СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13939/2017(26,27,28)-АК

Дело № А50-18848/2016

30  сентября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 сентября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено  30 сентября 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Мартемьянова  В. И., 

судей  Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1  

при участии:

от финансового управляющего ФИО2 - ФИО3, паспорт, доверенность от 10.01.2022,

от ФИО4 - ФИО5, паспорт, доверенность от 28.10.2019,

от ФИО11 - ФИО6, паспорт, доверенность от 16.03.2021,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда ,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные  жалобы  Должника  ФИО4 ,  ФИО7 , ФИО11 

на определение Арбитражного  суда  Пермского края от 28 июня 2022 года 

по делу № А50-18848/2016,

по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной, к ответчикам:

ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>, 614068, г.Пермь, ул. Попова, 21 -44);

ФИО11 (618170, 

<

...>, ИНН 

<

***>),

в  рамках  дела о признании ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., адрес регистрации: 614000, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 27.11.2017 в отношении ФИО4 (далее - должник) введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим определением суда от        03.05.2018 утвержден ФИО2.

         Финансовый управляющий ФИО2 25.05.2020 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением, в котором просит признать недействительными сделки по продаже ФИО7 в пользу ФИО11 объектов недвижимости, применить последствия недействительности сделки в виде их возврата в конкурсную массу ФИО4.

          Определением суда от 12.11.2020 судебное заседание отложено на 09.12.2020; к участию в рассмотрении настоящего заявления в качестве третьего лица без самостоятельных требований, привлечена ФИО8; удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО2 об истребовании документов у МИФНС России № 18 по Пермскому краю и у Комитета ЗАГС.

         Финансовый управляющий заявил ходатайство о принятии уточненного заявления в части оснований признании сделки недействительной, а именно на основании п.п.1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст. ст. 10, 168, 174.1 ГК РФ.

         Протокольным определением в порядке ст. 49 АПК РФ принято уточненное заявление.

        Определением суда от 25.03.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО7 ФИО9.

       Протокольным определением в порядке ст. 49 АПК РФ судом принято уточненное заявление в части дополнительного основания признании сделки недействительной п.п. 1, 2 ст. 170 ГК РФ.

       Определением суда от 16.04.2021 удовлетворено ходатайство финансового управляющего об истребовании документов из ПАО СБЕРБАНК, ПАО Промсвязьбанк, АО «Альфа-Банк», в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО10.

       23.06.2021 от третьего лица ФИО10 в суд поступил отзыв, в котором поясняет, что является предпринимателем с 2011 года, осуществляет торговлю в двух точках в с.Елово Пермского края. За период 2016-2017 гг. из двух магазинов получил наличными 8 945 700 руб., считает, что имел финансовую возможность предоставить 29.06.2018 займ ФИО11 в сумме 8 250 000 руб. на срок до 01.06.2019. На сегодняшний момент денежные средства не возвращены.

       Определением суда от 01.09.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО11, ФИО12 

          Определением Арбитражного  суда  Пермского края от 28 июня 2022 года заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворено.

          Признан недействительным договор купли-продажи недвижимости от 06.07.2018, заключенный между ФИО7 и ФИО11.

          Применены последствия недействительности сделки:

          возвращено ФИО7 следующее недвижимое имущество:

          незавершенный строительством индивидуальный жилой дом, назначение: жилое, площадь застройки 372,1 кв.м, лит. А, условный номер: 59-59-20/027/2011-282 и вспомогательные сооружения:

         баня, общая площадь 36 кв.м., кадастровый номер 59:01:2010777:53;

         котельная площадью 9 кв.м, кадастровый номер 59:01:2010777:54;

         ограждение: забор капитальный, протяженность 180 п.м., кадастровый номер 59:01:2010777:55;

        земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под жилой дом, лит. А, общая площадь 1 297 кв.м., кадастровый номер: 59:01:2010777:16.

        Не  согласившись  с определением , ФИО4 ,  ФИО7 , ФИО11  обратились с  апелляционными  жалобами,  в которых  просят  его  отменить,  в  удовлетворении  требований  о  признании сделки  недействительной  отказать. 

        ФИО7  в  своей  апелляционной  жалобе ссылается  на  то,  что  на момент совершения сделок между супругами действовал брачный договор. ФИО2 не представил доказательств того, что другая сторона сделки знала или могла знать, что через полтора года брачный договор будет признан недействительным.

       ФИО2 обратился в суд с заявлением по признании недействительным брачного договора 07 мая 2019 года.

       То есть с этой даты Леонгардт полагал имущество супругов Е-вых находящимся в общей совместной собственности.

       Проданные ФИО7 ФИО11 объекты не являлись конкурсной массой должника в момент совершения сделки и не могут входить как целая вещь в конкурсную массу должника после признания недействительным брачного договора, так как ФИО4 может рассчитывать только на принадлежащую ему часть/долю в общей совместной собственности на имущество .

       При этом в данном случае Леонгардт также не представил доказательств того, что переданные по оспариваемой сделке объекты недвижимости являются совместной собственностью супругов Е-вых на дату совершения сделки. Суд неверно в нарушение ст. 69 АПК РФ применил преюдицию к настоящему спору, а также выводы суда к второй стороне сделки - ФИО11, который не был участником обособленного спора по заявлению финансового управляющего о признании недействительным брачного договора.

       Суд не установил как ФИО7 приобрела имущество, которое продала ФИО11

        Леонгардт не доказал, что имущество приобретено за счет средств ФИО4

        Суд первой инстанции при грубом нарушении ст. 69 АПК РФ посчитал Постановление 17 ААС от 13.11.2019 по делу А50-18848/2016, постановление 17 ААС от 16.06.2020 по делу А50-9874/2014 преюдициальными к настоящему спору судебными актами и в обоснование приятого судебного акта сослался на выводы приведенных судебных актов.

         В момент совершения сделки ФИО7 не являлась должником, не имела кредиторов, ее права, исходя из принципа сводного их осуществления и действия брачного договора (ст. 1 ГК РФ), ничем и никем не были ограничены.

       Законодательного запрета на момент совершения сделки не существовало, норма права заявителем не приводится, обоснование наличия законодательного запрета через судебный акт свидетельствует о неверном прочтении п. 1 ст. 174.1 ГК РФ.

       В свою очередь, наличие судебного запрета в силу прямого разъяснения ВС РФ не свидетельствует о недействительности сделки.

        ФИО7 неоднократно поясняла, что после продажи имущества не имела к нему никакого отношения, не оплачивала коммунальные платежи, не интересовалась судьбой вещи, не осуществляла фактическое пользование.

        Переоформление договора энергоснабжения является прямой обязанностью нового собственника. Вместе с тем, важно, что если новый собственник несвоевременно переоформит договор, то взыскать денежные средства с ФИО7 невозможно в силу прямого указания закона на оплату коммунальных услуг собственником объекта недвижимости.

         Суд первой инстанции необоснованно не применил годичный срок исковой давности. ФИО2 был утвержден в качестве финансового управляющего 03 мая 2018 года. О нарушенном праве финансовый управляющий узнал по крайней мере не позднее 07.05.2019.

        Суд первой инстанции сделал вывод о неплатежеспособности ФИО11 в связи с тем, что он посчитал недоказанным наличие у его займодавца ФИО10 возможности выдать заем в размере 8 250 000 руб. Однако суд первой инстанции не придал значения представленным ФИО11 документам о наличии у него иных источников дохода - от заработной платы и ведения личного подсобного хозяйства, а также необоснованно возложил на ФИО10 бремя доказывания наличия у него финансовой возможности выдать займ в размере 8 250000 руб., хотя ФИО10 выдавал займ ФИО11, который банкротом не признавался.

         Обжалуемое определение вынесено в отношении объекта, который к настоящему моменту не существует.

           После совершения сделки ФИО11 производил неотделимые улучшения приобретенного имущества на свои денежные средства доказательства чего представил в материалы дела при рассмотрении дела судом первой инстанции. Возврат имущества ФИО7 в том виде, в котором она передала его по сделке с ФИО11, на данный момент с учетом произведенных улучшений невозможен.

           ФИО4 в апелляционной жалобе  ссылается  на то, что в данном случае, в ходе рассмотрения спора о признании брачного договора недействительным, судами не были установлены обстоятельства имеющие принципиальное значение для разрешения настоящего спора. Так, не было установлено какое имущество и на какие денежные средства приобретала ФИО7 в период действия брачного договора.

         Стороны спора неоднократно указывали и представляли документы в подтверждение наличия у ФИО7 возможности приобретать имущество самостоятельно, без участия супруга.

         В рассматриваемом споре важным моментом является определить является спорное имущество имуществом должника или приобретенным за счет имущества должника. Данные обстоятельства судом не установлены.

         Делая вывод о том, что сделка совершена со злоупотреблением правом суд первой инстанции ссылается на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019 г .

         При этом, указанное постановление не может устанавливать какие-либо

обстоятельства относительно недействительности оспариваемой сделки, данный судебный акт не содержит указаний на конкретное имущество, которое было приобретено на ФИО7

         Устанавливая злоупотребление правом суд первой инстанции ссылается на то , что  конкурсный управляющий ООО «Нооген» ФИО13 28.12.2015 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц ООО «Нооген»: ФИО4, ФИО7, ФИО14, ФИО15 в размере 341 151 460,55 рублей.

         Учитывая сведения о характере, основаниях и времени возникновения обязательств ФИО4 перед его кредиторами, а также времени возникновения оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО7, взыскания с них убытков в деле о банкротстве ООО «Нооген», на момент совершения оспариваемых договоров купли-продажи супруги Е-вы осознавали неизбежность предъявления к ним в ближайшем будущем денежных требований со стороны кредитора ООО «Нооген», удовлетворить которые они будут не в состоянии.

           Таким образом , после принятия Арбитражным судом Пермского края определения от 06.08.2018 о взыскании с ФИО7 убытков, она, рассчитывая на определение брачным договором статуса имущества в качестве личного, целенаправленно в сговоре с ФИО4 осуществила действия по отчуждению спорных объектов недвижимости по сделке с ФИО16 от 03.07.2018».

           В данном случае, искажая фактические обстоятельства, суд первой инстанции делает ошибочные выводы. В 2015 г. появилось заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, а имущество продает только в 2018 г. Целенаправленность ФИО7 по отчуждению имущества отсутствует.

           Суд, устанавливая злоупотребление правом, предвосхищает судьбу рассмотрения иных споров с участием ФИО7, говоря о ликвидности и дороговизне имущества.

           В ходе рассмотрения дела, ответчик указывала, что объекты недвижимости продала поскольку необходимы денежные средства на содержание детей и себя, поскольку супруг - должник семью не обеспечивал всем необходимым. Данные обстоятельства судом первой инстанции во внимание не приняты, оценка им не дана, учтена лишь череда случайных совпадений относительно реализации имущества и вынесения судебных актов. ФИО4 ставит под сомнения в принципе осведомленность ФИО7 о вынесенном судебном акте о взыскании с нее убытков в тот период времени, поскольку в судебных заседания она участия не принимала.

         Признавая сделку мнимой, суд первой инстанции, приходит к выводу, что единственной целью всех заключенных договоров купли-продажи был вывод совместного имущества должника, оформленного по недействительному брачному договору в период его банкротства. 

          При этом, ссылается на то, что стороны сделки ранее были знакомы, и уже совершали сделки по отчуждению имущества.

         Однако, стоит обратить внимание, на  то,  что,  во-первых, законом не запрещено совершать сделки между знакомыми, во-вторых, для утверждения что сделка совершена для вида  необходимо доказать, что ФИО11 не пользовался имуществом.

          Делая суждения о том, что имущество не выбывало из владения ФИО7 суд первой инстанции делает на основе показаний свидетеля ФИО21.

           К показаниям данного свидетеля следует относится критически, свидетель при даче показаний путалась, ничего конкретного рассказать не могла. Свидетель указала, что выезжала на объект весной, при этом, предъявляет фотографии с зимним пейзажем, где не отражена дата фотосъемки. Указывает, что ФИО7 приложила фотографии к заявке. При, этом указать каким документом регламентируется перечень документов, прилагаемый к заявке, свидетель не смогла. Более того, свидетель так и не смогла пояснить что конкретно она видела по адресу: 

<

...>.

         ФИО11 в своей апелляционной жалобе ссылается  на  то, что   финансовому управляющему, исходя из его представлений об обстоятельствах дела, следовало оспаривать первую сделку (брачный договор), а затем виндицировать имущество у ФИО11, причем эти требования могли быть рассмотрены в случае совпадения подсудности в рамках одного обособленного спора, а в случае несовпадения подсудности - в отдельном споре по виндикационному иску финансового управляющего к ФИО11 в общеисковом порядке (вне дела о банкротстве Должника).

         Любые иные способы защиты права (включая избранный финансовым управляющим) при существующих обстоятельствах не являются надлежащими.

        Иными словами, если имущество, отчужденное ФИО4 по брачному договору от 26.07.2012, после заключения брачного договора было передано ФИО7 ФИО11 по договору купли-продажи от 06.07.2018, то заявление об оспаривании брачного договора предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к ФИО7 Поскольку брачный договор признан недействительным Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019, финансовый управляющий вправе истребовать объекты у ФИО11 только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

         Договор купли-продажи между ФИО7 и ФИО11 заключен 06.07.2018, в период после введения в отношении ФИО4 процедуры реализации имущества (решение Арбитражного суда Пермского края от 27.11.2017) и утверждения ФИО2 финансовым управляющим ФИО4 (определение Арбитражного суда Пермского края 03.05.2018). Если и допустить, что спорная сделка является сделкой Должника либо сделкой, совершенной за счет Должника, то неизбежен вопрос о том, надлежащим ли образом ФИО2 исполнял возложенные на него законом обязанности, если такая сделка стала возможной при наличии у финансового управляющего всех возможных инструментов и предоставленных законом полномочий, чтобы не допустить ее заключения .

           Оспариваемый договор не является ни сделкой Должника (так как он не является его стороной), ни сделкой, совершенной за счет Должника, (так как обязательным условием в таком случае будет действительность брачного договора, то есть действительность и реальность права лица (ФИО7), которое могло совершить сделку за счет Должника).

           Виндикационный иск к ФИО11 финансовым управляющим не предъявлялся.

        Суд первой инстанции при рассмотрении спора вышел за пределы заявленных требований, применил последствия недействительной сделки, о которых финансовый управляющий не заявлял.

         С заявлением о признании недействительным договора купли-продажи между ФИО11 и ФИО7 финансовый управляющий ФИО4 обратился в суд 25.05.2020.

         Финансовый управляющий еще 07.05.2019 в рамках дела о банкротстве ФИО4 обратился в суд с заявлением о признании недействительным (ничтожным) брачного договора, заключенного супругами Е-выми, определяющего режим их собственности в отношении, в том числе, спорного имущества (соответствующие сведения отражены в определении Арбитражного суда Пермского края от 20.08.2019, Постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019, вынесенными в рамках настоящего дела о банкротстве и размещенными в общем доступе на официальном сайте арбитражного суда).

         Срок исковой давности для обращения в суд с заявлением о признании недействительным спорного договора истек не позднее 07.05.2020, за 18 дней до момента его подачи (25.05.2020). Ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности.

        На сегодняшний день незавершенный строительством индивидуальный жилой дом, назначение: жилое, площадь застройки 372,1 кв.м, лит. А, условный номер: 59-59- 20/027/2011-282, физически отсутствует. На его месте возведен силами ФИО11 и его родственников трехэтажный жилой дом площадью 622, 5 кв.м (согласно техническому плану, копия которого представлена в материалы дела).

        Определение суда в части применения последствий недействительности сделки в виде возврата ФИО7 незавершенного строительством индивидуального жилого дома, назначение: жилое, площадь застройки 372,1 кв.м, лит. А, условный номер: 59-59- 20/027/2011-282, фактически неисполнимо.

          Основываясь на показаниях свидетеля, документах, поступивших от АО «Газпром Газораспределение Пермь», суд первой инстанции пришел к не соответствующим фактическим обстоятельствам дела выводам о том, что на момент совершения спорной сделки на земельном участке имелся оконченный строительством жилой дом.

          Не представляется возможным определить, какие именно доказательства исследовал суд. В судебных заседаниях интернет-портал Google Планета Земля не обозревался.

          Указанные в приведенной цитате обжалуемого определения листы дела содержат плохораспознаваемые фотокопии из неизвестного источника без каких-либо реквизитов, свидетельствующих о достоверности отраженной в них визуальной информации. В правом верхнем углу напротив значков, обозначающих геолокацию, стоят знаки вопроса в необъяснимо большом количестве. 

       До момента совершения оспариваемой сделки котельная по спорному адресу была газифицирована, потребление газа осуществлялось путем подачи газа в баню, которая фактически отвечала характеристикам жилого здания.

       Таким образом, факт газификации объектов по спорному адресу ранее момента совершения оспариваемой сделки не подтверждает предположения о том, что на момент совершения оспариваемой сделки на земельном участке имелся завершенный строительством жилой дом.

       В материалах обособленного спора имеются оставленные без внимания суда неопровержимые доказательства того, что на момент спорной сделки незавершенный строительством жилой дом имел степень готовности 7% и был окончен строительством в 2019 году в результате совместных усилий членов семьи П-вых за счет ФИО11 Такими доказательствами являются: технический план здания, объяснения третьего лица ФИО12, первичная документация на закупку ФИО11 материалов на строительство спорного объекта, письменные объяснения собственника соседнего дома - ФИО17, подлинность подписи которого удостоверена нотариусом.

        В соответствии с техническим планом здания от 23.06.2021, выполненным кадастровым инженером ФИО18, строительство жилого дома было завершено в 2019 году. Кадастровый инженер обладает необходимыми знаниями, навыками и квалификацией, является членом саморегулируемой организации. Сведения об объекте получены кадастровым инженером и отражены в техническом плане в соответствии с требованиями действующего законодательства, носят объективный характер. Указанному доказательству суд первой инстанции не дал правовой оценки.

        Вывод суда первой инстанции об общности экономических интересов ФИО11 и ФИО4, заинтересованности ФИО11 не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

        К данному выводу суд первой инстанции пришел со ссылкой на определение суда по делу № А50-26110/2014 от 21.08.2020 в связи с тем, что 02.10.2013 между ФИО4 и ФИО11 заключен договор купли-продажи автомобиля.

       При этом сделка по купле-продаже автомобиля состоялась в условиях, исключающих прямое взаимодействие продавца и покупателя и их личное знакомство, — через посредника на автомобильном рынке города Пермь, где реализуется большая часть бывших в использовании транспортных средств. Вероятность случайной покупки ФИО11 автомобиля, продаваемого ФИО4, избравшим в качестве площадки для предложения товара к продаже открытую и столь популярную площадку, объективно высока.

       В определении по делу № А50-26110/2014 от 21.08.2020 суд пришел к выводу об отсутствии аффилированности, заинтересованности между ФИО4 и ФИО11

      О наличии обременений в отношении спорного имущества не было сведений даже у Росреестра - органа, уполномоченного и обязанного вести учет обременений недвижимого имущества и проверять при регистрации перехода прав на недвижимость наличие подобного рода препятствий. Определением суда обеспечение наложено сразу на имущество нескольких лиц в пределах определенной суммы обеспечиваемого требования.

       Суд первой инстанции при рассмотрении дела пришел к неверному выводу о недоказанности наличия у ФИО11 финансовой возможности произвести оплату по спорному договору, а также недоказанности собственности фактической оплаты ФИО11 спорного имущества.

       При этом ФИО11 к моменту совершения сделки имел следующие источники денежных средств:

       доход от трудовой деятельности;

       доход от реализации сельскохозяйственной продукции;

       договор займа с ФИО10

       Вывод суда первой инстанции о том, что ФИО10 откладывал в течение трех лет наличные денежные средства для выдачи займа ФИО11, не является верным. Представленные в материалы обособленного спора ФИО10 документы лишь подтверждают его финансовую состоятельность как таковую, но не описывают буквальным образом движение денежных средств, переданных по займу ФИО11 Сам ФИО10 никогда о подобном не заявлял.

     Строительство дома велось в 2018-2019 гг. (в основном в летний сезон) силами нескольких человек, включая собственно ФИО11 и его родственников - родного брата - ФИО11 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения дер. Дружная Еловского р-на Пермской обл., адрес регистрации: 

<

...>) и сына - ФИО12 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения с. Брюхово Еловского р-на Пермской обл., адрес регистрации: 

<

...>). В период строительства П-вы временно проживали в расположенной на Сборной, 21, бане. Отношения сторон скреплены устной договоренностью о том, что оплату за работы по строительству члены семьи ФИО11 получат после продажи построенного объекта в следующих пропорциях: по 20% получат ФИО11 и ФИО12 и 60 % получит ФИО11 До настоящего времени в связи с невозможностью реализовать объект под действием обеспечительных мер выполненные работы по строительству родственникам ФИО11 не оплачены .

          В  удовлетворении  ходатайства  финансового управляющего  должника ФИО2  о  приобщении  письменного  отзыва  на  апелляционные  жалобы  судом  апелляционной инстанции отказано,  поскольку в  суд  данный  отзыв поступил лишь  28.09.2022 , доказательства его  направления лицам,  участвующим в обособленном  споре,  отсутствуют.       

        В  судебном  заседании  представители  заявителей -  ФИО11, ФИО4 доводы  апелляционных  жалоб  поддержали. 

        Представитель финансового управляющего должника  против  доводов  апелляционных жалоб  возражал. 

       Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

      Как видно  из  материалов  дела, ФИО4 и ФИО7 состоят в зарегистрированном браке с 14.12.2007.

     Между супругами Е-выми заключен брачный договор от 26.07.2012, удостоверенный нотариусом Пермского городского нотариального округа ФИО19. Согласно условиям брачного договора:

1) имущество, приобретенное во время брака и зарегистрированное на имя ФИО7, переходит из общей совместной собственности супругов в раздельную собственность ФИО7, а именно:

2-комнатная квартира, назначение: жилое, общая площадь 48,6 кв.м., этаж 1, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул.Екатерининская, д. 62, кв. 4, условный номер: 59-59-20/031/2007-484;

1-комнатная квартира, назначение: жилое, общая площадь 47,4 кв.м., этаж 2, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Мотовилихинский район, ул.Лебедева, д. 32, кв. 46, условный номер: 59-59-22/088/2011-627;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное

использование:   под жилой дом, лит. А, общая площадь 1       297 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, кадастровый номер: 59:01:2010777:16;

незавершенный строительством индивидуальный жилой дом, назначение: жилое, площадь застройки 372,1 кв.м, степень готовности 7%, лит. А, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, условный номер: 59-59- 20/027/2011-282;

хозяйственная постройка, назначение: нежилое, 1 -этажный (подземных этажей - 0), общая площадь 9 кв.м., адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, условный номер: 59-59-20/078/2011- 384;

баня, 2-этажный, общая площадь 36 кв.м., адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сюорная, д. 21, условный номер: 59-59- 20/078/2011-383;

сооружение: забор капитальный, протяженность 180 п.м., адрес: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, условный номер: 59-59-20/068/2011-946;

автомобиль марки Audi A8L, легковой седан, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет фиолетовый, регистрационный знак 00490 0 59RUS;

2) имущество, приобретенное во время брака и зарегистрированное на имя ФИО4., переходит из общей совместной собственности супругов в раздельную собственность ФИО7:

автомобиль марки Toyota-MR-2-Roadster, легковой хэтчбэк, идентификационный номер (VIN) № 

<

***>, цвет черный, регистрационный знак № C049 00/59RUS;

Дополнительным соглашением от 18.12.2012 супруги Е-вы дополнили (п. 2.2) перечень имущества, которое было зарегистрировано на имя ФИО4 и которое переходит из общей совместной собственности супругов в раздельную собственность ФИО7, автомобилем марки AUDI Q7, идентификационный номер (V1N)WAUZZZ4L48D009372, регистрационный знак № Х949АТ59.

        Супруги также дополнили брачный договор пунктом 2.4. следующего содержания: любые доли в уставном капитале ООО «Золотая долина» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в уставном капитале ООО «Беломатик Пермь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), приобретенные во время брака , являются во время брака и в случае его расторжения, раздельной собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение (учреждение) указанной доли.

      Дополнительным соглашением № 2 от 06.02.2013 супруги Е-вы дополнили брачный договор пунктом 2.5. следующего содержания: любые паи, доли (части доли) в уставных капиталах и (или) доходах коммерческих организаций, предприятий любой формы собственности (в т.ч. любых обществ с ограниченной ответственностью), приобретенные во время брака, как до заключения настоящего договора, так и после его заключения, являются во время брака и в случае его расторжения, раздельной собственностью того из Супругов, на имя которого оформлено приобретение (учреждение) указанной доли. Настоящий договор дает право каждому из Супругов заключать и регистрировать любые сделки (в т.ч. покупать, продавать, обменивать, закладывать и т.д.) паи, доли (части доли) в уставных капиталах любых коммерческих организаций, предприятий любой формы собственности (в т.ч. любых обществ с ограниченной ответственностью), лично без согласия другого Супруга. Приобретенными паями, долями (части доли) в уставных капиталах любых коммерческих организаций, предприятий любой формы собственности (в т.ч. любых обществ с ограниченной ответственностью), Супруги будут распоряжаться лично, без согласия друг друга. При совершении сделок с паями, долями (части доли) в уставных капиталах любых коммерческих организаций, предприятий любой формы собственности (в т.ч. любых обществ с ограниченной ответственностью), по приобретению, отчуждению, распоряжению, залогу, сделки, с которыми требуют нотариального удостоверения, и/или подлежат регистрации, приобретенных на имя одного из Супругов, согласие другого Супруга не требуется.

       Дополнительные соглашения от 18.12.2012 и 06.02.2013 нотариально удостоверены.

       В дальнейшем, определением Арбитражного суда Пермского края от 15.09.2016 по заявлению ООО «РПК» возбуждено настоящее дело № А50-18848/2016 о банкротстве ФИО4.

      Определением суда от 25.10.2016 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов.

      Решением суда от 27.11.2017 ФИО4 признан банкротом, введена процедура реализации его имущества. Определением суда от 03.05.2018 финансовым управляющим имуществом ФИО4 утвержден ФИО2

         В рамках дела о банкротстве ФИО4 финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительным (ничтожным) заключенного ФИО4 и его супругой ФИО7 брачного договора от 26.07.2012, а также дополнительных соглашений к нему от 18.12.2012 и от 06.02.2013 № 2, применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности супругов на все движимое и недвижимое имущество, включая имущественные права поименованные в брачном договоре и дополнениях к нему, имущество и имущественные права, приобретенные супругами после заключения брачного договора.

        Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.08.2019 в удовлетворении заявления отказано.

        Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019 определение суда первой инстанции отменено, заявление удовлетворено: оспариваемые сделки признаны недействительными, применены последствия их недействительности в виде определения режима общей совместной собственности супругов Е-вых в отношении имущества, указанного в тексте признанного недействительным договора и дополнительных соглашений к нему, а также в отношении имущества, приобретенного каждым из супругов после совершения брачного договора.

       Как следует из материалов дела, 06.07.2018 между ФИО7 (Продавец) и ФИО11 (Покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (л.д. 83-84, т.1), в соответствии с условиями которого, Продавец передает в собственность, а Покупатель принимает и обязуется оплатить недвижимое имущество, находящееся по адресу: г.Пермь, Ленинский район, ул.Сборная, 21:

       - незавершенный строительством индивидуальный жилой дом, назначение: жилое, площадь застройки 372,1 кв.м, степень готовности 7%, лит. А, условный номер: 59-59- 20/027/2011-282 и вспомогательные сооружения:

     баня, общая площадь 36 кв.м., кадастровый номер 59:01:2010777:53;

     котельная площадью 9 кв.м, кадастровый номер 59:01:2010777:54;

     ограждение: забор капитальный, протяженность 180 п.м., кадастровый номер 59:01:2010777:55;

     земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под жилой дом, лит. А, общая площадь 1 297 кв.м., кадастровый номер: 59:01:2010777:16.

     Общая стоимость недвижимого имущества составила 7 000 000 руб., в том числе: стоимость незавершенного строительством индивидуального жилого дома и вспомогательных сооружений - 4 000 000 руб., стоимость земельного участка - 3 000 000 руб.

    Согласно п. 3.3 договора оплата стоимости недвижимого имущества производится Покупателем в следующем порядке:

       400 000 руб. в день подписания договора;

       по 275 000 руб. ежемесячно в течение двух лет в срок до 25 числа текущего месяца.

      Согласно расписке в тексте договора, ФИО7 получила наличные денежные средства от ФИО11 в размере 400 000 руб.

      В подтверждение оплаты остальной суммы договора, ФИО11 представлены расписки ФИО7 о получении наличных денежных средств ежемесячно по 275 000 руб. на общую сумму 5 775 000 руб. (л.д. 91-101, т.1).

      Государственная регистрация перехода права собственности произведена Управлением Росреестра по Пермскому краю 31.08.2018.

     Полагая, что оспариваемый договор от 06.07.2018 совершен в отсутствие встречного предоставления, ссылаясь на наличие в данном случае признаков злоупотребления правом и цели причинения вреда имущественным правам кредиторов , финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным на основании п.п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также ст.ст. 10, 168, 170, 174.1 ГК РФ.

     Удовлетворяя  заявленные  требования ,  суд  первой  инстанции  пришел  к  выводу сделка совершена без намерения создать соответствующие правовые последствия для сторон спорных правоотношений, для вывода ликвидного актива, находящегося в совместной собственности супругов Е-вых с целью причинения вреда кредиторам  (ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ).

     В силу статей 61.1 и 213.32 Закона о банкротстве совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки могут быть признаны недействительными как по основаниям, указанным в Законе о банкротстве, так и в соответствии с гражданским и/или семейным законодательством.

        Согласно разъяснениям пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве гражданина», в деле о банкротстве гражданина - должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

       В данном случае, учитывая приведенные положения, установив, что на спорное имущество, с учетом постановления суда от 13.11.2019 по настоящему делу, распространяется режим общей совместной собственности супругов Е-вых, учитывая, что с рассматриваемым заявлением финансовый управляющий ФИО2 обратился 25.05.2020, то есть до введения 12.03.2021 в отношении ФИО7 процедуры реструктуризации долгов в рамках возбужденного в ее отношении дела о банкротстве № А50-9426/2019, суд обоснованно рассмотрел заявленные Управляющим требования по существу в рамках настоящего дела о банкротстве.

     Сделка должника-банкрота, совершенная с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующей триады критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

      В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, требующихся для признания сделки недействительной. Так, в силу указанной нормы цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из иных указанных в данной норме условий. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

     При этом вышеупомянутые обстоятельства могут быть доказаны и по общим правилам доказывания (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

      В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации); при этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

      Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

         Исследовав материалы дела, суд первой инстанции установил, что совершению оспариваемых сделок предшествовали: обращение 28.12.2015 конкурсного управляющего имуществом общества «Нооген» ФИО13 в рамках дела о банкротстве этого общества № А50-9877/2014 с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО7, ФИО14 и ФИО15 к субсидиарной ответственности в размере 341 151 460 руб. 55 коп., принятие определением суда от 29.12.2015 по указанному делу в рамках данного спора обеспечительных мер в виде наложения ареста на денежные средства и иное имущество ответчиков, в том числе, Е-вых, в пределах вышеуказанной суммы, которые в отношении ФИО7 сняты только 12.04.2019 на основании ее заявления, принятие в рамках того же дела Арбитражным судом Пермского края определения от 02.12.2016 о взыскании с ФИО4 в пользу общества «Нооген» 17 502 000 руб. безосновательно перечисленных ему денежных средств и Семнадцатым арбитражным апелляционным судом постановления от 01.02.2017 о взыскании с ФИО4 в пользу общества «Нооген» 140 937 390 руб. 46 коп. убытков, из которых 137 178 173 руб. 46 коп. солидарно с ФИО14, а также обращение 13.03.2018 конкурсного управляющего ФИО13 в рамках этого же дела с заявлением о взыскании в пользу общества «Нооген» 180 282 269 руб. 32 коп. убытков с ФИО7, которое определением суда от 06.08.2018 удовлетворено в полном объеме, а постановлением апелляционного суда от 18.05.2020 (после пересмотра с учетом вновь открывшихся обстоятельств) - удовлетворено частично: с ФИО7 в пользу общества «Нооген» взыскано 16 215 943 руб. 60 коп. убытков, а также установлена солидарная ее ответственность за убытки, установленные определением от 02.12.2016 и постановлением суда апелляционной инстанции от 01.02.2017.

      Проанализировав данные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно заключил , что к моменту совершения оспариваемой сделки для Е-вых являлось очевидным последующее предъявление к ним значительных имущественных притязаний со стороны общества «Нооген», удовлетворение которых будет производиться за счет принадлежащего им имущества, при этом спорная сделка совершена ФИО7 в условиях действующего ареста на принадлежащее ей имущество, о котором она не могла не знать, так как 20.02.2016 обращалась к арбитражному суду с ходатайством об их отмене, в удовлетворении которого определением суда от 14.03.2016 ей было отказано.

        В  результате  анализа  совокупности  представленных  в материалы дела доказательств и  установленных обстоятельств суд  первой  инстанции пришел к  выводу  о  том,  что  при совершении оспариваемой сделки по отчуждению недвижимого имущества стороны преследовали цель создания видимости возникновения юридических последствий, в частности добросовестности приобретения данного имущества,  в силу  следующего. 

         Как   установлено        судом,        02.10.2013 между ФИО4 (продавец) и ФИО11 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля, в соответствии с пунктом 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить легковой автомобиль, бывший в употреблении - Volkswagen 2Н Amarok; 2011 года выпуска, VIN 

<

***>, по цене 906 000 руб.

В рамках дела о банкротстве ООО «ПДИ» № А50-26110/2014 определением суда от  21.08.2020 г. в удовлетворении заявления о признания вышеуказанных сделок отказано в связи с пропуском конкурсным управляющим ФИО20 срока исковой давности.

          Кроме  того, вызывает сомнения, что в 2018 году, как указывает ФИО11, зарегистрированный по  адресу: 

<

...>,  он случайно летом  от  знакомого  узнал  о  реализации  спорного  имущества ФИО7 

         Финансовым управляющим была представлена информация о цене аналогичного близкорасположенного объекта, на основании чего подготовлена справка об ориентировочной рыночной стоимости имущества, которая составляет 11 163 000 рублей, что свидетельствует о значительном занижении цены по договору 06.07.2018.

          Договор был заключен на условиях очевидно  отличающихся  от рыночных условий , применяемым на рынке купли-продажи недвижимости, и на которых заключаются аналогичные договоры продажи недвижимого имущества в обычной хозяйственной деятельности участников рынка недвижимости,  поскольку  в  оплату имущества  при  его  заключении  покупателем  подлежала  передаче продавцу   сумма  всего  в  размере  400 000 руб., в  то  время  как остальная часть оплаты  по  договору должна  была  быть  внесена  в  течении  двух  лет  по  275  000 руб.  ежемесячно.   

         В  подтверждение  внесения  сумм  по  договору в  материалы  дела  представлены  расписки.     

         При этом в материалы дела не представлено безусловных доказательств, подтверждающих финансовую  возможность ФИО11 оплатить  спорное имущество.

В абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

         Как следует из сведений, представленных МИФНС России № 18 по Пермскому краю (л.д. 5, т.2), ФИО11 получен доход за 2015 г. в сумме 295 732,37 руб., за 2016 г. - 323 593,62 руб., за 2017 г. - 426 018,35 руб., за 2018 г. - 414 341,89 руб.

        Доводы ФИО11  о наличии иного  дохода,  в том  числе  от реализации  домашнего скота, надлежащими доказательствами не подтверждены.

        Суд апелляционной инстанции считает  правильными выводы  суда  первой  инстанции о критическом отношении  к доводам о том, что ФИО11  29.06.2018 ФИО10 предоставлен заем на сумму более 8 млн. руб.,  поскольку финансовая возможность данного займодавца реально выдать заем на указанную сумму не подтверждена.

      ФИО10, как следует из материалов дела, является индивидуальным предпринимателем с 2011, из кассы магазинов за период 2016-2017гг. он получил денежные средства в размере 8 945 700,00 руб.

       Данные  денежные  средства  не  могут  рассматриваться  как его  доход,  поскольку  в  силу  осуществления им  предпринимательской  деятельности  они  подлежали  направлению , в том  числе,  на  цели  поддержания деятельности магазинов, на расчеты с поставщиками, персонал магазина.

        Следует  согласиться с выводом  суда  первой  инстанции о  том, что  является неразумным и экономически нецелесообразным поведение в данной ситуации ФИО10, который  всю  выручку от  предпринимательской деятельности в двух магазинах  отдал в  займ ФИО11 на срок 11 месяцев  без обеспечения.

          Кроме того, согласно сведениям, представленным 31.03.2021 по запросу суда  ПАО «Пермэнергосбыт» (л.д. 44, т.3), переоформление лицевого счета № 

<

***> с ФИО7 на ФИО11 произведено только 10.12.2020,  то  есть после  обращения  финансового управляющего с заявлением по  настоящему обособленному  спору и  направлением  им ходатайства об истребовании документов у ПАО «Пермэнергосбыт» (л.д. 128, т.1) .

          Суд первой  инстанции , учитывая указанные обстоятельства в совокупности, пришел  к  правомерному  выводу  о  том, что оспариваемый договор от 06.07.2018 являлся безвозмездным.   Форма и порядок оплаты по договору купли-продажи от 06.07.2018, указание на экземпляре договора получение наличных денежных средств ФИО7 носили формальный характер и были осуществлены лишь с целью создания признака «добросовестного приобретателя» для ФИО11

           По характеру исполнения очевидна цель совершения сделки и осведомленность ответчика ФИО11 об указанной цели.

          Доводы  ФИО11  о  том,  что им в  период после  даты  заключения  оспариваемого договора  были  осуществлены  неотделимые  улучшения были  предметом  исследования  суда  первой  инстанции ,  им  дана  надлежащая  правовая  оценка.  

         Для определения времени постройки дома финансовым управляющим были использованы общедоступные сведения интернет-портала Google Планета Земля (http://www.google.ru/). Интернет-порталом Google Планета Земля реализована возможность увидеть спутниковые снимки границ земельных участков, существующих в настоящее время, а также, возможность проследить их изменение с течением времени.

          Вопреки  доводам  апелляционной жалобы соответствующий интернет-портал имеется  в  открытом  доступе и  с помощью  него  имеется  возможность просмотра карты в разные периоды времени.

          Информация ,  содержащаяся  на  портале Google Планета Земля , подтверждает,  что  с июня 2015 года  спорный  объект  не  изменялся.

          Также 21.03.2016 заключен договор подряда между АО «Газпром газораспределение Пермь» (Подрядчик) и ФИО7 (Заказчик).

         Согласно вышеуказанному договору Подрядчик обязуется выполнить строительно-монтажные работы по присоединению к газораспределительным сетям объекта капитального строительства Заказчика по адресу 

<

...>.

         Для выполнения указанных работ Заказчик обязан в том числе обеспечить готовность помещений, в которых предусмотрена установка газоиспользующего оборудования (оштукатурить стены, установить двери и оконный блок, установка электрических розеток и освещения) (п.4.2.7 договора).

         После выполнения всего комплекса работ по договору, пакет документов направляется в Газпром Межрегионгаз для заключения Договора поставки газа, то есть после того, как будут приняты работы Заявителем в полном объеме.

         20.11.2017 между ООО «Газпром Межрегионгаз Пермь» (Поставщик) и ФИО7 (Абонент) заключен договор поставки газа для коммунально-бытовых нужд граждан.

         Из представленных договоров следует вывод, что уже в 2017 году жилой дом на Сборной, 21,  был полностью построен, так как в противном случае  пуск газа был  невозможен .

       Ссылка на то, что доказательством того,  что  объект  не был достроен является то, что  в ЕГРН на  момент продажи  была указана степень готовности объекта 7% подлежит отклонению,  поскольку  по  данным  ЕГРН и по  состоянию  на  момент рассмотрения спора степень готовности 7% осталась прежней. При этом в данные реестра изменения вносятся на основании заявления собственника, в связи с чем, он может не отражать реального состояния объекта в момент обращения к этому реестру.

        Документы, представленные ФИО11 не подтверждают, что он  достраивал  спорный  объект . Судом обоснованно не приняты во внимание договоры на поставку пиломатериалов, так как в договоре не указано по какому адресу поставляются товары, более того, указано: груз получил Пастухов, адрес 

<

...>. Причины, по которым они доставлялись не непосредственно на место стройки  в  г.  Перми , а  в  населенный  пункт,  находящийся  более,  чем  за  сто  километров от  объекта,   надлежащим образом не обоснованы, доказательств непосредственной связи со строительством дома по ул. Сборная, 21 не представлено.

          Кроме того, часть пиломатериалов была получена значительно раньше заключения оспариваемого договора, то есть они могли быть использованы иным образом.

          Доводы ФИО11  о  том,  что  дом  строили его  родственники, правомерно  признаны судом  заслуживающими критического отношения . 

          Также ФИО11 представил договоры на выполнение работ на данном объекте, утверждая, что он занимается строительством с момента приобретения объекта, однако договоры на выполнения работ заключены в 2021 году, после подачи заявления о признании сделок недействительными.

          Довод ФИО11 ,  что газификации  подлежали  иные  объекты,  находящиеся  на  территории земельного  участка исследован  и  отклонен,  так как из   представленных АО «Газпром Газораспределение Пермь» по запросу суда документов, следует, что ФИО7 при подаче заявки о подключении к сети газораспределения 17.07.2015 приложила к документам фотографию существующего на то момент объекта для подтверждения существования дома с целью подключения.

           Указанная фотография,  как  установлено  судом  первой  инстанции,  также свидетельствует о практически полной готовности строящегося объекта недвижимости. При оформлении заявки ФИО7 указано на планируемой срок ввода в эксплуатацию объекта - сентябрь 2015 года.

            Факт готовности дома, как минимум на 95% подтвержден и показаниями свидетеля ФИО21, которая является инженером АО «Газпром Газораспределение Пермь» и осматривала объект в начале 2016 года с целью подготовки проекта плана газопровода (подготовлен в апреле 2016 года), и подтвердила на вопрос суда о существовании объекта недвижимости фактически в полной готовности на начало 2016 года, уточнив, что запомнила указанный жилой дом из-за его необычной формы и архитектуры. Также указала, что дом на приложенной ФИО7 к заявке фотографии находился в том же состоянии, что она увидела зимой 2016 года.

          Доводы  ФИО11 о  том,  что данные  пояснения заслуживают  критического отношения,  исследованы  и  отклонены, поскольку  выводы  суда в  указанной  части  основываются не  исключительно на  этих  пояснениях, а  на  совокупности  указанных  выше  доказательств.  

          Ссылка апеллянтов на пропуск управляющим сроков исковой давности отклоняется.

          Как совершенно верно отмечено судом , о нарушении прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов ФИО4, совершением оспариваемой сделки его финансовому управляющему ФИО2 могло стать известно не ранее принятия постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019, которым признан недействительным брачный договор между Е-выми и восстановлен режим их общей совместной собственности в отношении имущества, рассматриваемый иск предъявлен им 25.05.2020, то есть с соблюдением как трехлетнего давностного срока применительно к общегражданским основаниям, так и годичного - подлежащего применению к специальным основаниям недействительности оспоримых сделок, установленных Законом о банкротстве.

         При этом позиция апеллянтов относительно необходимости отсчета давностного срока с момента обращения управляющего с иском об оспаривании брачного договора от 26.07.2012 с учетом последующего признания такового ничтожным ошибочна  , поскольку правовая квалификация спорных отношений является прерогативой суда, рассматривающего дела; при этом обозначенный довод не имеет правового значения в условиях квалификации судами сделок как по специальным , так и по общегражданским основаниям, применительно к последним из которых трехгодичный срок давности управляющим в любом случае соблюден.

          Также  суд  апелляционной  инстанции  отмечает,  что  вступившими  в  законную силу  судебными  актами  - определениями Арбитражного суда Пермского края  по  настоящему  делу  от 27.09.2021, от 13.05.2022, от 15.05.2022  по  основаниям,  предусмотренным  п.  2 ст. 61.2 Закона  о  банкротстве,   статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, признаны  недействительными также  иные  сделки по  реализации  недвижимого  имущества  ,  совершенные  ФИО7 в период с 27 июня 2018  по  03  июля  2018.   

          Учитывая, что апеллянты  в жалобах не ссылаются на доказательства которые бы опровергали выводы суда первой инстанции , апелляционный суд приходит к выводу о том, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

          При указанных обстоятельствах оснований для отмены обжалуемого определения , предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции при  вынесении определения  от 28.06.2022 г. норм материального и (или) процессуального права апелляционным судом не установлено. В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.  

          В  соответствии со  ст. 110  АПК  РФ  госпошлина  по  апелляционным жалобам  относится на  их заявителей, в связи  с предоставлением отсрочки ФИО22  подлежит  взысканию  настоящим постановлением.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного  суда  Пермского края от 28 июня 2022 года по делу № А50-18848/2016 оставить  без  изменения, апелляционные жалобы  без удовлетворения. 

        Взыскать с ФИО4 в  доход Федерального бюджета госпошлину  по апелляционной  жалобе в сумме 3000 руб.

        Взыскать  с  ФИО7 в  доход Федерального бюджета госпошлину  по апелляционной  жалобе в сумме 3000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

 

Председательствующий

 

В.И. Мартемьянов 

 

Судьи

 

О.Н. Чепурченко 

 

 

М.А. Чухманцев