РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-2531/24-136-22

г. Москва

15 августа 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена «24» июня 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено «15» августа 2024 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Петрухиной А.Н. при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Мошковой М.О. рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ФИО1

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ" (127410, 

<

...>, ЭТ 3 ПОМ I КОМ 4, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 14.06.2006, ИНН: 

<

***>)

о взыскании 4323016,49 руб.,

В судебное заседание явились: 

от истца - ФИО2 по доверенности от 17.10.2023  г.

от ответчика - ФИО3 по доверенности от 05.03.2022 г.,

Изучив материалы дела, заслушав представителей сторон, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.06.2006 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.

Одним из участников общества являлся ФИО4 являлся участником общества.

24.04.2016      г. ФИО4 умер, что подтверждается свидетельством о смерти, выданным в отделе по делам населения и миграционной службы в аэропорту Бен Гурион.

На момент смерти ФИО4 (наследодатель) был зарегистрирован по месту жительства в г. Москве.

На момент смерти ФИО4 являлся участником Общества с ограниченной ответственностью «СтройГазСпецМонтаж» с долей участия в уставном капитале общества в размере 16% номинальной стоимостью 640 000 руб.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлся сыном ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении ФИО1

Таким образом, ФИО1 является наследником первой очереди ФИО4

Помимо ФИО1 наследниками ФИО4 являются ФИО5 (супруга умершего) и ФИО4 (сын).

03.05.2017      г. нотариусом г. Москвы ФИО6 было выдано ФИО1 свидетельство о праве на наследство в размере 1/3 доли от 1/2 доли в размере 16% в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «СтройГазСпецМонтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, свидетельство о государственной регистрации юридического лица серия 77 №009328331, дата государственной регистрации 14.07.2006 г.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

Наследство открывается со смертью гражданина (ст. 1113 ГК РФ).

Согласно части 8 статьи 21 Федерального закона РФ от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью. Уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам и правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, передача доли, принадлежавшей ликвидированному юридическому лицу, его учредителям (участникам), имеющим вещные права на его имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, допускаются только с согласия остальных участников общества. Уставом общества может быть предусмотрен различный порядок получения согласия участников общества на переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьим лицам в зависимости от оснований такого перехода.

В соответствии с пунктом 5.6 Устава ООО «СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ», в случае смерти участника Общества (реорганизации юридического лица) его наследники (правопреемники) могут вступить в Общество с согласия всех иных участников.

При отказе наследника (правопреемника) от вступления в Общество, либо отказа Общества от приема в него наследника (правопреемника) ему, в соответствии со ст. 23 ФЗ РФ «Об обществах с ограниченной ответственностью», выплачивается действительная стоимость доли или части доли, определенная на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню смерти участника общества, либо с согласия наследника выдать в натуре имущество такой же стоимости.

Согласно части 8 статьи 21 Федерального закона РФ от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» доли в уставном капитале общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если иное не предусмотрено уставом общества с ограниченной ответственностью. Уставом общества может быть предусмотрено, что переход доли в уставном капитале общества к наследникам и правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, передача доли, принадлежавшей ликвидированному юридическому лицу, его учредителям (участникам), имеющим вещные права на его имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, допускаются только с согласия остальных участников общества. Уставом общества может быть предусмотрен различный порядок получения согласия участников общества на переход доли или части доли в уставном капитале общества к третьим лицам в зависимости от оснований такого перехода.

Согласно п. 5.5 Устава Общества доли в уставном капитале Общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, с согласия участников.

Исходя из пункта 14 Учредительного договора ООО «СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ» в редакции от 26.11.2017 г., высшим органом управления Общества является общее собрание участников Общества.

Протоколом № 1-2018 внеочередного общего собрания участников Общества от 18.04.2018 принято решение (п. 2 повестки дня) не давать согласие на переход доли в уставном капитале Общества к наследникам участника Общества ФИО4, в течение трех месяцев с даты настоящего решения выплатить наследникам действительную стоимость доли участника, определенную на основании данных бухгалтерской отчетности Общества за последний отчетный период.

На основании указанного протокола 25.05.2018 за ГРН 2187748106632 внесены изменения в ЕГРЮЛ о переходе доли ФИО4 в размере 16 % уставного капитала Общества к Обществу.

Однако, в установленный срок действительная стоимость доли Истцу не выплачена.

По утверждению истца, о вынесенном решении общим собранием участников ООО «СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ» об отказе в передаче доли ФИО4 его наследникам, ФИО1 узнал только после вступления в дело №А40-30149/20-58-209 в качестве третьего лица по иску ФИО5 (супруги) к ООО «СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ».

Поскольку участники ООО «СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ» своим решением выразили отказ наследникам во вступление в общество в качестве участников истец полагает, что у него имеется право на получение действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ».

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском, в котором истец просил:

взыскать с ООО «СТРОЙГАЗСПЕЦМОНТАЖ» действительную стоимость доли в размере в размере 3 278 026,67 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 19.04.2019 г. по 06.09.2023 г. в размере 1 044 989,82 руб. с последующим их начислением за период с 07.09.2023 г. по день фактической оплаты задолженности, расходов по оплате государственной пошлины в размере 44 615 руб.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования.

Заявленное ранее ходатайство о назначении судебной экспертизы с целью определения действительной стоимости доли, представитель истца не поддержал.

В связи, с чем оно не рассматривалось судом.

Представитель ответчика исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на иск и дополнениям к нему, заявил ходатайство о применении срока исковой давности.

Ходатайство принято судом к рассмотрению.

Кроме того, ответчик указал, что судебная экспертиза, проведённая по делу № А40-30149/2020, не является надлежащим доказательством размера стоимости доли Истца, поскольку заключение эксперта № МСЭС/30149 нарушает абзац 2 пункта 5 статьи 23 с учётом положения абзаца 2 пункта 2 статьи 14 Закона № 14-ФЗ и пункт 7 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н «Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов», так как данное экспертное заключение составлено не на последнюю отчётную дату (2015 г.), предшествующую дате смерти, а на текущую (на дату смерти), при этом в расчет экспертом были приняты данные бухгалтерской отчётности не за последний отчётный период (2015 г.), а за периоды с 2013-2016 г. г. Кроме того, Ответчик указал, что заключение эксперта № МСЭС/30149 не содержит расчёт действительной стоимости доли Истца, поскольку экспертом вместо расчёта действительной стоимости доли, определяемой, как её рыночная стоимость, была посчитана рыночная стоимость всех активов (в виде основных средств) без вычета обязательств Ответчика, что противоречит п. 4 Приказ Минфина России от 28.08.2014 № 84н, притом, что расчёт чистых активов и действительной стоимости доли Истца заключение так и не содержит.

Изучив материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, доводы отзывов на иск, исследовав и оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств, выслушав в судебном заседании полномочных представителей лиц, участвующих в деле, которые поддержали и изложили свои позиции по делу, арбитражный суд пришел к выводу о том, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом, но в силу обычных начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 ГК РФ арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В статье 12 ГК РФ предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с рассматриваемым требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права потребовать исполнения определенного обязательства от ответчика, наличия у ответчика обязанности исполнить это обязательство и факта его неисполнения последним.

В соответствии с п. 8 ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее по тексту - «Закон № 14-ФЗ») доли в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью переходят к наследникам граждан, являвшихся участниками общества, если учредительными документами общества не предусмотрено, что такой переход допускается только с согласия остальных участников общества.

Согласно п. 5 ст. 23 ФЗ Закона № 14-ФЗ доля или часть доли переходит к обществу с даты получения от любого участника общества отказа от дачи согласия на переход доли или части доли в уставном капитале общества к наследникам граждан.

В силу п. 8 ст. 23 Закона № 14-ФЗ общество обязано выплатить действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать в натуре имущество такой же стоимости в течение одного года со дня перехода к обществу доли или части доли, если меньший срок не предусмотрен настоящим Федеральным законом или уставом общества.

Поскольку решение об отказе в принятии наследников в состав участников Общества  принято  участниками  Общества  протоколом  №   1-2018  от   18.04.2018, действительная стоимость доли уставного капитала подлежала выплате в срок до 18.04.2019.

В соответствии с п. 1 ст. 192 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Обязательство по выплате действительной стоимости доли наследникам определено определенным сроком исполнения - 1 год со дня перехода к Обществу доли на основании абз. 1 п. 8 ст. 23 Закона об ООО.

В соответствии с абз 1 п. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Согласно ст. 191 ГК РФ течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 192 ГК РФ срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующие месяц и число последнего года срока.

Таким образом, поскольку обязательство по выплате действительной стоимости доли Истцу должно было быть исполнено до 18.04.2019, то с 19.04.2019 начал исчисляться срок исковой давности, который истек 19.04.2022.

Однако, Истец обратился в суд только в январе 2024 года.

При этом, в силу абз 1 п. 2 ст. 200 ГК РФ не имеет правового значения, когда Истец узнал или должен был узнать об отказе в даче согласия участниками Общества на переход доли его наследникам, поскольку, как указывалось выше, обязательство по выплате действительной стоимости доли наследникам ограничено определённым сроком исполнения (1 год с момента переход доли к Обществу).

В связи с указанным, течение срока исковой давности на основании абз 1 п. 2 ст. 200 ГК РФ начинается по окончании срока исполнения, то есть с 19.04.2019.

Указанная правовая позиция подтверждается Определением Верховного Суда РФ от 08.12.2016 № 304-ЭС16-16739 по делу № А67-8390/2015, Определением Верховного Суда РФ от 09.06.2016 № 304-ЭС 16-5482 по делу № А45-2642/2015.

Суд не принимает довод Истца о том, что ему стало известно об отказе в даче согласия участниками Общества на переход доли его наследникам только, когда вступил в законную силу судебный акт по делу № А40- 30149/2020 по иску ФИО5 к Обществу о взыскании действительной стоимости доли, где Истец выступал третьим лицом (абз. 2 стр. 3 искового заявления) по следующим основаниям.

Как указывает сам Истец, по делу № А40-30149/2020, он выступал третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований.

Следовательно, обладал всеми правами, предусмотренными ч. 1 ст. 41 АПК РФ, в том числе, правом на ознакомление с делом.

В соответствии с ч. 2 ст. 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

В соответствии с ч. 3 ст. 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом и другими федеральными законами или возложенные на них арбитражным судом в соответствии с настоящим    Кодексом.    Неисполнение    процессуальных    обязанностей    лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом последствия.

В силу ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Таким образом, лицо, участвующее в деле, несет негативные последствия как активной реализации процессуальных прав со злонамеренной целью, так и пассивного процессуального поведения.

На основании изложенного, с учётом указанных выше норм, Истец, являясь лицом, участвующим в деле, при добросовестной реализации своих прав мог ознакомиться с материалами дела, а, следовательно, и с Протоколом № 1-2018 внеочередного общего собрания участников Общества от 18.04.2018 г., на основании которого доля перешла к Обществу.

Следовательно, о нарушении своего права должен был узнать ещё в ходе судебного разбирательства в Суде первой инстанции по делу № А40-30149/2020, в связи с чем, довод о том, что он узнал о том, что ему стало известно об отказе в даче согласия участниками Общества на переход доли его наследникам только, когда вступил в законную силу судебный акт по делу № А40-30149/2020, является несостоятельным.

Судом дана оценка доводу Ответчика о том, что он вступил в дело № А40-30149/2020 в качестве третьего лица только 13.09.2021 г., однако, судом установлено, что ранее 2020 г. Истец по настоящему делу, ФИО1, а также ФИО5, (супруга бывшего участника), ФИО4 (сын бывшего участника) являлись соистцами по делу № 2-1111/2020, рассматриваемому в Бутырском районном суде г. Москвы, возбуждённому по иску к Обществу об истребовании у него 16-ти % доли в уставном капитале Общества, ранее принадлежавшей его отцу, ФИО4, и перешедшей к Обществу на основании Протокола № 1-2018 внеочередного общего собрания участников Общества от 18.04.2018 г.

Третьим лицом по делу по инициативе соистцов была привлечена МИФНС России  № 46 по г. Москве.

Определением Бутырского районного суда г. Москвы от 09.07.2020 г. исковое заявление ФИО5, ФИО4, ФИО1 оставлено без рассмотрения в связи с их неявкой в судебное заседание.

В материалах дела № 2-1111/2020 имелись, как Протокол № 1-2018 внеочередного общего собрания участников Общества от 18.04.2018 г. (л. д. 6-67 дела № 2-1111/2020), так и выписка из ЕГРЮЛ Общества (л. д. 84-101 дела № 2-1111/2020) и Лист записи о внесении изменений в ЕГРЮЛ от 25.05.2018 г. (л. д. 105-106 дела № 2-1111/2020), из которых следовало, что доля в размере 16-ти % в уставном капитале Общества, ранее принадлежавшая отцу Истца, перешла к Обществу.

Суд приходит к выводу, что сам факт присоединения к исковым требованиям в рамках дела № 2-1111/2020 означает, что Истцу было известно о том, что доля его отца перешла к Обществу с 18.04.2018 г. в соответствии с подп. 8 п. 7 ст. 23 Закона № 14-ФЗ.

Истец, ФИО1, 18.06.2020 г. присоединился к исковым требованиям ФИО4 (брата ФИО1) в рамках дела № 2-1111/2020, что подтверждается Ходатайством о признании соистцами (л. д. 238-240 дела № 2-1111/2020), Доверенностью от 16.03.2022 г., удостоверенной ФИО7, нотариусом

Химкинского нотариального округа Московской области, зарегистрированной в реестре за№ 50/41 I-h/50-2020-1 3-557 (л. д. 236-237 дела№ 2-1111/2020).

Названное выше ходатайство удовлетворено протокольным определением от 18.06.2020 г., (л. д. 241-242 дела № 2-1111/2020) с учётом замечаний на протокол судебного заседания, (л. д. 246 дела № 2-1111/2020).

С учётом изложенного суд приходит к выводу, что уже с 18.06.2020 г. Истец знал и должен был знать о принятом решении участниками Общества не давать согласие на переход доли к наследникам ФИО4, а также о протоколе № 1-2018 внеочередного общего собрания участников Общества от 18.04.2018 г., то есть о том, что доля ФИО4 перешла к Обществу с 18.04.2018 г. в соответствии с подп. 8 п. 7 ст. 23 Закона № 14-ФЗ.

Таким образом, даже, исходя из позиция Истца, срок исковой давности по требованиям Истца истёк 19.06.2023 г., в то время, как иск по настоящему делу был подан в Арбитражный суд города Москвы в январе 2024 г.

При этом, суд не принимает довод Истца о том, что он не принимал участия в деле № 2-1111/2020, поэтому не знал о решении не давать согласие на переход доли к Истцу, по следующим основаниям.

Истец указывает в письменной пояснениях, что направил ходатайство о признании его соистцом по почте, а потом не являлся на заседания, соответственно, не ознакомился с делом, а, следовательно, не знал о решении не давать согласие на переход доли к Истцу, а также с иными материалами.

Между тем, ходатайство удовлетворено протокольным определением от 18.06.2020 г., (л. д. 241-242 дела № 2-1111/2020) с учётом замечаний на протокол судебного заседания (л. д. 246 дела № 2-1111/2020).

Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, в том числе, имеют право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии, Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В соответствии с ч. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей.

В силу ч. 1 ст. 54 ГПК РФ представитель вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия.

Таким образом, лицо, участвующее в деле, несет негативные последствия как активной реализации процессуальных прав со злонамеренной целью, так и пассивного процессуального поведения, если указанное допускается как им лично, так и его представителем.

Таким образом, на основании указанных выше норм, Истец, являясь лицом, участвующим в деле, при добросовестной реализации своих прав мог ознакомиться с материалами дела как лично, так и через своего представителя, а, следовательно, и с Протоколом № 1-2018 внеочередного общего собрания участников Общества от 18.04.2018 г., на основании которого перешла доля к Обществу.

Следовательно, о нарушении своего права должен был узнать после признания его соистцом.

Тот факт, что ни Истец, ни его представитель не являлись в последующем в судебные заседания, никак не влияет на факт того, что Истец мог и должен был узнать о нарушенном праве после заявления ходатайства о признании его соистцом, а процессуальное бездействие не свидетельствует об обратном.

Суд также учитывает, что оставление иска без движения по причине неявки истца, не просившего о разбирательстве дела в его отсутствие, даже не является основанием для продления срока исковой давности, что следует из абз. 3 п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Довод Истца о том, что законодательством РФ не установлен срок для обращения с заявлением о включении или о выплате действительной стоимости доли, суд признаёт несостоятельным, поскольку указанное не исключает течение срок исковой давности на основании следующего.

Истец указывает, что он не был извещён Обществом о решении не давать согласие на переход доли к Истцу.

Между тем, Законом № 14-ФЗ не предусмотрена обязанность извещать наследников о таком решении.

Судом установлено, что на основании указанного Протокола № 1-2018 от 18.04.2018 г. 25.05.2018 г. за ГРН 2187748106632 внесены изменения в ЕГРЮЛ о переходе доли ФИО4 в размере 16 % уставного капитала Общества к Обществу, что подтверждается Листом записи в ЕГРЮЛ от 25.05.2018 г.

В связи с чем, о переходе доли к Обществу в связи с отказом других участников Общества в даче согласия наследникам на вступление в Общество Истцу должно было быть уже известно 25.05.2018 г., поскольку сведения содержащиеся в ЕГРЮЛ, являются общедоступными, и выписку из ЕГРЮЛ с отметкой о переходе доли к Обществу Истец мог посмотреть на сайте ФНС России.

Более того, суд учитывает и тот факт, что Общество не знало и не могло знать, кого извещать и по какому адресу, поскольку наследование может быть как по закону, так и по завещанию. В силу установленной законом тайны завещания ни родственники, ни близкие, ни тем более Общество и его участники, не знают его содержание, то есть круг наследников, как и не знают, есть ли оно вообще и будет ли наследование по закону.

Таким образом, Обществу не могло быть известно до момента обращения к нему наследников ни о круге наследников, ни об их адресах, по которому следует направлять извещения и иные сведения.

В этой связи суд приходи к выводу о том, что в целях обеспечения своих прав и интересов именно Истец был обязан обратиться к Ответчику, предъявив документы о праве на наследство.

Соответственно, его бездействие на протяжении девяти лет с момента получения свидетельства о праве на наследство никак не свидетельствует о том, что Истец не знал или не мог знать о нарушении его права на выплату действительной стоимости доли, если она не была выплачена.

При этом, судом установлено, что 09.12.2017 г. Ответчик с письмом от 01.12.2017 г. за исх. № 19 с просьбой представить сведения о наследниках обратился к нотариусу ФИО6, в производстве которой находилось наследственное дело ФИО4

Нотариус ФИО6 в ответном письме от 07.12.2017 г. за исх. № 150 сообщила Ответчику, что указанные сведения не подлежат разглашению на основании ст. ст. 5 и 16 Основ законодательства РФ о нотариате.

Однако, как утверждает Истец, он не обращался к Ответчику.

Также Судом исследована переписка Истца с ФИО8, супругом одного из участников Общества, ФИО9

Из данной переписки следует, что 16.01.2019 г. в 10:55 Истец с адреса электронной почты k2390000@gmail.ru направил супругу ФИО9, являющейся участником Общества, сообщение по электронной почте, с вопросом о том, какие документы ему необходимы для выплаты.

При этом суд критически относится к доводу Истца о том, что такой переписки не было, поскольку у себя в электронной почте он её не наблюдает, поскольку Истец не отрицает факт принадлежности ему электронной почты.

В соответствии с ч. 3.1. ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

На основании изложенного, адрес электронной почты Истца k2390000@gmail.ru суд признаёт достоверным.

При этом суд учитывает, что Ответчик не мог узнать этот адрес, если бы на него не пришло письмо.

Также суд критически относится к доводам Истца о том, что в переписке, возможно, шла речь о выплате дивидендов, поскольку Истец в своём письме не пишет, что ему надо для вступления в Общество, Истец именно пишет про выплату, в связи с чем, если бы речь шла о дивидендах, то их выплата возможно только после вступления в члены Общества, которым он не являлся.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее по тексту - «Постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43»), в случае нарушения прав физических лиц, не обладающих полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособностью (например, малолетних детей, недееспособных граждан), срок исковой давности по требованию, связанному с таким нарушением, начинается со дня, когда об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 200 ГК РФ, узнал или должен был узнать любой из их законных представителей, в том числе орган опеки и попечительства. В исключительных случаях, когда пропуск срока исковой давности имел место, например, ввиду явно ненадлежащего исполнения законными представителями таких лиц возложенных на них законодательством полномочий, пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен по заявлению представляемого или другого уполномоченного лица в его интересах (ст. 205 ГК РФ). Если нарушение прав названных лиц совершено их законным представителем, срок исковой давности по требованиям к последнему, в том числе о взыскании убытков, исчисляется либо с момента, когда о таком нарушении узнал или должен был узнать иной законный представитель, действующий добросовестно, либо с момента, когда представляемому стало известно либо должно было стать известно о нарушении его прав и он стал способен осуществлять защиту нарушенного права в суде, то есть с момента возникновения или восстановления полной гражданской или гражданской процессуальной дееспособности (ст. 21 ГК РФ, ст. 37 ГПК РФ).

Как следует из абз. 1, 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43, бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Однако, в нарушение указанного, Истцом не приводится доказательств о наличии обстоятельств, свидетельствующих о наличии в последние шесть месяцев срока давности уважительных причин пропуска срока исковой давности, как то, например, наличие документов о недееспособности или ограниченной дееспособности, тяжёлая болезнь и пр., а также не заявлено соответствующего ходатайства о восстановлении срока исковой давности с приложением доказательств. В связи с указанным, оснований для исчисления срока исковой давности в соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, то есть когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, не имеется.

В соответствии с п. 1 ст. 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в Определении от 03.11.2006 № 445-0, институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

Кредитор в обязательстве с определенным сроком исполнения должен знать о том, что его право нарушено после окончания срока исполнения, если должник не предложит ему исполнение обязательства в этот срок. Соответственно, если право кредитора возникло из обязательства с определенным сроком исполнения (п. 1 ст. 314 ГК РФ), то начало течения срока исковой давности устанавливается с даты нарушения срока исполнения обязательства (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2023 № 307-ЭС23-16390 по делу № А56-76859/2022).

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного № 43 пунктом 2 статьи 199 ГК РФ не предусмотрено какого-либо требования к форме заявления о пропуске исковой давности: оно может быть сделано как в письменной, так и в устной форме, при подготовке дела к судебному разбирательству или непосредственно при рассмотрении дела по существу, а также в судебных прениях в суде первой инстанции, в суде апелляционной инстанции в случае, если суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330 ГПК РФ, часть 6.1 статьи 268 АПК РФ). Если заявление было сделано устно, это указывается в протоколе судебного заседания.

Как следует из п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Также суд признаёт обоснованным доводы Ответчика о том, что в данном конкретном споре заключение эксперта № МСЭС/30149 является ненадлежащим доказательством в связи со следующим.

Как следует из п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Данные разъяснения по вопросам судебной практики применения законов и иных нормативных правовых актов арбитражными судами сохраняют свою силу до принятия соответствующих решений Пленумом Верховного Суда РФ (часть первая статьи 3 Федерального конституционного закона от 04.06.2014 № 8-ФКЗ).

При этом, не заявление тех или иных доводов при рассмотрении другого дела, не лишает Ответчика права заявить такие доводы при рассмотрении другого дела.

Согласно ч. 5 ст. 71 АПК РФ никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 14 Закона № 14-ФЗ общество обязано выплатить наследникам умершего участника общества действительную стоимость доли или части доли, определенную на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню смерти участника общества.

Согласно п. 7 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н «Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов» (далее по тексту - «Приказ Минфина России от 28.08.2014 № 84н») стоимость чистых активов определяется по данным бухгалтерского учета. При этом активы и обязательства принимаются к расчету по стоимости, подлежащей отражению в бухгалтерском балансе организации (в нетто-оценке за вычетом регулирующих величин) исходя из правил оценки соответствующих статей бухгалтерского баланса.

В соответствии с ч. 1 ст. 15 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно.

В связи с указанным, с учётом того, что наследодатель умер 24.04.2016 г., действительная стоимость доли должна была быть определена не по состоянию на 24.06.2016 года, а по состоянию на 31.12.2015 года и на основании данных бухгалтерской отчётности за отчётный период - 2015 год (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.03.2022 N Ф05-4829/2022 по делу N А40-140879/2021).

Однако, как следует из заключения эксперта № МСЭС/30149, действительная стоимость доли определена по состоянию на 24.04.2016 г., а не на последний отчётный период, предшествующий дню смерти наследодателя (2015 г.).

Кроме того, согласно заключению эксперта № МСЭС/30149, при расчёте действительной стоимости доли экспертом анализировалась бухгалтерская отчётность не за предшествующий год, а за «предшествующие годы» - за период с 2013 г. по 2015 г.

Указанный расчёт действительной стоимости доли не соответствует законодательству РФ, сложившейся многочисленной судебной практике, нарушает абз. 2 п. 5 ст. 23 с учётом положения абз. 2 п. 2 ст. 14 Закона № 14-ФЗ и п. 7 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н.

Кроме того, заключение эксперта № МСЭС/30149 не содержит расчёт действительной стоимости доли Истца, поскольку экспертом вместо расчёта действительной стоимости доли, определяемой, как её рыночная стоимость, была посчитана рыночная стоимость всех активов (в виде основных средств) без вычета обязательств Ответчика, что противоречит п. 4 Приказ Минфина России от 28.08.2014 № 84н, притом, что расчёт чистых активов и действительной стоимости доли Истца заключение так и не содержит.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 14 Закона № 14-ФЗ действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Согласно п. 4 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации. Объекты бухгалтерского учета, учитываемые организацией на забалансовых счетах, при определении стоимости чистых активов к расчету не принимаются.

При этом в соответствии с п. п. 5, 6 указанного Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н при расчёте чистых активов не берётся в расчет дебиторская задолженность учредителей (участников, акционеров, собственников, членов) по взносам (вкладам) в уставный капитал (уставный фонд, паевой фонд, складочный капитал), по оплате акций, а также доходы будущих периодов, признанных организацией в связи с получением государственной помощи, а также в связи с безвозмездным получением имущества.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2016 г. по состоянию на 31.12.2015 г. размер чистых активов составляет 80 237 000 (218 657 000, 00 (строка 1600) - 104 317 00, 00 (строка 1400) -34 103 000 (строка 1500)) - 0 (п. 5 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н) -0 (п. 6 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н)).

Эксперту, установив чистые активы, надлежало идентифицировать, что именно они в себя включают (из чего состоят), в связи с чем, определить их рыночную стоимость.

Вместо этого, эксперт оценил все основные средства Ответчика, что не отвечает требованиям п. п. 4-6 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н.

На основании статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих фактов наличия тех или иных обстоятельств.

Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения должны быть допустимыми, относимыми и достаточными.

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с указанной статьей обстоятельства дела, которые согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора. Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

Изучив материалы дела, руководствуясь требованиями действующего законодательства, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины суд относит на истца.

Руководствуясь статьями 16, 17, 28, 102, 110, 167-171, 176, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд города Москвы.

Судья                                                                                                А.Н. Петрухина