ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

проезд Соломенной сторожки, д. 12, г. Москва, ГСП-4, 127994

официальный сайт: http://www.9aas/arbitr.ru; e-mail:9aas.info@arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-21160/2024

Дело № А40-243248/23

город Москва

30 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 мая 2024 года

 

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи Мезриной Е.А.,

судей Головкиной О.Г., Алексеевой Е.Б., при ведении протокола судебного заседания секретарем Воргулевой А.И.,рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО "ТАНДЕМТРАНСГРУПП"

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 22 февраля 2024 по делу № А40-243248/23

по иску ООО "ТАНДЕМ-ТрансГрупп" (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 01.07.2011, ИНН: 

<

***>)

к ответчикам АО "Эникарго" (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 28.06.2018, ИНН: 

<

***>) и ООО "Дальтрансактив" (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 09.01.2020, ИНН: 

<

***>)

третье лицо: Федеральная служба по финансовому мониторингу (ИНН: 

<

***>)

о признании договора оказания услуг по предоставлению собственных (арендованных) вагонов для осуществления железнодорожных перевозок от 01.07.2020г. № 95/2/ЭК-20 в части Дополнительного соглашения от 27.08.2021г. к нему недействительным

 

при участии в судебном заседании представителей: от истца: ФИО1 по доверенности от 19.10.2023; 

от ответчиков: от АО "Эникарго": Мусс Е.М. по доверенности от 14.10.2023; ФИО2 по доверенности от 14.10.2023;

В судебное заседание иные лица, участвующие в деле, не явились - извещены; 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество «ТАНДЕМ-ТрансГрупп» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к обществу «Эникарго» и обществу «Дальтрансактив» о признании договора оказания услуг по предоставлению собственных (арендованных) вагонов для осуществления железнодорожных перевозок от 01.07.2020 № 95/2/ЭК-20 в части Дополнительного соглашения от 27.08.2021 к нему, заключенного между АО «ЭНИКАРГО» и ООО «Дальтрансактив» недействительным.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой, в которой просил указанное решение суда первой инстанции отменить, удовлетворить исковые требования.

Истец ходатайствовал об истребовании доказательств у ответчиков, ссылаясь на отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 66 АПК РФ, доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Ответчик, обеспечивший явку в судебное заседание, просил оставить ходатайство без удовлетворения.

Судом апелляции ходатайство рассмотрено и отклонено,  поскольку не установлено оснований для обязания ответчиков представить в суд доказательства в том виде, в котором их истребует истец (нотариальное заверение).

В материалы дела представлен оспариваемый договор и дополнительное соглашение к нему, который подписан электронно, путем обмена документами.

О применении положений ст. 161 АПК РФ заявлено не было, обосновывая следующее ходатайство о назначении и проведении по делу судебной экспертизы (давности составления документа) истец пояснил обстоятельства отсутствия заявления о фальсификации.  

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. Таким образом, экспертиза назначается только для разъяснения возникших при рассмотрении дела вопросов.

Вопрос о назначении экспертизы либо об отказе в ее назначении разрешается судом в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела и имеющейся совокупности доказательств, и при этом суд самостоятельно определяет достаточность доказательств.

Согласно статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы относится к праву арбитражного суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Оснований для проведения заявленной истцом экспертизы, судом апелляции не установлено, само по себе сомнение истца в дате составления документа не может являться основанием для удовлетворения ходатайства. 

В ходе судебного заседания, истцом также было заявлено о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств (бухгалтерская отчетность за 2023), с указанием на то, что получить документы истцу удалось уже после принятия судом первой инстанции оспариваемого судебного акта.

Согласно п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 12 от 30 июня 2020 г. "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

В то же время немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

Учитывая, что Общество является истцом по настоящему делу, то оно могло и должно было предоставлять соответствующие документы в обоснование требований по иску, чего им сделано не было (ст. 9 АПК РФ ).

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы, просил ее удовлетворить, представитель ответчика – ООО «ЭНИКАРГО» возражал  против удовлетворения апелляционной жалобы. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Второй ответчик уведомлен, явку представителя не обеспечил (ст. 156 АПК РФ ).

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения решения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.12.2022 по делу №А40-154822/22-180-1174, оставленным в силе судами апелляционной и кассационной инстанции, были удовлетворены в полном объеме исковые требования АО «ЭНИКАРГО» (далее - Ответчик № 1) к ООО «ТАНДЕМ-ТрансГрупп» (далее -Истец) о взыскании убытков в виде реального ущерба в размере 16 200 000,00 руб. и упущенной выгоды в размере 24 698 723,00 руб., вызванных ненадлежащим исполнением Истцом условий заключенного с Ответчиком № 1 договора аренды вагонов от 07.09.2020 № 0274-20-ЭКРГ.

Требование о взыскании убытков было основано на заключенном между Ответчиком № 1 и его контрагентом ООО «Дальтрансактив» (далее - Ответчик № 2) договором оказания услуг по предоставлению собственных (арендованных) вагонов для осуществления железнодорожных перевозок от 01.07.2020 № 95/2/ЭК-20 (далее -Договор оперирования) с учетом Дополнительного соглашения от 27.08.2021 к нему.

Истец считает, что указанный Договор оперирования, в части Дополнительного соглашения от 27.08.2021 к нему, является мнимой сделкой.

При принятии решения о взыскании убытков суд проверяет законность, заключенность и действительность документов, положенных в основу взыскания вне зависимости от заявления сторонами об этом отдельных исковых требований.

В данном случае, такая проверка была осуществлена по делу № А40-154822/2022, а также в рамках дела № А40-179433/2023 (на судебном заседании по рассмотрению обоснованности заявления АО «ЭНИКАРГО» о признании ООО «Тандем-Трансгрупп» банкротом).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ).

Так, разрешая спор по существу в рамках дела №А40-154822/2022, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 15, 393, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановлений Пленума Верховного суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", с учетом преюдиции, установленной вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 26.04.2022 по делу N А40-279626/2021, исходили из наличия неправомерных действий ответчика (злоупотребления), выразившихся в создании препятствий к пользованию АО переданным в аренду имуществом – неоднократные, непрерывные требования об увеличении арендной платы под угрозой расторжения договора аренды при невыполнении ответчиком условий, необходимых для одностороннего расторжения договора аренды, незаконный отзыв 22.09.2021 доверенности на управление вагонами, незаконное изъятие вагонов из владения арендатора (АО) на протяжении сентября - декабря 2021 года; установив, что материалами дела подтверждаются вина ООО «ТАНДЕМ-Трансгрупп», причинно-следственная связь между действиями ответчика, связанными с изъятием вагонов в период действия договора аренды и понесенными истцом расходами, а также невозможность получения доходов от использования вагонов, проверив размер реального ущерба и упущенной выгоды, удовлетворили заявленные требования.

Вступившим в законную силу решением суда по делу N А40-279626/2021 от 26.04.2022 г., суд установил, что обязанности арендодателя по отношению к арендатору, соответственно, не ограничиваются лишь передачей имущества. Напротив, арендодатель еще до передачи имущества обязан заботиться, чтобы не возникло каких-либо препятствий, как в передаче имущества, так и в последующем использовании имущества. Более того, на арендодателя возлагается обязанность устранять все те препятствия, которые возникнут в процессе пользования имуществом.

Было установлено, что арендодатель сам систематически создавал такие препятствия для арендатора, в частности неоднократные требования об увеличении арендной платы под угрозой досрочного расторжения договора аренды.

Рассматривая требования арендатора, суд пришел к выводу, что арендодатель при одностороннем отказе от договора действовал недобросовестно, крайняя необходимость в таком отказе по срочному договору отсутствовала. Кроме того, суд установил, что условия, необходимые для одностороннего расторжения договора (п. 6.2 договора), арендодателем не выполнены (нет надлежащего уведомления, не уплачен штраф за односторонний выход из договора).

Надлежащее уведомление арендодателем не представлено. Подтверждение об уплате штрафа в размере 4 436 700 рублей арендодателем также не представлено. 22.09.2021 г. арендодатель незаконно отозвал доверенность на управление вагонами. На протяжении сентября - декабря 2021 г. арендодатель незаконно изъял вагоны из владения арендатора.

Такие неправомерные действия (злоупотребления) арендодателя не влекут юридических последствий (Постановление Пленума Верховного суда РФ от 22 ноября 2016 г. N 54) и не могут подлежать судебной защите (ст. 10 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Причинение вреда лицу является обязательным условием для вывода о наличии злоупотребления правом.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Положения названной статьи  170 ГК РФ применяется только в том случае, когда стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Если намерения обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

Из материалов дела усматривается, что оспариваемый договор в части Дополнительного соглашения от 27.08.2021 по форме и содержанию соответствует требованиям действующего законодательства. Соответственно, не имеется правовых оснований для применения к отношениям сторон ст. 10, ст. 170 ГК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Обстоятельства, установленные судебными актами в рамках арбитражного дела №А40-154822/2022 и дела № А40-279626/2021 являются обязательными в рамках настоящего дела, в том числе установление того факта о недействительности сделки.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что исковое заявление не обосновано и не подлежит удовлетворению.

Оспаривая судебный акт суда первой инстанции, Апеллянт ссылается на необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания для представления доказательств, о которых Истец узнал только за два дня до вынесения решения.

Согласно ч. 5 ст. 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Вопрос об удовлетворении или отказе в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства разрешается судом с учетом всех обстоятельств дела и представленных заявителем ходатайства документов по своему внутреннему убеждению.

Ходатайство истца об отложении судебного заседания судом правомерно оставлено без удовлетворения, поскольку доказательств обоснованности заявленного ходатайства суду не представлено, с учетом представленных сторонами документов в материалы дела.

На стадии апелляционного обжалования ходатайство о приобщении доказательств (дополнительных) отклонено, поскольку бухгалтерская отчетность за 2023 не подтверждает и не опровергает фактов, которые установлены при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

Позиция апеллянта о том, что суд должен был истребовать у Ответчиков их экземпляры Договора от 01.07.2020, копии заверенных нотариусом электронных писем противоречит принципам состязательности и равноправия сторон. 

В силу пункта 1 статьи 2 АПК РФ  основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов Российской Федерации в указанной сфере.

Право на судебную защиту нарушенных прав и законных интересов гарантировано заинтересованному лицу положениями статьи 46 Конституции Российской Федерации, статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом право на судебную защиту предполагает конкретные гарантии его реализации и обеспечение эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Требования истца подлежат рассмотрению арбитражным судом, исходя из предмета и основания иска, в данном случае предметом требования является признание сделки недействительной, основанием по факту, сомнения истца в её легитимности, в том числе дате подписания июлем 2020г., а также доводы о необходимости признания сделки нелегитимной для возможности произвести в порядке ст. 311 АПК РФ ревизию судебного акта, имеющего преюдициальное значение для настоящего дела, в рамках которого действия истца признаны неправомерными и судом взысканы убытки в пользу первого ответчика.

В силу статьи 9 АПК РФ  судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, чего фактически требует истец, заявляя ходатайство об истребовании доказательств у ответчиков,  поскольку в силу статьи 65 АПК РФ  каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

Процессуальные права лиц, участвующих в деле, определены в части 1 статьи 41 названного кодекса. Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений части 2 статьи 7 и части 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд обеспечивает равную судебную защиту прав и законных интересов всех лиц, участвующих в деле.

Так же, как и равноправие, состязательность является общеправовой ценностью и отражена в Конституции Российской Федерации (статья 123). Смысл этого принципа состоит в том, что стороны в процессе являются совершенно самостоятельными субъектами, действующими осознанно и на свой риск. Все, что делают стороны, направлено на реализацию их законного интереса, в той мере, в какой стороны его понимают. Какое-либо руководство со стороны суда поведением сторон, исходящими от сторон документами и действиями запрещается.

Более того, Договор от 01.07.2020 №95/2/ЭК-2 и Дополнительное соглашение от 27.08.2021 содержатся в материалах дела в нескольких экземплярах, в том числе представлялись Ответчиком (т. 1 л.д. 29-47, т.1 л.д. 132-150, т.2 л.д. 126-148, т.5 л.д. 4-22).

 Учитывая вышеизложенное, отказ суда первой инстанции являлся обоснованным.

Апеллянт указывает на факт отказа в проведении экспертизы давности документов.

Согласно ч. 1 ст. 82 АПК РФ суд назначает экспертизу лишь для разъяснения возникающих у него при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний (постановление Президиума ВАС РФ от 09.03.2011 г. N 13765/10). В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В данном случае заявлений в порядке ст. 161 АПК РФ истцом сделано не было.

Ходатайство заявлялось с целью устранения сомнений стороны истца в легитимности документа.

Вместе с тем, сомнения стороны, не могут являться обстоятельством, которое подлежит проверке в соответствии со ст. 82 АПК РФ .

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

С учётом того, что стороны обменивались документами в электронном виде, вопросы которые ставит Истец (вопросы давности изготовления документа) не могу быть установлены путем проведения экспертизы.

Что касается доводов о необоснованном применении судом первой инстанции положений ст. 69 АПК РФ, то они рассмотрены и отклонены судом апелляции.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

В системе действующего правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 того же Кодекса означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 года N 407-О, от 16 июля 2013 года N 1201-О, от 24 октября 2013 года N 1642-О и др.).

Именно такое толкование и применение, находит отражение в сложившейся практике арбитражных судов, последовательно придерживающейся того, что часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 июня 2004 года N 2045/04, от 31 января 2006 года N 11297/05 и от 25 июля 2011 года N 3318/11).

Так, фактическими обстоятельствами, установленными судом при рассмотрении предшествующего дела, должны являться конкретные действия участников правоотношений (подписание документов, направление документов, и т.д.). Правовые последствия совершения этих действий в виде возникновения встречных обязательств или признание действий незаконными другие определяются судом по результатам оценки всех юридически значимых обстоятельств (в том числе и вышеуказанных действий) с применением соответствующих норм права и представляют собой правовые выводы суда.

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 305-ЭС15-17704, оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы (пункт 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств").

Ссылка апеллянта на Определение Верховного Суда РФ от 06.10.2016 N 305-ЭС16-8204 по делу N А40-143265/2013 является вырванной из контекста, так как в рассмотренном ВС РФ деле, суд указывал на то, что квалификация сделки данной в первом деле (прим. уступка будущего требования), не препятствует иной квалификации во втором деле (уступка существующего требования). Более того, согласно данному Определению, в том случае, если суд, разрешающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

В рамках дела №А40-154822/2022 судом исследовались вопросы исполнения Дополнительного соглашения от 27.08.2021 при определении размера реального ущерба. Факту исполнения договора при оценке данного обстоятельства судом предшествует факт его заключенности и действительности, при этом о недействительности оспариваемого договора истцом в рамках указанного дела заявлено не было.

Согласно сложившемуся в судебной практике подходу суды проверяют поведение сторон спора на соответствие правилу venire contra factum proprium (сторона не может ставить себя в противоречие к своему предыдущему поведению по отношению к другой стороне, если последняя действовала, разумно полагаясь на такое поведение).

Главная задача принципа эстоппель и правила venire contra factum proprium состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Таким образом, суд первой инстанции справедливо указывает, что такая проверка была осуществлена по делу № А40-154822/2022, а также в рамках дела № А40-179433/2023 (на судебном заседании по рассмотрению обоснованности заявления АО «ЭНИКАРГО» о признании ООО «Тандем-Трансгрупп» банкротом).

В рамках рассмотрения настоящего дела, суд первой инстанции не установил признаков мнимости сделки.

Как пояснил ответчик, АО «ЭНИКАРГО» и ООО «Дальтрансактив» - деловые партнеры, имеют историю деловых взаимоотношений и ряд действующих контрактов. Например, между сторонами заключены: Соглашение о партнерстве №1/2/LNF-20 от 10/02/2020 ( т.4 л.д 62-65), Договор на оказание услуг по предоставлению собственных (арендованных) вагонов для осуществления железнодорожных перевозок от 01 июля 2020г. № 95/2/ЭК-20 ( т.4 л.д 4-16), Агентский договор № 01/ДТА-22 от 01 августа 2022г. (приобщены в электронном виде), Договор подряда на оказание услуг по сервисному обслуживанию грузовых вагонов от 01.04.2023, Договор транспортной экспедиции №76/1/ЭК-20 и иные контракты.

В рамках Договора оперирования №95/2/ЭК-20 от 01.06.2020 АО «ЭНИКАРГО» ( т.1 л.д 132-146) обязался за вознаграждение оказывать ООО «ДТА» услуги связанные с предоставлением собственного (арендованного) железнодорожного подвижного состава, для осуществления ООО «ДТА» перевозки грузов по направлением и в объемах указанных в приложениях к договору.

К Договору оперирования №95/2/ЭК-20 от 01.07.2020 были заключены ряд дополнительных соглашений, которые устанавливали соответствующие объемы оказываемых услуг: Дополнительное соглашение от 27.08.2021 (т.1 л.д 147-150), Дополнительное соглашение № 2 от 28.04.2023 ( т.2 л.д. 1-5), Дополнительное соглашение № 3 от 30.06.2023 (т.2 л.д. 30-31).

Дополнительное соглашение от 27.08.2021 - предоставление ООО «ДТА» 108 вагонов для перевозок грузов по маршруту установленному соглашением (станции Северо-Кавказской ж.д, Юговостчоной ж.д, Приволжской ж.д, Москвоской ж.д, Октябрьской ж.ж, Горьковской ж.д, Свердловской, Южно-Уральской ж.д, Западно-Сибирской ж.д).Данные вагоны находились у АО «ЭНИКАРГО» в соответствии договором аренды вагонов от 07.09.2020 № 0274-20-ЭКРГ, заключенному между АО «ЭНИКАРГО» и Истцом.

Дополнительное соглашение № 2 от 28.04.2023, № 3 от 30.06.2023 - АО «ЭНИКАРГО» представил ООО «ДТА» железнодорожный подвижной состав для использования на территории Республика Казахстан. Условия данного соглашения надлежащим образом исполнены (акты, платежные поручения, счет-фактуры, т.2. л.д 6-29).

Таким образом, Договор оперирования №95/2/ЭК-20 от 01.06.2020 является действующим договором, условия его исполняются сторонами на протяжении более 3-х лет. Доводы апеллянта о соблюдении лишь формы не соответствуют действительности и не подтверждаются материалами дела.

Относительно доводов апеллянта об отсутствии заявки на предоставление вагонов и их согласование АО «Эникарго», равно как и отсутствие авансирования суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с условиями Дополнительного соглашения от 27.08.2021 заявки должны были направлены не менее чем за 5 дней до даты начала месяца перевозок, а вагоны должны были быть представлены на станцию первой погрузки (станция отправления вагона), начиная с 01.10.2021 по 31.11.2021, при этом оплата осуществлена не позднее 30 числа, предшествующего месяца пользования ( первая заявка могла быть отправлена не позднее 26.09.2021, а оплата осуществлена не позднее 30.09.2021).

Как установлено судебными актами по делам №А40-154822/2022, №А40-279626/2021 и не оспаривается сторонами, в сентябре 2021г. Истец отозвал доверенность на управление вагонами, а на протяжении сентября-декабря 2021г. изъял вагоны из действующей аренды.

При таких обстоятельствах отправка заявки являлась бы избыточной формой соблюдения сделки, а отсутствие доказательств отправки заявки не свидетельствует о порочности воли сторон.

Что касается доводов о размере штрафа, то как пояснил ответчик, размер штрафа, определяемый исходя из 60 дней использования (п.19 Дополнительного соглашения от 27.08.2021), не является для него экстраординарным, и соответствует его деловой практике.

Аналогичные условия, содержатся в Договоре №147/1/ЭК-20 на оказания услуг по предоставлению собственных (арендованных) вагонов для осуществления железнодорожных перевозок от 13.09.2020 заключенный между АО «ЭНИКАРГО» и ООО «РУСБАН» (Приложение №12 к письменным объяснениям от 02.02.2024).

Так, в частности, в соответствии с п.18 Дополнительного соглашения №7/02-ЭК от 01.01.2023 (Приложение №13 к письменным объяснениям от 02.02.2024), или Дополнительное соглашение №6/21/4 к Договору №147/1/ЭК-20 от 01.04.2021 (Приложение №14 к письменным объяснениям от 02.02.2024) установлена неустойка в размере оплаты действующей ставки за все вагоны за 60 (дней) пользования.

Аналогичные условия также содержатся в Договоре аренды №179/ЭК-21 от 15.10.2021 заключенному между АО «ЭНИКАРГО» и ООО «РТЛ» (Приложение №15 к письменным объяснениям от 02.02.2024), устанавливающий компенсацию в размере двухмесячной аренды за каждый вагон ( п.13.3 договора).

При этом, практика заключения аналогичных сделок, допускает и более жесткие условия, например, в соответствии с п.13.4 Договора аренды №А-29062018/ЭК-ЖДЭ от 27.06.2018, заключенного между АО «ЭНИКАРГО» и ЗАО «ЖДЭ-2000» (Приложение №16 к письменным объяснениям от 02.02.2024 ) предусмотрен штраф в размере шестимесячной оплаты за каждый вагон.

Таким образом, условия Дополнительного соглашения от 28.08.2021 к Договору оперирования не отличаются от обычной деловой практики заключения договоров у АО «ЭНИКАРГО».

Договор оперирования предусматривает большой перечень штрафных санкций и для ООО «ДТА», так например: «штраф 3000 рублей в сутки за каждый вагон отправленный на железнодорожную станцию назначения, не указанную Исполнителем в инструкции» ( п.6.3. Договора оперирования), «неустойка в размере 0,3 % за несвоевременную оплату за каждый день просрочки ( п.6.4. Договора оперирования), «штраф за невыполнение условия о переадресовке вагонов, их использование на маршрутах, не оговоренных в заявке в размере 3000 рублей за каждый день» (п.6.7 Договора оперирования), «штрафы предусмотренные за отказ Заказчика от заявки» (п.6.8. Договора оперирования).

Таким образом, условия Договора оперирования не являются по своей правовой конструкции кабальными, и предусматривают обоюдную ответственность за неисполнения договорных обязательств.

Доводы Апеллянта в части аффилированности, в частности о том, что генеральный директор АО «ЭНИКАРГО» - ФИО3 и генеральный директор ООО «ДТА» - ФИО4, ранее были аффилированы через ООО «Унитранс» (ИНН 

<

***>), в котором на данный момент генеральным директором/учредителем является ФИО4, а до его назначения генеральным директором/учредителем была ФИО3, отклоняются.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

При этом согласно Закону N 948-1, аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа (абзац 4 статьи 4 Закона N 948-1), лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо (абзац 5 статьи 4 Закона N 948-1), лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 6 статьи 4 Закона N 948-1), юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 7 статьи 4 Закона N 948-1).

Указанных признаков аффилированности Истцом не приведено, факт продажи доли ООО «Унитранс» от ФИО3 к ФИО4 не является признаком аффилированности.

Истцом не приведено возможных пороков воли со стороны ООО «Дальтрансактив», а именно не указано какие цели преследовал данный ответчик.

Положения названной статьи 170 ГК РФ применяется только в том случае, когда стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Если намерения обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что намерения одного участника заключить мнимый договор недостаточно для вывода о ничтожности сделки на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. Данная норма подлежит применению при установлении порока воли всех сторон договора (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2005 N 10505/04, от 05.04.2011 N 16002/10, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.07.2020 N 306-ЭС19-2986(7,8) по делу N А65-27205/201).

Обстоятельств, свидетельствующих о нереальности сделки, также  не установлено, доказательства, ставящие под сомнение заключение и исполнение указанного договора оперирования в части Дополнительного соглашения от 27.08.2021 в материалах дела отсутствуют.

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных ст.270 АПК РФ, для изменения или отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 110, 176, 266-268, п. 1 ст. 269, 271 АПК РФ, суд -

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 22 февраля 2024 по делу                     № А40-243248/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

 

Председательствующий судья                                                                    Мезрина Е.А.

 

Судьи:                                                                                                            Головкина О.Г.

 

                                                                                                                        Алексеева Е.Б.