468/2023-35681(2) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-5638/2023

г. Челябинск

25 мая 2023 года

Дело № А76-4750/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 25 мая 2023 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Ковалевой М.В.,  

судей Журавлева Ю.А., Калиной И.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Челябинское управление энерготрейдинга» ФИО2 на  определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.03.2023 по делу №  А76-4750/2019 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки  недействительной и применении последствий ее недействительности.  

В судебное заседание явился представитель конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Челябинское управление  энерготрейдинга» ФИО2 - ФИО3 (паспорт,  доверенность от 10.11.2022 сроком на 1 год).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.02.2019 в  отношении общества с ограниченной ответственностью «Челябинское  управление энерготрейдинга» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее –  ООО «ЧУЭТ», должник), возбуждено производство по делу о признании  должника несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 07.05.2019 в отношении ООО «ЧУЭТ» введена  процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.  

Информационное сообщение о введении процедуры наблюдения  опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» 18.05.2019.  

Определением от 07.08.2019 ФИО4 освобожден от  исполнения обязанностей временного управляющего, временным  управляющим должника утвержден ФИО5.  

Решением от 27.09.2019 должник признан несостоятельным (банкротом)  в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурным  управляющим утвержден ФИО6.  

Определением от 11.12.2019 арбитражный управляющий ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного  управляющего должника.  

Определением от 16.01.2020 конкурсным управляющим ООО «ЧУЭТ»  утвержден ФИО2, член союза «Уральская  саморегулируемая организация арбитражных управляющих», ИНН  

<

***>, регистрационный номер в сводном реестре арбитражных  управляющих 14023, адрес для направления почтовой корреспонденции:  454091, 

<

...>.  

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд  Челябинской области с заявлением, в котором просит признать  недействительным договор № 01а от 26.10.23017, заключенный между  ФИО7 (далее – ФИО7) и ООО «ЧУЭТ»,  а также совершенные в его исполнение сделки по перечислению денежных  средств ФИО7 на общую сумму 1 173 163 руб. 36 коп., применить  последствия недействительности сделок - взыскать в конкурсную массу  денежные средств в размере 1 173 163 руб. 36 коп., с учетом принятого  арбитражным судом изменение предмета требования в порядке 49 АПК РФ.  

Кредитор ОАО «МРСК Урала» в отзыве настаивало на удовлетворении  заявления, указав, что в спорный период ФИО7 находилась также в  трудовых отношения с ПАО «Челябэнергосбыт» с 14.11.2017 в должности  генерального директора по совместительству; с 20.12.2017 в должности  генерального директора в исполнительном аппарате по совместительству; с  01.02.2018 в должности генерального директора по основному месту работы.  При этом выплаты ПАО «Челябэнергосбыт» в пользу ФИО7  произведены в тот же период с назначением платежа «перечисление заработной  платы». В спорный период ФИО7 исполняла обязанности генерального  директора в ПАО «Вологдаэнергосбыт» (с 27.10.2017 по 05.03.2018); АО  «Роскомунэнерго» (с 27.10.2017 по 12.03.2018), кроме того исполняла трудовые  функции в АО «Хакасэнергосбыт» (с 15.10.2017), АЭК «РАЭСКО» (с  15.10.2017).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.03.2023 в  удовлетворении заявленных требований отказано.  

Не согласившись с указанным определением, конкурсный управляющий  ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит  определение отменить, принять по делу новый судебный акт.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что  ФИО7 одновременно осуществляла трудовую деятельность в  нескольких компаниях, которые вместе с должником входят в одну группу  компаний – холдинг «МРСЭН». В период времени с ноября 2017 по февраль  2018 данный холдинг, ООО «ЧУЭТ», в частности, находились в состоянии  экономического кризиса. Также, апеллянт указывает, что ФИО7 были  заключены заведомо невыгодные для должника сделки, которые впоследствии  были признаны судом недействительными. Кроме того, в период руководства  ФИО7 должником наращивались неликвидные активы и  

обязательства общества, заключались мнимые сделки, кроме того, заключены  договоры на оказание консалтинговых услуг с ООО «Антеро-консалтинг»,  ООО «Мишанов и партнеры», Коллегией адвокатов «Аргументы». Более  подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.  

Определением суда апелляционной инстанции от 17.04.2023 жалоба  принята к производству, судебное заседание назначено на 18.05.2023.  

Отзывов и возражений на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в  деле, не поступило.  

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы  жалобы, просил отменить обжалуемое определение суда.  

Иные лица, участвующие в деле о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а  также путем размещения информации на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное  заседание представителей не направили.  

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ апелляционная жалоба  рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной  инстанции, на основании протокола внеочередного собрания участников  должника от 26.10.2017 генеральным директором общества избрана ФИО7.  

Между ООО «ЧУЭТ» и ФИО7 26.10.2017 заключен трудовой  договор № 1-а, согласно которому работник обязуется лично выполнять работу  в должности генерального директора.  

Общество поручает, а работник принимает на себя руководство текущей  деятельностью общества на период действия трудового договора.  

Согласно п. 1.2 местом работы значится: 

<

...>. Договор по основному месту работы. Договор заключен  сроком на один год.  

Размер должностного оклада установлен в 400 000 руб. (п. 2.2. договора). 

Выплата заработной платы производится в порядке, предусмотренном  локальными нормативными актами, в безналичной форме 2 раза в месяц: 25 и  10 числа.  

Протоколом внеочередного собрания участников должника от 24.01.2018  полномочия генерального директора ФИО7 прекращены, указано на  расторжение трудового договора с 24.01.2018.  

Конкурсный управляющий должника, полагая, что ФИО7  фактически трудовых функций не осуществляла, обратился в суд с настоящим  заявлением. В качестве правового основывая указаны положения статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками  (действиями), которые могут быть оспорены по правилам главы III.1 этого  Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение  

обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии трудовым  законодательством.  

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной  может быть признана сделка (действия по исполнению обязательств),  совершенная в годичный период подозрительности при неравноценном  встречном исполнении обязательств, то есть сделка, по которой исполнение,  предоставленное должником, в худшую для него сторону отличается от  исполнения, которое обычно предоставляется при сходных обстоятельствах.  

При этом не требуется доказывать факты, указывающие на  недобросовестность другой стороны сделки (абзац второй пункта 9  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -  постановление № 63)).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо  если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника (пункт 7 Постановления № 63).  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник  отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и  сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  Пунктом 5 Постановления № 63 установлено, что для признания сделки  недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно пункту 6 Постановления № 63 при определении наличия  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует  

исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и  тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.  

В соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества  понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по  уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов)  должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником  части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Как указано в абзаце седьмом пункта 5 Постановления № 63, при  определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  

возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Таким образом, квалифицирующими признаками подозрительной сделки,  указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее  направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов,  осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели,  фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.  

Наличие в законодательстве о банкротстве приведенных специальных  правил об оспаривании сделок (действий) не означает, что само по себе  ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство  ограничивают права обычных работников на получение всего комплекса  гарантий, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации (далее -  Трудовой кодекс).  

ФИО7, возражая против удовлетворения заявленных требований,  представила отзыв, в котором указала, что выполняла трудовые функции  генерального директора в период с 26.10.2017 по 24.01.2018. Факт причинения  вреда имущественным правам кредиторов не доказан, признаки  неплатежеспособности должника возникли после расторжения трудового  договора с ФИО7 Выплата заработной платы производилась в  соответствии с трудовым договором № 11-а от 26.10.2017, заключенным на  основании протокола внеочередного собрания. Размер выплаченных денежных  средств соответствует условиям договора, (должностной оклад установлен в  400 000 руб.).  

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле,  должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание  своих требований и возражений.  

В подтверждение исполнения обязанностей генерального директора  ответчиком в материалы дела представлена копия приказа от 01.12.2017 №  

02/05/2017, согласно которой помимо главного бухгалтера ФИО8  дополнительным правом подписи первичных документов наделен начальник  финансового управления ФИО9; приказ от 01.12.2017 № 35 «Об  отмене организации финансового мониторинга и контроллинга», договор  цессии от 13.11.2017, заключенный АО «Роскоммунэнерго» и должником, акт  приема-передачи документов к договору цессии, подписанные от имени  ФИО7  

Сведения о трудоустройстве и увольнении ФИО7 отражены в  трудовой книжке работника.  

Кроме того, как было выше указано, ФИО7. избрана генеральным  директором на основании протокола внеочередного собрания участников  должника от 26.10.2017.  

Суд первой инстанции, исходя из представленных в материалы спора  документов, пришел к верному выводу о наличии между должником и  заинтересованным лицом реальных трудовых отношений.  

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК  РФ) трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в  соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику  работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда,  предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными  правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным  договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным  соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику  заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим  соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового  распорядка, действующие у данного работодателя.  

По смыслу статьи 15 ТК РФ трудовые отношения - это отношения,  основанные на соглашении между работником и работодателем о личном  выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в  соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием  квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении  работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении  работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством  

и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового  права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными  актами, трудовым договором. Под трудовой функцией понимается любая  работа по определенной должности в соответствии со штатным расписанием,  профессии, специальности, с указанием квалификации, а также конкретный вид  поручаемой работы.  

Другой гарантией является компенсация за выполнение дополнительной  работы в виде денежной доплаты (статья 151 Трудового кодекса).  

По мнению арбитражного управляющего, заключение трудового договора  являлось безосновательное установление ответчику содержания. Конкурным  

управляющим заявлено о мнимости оспариваемого договора. 

Согласно ч. 1 ст. 170 ГК РФ под мнимой сделкой понимается сделка,  совершенная для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия.  

В обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее  совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех  правовых последствий, которые наступают при совершении сделки по уступке  прав требования.  

Конкурсным управляющим не представлены доказательства, достоверно  позволяющие установить иную волю сторон на достижение последствий, не  связанных с осуществлением трудовых обязанностей.  

Как было указано ранее, протоколом внеочередного собрания участников  должника от 24.01.2018 полномочия генерального директора ФИО7  прекращены, указано на расторжение трудового договора с 24.01.2018 ( л.д. 69- 71).  

Сведения о трудоустройстве и увольнении отражены в трудовой книжке  работника.  

Цель создания трудовых отношений подтверждена протоколами  внеочередных собраний.  

ФИО7 одновременно осуществляла трудовые функции  руководителей в нескольких организациях (АО «Хакасэнергосбыт», ПАО  «Челябэнергосбыт», ООО «ЧУЭТ» и др.), не опровергает факт наличия  трудовых отношений с должником. Доказательств того, что ФИО7  являлась номинальным руководителем, не представлено.  

Период работы в ПАО «Челябэнергосбыт» составил с 14.11.2017 по  07.03.2018, в АО «Хакасэнергосбыт» с 15.10.2017 по 24.02.2018, в ООО  «ЧУЭТ» с 26.10.2017 по 24.01.2018, в ПАО «Вологдаэнергосбыт» с 15.10.2017  по 27.02.2018.  

Одновременное исполнение обязанностей во всех организациях приходит  только на три месяца. Согласно стратегии группы компаний (т. 2 ,л.д. 48-49) на  базе должника создано экспертное подразделение, задачами которого являлось  разработка и консультационное сопровождение внедрения эффе6ктивной  одели управления и информатизация основных бизнес процессов в сбытовых  компаниях, входящих в одну группу. ФИО7 непосредственно  координировала работу экспертного подразделения, выполняя поставленные  задачи. В период работы экспертного подразделения на постоянной основе  проводились совещания рабочей группы с участием ФИО7  

Конкурсным управляющим указано, что ФИО7, получая  денежные средства в качестве оплаты труда от должника, действовала не в его  интересах. Ответчик получал доходы от иных организаций, в том числе: АО  «Хакасэнергосбыт», ПАО «Челябэнергосбыт», ООО «Челябинское управление  энерготрейдинга».  

Однако, каких-либо доказательств, которые позволили ли бы суду  установить, что ответчик являлась номинальным руководителем должника,  реализуя волю иных лиц, либо уклонялась от выполнения своих должностных  обязанностей, в материалы обособленного спора не представлено.  

Суд первой инстанции верно указал в определении, что конкурсный  управляющий, обращаясь с заявлением к ФИО7, как к лицу,  контролировавшему деятельность должника, с заявлением о привлечении к  субсидиарной ответственности по его обязательствам, а также с заявлением о  взыскании убытков, фактически согласился с исполнением ответчиком  должностных обязанностей, предусмотренных условиями и содержанием  трудового договора.  

Конкурсным управляющим не оспаривается решение внеочередного  собрания участников должника от 26.10.2017, в целях реализации которого  заключен спариваемый трудовой договор с ответчиком.  

Таким образом, из поведения конкурсного управляющего явствует  признание им юридической силы оспариваемого трудового договора и  корпоративного решения, на основании которого такой договор был заключен,  а также осуществление конкурсным управляющим действий, основанных на  признании факта исполнения ответчиком обязанностей единоличного  исполнительного органа.  

Действующее законодательство не содержит запрета на одновременное  исполнение обязанностей руководителя нескольких организаций, каждое лицо  самостоятельно определяет направления и способы самореализации и  распоряжения личным временем. В ситуации, когда заявителем не доказан факт  причинения подобного рода совместительством убытков конкретной  организации либо иная противоправная цель совмещения должностей, само по  себе совместительство не выходит за пределы нормального поведения  участников оборота. Кроме того, размер установленного ответчику  вознаграждения соответствует размеру вознаграждений, получаемых им за  труд, осуществляемый в пользу иных организаций, то есть эквивалентен  стоимости его познаний и компетенций на свободном рынке труда.  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Управляющий указывал на совершение платежей в пользу  заинтересованного лица в период неплатежеспособности в отсутствие  равноценного встречного предоставления, что охватывается диспозицией  статьи 61.2 Закона о банкротстве. Обстоятельств, выходящих за пределы  диспозиции названной нормы, управляющий не назвал, а судом апелляционной  инстанции не установлено.  

В рассматриваемом случае, дело о банкротстве в отношении должника  возбуждено 21.02.2019, оспариваемые конкурсным управляющим платежи  совершены в период с 10.11.2017 по 15.01.2018, то есть в период  подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

В момент исполнения ФИО7 должностных обязанностей у  должника отсутствовали неисполненные обязательства, нарушения сроков в  обязательствах начались с 13.04.2018, что отражено в решении Арбитражного  суда Свердловской области от 25.09.2018 по делу № А60-39946/2018.  

Задолженность установлена решением Арбитражного суда Челябинской  области от 20.09.2018 № А76-20898/2018: с должника в пользу ОАО «МРСК  Урала» взыскана задолженность за электроэнергию за период с апреля по июнь  2018 года. Как указано ответчиком задолженность за апрель была погашена в  июле-августе 2018 года.  

При этом согласно определению суда от 07.05.2019 по настоящему делу  неисполненные обязательства перед кредитором ОАО «МРСК» возникли в  период с апреля 2018 года по август 2018 года. Большинство требований  кредиторов, включенных в реестр, возникло в августе 2018 года, то есть после  прекращения исполнения ФИО7 своих трудовых функций.  

Согласно представленной в материалы дела выписке, в пользу  ФИО7 в ноябре совершены платежи, в том числе: 10.11.2017 в сумме  63 272 руб. 27 коп. - заработная плата за октябрь 2017; 15.11.2017 - заработная  плата за октябрь 2017 года в сумме 9 491 руб. 09 коп.; 24.11.2017 - аванс за  ноябрь в сумме 200 000 руб.; 01.12.2017 - заработная плата за ноябрь 2017 года  в сумме 200 200 руб., 15.12.2017 - заработная плата за декабрь 2017 в сумме 200  000 руб., 27.12.2017 - компенсация расходов по трудовому договору за декабрь  2017 года в сумме 100 000 руб.  

Заработная плата выплачивалась не одномоментно, а на протяжении  длительного периода времени, что также говорит о реальности трудовых  отношений.  

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о соразмерности  перечисленных в пользу ФИО7 денежных средств в счет выплаты  заработной платы и иных выплат в рамках трудового договора.  

Так, в материалы обособленного спора ФИО7 представлены  справки о доходах предыдущего руководителя должника - Деля М.А. за 2017,  2018 годы в ООО «ЧУЭТ», согласно которым доход Деля М.А. в 2017 году  составил 40 885 901 руб. 11 коп., с учетом вычета налога, в 2018 – 12 552 515  руб. 12 коп. за 8 месяцев (с учетом вычета налога), следовательно, аналогичные  выплаты, совершенные обществом в пользу ответчика ФИО7,  значительно ниже выплат, произведенных в пользу предыдущего руководителя  и последующего ФИО10, размер оклада которого составлял в 2018 году  460 000 руб.  

ФИО7 согласно части 2 статьи 19 Закона о банкротстве является  заинтересованным по отношению к должнику лицом, однако это не является  безусловным основанием для признания перечисления ей денежных средств в  счет выплаты заработной платы недействительной сделкой.  

Довод конкурсного управляющего о том, что деятельность ФИО7 в тот период была направлена на перераспределение денежных средств  внутри группы компаний, вывод активов, не подтвержден достаточными  доказательствами.  

Тот факт, что в период руководства ФИО7 должником  заключены сделки, которые впоследствии признаны судом недействительными,  как заключенными не в интересах должника, не свидетельствует о  нереальности трудовых отношений. Данные обстоятельства могут служить  

основанием для взыскания убытков с бывшего руководителя либо привлечения  ее к субсидиарной ответственности, что должно являться предметом иного  обособленного спора.  

Доводы апеллянта о том, что обращение с заявлением о привлечении  ФИО7 к субсидиарной ответственности, а также не оспаривание им  решения собрания учредителей, не означает признание действительности  трудовых отношений, отклоняются, поскольку не имеют правового значения,  представляют собой переоценку выводов суда первой инстанции.  

Таким образом, отсутствуют основания для признания данной сделки  недействительной по пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.  Следовательно, определение отмене, а апелляционная жалоба –  удовлетворению не подлежат.  

Суд апелляционной инстанции полагает, что все обстоятельства,  имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции  установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с  требованиями статьи 71 АПК РФ.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4  статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта,  судом первой инстанции не допущено.  

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе  распределяются в соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ и относятся  на должника.  

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции   

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.03.2023 по  делу № А76-4750/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Челябинское управление энерготрейдинга» ФИО2 -  без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня  его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой  инстанции.  

Председательствующий судья М.В. Ковалева 

 Судьи Ю.А. Журавлев 

 И.В. Калина