Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-15791/2021

08 сентября 2021 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена 02 сентября 2021 года. 

Полный текст решения изготовлен 08 сентября 2021 года.

Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

в составе:

судьи Сундеевой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению:

Заявитель: Индивидуальный предприниматель ФИО2

Заинтересованное лицо: Управление Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу

третье лицо: Общество с ограниченной ответственностью "Автоперспектива"

о признании недействительными решения и предписания от 02.12.2020 № 078/01/11-188/2020

при участии

от заявителя: ФИО3, дов-ть от 24.02.2021. (он-лайн связь)

от заинтересованного лица: ФИО4, дов-ть от 03.12.2019 

от третьего лица: ФИО5, дов-ть от 12.08.2020

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – предприниматель) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительными решения и предписания Управления Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу (далее – Управление) от 02.12.2020 № 078/01/11-188/2020.

Определением суда от 27.05.2021 дела №А56-15791/2021 и №А56-17872/2021 объединены в одно производство.

Заявитель обратился с ходатайством о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих требований относительно предмета спора: 1) Депутата МС МО «Малая Охта» ФИО6, 2) Санкт-Петербургское государственное казенное учреждение «Городской мониторинговый центр», 3) Местная администрация внутригородского муниципального образования Санкт-Петербурга муниципального округа Малая Охта. Третье лицо подержало ходатайство. Заинтересованное лицо возражает против удовлетворения ходатайства. 

Суд не находит оснований для удовлетворения заявленного ходатайства ввиду следующего.

Согласно части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

В соответствии с частью 3 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о вступлении в дело третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение.

Согласно части 3.1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение об отказе во вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, может быть обжаловано лицом, подавшим соответствующее ходатайство, в срок, не превышающий десяти дней со дня вынесения данного определения, в арбитражный суд апелляционной инстанции.

По смыслу и содержанию части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что основанием для вступления в процесс третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является возможность судебного акта по рассматриваемому делу повлиять на его права или обязанности по отношению к одной из сторон, другими словами, у данного лица имеются материально-правовые отношения со стороной по делу, на которые может повлиять судебный акт по рассматриваемому делу в будущем (предъявление регрессного иска и т.п.).

При решении вопроса о допуске лица в процесс в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, суд обязан исходить из того, какой правовой интерес имеет данное лицо. Материальный интерес у третьих лиц возникает в случае отсутствия защиты их субъективных прав и охраняемых законом интересов в данном процессе, возникшем по заявлению истца к ответчику.

Лицо, чтобы быть привлеченным в процесс, должно иметь ярко выраженный материальный интерес на будущее. То есть после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон. Иными словами, после разрешения дела между истцом и ответчиком у третьего лица возникает право на иск или у сторон появляется возможность предъявления иска к третьему лицу, обусловленная взаимосвязью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

Заявителем не представлено доказательств того, что судебный акт по настоящему делу может повлиять на права или обязанности третьих лиц.

Заявитель обратился с ходатайством для отложения судебного заседания для получения ответа на запрошенные сведения из МРУ Росфинмониторинга по СЗФО.

Заявитель, а также третье лицо обратились с ходатайством о назначении судебной компьютерно-технической экспертизы. Третье лицо подержало ходатайство. Заинтересованное лицо возражает против удовлетворения ходатайства.

Статьей 82  установлено, для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.  

Рассмотрев заявленное ходатайство в порядке, предусмотренном статьей статьи 159 АПК РФ, учитывая представленные ответчиком документы, руководствуясь положениями пунктом 5 стати 159 АПК согласно которому, арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам, принимая во внимание мнение сторон. Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты прав и законных интересов сторон в процессе, суд не находит оснований для удовлетворения заявленного ходатайства.

Заявитель поддержал заявленные требования. Заинтересованные лица возражали против заявленных требований.

Как следует из материалов дела, Управление Федеральной антимонопольной службы по Санкт-Петербургу (далее - Управление) решением по антимонопольному делу №078/01/11-188/2020 в действиях ИП ФИО2 и ООО «Автоперспектива» признало нарушение п. 2 ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 26.07.2006 №135-Ф3 «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции), выразившееся в заключении запрещенного антимонопольным законодательством соглашения, которое привело к поддержанию цен на торгах. А также выдано предписание.

Не согласившись с вынесенным решением и предписанием, предприниматель оспорил его в судебном порядке.

Согласно части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 8 Федерального закона от 05.04.2013 N44-03 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестности ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.

Основной целью сговора на торгах является победа в них определенного заранее субъекта. Поскольку торги основаны на принципе состязательности, устранение или ограничение конкуренции на них делает их неэффективными. Одним из способов поддержания цены на торгах является самоустранение на основании сговора конкурентов от участия в торгах, что приводит к тому, что контракт заключается с единственным участником торгов по начальной (т.е. максимальной) цене.

Согласно пункту 7 статьи 4 Закона №135-Ф3 под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Следовательно, даже в отсутствие иных участников аукциона при добросовестном поведении на торгах на основе принципа состязательности, могло и должно было произойти снижение максимальной цены аукционов до суммы, которую каждое общество определяло бы самостоятельно, исходя из своей финансово-хозяйственной деятельности. Данная позиция подтверждается Постановлением  Арбитражного  суда Северо-Западного округа от ]0.10.2018 N Ф07-11844/2018 по делу N А52-3855/2017.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановленииПрезидиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2010№9966/10, установлено что, исходя из действующегозаконодательства и сложившейся практики, при нарушении хозяйствующимсубъектом части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции возможностьнаступления последствий в виде влияния на конкуренцию презюмируется,следовательно, не доказывается, ввиду чего на антимонопольный орган невозложено обязанности по установлению фактов, квалифицирующихсогласованные действия хозяйствующих субъектов. Анализ поведенияучастников с точки зрения экономической выгоды, рентабельности цены и ееадекватности как таковой не входит в предмет доказывания по указаннойкатегории дел (Постановление Арбитражного суда Московского округа от13.02.2019 №005-24214/2018 по делу №А40-88709/2018).

Для заключения вывода о наличии нарушений антимонопольного законодательства, выражающихся в создании картеля (заключении антиконкурентного соглашения), не требуется доказывание антимонопольным органом фактического исполнения участниками картеля условий соответствующего противоправного соглашения, а также фактического наступления последствий, перечисленных в части 1 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ, поскольку, в силу буквального толкования названной нормы, рассматриваемое нарушение состоит в самом достижении участниками картеля договоренности, которая приводит или может привести к перечисленным в части 1 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 №135-Ф3 последствиям.

Указанные в оспариваемом решении IP-адреса не только совпадали уОбщества и индивидуального предпринимателя, но и изменялись единообразно исинхронно (в том числе динамические IP-адреса), что свидетельствует оналичии устойчивых взаимосвязей между ответчиками и невозможности их случайного совпадения.

Конкурентами при осуществлении хозяйственной деятельности использовалась единая инфраструктура. Использование самостоятельными субъектами гражданского оборота единой инфраструктуры возможно только в случае координации и консолидации, при этом такие действия осуществляются для достижения единой для всех цели. Однако коммерческие организации в аналогичных случаях, конкурируя между собой, не действуют в интересах друг друга. Следовательно, такие действия сторон возможны исключительно в результате достигнутых договоренностей. 

Согласно пункту 1.10 административного регламента Федеральнойантимонопольной службы по исполнению государственной функции повозбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольногозаконодательства Российской Федерации, утверждённого приказом ФАС России Приказ ФАС России от 25.05.2012 №339, в случае, если в материалах дела имеютсядокументы, сведения, пояснения в письменной форме, составляющиегосударственную тайну, банковскую тайну, коммерческую тайну или инуюохраняемую законом тайну, лица, участвующие в деле, реализуют свои права ссоблюдением требований законодательства о государственной тайне, банковской тайне, коммерческой тайне или об иной охраняемой законом тайне.

В соответствии с п. 3 ст. 45.2 Федерального закона от 26.07.2006 №135-Ф3«О защите конкуренции» сведения, документы, которые представлены по запросуили иному требованию антимонопольного органа, в отношении которыхустановлен режим коммерческой тайны и которые являются материалами дела онарушении антимонопольного законодательства, могут быть представлены дляознакомления лицам, участвующим в деле, под расписку с согласия обладателятаких сведений, документов.

Согласно п.1 ст.53 Федерального закона от 07.07.2003 №126-ФЗ «О связи» сведения об абонентах и оказываемых им услугах связи, ставшие известными операторам связи в силу исполнения договора об оказании услуг связи, являются информацией ограниченного доступа и подлежат защите в соответствии с законодательством Российской Федерации. Предоставление третьим лицам сведений об абонентах-гражданах может осуществляться только с их согласия, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

В связи с чем Управление не обладало законным основанием для ознакомления ответчиков с информацией, полученной от ООО «Мэйл.ру» (вх.№8663/20 от 17.03.2020), без разрешения ООО «Мэйл.ру».

На заседании Комиссии от 06.07.2020 стороны заявили, что при осуществлении деятельности используют собственные телекоммуникационные устройства и средства интернет-связи. Также стороны неоднократно указывали на то, что при осуществлении своей деятельности являются прямыми конкурентами.

Из письма ООО «Автоперспектива» (вх.№24808/20 от 06.07.2020) и пояснений генерального директора на заседании Комиссии от 06.07.2020 следует, что во всех торгах ответственным за составление заявок являлся сам генеральный директор общества, который лично их составлял и подавал, а также лично подавал ценовые предложения при участии в торгах.

В свою очередь ИП ФИО2 в письме от 09.04.2020 (исх. №1, вх.№12114-ЭП/20 от 13.04.2020) указал, что создаются и подаются ценовые предложения, а также ценовые предложения самим ФИО2, однако, несколько раз им привлекался тендер-менеджер. Каких-либо подтверждающих это документов представлено не было (как с электронных интернет сервисов, так и на бумажном носителе).

Довод относительно наличия процессуальных нарушений подлежит отклонению в связи с тем, что Управление в рамках рассмотрения антимонопольного дела не ограничено объемом собираемых доказательств.

Своим решением Управление не признало факт антиконкурентного соглашения в действиях ответчиков при участии в аукционе №0372200238816000071, в связи с чем не нарушила права Заявителя.

В рассмотренных Управлением электронных аукционах не наблюдалось снижения начальной (максимальной цены) контракта (НМЦК) более чем на 0,5%. Отсутствие ценовых предложений участников аукционов (сторон антиконкурентного соглашения) либо наличие одного-двух ценовых предложений послужило основанием для возникновения ситуации, при которой на торгах поддерживалась максимальная цена контракта либо цена, незначительно от нее отличающаяся, что не свидетельствует о наличии конкуренции. При этом в рамках антимонопольного дела заявители не подтвердили экономическую целесообразность такого поведения (незначительного снижения НМЦК), при определенных прибыли, затратах, рентабельности услуг.

Данная позиция подтверждается постановлениями от 20.03.2019 N Ф06-43850/2019 по делу N А65-15612/2018, от 12.03.2018 N Ф07-16015/2017 по делу N А44-185/2017, от 18.03.2019 N Ф07-17183/2018 по делу N А66-18766/2017, от 13.02.2019 N Ф05-24214/2018 по делу NА40-88709/2018 и др.).

Судом установлено, что вывод Управления о наличии антиконкурентного соглашения установлен на основании следующих обстоятельств: участники аукционов подавали только по одному ценовому предложению; подача заявок в один день; совпадение свойств электронных  файлов  первых  частей  заявок;   подача  идентичных  ценовых предложений или отказ от их подачи при направлении заявки для участия в торгах; подготовка и создание документов, поданных ответчиками в качестве первой и второй части заявки, одним лицом; многолетние деловые отношения между ответчиками; использование единой инфраструктуры при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности и участии в торгах; аукционы проходили в разные дни, отличались друг от друга начальной максимальной ценой контракта, однако описанная выше модель поведения, состоящая из повторяющихся аналогичных действий, однозначно прослеживается в каждом из перечисленных аукционов.

Таким образом, требования заявителя удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца.

Судья Сундеева М.В.