ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-257322/20-15-1847

09 июня 2021 г.

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена  02 июня 2021 года. 

Решение в полном объеме изготовлено 09 июня 2021 года.

Арбитражный суд в составе: судьи Ведерникова М.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Власенко А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ «СВИНЬИН И ПАРТНЕРЫ» (ОГРН: 

<

***>),

заинтересованное лицо: ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (ОГРН: 

<

***>)

третье лицо: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КВС-ВЫБОРГСКИЙ» (ОГРН: 

<

***>), ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ «ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ ПРОМЫШЛЕННОЙ СОБСТВЕННОСТИ» (ОГРН: 

<

***>)

о признании недействительным решения об отказе в государственной регистрации отчуждения исключительного права по договору и о возложении обязанности по осуществлению государственной регистрации отчуждения исключительного права по договору

и приложенные к заявлению документы,

при участии представителей сторон:

от заявителя –ФИО2 по дов. № СП-20/109 от 24.12.2020

от заинтересованного лица – ФИО3 по дов. № 01/32-901/41 от 28.08.2020

от 3-его лица ООО «КВС-ВЫБОРГСКИЙ» – ФИО2 по дов. № 11-КВ от 30.03.2021

от 3-его лица ФИПС – ФИО3 по дов. № 41-0033-12 от 20.01.2021

УСТАНОВИЛ:

ООО «УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ «СВИНЬИН И ПАРТНЕРЫ» (далее – заявитель обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Федеральной службе по интеллектуальной собственности (далее – заинтересованное лицо) о признании недействительным решение Роспатента об отказе в государственной регистрации отчуждения исключительного права по договору, оформленное уведомлением Роспатента № 2019Д18765 от 15.06.2020г., об обязании Роспатента осуществить государственную регистрацию отчуждения исключительного права по договору в отношении товарного знака по свидетельству 713507 на имя Заявителя, указав правообладателем: «Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Свиньин и Партнеры» Д. У. Закрытым паевым инвестиционным фондом комбинированным «Тиферет» под управлением Общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Свиньин и Партнеры».

Заявитель требования поддержал в полном объеме по доводам изложенным в иске

Заинтересованное лицо представило отзыв, в котором возражало против удовлетворения заявленных исковых требований.

Суд, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности и взаимосвязи, считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что 25 июля 2019г. Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Свиньин и Партнеры», имеющее лицензию на осуществление деятельности по управлению инвестиционными фондами, паевыми инвестиционными фондами и негосударственными пенсионными фондами №21-000-1-00588 от «01» октября 2008 года, выданную Федеральной службой по финансовым рынкам, действующее в качестве доверительного управляющего (Д. У.) Закрытым паевым инвестиционным фондом комбинированным «Тиферет» под управлением Общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Свиньин и Партнеры» (далее - ООО «УК «Свиньин и Партнеры» Д.У. ЗПИФ комбинированным «Тиферет», Заявитель) представило в Федеральную службу по интеллектуальной собственности (далее - Роспатент, Заинтересованное лицо) заявление о регистрации отчуждения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности (товарный знак) № 713507, на основании договора о передаче исключительных прав на товарный знак № 713507, заключенного 23.07.2019 года между Заявителем и Обществом с ограниченной ответственностью «КВС-Выборгский».

15 июня 2020г. Роспатент отказал Заявителю в государственной регистрации отчуждения исключительного права по договору, направив Заявителю уведомление № 2019Д18765 об отказе в государственной регистрации отчуждения исключительного права по договору (далее -Решение об отказе, Уведомление об отказе).

Посчитав Решение об отказе неправомерным, в соответствии с п. 101 Административного регламента предоставления Федеральной службой по интеллектуальной собственности государственной услуги по государственной регистрации распоряжения по договору исключительным правом на изобретение, полезную модель, промышленный образец, товарный знак, знак обслуживания, зарегистрированные топологию интегральной микросхемы, программу для электронных вычислительных машин, базу данных, утв. Приказом Минэкономразвития России от 10.06.2016 N 371 (далее - Административный регламент) и главой 2.1 Федерального закона от 27.07.2010 N 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» 08 сентября 2020 г. Заявитель обратился с жалобой к Руководителю Роспатента на действия (бездействие) должностного лица Роспатента, а также принимаемые им решения при исполнении государственной функции, повлекшие за собой нарушения требований Регламента и законодательства Российской Федерации (исх. № СП-20/09-1877 от 08.09.2020г.).

06.10.2020 г. Заявителем получен ответ Врио руководителя Роспатента от 05 октября 2020г. за № 04/24-16202/08, согласно которому Решение об отказе отставлено в силе.

По мнению заявителя, ненормативный правовой акт Роспатента (Решение об отказе в государственной регистрации отчуждения исключительного права по договору, оформленное Уведомлением об отказе) является незаконным и необоснованным, поскольку он не соответствует ст. 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 10 - ст. 11 Федерального закона от 29 ноября 2001 N 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах», нарушает права и законные интересы Заявителя в сфере предпринимательской деятельности (на использование исключительного права на товарный знак, распоряжение указанным нематериальным активом) и владельцев инвестиционных паев Фонда, которые несут материальные убытки и упущенную выгоду, по нижеуказанным основаниям.

Так, в Решении об отказе Заинтересованное лицо указывает, что «согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации обладателем исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель) может быть гражданин или юридическое лицо. В связи с тем, что согласно статье 10 Закона паевой инвестиционный фонд не является юридическим лицом, как представляется, фонд не может быть правообладателем объекта интеллектуальной собственности».

По мнению Заявителя, данный вывод Заинтересованного лица не основан ни на законе, ни на представленных Заявителем документов и пояснений в рамках рассмотрения Заинтересованным лицом заявления Заявителя от 25.07.2019г. о регистрации отчуждения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности (дело № 2019Д18765).

В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 29 ноября 2001 N 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» (далее — Закон о фондах), паевой инвестиционный фонд — это обособленный имущественный комплекс, состоящий из имущества, переданного в доверительное управление управляющей компании учредителями доверительного управления. Паевой инвестиционный фонд не является юридическим лицом.

Управляющая компания на основании п. 3, 4 статьи 11 Закона о фондах осуществляет доверительное управление паевым инвестиционным фондом путем совершения любых юридических и фактических действий в отношении составляющего его имуществ, от своего имени, указывая при этом, что она действует в качестве доверительного управляющего. Это условие считается соблюденным, если в письменных документах после наименования доверительного управляющего сделана пометка "Д.У." и указано название паевого инвестиционного фонда. При отсутствии указания о том, что управляющая компания действует в качестве доверительного управляющего, она обязывается перед третьими лицами лично и отвечает перед ними только принадлежащим ей имуществом.

Таким образом, как Заявитель неоднократно пояснял Заинтересованному лицу, при отчуждении исключительного права на товарный знак исключительное право подлежит регистрации на управляющую компанию (являющуюся юридическим лицом — обществом с ограниченной   ответственностью),   осуществляющую   управление   паевым   фондом   (с указанием после наименования управляющей компании пометки "Д.У." и названия паевого инвестиционного фонда), а не на имя паевого инвестиционного фонда (который, как указывалось выше, не является юридическим лицом, а представляет собой обособленный имущественный комплекс, переданный в доверительное управление управляющей компании).

При этом, как указывает Заявитель, некорректным применять для регистрации в качестве правообладателя исключительного права на товарный знак владельцев инвестиционных паев Фонда, руководствуясь п. 2.1 ст. 15 Закона о фондах, согласно которому «при государственной регистрации прав на имущество для включения его в состав паевого инвестиционного фонда запись о зарегистрированном праве должна содержать сведения о том, что собственники указанного имущества и данные о них устанавливаются на основании данных лицевых счетов владельцев инвестиционных паев в реестре владельцев инвестиционных паев и счетов депо владельцев инвестиционных паев, с указанием названия (индивидуального обозначения) паевого инвестиционного фонда», т.к. указанная норма прямо указывает, что применима исключительно к имуществу, а исключительное право на товарный знак не является имуществом и корректно указывать в качестве правообладателя исключительного права юридическое лицо — управляющую компанию, которая в соответствии со ст. 11 Закона о Фондах действует в гражданском обороте от своего имени, указывая, что действует в качестве доверительного управляющего.

Также в 2019 году Роспатент РФ зарегистрировал обладателем исключительного права управляющую компанию, осуществляющую доверительное управление закрытым паевым инвестиционным фондом, а именно: регистрация исключительного права патента на изобретение №RU 2594332, в котором патентообладателем выступило ООО «УК «АДЕПТА» ФИО4 закрытым паевым инвестиционным фондом «АВУАР», без указания на то, что правообладателями являются владельцы инвестиционных паев Комбинированного ЗПИФ «АВУАР».

В Решении об отказе Заинтересованное лицо отмечает, что: «с учетом положений пункта 2 статьи 11 Закона следует отметить, что регулируемый положениями главы 16 Гражданского кодекса Российской Федерации режим права общей долевой собственности, как одна из разновидностей вещных долевых прав, не применяется к исключительному праву, на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации».

Заявитель не согласен с вышеуказанным утверждением Роспатента в связи со следующим.

В соответствии с п. 2 статьи 1229 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (кроме исключительного права на фирменное наименование) может принадлежать одному лицу или нескольким лицам совместно.

Согласно п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (за исключением права на фирменное наименование) может принадлежать нескольким лицам совместно. Указанное не означает наличия у данных лиц права на раздел принадлежащего им исключительного права и выдел из него долей.

Заявитель считает некорректным указывать в качестве обладателей исключительных прав на товарный знак «владельцев инвестиционных паев паевого инвестиционного фонда». Владельцы инвестиционных паев самостоятельно не осуществляют права в отношении имущества Фонда (в том числе права в отношении исключительных прав на товарный знак).

Также, в соответствии с п. 1 с. 14 Закона о фондах, у владельцев инвестиционных паев есть право требовать от управляющей компании надлежащего доверительного управления паевым инвестиционным фондом, право на получение денежной компенсации при прекращении договора доверительного управления паевым инвестиционным фондом со всеми владельцами инвестиционных паев этого фонда (прекращении паевого инвестиционного фонда), право требовать от управляющей компании погашения инвестиционного пая и выплаты в связи с этим денежной компенсации, соразмерной приходящейся на него доле в праве общей собственности на имущество, составляющее этот фонд, в случаях, предусмотренных Законом о фондах, право участвовать в общем собрании владельцев инвестиционных паев и, если правилами доверительного управления этим фондом предусмотрена выплата дохода от доверительного управления имуществом, составляющим этот фонд, право на получение такого дохода. В соответствии с п. 2 ст. 11 Закона о фондах, раздел имущества, составляющего паевой инвестиционный фонд, и выдел из него доли в натуре не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим федеральным законом. В отношении имущества, составляющего паевой инвестиционный фонд, все фактические и юридические действия осуществляет управляющая компания такого фонда.

Как указывает заявитель, вышеуказанные факты неоднократно доводились до сведения Роспатента в письмах № 19/10-2038 от 15.10.2019 года и исх. от 17.03.2020 №СП-20/03-657 (прилагаются), а также в жалобе Заявителя от 08.09.2020г.

Таким образом, по мнению Заявителя, последний представил Заинтересованному лицу все необходимые документы в соответствии с Административным регламентом для государственной регистрации отчуждения исключительного права по договору, у Заинтересованного лица отсутствовали основания для отказа Заявителю в удовлетворении заявления. В результате неправомерного отказа Заинтересованного лица в регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак № 713507, а также неправильного применения Заинтересованным лицом норм материального права, Заявитель, осуществляя доверительное управление Фондом, лишен права использовать исключительное право на товарный знак (распоряжаться указанным нематериальным активом), и, как следствие, нарушены законные права владельцев инвестиционных паев Фонда, которые несут материальные убытки и упущенную выгоду.

На основании вышеизложенного, заявитель обратился в суд с настоящим заявлением.

Непосредственно исследовав доводы Заявителя в указанной выше части, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения заявленных требований, в силу следующего.

В соответствии со статьей 13 Гражданского кодекса Российской Федерации ненормативный акт государственного органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействий) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 4 этой статьи кодекса такое заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Как следует из материалов дела, заявитель не оспаривает пропуск срока для обращения с соответствующим заявлением, ходатайствует о восстановлении пропущенного срока, полагая что он пропущен по уважительной причине, а именно заявитель указывает, что срок подачи в суд заявления был пропущен, в связи с тем, что последний предпринимал меры досудебного урегулирования спора путем подачи жалобы в соответствии с п. 101 Административного регламента от 27.07.2010 N 210-ФЗ к Руководителю Роспатента на действия (бездействие) должностного лица Роспатента, а также принимаемые им решения при исполнении государственной функции, повлекшие за собой нарушения требований Регламента и законодательства Российской Федерации (исх. № СП-20/09-1877 от 08.09.2020г.).

В подтверждение данного довода заявитель указывает на позицию Верховного Суда Российской Федерации, приведенную в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 4 марта 2015 года (определение от 16 декабря 2014 года по делу N 305-КГ14-78).

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определении от 16 декабря 2014 года по делу N 305-КГ14-78, срок в случаях рассмотрения дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений, действий (бездействия) таможенных органов и должностных лиц подлежит применению с учетом положений Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации».

Вместе с тем необходимо отметить, что нормативное регулирование деятельности таможенных органов отличается от регулирования предоставления государственной услуги по государственной регистрации распоряжения исключительным правом по договору. В этой связи выводы Верховного Суда Российской Федерации о порядке исчисления момента истечения срока для обращения в суд для обжалований решений, действий (бездействия) таможенного органа с даты получения решения вышестоящего таможенного органа, вынесенного по результатам рассмотрения жалобы, не могут быть применены по аналогии в рассматриваемом случае.

Таким образом, суд считает, что заявитель не был ограничен в праве обратится в суд с настоящим заявлением не дожидаясь результатов рассмотрения жалобы заявителя от 8 сентября 2020 года. Однако заявитель этим правом он не воспользовался.

Кроме того, срок на обращение в суд был пропущен Заявителем значительно, более чем на 5-ть месяцев, кроме того, как указывает сам заявитель в тексте заявления, 06.10.2020 г. Заявителем получен ответ Врио руководителя Роспатента от 05 октября 2020г. за № 04/24-16202/08, согласно которому Решение об отказе отставлено в силе, то есть даже после применения процедуры обжалования решения во внесудебном (административном) порядке, послдений обратился в суд более чем через 4-ре месяца, в связи с чем соответствующие ссылки не могут быть признаны судом обоснованными, в качестве надлежащих оснований для восстановления пропущенного процессуального срока. 

При изложенных обстоятельствах суд не находит основания для удовлетворения ходатайства о восстановлении срока подачи заявления ввиду отсутствия уважительных причин его пропуска.

Пропуск срока на подачу заявления и отсутствие уважительных причин к его восстановлению является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. 

Указанная позиция суд соответствует в том числе позиции ВС РФ, ВАС РФ изложенной в Решении ВАС РФ от 14.07.2010 по делу N ВАС-3953/10, где ВАС РФ указывает что «Пропуск срока подачи заявления и отсутствие уважительных причин для его восстановления являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления».

Таким образом, судом было установлено, что при предъявлении иска Заявителем был пропущен срок исковой давности, что является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Кроме того, суд также отмечает, что Заявление ООО «УК «Свиньин и Партнеры» Д.У. ЗПИФ комбинированным «Тиферет» (заявитель) содержит требование признать незаконным решение Федеральной службы по интеллектуальной собственности (далее -Роспатент) по отказу в государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 по договору, заключенному между ООО «КВС-Выборгский» и заявителем.

Как обосновано отмечает заинтересованное лицо, все доводы заявителя фактически сводятся к тому, что отчуждение исключительного права на товарный знак не противоречит статье 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку производится на имя юридического лица, осуществляющего доверительное управление закрытым инвестиционным паевым фондом комбинированным «Тиферет», а не на паевой инвестиционный фонд, который юридическим лицом не является.

В указанной части суд также считает необходимым отметить, что доводы заявителя являются необоснованными и не соответствуют нормам действующего законодательства в области правовой охраны товарных знаков и знаков обслуживания, в силу следующих обстоятельств.

Комбинированный товарный знак по заявке № 2018733343 с приоритетом от 7 августа 2018 года был зарегистрирован Роспатентом 27 мая 2019 года за № 713507 на имя ООО «КВС-Выборгский» в отношении услуг 35, 37 классов МКТУ, приведенных в перечне свидетельства.

Впоследствии от имени ООО «УК «Свиньин и Партнеры» Д.У. ЗПИФ комбинированным «Тиферет» 25 июля 2019 года в Роспатент поступило заявление о государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 по договору, заключенному между ООО «КВС-Выборгский» и заявителем.

Указанное заявление было рассмотрено Роспатентом в порядке, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) и Административным регламентом.

Как указано выше, по результатам рассмотрения поступившего заявления Роспатентом 15 июня 2020 года было принято решение в форме уведомления № 2019Д18765 об отказе в государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 по договору.

При отказе в государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 по договору Роспатент руководствовался следующими положениями законодательства в области правовой охраны товарных знаков и знаков обслуживания.

В соответствии со статьей 1478 ГК РФ обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.

Согласно пункту 1 статьи 10 Федерального закона от 29 ноября 2001 года № 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах» (далее - Закон) паевой инвестиционный фонд не является юридическим лицом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 11 Закона учредитель доверительного управления передает имущество управляющей компании для включения его в состав паевого инвестиционного фонда с условием объединения этого имущества с имуществом иных учредителей доверительного управления. Имущество, составляющее паевой инвестиционный фонд, является общим имуществом владельцев инвестиционных паев и принадлежит им на праве общей долевой собственности.

Рассмотрение заявления о государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак, предусмотренного пунктом 2 статьи 1232 ГК РФ, осуществляется в соответствии с Административным регламентом и Правилами.

Согласно пункту 49 Административного регламента предоставление государственной услуги по государственной регистрации распоряжения по договору исключительным правом на товарный знак включает в себя следующие административные процедуры: 1) прием и регистрация документов; 2) проверка уплаты пошлин и рассмотрение документов; 3) внесение сведений о государственной регистрации распоряжения по договору исключительным правом на результаты интеллектуальной деятельности (далее - РИД) в соответствующий Госреестр, перечень, выдача (направление) заявителю уведомления о государственной регистрации распоряжения по договору исключительным правом на РИД и документа, содержащего сведения о государственной регистрации распоряжения по договору исключительным правом на зарегистрированный РИД, публикация сведений о государственной регистрации распоряжения по договору исключительным правом на РИД в соответствующем официальном бюллетене Роспатента.

В    соответствии    с    пунктом    59    Административного    регламента административная процедура проверки уплаты пошлин и рассмотрения документов состоит из следующих административных действий: 1) проверка уплаты пошлин; 2) рассмотрение документов.

При этом в соответствии с пунктом 64 Административного регламента административное действие по рассмотрению документов включает проверку соответствия документов условиям регистрации, предусмотренным, в частности, подпунктом «в» пункта 3 Правил, касающимся соответствия сведений о правообладателе сведениям, имеющимся в Госреестре.

В соответствии с пунктом 65 Административного регламента, если условия регистрации не соблюдены, заявителю направляется уведомление с предложением в течение 3 месяцев со дня направления указанного уведомления представить недостающие или надлежаще оформленные документы.

Согласно пункту 15 Правил, в случае если в течение 3 месяцев с даты направления указанного уведомления условия государственной регистрации, предусмотренные пунктом 3 настоящих Правил, не соблюдены, а необходимые недостающие или исправленные документы заявителем не представлены, Роспатент отказывает в государственной регистрации, о чем заявителю направляется соответствующее уведомление.

Как было указано выше, 25 июля 2019 года в Роспатент от имени заявителя поступило заявление о государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 по договору, заключенному между ООО «КВС-Выборгский» и заявителем.

К указанному заявлению был приложен договор № СПТ-19/07-44 от 23 июля 2019 года об отчуждении исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507.

По результатам рассмотрения заявления Роспатентом было установлено, что в заявлении отсутствует ОГРН заявителя, а его наименование не соответствует наименованию, содержащемуся в Едином государственном реестре юридических лиц.

В этой связи Роспатентом 26 сентября 2019 года в адрес, указанный в качестве адреса для переписки, было направлено уведомление о необходимости представления   недостающих   или   надлежаще   оформленных   документов, устраняющих указанные недостатки.

В ответ на уведомление Роспатента заявителем в письме № СП-19/10-203 8 от 15 октября 2019 года были представлены пояснения, согласно которым заявитель является доверительным управляющим инвестиционным фондом, в связи с чем в силу пункта 4 статьи 11 Закона обязан указывать на то, что он действует в качестве доверительного управляющего.

Кроме того, заявитель в своем ответе указал, что требование Роспатента о необходимости указания ОГРН не может быть выполнено, поскольку паевой инвестиционный фонд не является юридическим лицом.

Также заявитель указал, что исключительное право на товарный знак приобретается в общую долевую собственность владельцев паев инвестиционного фонда.

По результатам рассмотрения ответа заявителя Роспатентом 19 декабря 2019 года было повторно направлено уведомление о необходимости представления недостающих или надлежаще оформленных документов. В указанном уведомлении заявителю также сообщалось, что поскольку паевой инвестиционный фонд не является юридическим лицом, он не может быть правообладателем исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507.

В ответ на уведомление Роспатента заявителем в письме № СП-20/03-657 от 17 марта 2020 года были представлены пояснения, аналогичные ранее направленным, однако они не устранили препятствия для государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507.

В этой связи Роспатентом в регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 по договору было отказано, о чем 15 июня 2020 года направлено соответствующее уведомление.

Довод заявителя о том, что Роспатент должен был зарегистрировать отчуждение исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 по договору, поскольку исключительное право на товарный знак приобретается на имя заявителя, который осуществляет от своего имени управление имуществом инвестиционного паевого фонда, не обоснован и противоречит фактическим обстоятельствам дела.

В указанной части суд отмечает, что приведенный заявителем довод о приобретении исключительного права на свое имя противоречит позиции самого же заявителя, который в письме № СП-19/10-2038 от 15 октября 2019 года в ответ на запрос Роспатента указывал, что исключительное право на товарный знак приобретается в общую долевую собственность владельцев паев инвестиционного фонда.

Также необходимо отметить, что согласно статье 128 ГК РФ имущественное право и права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации относятся к различным объектам гражданских прав.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1227 ГК РФ к интеллектуальным правам не применяются положения раздела II ГК РФ, в том числе положения, касающиеся режима общей долевой собственности.

Согласно пункту 2 статьи 11 Закона учредитель доверительного управления передает имущество управляющей компании для включения его в состав паевого инвестиционного фонда с условием объединения этого имущества с имуществом иных учредителей доверительного управления.

Имущество, составляющее паевой инвестиционный фонд, является общим имуществом владельцев инвестиционных паев и принадлежит им на праве общей долевой собственности.

Из указанного следует, что имущественное право принадлежит на праве общей долевой собственности владельцам паев, а не управляющей компании.

Таким образом, Роспатент пришел к обоснованному выводу о том, что фактическим приобретателем исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 выступает паевой инвестиционный фонд. При этом паевой инвестиционный фонд, как было указано, не может быть правообладателем исключительного права на товарный знак, поскольку в соответствии с положениями пункта 1 статьи 10 Закона не является юридическим лицом.

В этой связи Роспатент пришел к обоснованному выводу о том. что государственная регистрация отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507 не может быть осуществлена, поскольку фонд не может быть правообладателем исключительного права на товарный знак.

При этом не может быть принята ссылка заявителя на решение Роспатента о государственной регистрации отчуждения исключительного права на изобретение по патенту № 2594332 на имя ООО «УК «АДЕПТА» ФИО4 закрытым паевым инвестиционным фондом «АВУАР», поскольку обстоятельства регистрации данного распоряжения исключительным правом отличаются от обстоятельств настоящего дела.

В указанной части суд отмечает, что исключительное право на изобретение, в отличие от права на товарный знак, может принадлежать любому лицу независимо от формы собственности.

В этой связи государственная регистрация отчуждения исключительного права на изобретение по патенту № 2594332 на имя ООО «УК «АДЕПТА» ФИО4 закрытым паевым инвестиционным фондом «АВУАР» не может свидетельствовать о незаконности решения Роспатента от 15 июня 2020 года об отказе в государственной регистрации отчуждения исключительного права на товарный знак по свидетельству № 713507.

На основании вышеизложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что требования заявителя являются не обоснованными и подлежат отклонению в полном объеме, ввиду их необоснованности и пропуск срока давности на обращение в суд по заявлению заинтересованного лица, установленного нормами ст. 198 АПК РФ.

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст.4, 9, 64-66, 71, 75, 110, 156, 167-171, 197-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Девятом арбитражном апелляционном суде.

СУДЬЯМ.А. Ведерников