ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-4252/2024

г. Вологда

12 февраля 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2025 года.

В полном объеме постановление изготовлено 12 февраля 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Кузнецова К.А. и Марковой Н.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В., 

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 23.01.2025, от ФИО3 представителя ФИО4 по доверенности от 07.10.2024, от временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ЭкоРесурс» ФИО5 представителя ФИО6 по доверенности от 09.01.2025 № 1, от общества с ограниченной ответственностью «ЭкоРесурс» представителя ФИО7 по доверенности от 20.05.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционные жалобы ФИО1 и участника общества с ограниченной ответственностью «ЭкоРесурс» ФИО3 на определение Арбитражного суда Псковской области от 27 ноября 2024 года по делу № А52-4252/2024,

у с т а н о в и л:

ФИО1 19.07.2024 обратился в Арбитражный суд Псковской области (далее – суд) с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ЭкоРесурс» (далее – Общество, должник) несостоятельным (банкротом), включении в третью очередь реестра требований кредиторов задолженности в размере 8 960 861 руб. 72 коп., в том числе 6 500 000 руб. основного долга, 404 066 руб. процентов за пользование займом и 2 056 795 руб. 72 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением суда от 27.11.2024 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден член Союза арбитражных управляющих «Континент» (далее – Союз) ФИО5; требование Общества в размере 8 960 861 руб. 72 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получившим имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 названного Закона и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты). В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

ФИО1 с определением суда от 27.11.2024 не согласился и обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит указанный судебный акт изменить в части признания требования обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, включить требования ФИО1 в третью очередь реестра требований кредиторов должника. В обоснование жалобы апеллянт указал, что в период предоставления займа у должника имелась положительная структура баланса и отсутствовал имущественный кризис. По мнению апеллянта, наличие аффилированности само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом и не препятствует включению требования в реестр требований кредиторов должника в том случае, если такое требование подтверждено документами первичного учета и допустимыми доказательствами.

Участник должника ФИО3 с определением суда от 27.11.2024 также не согласился, обратился с апелляционной жалобой, в которой просил его отменить, признать требование ФИО1 необоснованным, заявление оставить без рассмотрения. Указывает, что суд первой инстанции нарушил право апеллянта на судебную защиту, не допустив его представителя к участию в судебном заседании посредством системы веб-конференции. Ссылается на внутренний корпоративный конфликт в Обществе между его учредителями и сговор директора Общества с учредителями ФИО8 и ФИО9 Полагает, что ФИО1 не представлены достаточные доказательства, подтверждающие невозможность удовлетворения его требований путем обращения взыскания на имущество должника. По мнению апеллянта, заявленная задолженность Общества перед ФИО1 составляет 0,1 % от стоимости имеющегося у Общества имущества.

Представитель ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в его апелляционной жалобе, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3 по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в его апелляционной жалобе, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО1

Временный управляющий должника в отзыве и его представитель в судебном заседании просили оставить обжалуемое определение без изменения.

Представитель должника в судебном заседании возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3, вопрос об удовлетворении апелляционной жалобы ФИО1 оставил на усмотрение суда.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Основанием для обращения ФИО1 в суд послужило наличие задолженности Общества в размере 8 960 861 руб. 72 коп., которая образовалась в результате ненадлежащего исполнения Обществом обязательств, возникших из договора займа от 24.02.2021, и подтверждена вступившим в законную силу решением Опочецкого районного суда Псковской области от 05.08.2022 по делу № 2-294/2022.

Указанные обстоятельства, послужили основанием для обращения кредитора в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В абзаце четвертом пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве установлено, что при определении наличия признаков банкротства должника не учитываются подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства неустойки (штрафы, пени), проценты за просрочку платежа, убытки в виде упущенной выгоды, подлежащие возмещению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, а также иные имущественные и (или) финансовые санкции, в том числе за неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования, в частности, к должнику – юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем два миллиона рублей.

Согласно пункту 2 статьи 33 Закона о банкротстве заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику-юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем два миллиона рублей, к должнику-гражданину – не менее чем пятьсот тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Поскольку объем задолженности и период просрочки свидетельствовали о наличии признаков банкротства Общества, установленных статьями 3 и 6 Закона о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно ввел в отношении должника процедуру наблюдения и утвердил временного управляющего из числа членов Союза, определенного судом посредством случайной выборки.

Вопреки доводам ФИО3 наличие корпоративного конфликта не исключает наличие задолженности перед ФИО1

Кроме того, согласно представленной 30.10.2024 должником в материалы электронного дела справке о дебиторской и кредиторской задолженности у Общества имеется большое количество иных кредиторов (общий размер кредиторской задолженности превышает 419 млн руб.), что исключает вывод о недопустимости рассмотрения дела исключительно в целях разрешения корпоративного конфликта.

Возражения ФИО3 относительно невынесения судом определения об отказе в удовлетворении ходатайства об участии его представителя в судебном заседании посредством системы веб-конференции основаны на неправильном толковании норм права.

В соответствии с абзацем 3 части 1 статьи 153.2 АПК РФ арбитражный суд в электронном виде заблаговременно направляет лицам, участвующим в деле, информацию, необходимую для участия в судебном заседании путем использования системы веб-конференции. При отказе в удовлетворении ходатайства об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции арбитражный суд в электронном виде направляет лицам, участвующим в деле, информацию о таком отказе с указанием его оснований.

Таким образом, при отказе в удовлетворении ходатайства об участии в судебном заседании посредством веб-конференции не требуется вынесение отдельного судебного акта.

Апелляционный суд отмечает, что ФИО3, проявив должную заботливость и осмотрительность, мог заблаговременно направить данное ходатайство с учетом установленного частью 4 статьи 159 АПК РФ срока для его рассмотрения (5 дней после дня поступления ходатайства в суд), однако не сделал этого; судебное разбирательство было назначено на 13.11.2024, а соответствующее ходатайство направлено в суд 08.11.2024 в 15:37, при этом 09.11.2024 и 10.11.2024 – выходные дни. Доводов о том, как именно отсутствие представителя в судебном заседании повлияло на итог рассмотрения заявления ФИО1, податель жалобы не привел.

Отсутствие одобрения ходатайства об участии в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» не лишает участников процесса возможности воспользоваться правами, предусмотренными статьей 41 АПК РФ, обеспечить явку представителя непосредственно в судебное заседание.

Таким образом, у ФИО3 имелась возможность предпринять действия по обеспечению участия своего представителя непосредственно в судебном заседании. 

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 01.11.2019 № 307-ЭС19-10177(2,3) и абзаце девятом пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), подтверждение в судебном порядке существования долга банкрота перед заявителем, хотя и предоставляет последнему право на принудительное исполнение, само по себе правовую природу (существо и основание возникновения) задолженности не меняет и, как следствие, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции сделал вывод о наличии правовых оснований для понижения очередности требований ФИО1 

Данный вывод апелляционная коллегия считает верным. 

В целях понижения очередности требования кредитора необходимо установить его аффилированность с должником (осуществление контроля над ним), а также факт предоставления компенсационного финансирования в условиях имущественного кризиса последнего.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежности лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать и поведение лиц в хозяйственном обороте.

О том, что бремя доказывания аффилированности – а точнее, ее отсутствия, – лежит на потенциально связанном с должником кредиторе, Верховный Суд Российской Федерации указывал во множестве своих решений. По сложившейся практике, суд может возложить на него обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Кредиторам должника достаточно заявить разумные сомнения или возражения, после чего бремя доказывания обоснованности требований переходит на заявителя этих требований. 

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу истинной цели сделки. 

В силу статьи 65 АПК РФ на предъявившем требование ФИО1 лежало бремя доказывания того, что в рассматриваемых отношениях должник и кредитор действовали самостоятельно, независимо друг от друга, в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным.

Таких доказательств не представлено. 

Судом первой инстанции установлено, что заявитель по делу                    ФИО1 является сыном одного из участников Общества ФИО9 с долей в уставном капитале должника 30 %. 

В данном случае суд первой инстанции обоснованно указал, что поведение лица, предоставившего должнику значительную сумму в отсутствие начисления процентов за пользование заемными средствами и не принимавшего мер к принудительному взысканию задолженности, не характерно для такого рода правоотношений.

В связи с этим, обоснованным является вывод о том, что требование заявителя вытекает из финансирования должника, в связи с чем, оно не может быть противопоставлено имущественным интересам независимых кредиторов.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату выдачи займа.

Кроме того, согласно предварительному заключению временного управляющего о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и/или фиктивного банкротства, заключению о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок, как минимум с 19.09.2019 у Общества возникли признаки неплатежеспособности.

Заявитель не раскрыл разумные мотивы выдачи Обществу беспроцентного займа в значительном размере от аффилированного лица в отсутствие какого-либо обеспечения, и не принимавшего мер к принудительному взысканию.

Кредиторы, возражающие против заявленных требований в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 71 или пунктом 3 статьи 100 Закона о банкротстве, вправе обозначить сомнения в аффилированности заявителя с должником на предмет соответствия его статусу конкурсного кредитора, а последний обязан опровергнуть данный факт либо подтвердить его с учетом реальности гражданских правоотношений и, соответственно, предъявленного денежного обязательства, равного по своей природе требованию обычного, не входящего с должником в группу лиц.

Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Таким образом, согласованность действий должника и кредитора предполагается.

В пункте 4 Обзора указано, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Исходя из заложенной в Обзоре презумпции, не устраненные                  ФИО1 разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

Поскольку требование ФИО1, по сути, является требованием о возврате компенсационного финансирования, то к нему применим соответствующий режим удовлетворения.

Принимая во внимание  наличие заинтересованности заявителя к должнику, суд обоснованно перешел к поиску кандидатуры арбитражного управляющего из числа саморегулируемой организации арбитражных управляющих, определенной методом случайной выборки.

Союз представил информацию о кандидатуре арбитражного управляющего ФИО5 для целей утверждения его временным управляющим должником, а также документы, подтверждающие соответствие указанной кандидатуры требованиям статей 20 и 20.2 Закона о банкротстве.

В отношении утвержденного судом временного управляющего возражений в апелляционных жалобах не содержится.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что апелляционные жалобы не содержат никаких доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции и какие-либо основания для отмены или изменения судебного акта.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на апеллянтов в силу статьи 110 АПК РФ, так как в удовлетворении жалоб отказано. 

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Псковской области от 27 ноября                 2024 года по делу № А52-4252/2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и участника общества с ограниченной ответственностью «ЭкоРесурс» ФИО3 – без удовлетворения. 

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа.

Председательствующий

Т.Г. Корюкаева

Судьи

К.А. Кузнецов

Н.Г. Маркова