Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-3533/2020

02 июня 2022 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 июня 2022 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего судьи Яцкевич Ю.С.,

судей Волковой И.А., Кушнаревой Н.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу администрации города Красноярска на постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от27 января 2022 года по делу № А33-3533/2020 Арбитражного суда Красноярского края,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Юпитер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Красноярск, далее также – ООО «Юпитер», истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к администрации города Красноярска (далее также – администрация, ответчик) о признании права собственности за истцом на помещение № 468, площадью 376,4 кв.м, назначение нежилое, расположенное по адресу: 

<

...> (далее также – помещение).

Дело рассмотрено с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю, департамента муниципального имущества и земельных отношений администрации города Красноярска, департамента градостроительства администрации города Красноярска, общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилищные системы Красноярска», индивидуального предпринимателя ФИО1.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 07 июля 2021 года в иске отказано.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от27 января 2022 года решение в части отказа в удовлетворении иска отменено, в соответствующей части принят по делу новый судебный акт об удовлетворении иска. Судом признано право собственности общества «Юпитер» на спорное помещение.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, администрация обратилась в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просила его отменить, оставить в силе решение арбитражного суда первой инстанции.

В обоснование доводов жалобы администрация сослалась на ошибочность выводов суда о наличии оснований для признания за истцом права собственности на спорное помещение в силу приобретательной давности, заявила о неверном толковании апелляционным судом положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, не согласилась с выводом суда о том, что спорное помещение является подвальной частью помещения, принадлежащего истцу на праве собственности, а также с выводом о том, что в данном случае отсутствовало надлежащее оформление сделки.

В обоснование своих доводов администрация сослалась на правовую позицию, изложенную в определениях Судебных коллегий по экономическим спорам и гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2015№ 307-ЭС14-8183, от 27.01.2015 № 127-КГ14-9.

Администрация полагает, что апелляционным судом неверно истолкована и применена правовая позиция, сформулированная в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2020 года № 48-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО2», утверждает, что истцом допущено самоуправное занятие помещения, что не может порождать право истца на это помещение ввиду отсутствия критерия добросовестности, необходимого для признания за лицом права собственности на имущество в порядке статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общество «Юпитер» в представленном отзыве указало на несостоятельность доводов ответчика, просило оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте его проведения в соответствии со статьями 123 и 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считаются извещенными надлежащим образом.

Определение о принятии кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания по ее рассмотрению от 06 апреля 2022 года выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, и направлено участвующим в деле лицам посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru).

На основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в кассационной жалобе и отзыве на нее, правильность применения апелляционным судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов суда о применении норм права установленным им по делу обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.

В рамках настоящего дела общество «Юпитер» предъявило требование о признании за ним права собственности на помещение № 468 площадью 331 кв.м, назначение нежилое (376, 4 кв.м по внешнему обмеру), назначение нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>.

В обоснование предъявленного требования общество «Юпитер» сослалось на то, что помещение № 468 площадью 331 кв.м носит вспомогательный характер по отношению к помещениям, приобретенным им по договору купли-продажи муниципального имущества от 15.01.1993 № 201.

Ссылаясь на положения статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, общество «Юпитер» заявило о том, что оно открыто, непрерывно и добросовестно владеет спорным недвижимым имуществом, как своим собственным, указало, что данное помещение является вспомогательным для обслуживания помещений, принадлежащих ему на праве собственности, вследствие чего за обществом может быть признано в судебном порядке право собственности и на спорное помещение.

Возражая против предъявленного иска, администрация указала, что спорное нежилое помещение не вошло в состав имущества, приобретенного истцом по договору купли-продажи от 15.01.1993 № 201, площадь помещения в договоре не учтена, в техническом паспорте (по состоянию на октябрь 1990 года) отсутствуют сведения о спорном помещении,  вследствие чего обществу «Юпитер» было известно об отсутствии у него каких-либо прав на спорное помещение.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что спорное помещение не было приобретено обществом «Юпитер» в рамках договора купли-продажи муниципального имущества от 15.01.1993 № 201. В техническом паспорте по состоянию на октябрь 1990 года не имеется указаний на наличие соответствующего технического подполья, а сам по себе факт расположения спорного объекта в подвальной части здания не означает, что это помещение является техническим подвалом применительно к нежилым помещениям, находящимся в собственности истца. Суд пришел к выводу об отсутствии элемента добросовестности в действиях истца, в связи с чем констатировал отсутствие правовых оснований для вступления истца по владение помещением.

По итогам повторного рассмотрения спора апелляционный суд руководствовался положениями статей 218, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 15, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», правовой позицией, сформулированной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2020 года № 48-П, от 21 апреля 2003 года № 6-П, от 16 ноября 2018 года № 43-П, в определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28 июля 2015 года № 41-КГ15-16, от 20 марта 2018 года № 5-КГ18-3, от 15 мая 2018 года № 117-КГ18-25 и от 17 сентября 2019 года № 78-КГ19-29, от 02 июня 2020 года № 4-КГ20-16, 2-1368/2018, от 10 марта 2020 года № 84-КГ20-1, от 17 сентября 2019 года № 78-КГ19-29, от 20 марта 2018 года № 5-КГ18-3), и исходил из доказанности истцом совокупности условий, необходимых для признания его собственником имущества в силу приобретательной давности.

Указанные выводы суда являются правильными.

Так, в соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом. Одним из способов защиты нарушенных прав, предусмотренных этой нормой, является требование о признании права.

Иск о признании права собственности является внедоговорным требованием собственника имущества о констатации перед иными лицами факта принадлежности истцу права собственности на спорное имущество и направлен на защиту существующего, но нарушенного или оспариваемого права.

В силу пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены этой статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Из содержания названной статьи кодекса, а также разъяснений, содержащихся в пунктах 15 - 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22, следует, что в предмет доказывания по делу о признании права собственности в силу приобретательной давности входит факт добросовестного, открытого и непрерывного владения истцом спорным имуществом как своим собственным в течение срока, установленного действующим законодательством.

Добросовестность владения означает, что лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности (абзац третий пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22).

Из указанных выше положений закона и разъяснений следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2020 № 4-КГ20-16, 2-1368/2018, определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2020 № 84-КГ20-1).

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула) (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2020 № 4-КГ20-16, 2-1368/2018).

Обращаясь с иском в суд, общество «Юпитер» указало, что спорное помещение (техническое подполье), право на которое истец желает признать в судебном порядке, является подземной частью помещений, приобретенных им по договору купли-продажи муниципального имущества от 15.01.1993 № 201, носит вспомогательный характер по отношению к этим помещениям, а общество, в свою очередь, открыто, непрерывно, добросовестно владеет спорным вспомогательным помещением.

В данном случае апелляционный суд оценив представленные в материалы дела доказательства (договор купли-продажи от 15.01.1993 № 201, справку начальника отдела по архитектуре и землеустройству администрации Советского района г. Красноярска от 14.02.1997, технический паспорт по состоянию на июль 2019 года, ответ АО «Территориальный градостроительный институт «Красноярскгражданпроект» от 10.10.2019, заключения специалистов ООО «ЗемЭкспертПроект» и БТИ Красноярского края, договор теплоснабжения от 15.04.1998, акт от 08.04.1998 об установлении границ ответственности) по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил, что под помещением № 453А, являющимся собственностью истца, имеется техническое подполье, которое находится в периметре соответствующего помещения и не выходит за его контур, располагается в подземной части соответствующего пристроя непосредственно под помещением № 453А. В соответствии с проектным решением это помещение изначально предусмотрено в подземной части пристроя и предназначено исключительно для технического обеспечения и эксплуатации встроенно-пристроенных помещений торгового назначения, выполняет вспомогательную и обслуживающую функцию к помещению № 453А и в настоящее время используется под нежилые цели. Установив указанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований   считать, что на момент приватизации имущественного комплекса магазина № 42 спорное помещение, которым пользуется истец, отсутствовало, в связи с чем обоснованно указал на то, что названное помещение (техническое подполье) - № 468, являющееся вспомогательным и обслуживающим по отношению торговым помещениям магазина, перешло во владение и пользование правопредшественника ООО «Юпитер» в момент приватизации имущественного комплекса магазина, находившегося в муниципальной собственности, а позднее истец, приобретший по договору купли-продажи муниципального имущества от 15.01.1993 № 201 помещение магазина, начал пользоваться спорным помещением.

Учитывая изложенное, апелляционный суд обоснованно пришел к выводу о том, что истец добросовестно, открыто и непрерывно владел спорным имуществом в течение установленного законом времени, как своим собственным, в связи с чем суд правомерно удовлетворил требование истца, признав за ним право собственности на подвальное помещение № 468 площадью 331 кв.м, назначение нежилое, расположенное по адресу: 

<

...> в силу приобретательной давности на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выводы суда являются правильными, правовых оснований для иных выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

Довод кассационной жалобы о неправильном толковании судом положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации со ссылкой на отсутствие в действиях истца элемента добросовестности ввиду осведомленности истца об отсутствии у него каких-либо правовых оснований для вступления во владение помещением судом кассационной инстанции рассмотрен и признан несостоятельным и подлежащим отклонению, поскольку длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права.

Вопреки мнению ответчика, отсутствие в договоре купли-продажи муниципального имущества от 15.01.1993 № 201 сведений о спорном имуществе не исключает при определенных обстоятельствах приобретение имущества по давности владения и тем лицом, которое могло знать об отсутствии у него оснований приобретения права собственности по сделке.

В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.09.2019 № 78-КГ19-29 сформулирована позиция, согласно которой отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не означает недобросовестности давностного владельца. Напротив, данной нормой предусмотрена возможность легализации прав на имущество и возвращение его в гражданский оборот в тех случаях, когда переход права собственности от собственника, который фактически отказался от вещи или утратил к ней интерес, по каким-либо причинам не состоялся, но при условии длительного, открытого, непрерывного и добросовестного владения.

Анализируя приведенные в обжалуемом постановлении судебные акты Верховного Суда Российской Федерации, апелляционный суд справедливо отметил, что добросовестность для целей приобретательной давности необходимо определять не в момент приобретения (завладения) вещи, как настаивает ответчик исходя из его доводов, а с учетом оценки длительного открытого владения, когда владелец вещи ведет себя как собственник при отсутствии возражений и правопритязаний со стороны других лиц.

Довод администрации о неправильном применении в данном деле правового подхода, изложенного в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2020 № 48-П является несостоятельным и подлежит отклонению. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в названном постановлении, практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

В этом же постановлении Конституционный Суд Российской Федерации указал, что понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации.

Применение в рассматриваемом деле названной позиции Конституционного Суда Российской Федерации обусловлено необходимостью отразить встречающийся в судебной практике подход о том, что добросовестным может быть признано лицо, которое приобретая знало или должно было знать, что не становится ее собственником.

Ссылка администрации на определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  от 28.05.2015 по делу № 307-ЭС14-8183, А56-80473/2013 и на определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2015 № 127-КГ14-9 подлежит отклонению, поскольку обстоятельства дел, рассмотренных судебными коллегиями, не идентичны обстоятельствам настоящего дела.

Таким образом, при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов суд первой инстанции и апелляционный суд правильно применили нормы материального и процессуального права, при этом доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о наличии оснований для их изменения или отмены. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. В этой связи в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 287 Кодекса обжалуемые решение и постановление следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями  274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 27 января 2022 года по делу № А33-3533/2020 Арбитражного суда Красноярского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

 

Судьи

 

Ю.С. Яцкевич

 

И.А. Волкова

 

Н.П. Кушнарева