443,43 руб. неосновательного обогащения по сублицензионному договору от 30.07.2021 №202/0730-01, 18 137,93 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, процентов на сумму 1 337 443,43 руб., исходя из ключевой ставки ЦБ РФ в соответствующие периоды с 06.12.2022 по дату фактического исполнения обязательства, расторжении сублицензионного договора от 30.07.2021 №202/0730-01.

В порядке ст. 51  АПК РФ к участию в деле  были привлечены общество с ограниченной ответственностью "СИСКО СОЛЮШЕНЗ", общество с ограниченной ответственностью "БИЗНЕС ТЕЛЕКОМ-ИМПОРТ".

Ответчик иск не признал  по основаниям, изложенным в отзыве.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, между Обществом с ограниченной ответственностью «Газпромбанк Автолизинг» (далее -«Сублицензиат», «Истец») и ООО «ЭффекТек» (далее - «Лицензиат», «Ответчик») был заключен сублицензионный договор № 202/0730-01 от 30 июля 2021 г. на передачу прав использования программ для ЭВМ с конечным пользователем (далее также - «Договор»), согласно которому Лицензиат обязуется передавать Сублицензиату за вознаграждение права использования Программного обеспечения на условиях простых (неисключительных) лицензий.

Согласно спецификации № 1 к Договору предоставление права использования A-FLEX-AUM Лицензия AU Meetings (1) составляет 36 месяцев, срок предоставления прав - 15 календарных дней с момента 100% оплаты.

В соответствии с Договором стоимость товара составила 23 617,60 долларов США.

29 июля 2021 г. Лицензиатом был выставлен счет на оплату № ЭТ-290721Л-374.

Оплата по Договору в размере 23 617,60 долларов США (или 1 728 581,59 рублей по курсу ЦБ на день оплаты) была произведена Сублицензиатом 30 июля 2021 г., что подтверждается платежным поручением № 29434.

Таким образом, Сублицензиат надлежащим образом исполнил свои обязательства в соответствии с условиями Договора.

согласно спецификации № 1 к Договору предоставление права использования A-FLEX-AUM Лицензия AU Meetings (1) составляет 36 месяцев, срок предоставления прав - 15 календарных дней с момента 100% оплаты.

Права по Договору были предоставлены Сублицензиату согласно счет-фактуре 05.10.2021, т.е. на срок до 05.10.2024 (36 месяцев).

Между тем 14 апреля 2022 г. Лицензиат досрочно прекратил обслуживание и предоставление доступа к программному обеспечению в одностороннем порядке без какого-либо предупреждения.

Таким образом, фактический срок пользования Программным обеспечением составил 191 день (с 05.10.2021 по 14.04.2022) вместо 1 096 дней.

Оплата периода фактического пользования Программным обеспечением пропорционально времени предоставления доступа составила 301 240,04 рублей (1 728 581,59 руб. / 1 096 дней * 191 день).

Следовательно, с учетом отсутствия встречного предоставления денежные средства в размере 1 427 341,55 рубль (1 728 581,59 руб. - 301 240,04 руб.) в счет оплаты последующих периодов использования лицензии удерживаются Лицензиатом неправомерно.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Таким образом, Ответчик обязан возвратить неосновательно удерживаемые денежные средства в размере 1 427 341,55 рубль.

В силу п. 1 ст. 1102, п. 2 ст. 1107 ГК РФ неосновательно обогатившееся лицо обязано не только возвратить сумму неосновательного обогащения, но и уплатить на нее проценты в порядке, предусмотренном ст. 395 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Предоставление доступа к Программному обеспечению было прекращено с 14.04.2022. Следовательно, с этого момента (14.04.2022) Лицензиат выразил свою волю на односторонний отказ от исполнения обязательства и начал неправомерно удерживать денежные средства в размере 1 427 341,55 рубль в счет оплаты последующих периодов использования Программного обеспечения.

Проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (п. 3 ст. 395 ГК РФ).

Как следует из п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. № 7, сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору.

Таким образом, на сумму задолженности в размере 1 427 341,55 рубль подлежат начислению проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами за период с 14.04.2022 по дату фактического исполнения обязательства по возврату Истцу денежных средств в размере 1 427 341,55 рубль.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются (ст. 310 ГК РФ).

Между тем Ответчик в одностороннем порядке по политическим мотивам отказался от исполнения Договора, прекратив предоставление доступа к программному обеспечению.

Согласно п. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В ходе судебного разбирательства истцом заявлено ходатайство об изменении исковых требований в порядке ст.49 АПК РФ, исходя из отсутствия доступа к программному обеспечению с 21.04.2022.

С учетом изложенного, истец просит взыскать 1 337 443,43 руб. неосновательного обогащения по сублицензионному договору от 30.07.2021 №202/0730-01, 18 137,93 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, процентов на сумму 1 337 443,43 руб., исходя из ключевой ставки ЦБ РФ в соответствующие периоды с 06.12.2022 по дату фактического исполнения обязательства, расторгнуть сублицензионный договор от 30.07.2021 №202/0730-01.

Вместе с тем, Лицензиат не нарушал своих обязательств по Сублицензионный договор № 202/0730-01 от 30 июля 2021 г. на передачу прав использования программ для ЭВМ с конечным пользователем (далее по тексту - Договор), так как Cisco (производитель программного обеспечения Webex) в одностороннем порядке прекратил обслуживание и предоставление доступа к своему программному обеспечению на территории Российской Федерации.

Лицензиат не имел возможности повлиять на решение о прекращении обслуживания программного обеспечения, так как оно принято на уровне правообладателя по заявлениям Cisco: (цитата с сайта) «Учитывая эскалацию войны и для поддержки украинского правительства и народа, мы прекращаем все деловые операции, включая продажи и предоставление услуг в России и Беларуси на обозримое будущее».

Кроме того, ООО «Эффективные технологии» является коммерческой организацией, а не политической, и осуществляет свою деятельность исходя из основных принципов предпринимательства.

Однако, факт прекращения обслуживания программного обеспечения невозможно точно установить и данное доказательство не обладаем признаками допустимости, поскольку скриншот, представленный Истцом, не был нотариально удостоверен момент прекращения доступа, а потому не отвечает требованиям ст. 67 АПК РФ.

Исходя из сложившейся судебной практики, в соответствии со ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Предъявляя требования о взыскании неосновательного обогащения, Истец должен доказать отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения денежных средств, факт, что приобретение или сбережение ответчиком состоялось за счет истца, а также размер обогащения.

При этом отсутствие хотя бы одного из совокупности указанных элементов свидетельствует об отсутствии неосновательного обогащения. Согласно пункту 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Кроме того, в соответствии с п. 1.1. Сублицензионного договора № 20210730-01 от 30 июля 2021 г. (далее по тексту - «Договор») Лицензиат обязуется передать Сублицензиату за вознаграждение права использования Программного обеспечения на условиях простых (неисключительных) лицензий. Согласно Спецификации №1 к Договору способом передачи права было выбрано направление Сублицензиату по указанному им адресу ключей (регистрационных кодов) для ПО, что было выполнено Ответчиком и Истцом не отрицается. Истцом не было предоставлено доказательств того, что на момент принятия программного обеспечения (далее по тексту -«ПО») по Договору, им были выявлены какие-либо недостатки, при этом между моментом принятия программного обеспечения и возникновением претензий у ответчика прошло более 10-ти месяцев, т.к. в мае-июне 2022 года возникли досудебные и судебные действия со стороны Истца.

Передача прав состоялась по договоренностям Сторон ранее подписания закрывающих документов, а именно в августе 2021 года. Следовательно, свою обязанность по передаче права использования ПО Ответчик исполнил более чем своевременно и в соответствии с условиями Договора.

Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" по смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 28.02.2022 N С01-2477/2021 по делу N А40-25388/2021 устанавливается, что лицензиар считается выполнившим основную обязанность по договору при фактическом предоставлении лицензиату права использования «Как установлено пунктом 2 статьи 1233 ГК РФ, к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419) и о договоре (статьи 420 - 453), поскольку иное не установлено правилами раздела VII ГК РФ и не вытекает из содержания или характера исключительного права.

По правилам пункта 5 статьи 1235 ГК РФ лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение.

Как следует из приведенных норм материального права, содержанием лицензионного договора является обязанность передачи лицензиату не материального объекта (вещи), а права использования, поэтому лицензиар считается выполнившим основную обязанность по договору при фактическом предоставлении лицензиату права использования.

Таким образом, Ответчик надлежащим образом выполнил свою обязанность по передаче прав использования ПО.

В соответствии со Спецификацией №1 к Договору, подписанной обеими сторонами, правомочие Лицензиата на предоставление Сублицензиату права использования соответствующими способами Программного обеспечения, указанного Сторонами в настоящей Спецификации, закреплено в сублицензионном договоре №155 от 27 июля 2016 года, заключенном между ООО «ЭффекТек» и ООО «Бизнес Телеком-Импорт», а также в дистрибьютерском соглашении от 20 ноября 2015 г. и дополнении о лицензировании Доставляемого электронными средствами ПО от 21 июня 2016 г., заключенных между ООО «Бизнес Телеком-Импорт» и ООО «Сиско Солюшенз».

По условиям данных договоров Ответчик не может отвечать за действия правообладателей ПО. То, что Cisco (производитель программного обеспечения Webex) в одностороннем порядке прекратил обслуживание и предоставление доступа к своему программному обеспечению на территории Российской Федерации, находится вне разумного контроля Лицензиата и не вызвано виновными действиями Ответчика, а в соответствии с п. 1 ст. 401 ГК РФ «Лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности».

К правоотношениям в области интеллектуальных прав, возникших после 01.10.2014, для определения ответственности сторон применятся положение ст. 1250 ГК РФ. В п. 3 ст. 1250 ГК РФ «предусмотренные настоящим Кодексом меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено настоящим Кодексом. Если иное не установлено настоящим Кодексом, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств». Односторонний отказ правообладателя от предоставления права доступа к ПО является обстоятельством непреодолимой силы.

То есть, подписав Сублицензионный договор № 20210730-01 от 30.07.2021 г.. Истец был уведомлен и принял условие о наличии прав вендора - Правообладателя по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование ПО.

П. 3 ст. 401 Гражданского кодекса РФ сторона освобождается от ответственности, если докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельствах. Согласно ст. 416 ГК РФ, невозможность исполнения наступает только тогда, когда обстоятельство, препятствующее исполнению обязательства, находится вне сферы ответственности сторон. Таким образом, по смыслу законодательства в ситуации невозможности исполнения обязательства должна исключаться гражданско-правовая ответственность субъектов.

Таким образом, Ответчик не несет ответственность за прекращение доступа к ПО, так как Лицензиат был уведомлен о правомочиях Правообладателя и Ответчик не имел фактической возможности каким-либо образом повлиять на решение о прекращении доступа программного обеспечения, так как оно принято на уровне Правообладателя программного обеспечения Webex.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). Предъявляя требования о взыскании неосновательного обогащения, Истец должен доказать отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения денежных средств, факт, что приобретение или сбережение ответчиком состоялось за счет истца, а также размер обогащения. При этом отсутствие хотя бы одного из совокупности указанных элементов свидетельствует об отсутствии неосновательного обогащения.

Таким образом, у Истца нет оснований для предъявления требования о взыскании неосновательного обогащения.

При указанных обстоятельствах иск не подлежит удовлетворению.

На основании  изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 123, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении  иска отказать.

Возвратить    обществу с ограниченной ответственностью  "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" (  ОГРН: 1047796957670) из федерального  бюджета госпошлину в размере 717  по п/п №34559 от 23.06.2022.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение  месяца с даты его принятия.

 

 

Судья:

А.В. Мищенко