ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-2671/2017

21 марта 2022 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     15 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 марта 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи И.Н.Барминой,

судей   Н.В.Аносовой, Н.А.Морозовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:  

конкурсного управляющего  ФИО2 лично,

от ООО «Октагон» ФИО3 по доверенности от 12.01.2022,

от ФИО11  ФИО4 по доверенности от 11.03.2022,

от ФИО5 ФИО6 по доверенности от 10.03.2022,

от ФИО7 ФИО8 по доверенности от 10.08.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-39059/2021, 13АП-39062/2021) ООО «Октагон» и ФИО11 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.11.2021 по обособленному спору № А56-2671/2017/суб.1 (судья Шведов А.А.), принятое 

по заявлению конкурсного управляющего и ООО «Октагон» 

к ФИО9, 

ФИО10, 

ФИО5, 

ФИО7, 

ФИО11, 

о привлечении лиц к субсидиарной ответственности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Генподрядная строительная компания «МАКОН», 

установил:

решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.08.2017 (резолютивная часть объявлена 27.07.2017) ООО «ГСК «МАКОН» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Определением от 02.11.2018 (резолютивная часть объявлена 06.08.2018) по спору А56-2671/2017/тр.6 требования ЗАО «Северный город» были признаны судом обоснованными и включены в третью очередь реестра требований должника в заявленном размере. 

Определением от 01.12.2019 суд произвел замену кредитора ЗАО «Северный город», на ООО «Октагон» в рамках обособленного спора №А56-2671/2017/тр.6 в размере 42657919,96 рублей. 

Конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего генерального директора ООО «ГСК «МАКОН» ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Определением арбитражного суда от 27.07.2019 заявление конкурсного управляющего принято к производству с присвоением обособленному спору номера А56-2671/2017/суб.1. 

В арбитражный суд также поступило заявление конкурсного кредитора ООО «Октагон» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГСК «МАКОН» контролирующих должника лиц ФИО9, ФИО10, ФИО5, ФИО7. 

Определением от 12.02.2020, вынесенным в порядке части 5 статьи 184 АПК РФ,  обособленные споры А56-2671/2017/суб.1 и А56-2671/2017/суб.2 объединены в одно производство с присвоением объединенному обособленному спору номера А56-2671/2017/суб.1. 

Определением арбитражного суда первой инстанции от 03.11.2021 заявления конкурсного управляющего ООО «ГСК «МАКОН» и ООО «Октагон» удовлетворены частично. К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГСК «МАКОН» привлечен ФИО11; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица  приостановлено до осуществления расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявлений отказано.

ООО «Октагон» и ФИО11 поданы и в судебном заседании представителями поддержаны апелляционные жалобы.

ФИО11 просил отменить определение в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГСК «МАКОН». Конкурсный управляющий обосновывая свое заявление тем, что ответчик, являясь ликвидатором должника, не предпринял надлежащих мер для передачи конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета в полном объеме, что в свою очередь снизило эффективность деятельности конкурсного управляющего по взысканию дебиторской задолженности для пополнения конкурсной массы и привело к затягиванию срока конкурсного производства и невозможности формирования конкурсной массы, не доказал, что соответствующие обстоятельства затруднили ход конкурсного производства притом, что  статьей 20.3 Закона о банкротстве предусмотрено право арбитражного управляющего запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну. Вместе с тем, в настоящем обособленном споре конкурсный управляющий должника не раскрывал объем принятых мер к отысканию имущества, учитывая наличие возможности к получению документации от третьих лиц в рамках исполнительных производств, запросов. Обратил внимание, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ГСК «МАКОН», в том числе настоящего обособленного спора, ответчиком, в том числе по запросам экспертов ООО «РМС-Оценка», а также во исполнение требований определений Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, через своего представителя неоднократно приобщались в материалы дела документы должника, в том числе первичные бухгалтерские и учредительные документы ООО «ГСК «МАКОН», а также документация по взаимоотношениям с контрагентами, в том числе АО «ЕВРОМНОЛИТ».

ООО «Октагон»  не согласно с судебным актом, считая его незаконным и необоснованным в части отказа в удовлетворении требований. Просили отменить определение в части отказа в удовлетворении заявления ООО «Октагон» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО11, ФИО10, ФИО5 по обязательствам ООО «ГСК «МАКОН»; признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО9, ФИО10, ФИО5, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГСК «МАКОН». Основанием для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих ООО «ГСК «МАКОН» лиц -  ФИО7, ФИО11, ФИО10, ФИО5 солидарно с ФИО11 были указаны невозможность полного погашения реестра требований кредиторов в связи с непередачей материальных ценностей должника или документов, подтверждающих их отчуждение; невозможность полного погашения реестра требований кредиторов в связи с выводом денежных средств должника на подконтрольное им ООО «СК Макон», а также ООО «ПромСтрой», ООО «ФасадТехноСтрой»; в  течение 6 месяцев до принятия к производству заявления о признании должника банкротом (а именно за период с 23.09.2016 по 23.03.2017) в пользу ООО «СК Макон» были платежи на общую сумму 4038862,71 руб., в результате чего кредитору ООО «СК Макон» было оказано предпочтение в отношении удовлетворения его требований к должнику перед другими кредиторами, что является основанием для признания их недействительными по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве;  невыполнение обязанности по своевременной подаче заявления о признании должника несостоятельности (банкротстве).  податель апелляционной  жалобы ссылался на недопустимость использования экспертного заключения в качестве доказательства, основанного на Техническом заключении от 20.02.2017, а также самого Технического заключения от 20.02.2017. Кредитор полагает, что в ответах на все три вопроса экспертного заключения в основу было положено недостоверное и, как следствие, недопустимое доказательство, экспертное заключение фактически полностью является производным документом от Технического заключения, вследствие чего не может быть положено в основу судебного акта. По мнению подателя апелляционной  жалобы, суд первой инстанции при разрешении данного спора был обязан руководствоваться вступившими в силу судебными актами в части разрешения вопроса об объеме выполненных должником работ. Экспертное и техническое заключение в части, противоречащей вступившим в силу судебным актам, не могли быть приняты судом. Определение суда первой инстанции вынесено при неполном исследовании всех обстоятельств дела, суд не учел, что в обоснование заявления кредитором указано на невозможность полного погашения реестра требований кредиторов в связи с выводом денежных средств должника на подконтрольное им ООО «СК Макон», а также ООО «ПромСтрой», ООО «ФасадТехноСтрой». Вывод суда, что платежи в адрес ООО «СК МАКОН» опосредованы реальными правоотношениями, которые подтверждены документацией, является необоснованным и не соответствует материалам дела. Судом первой инстанции не обоснованно сделан вывод об отсутствии оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротства). ФИО7 должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, по мнению подателя апелляционной  жалобы, не позднее 13.06.2016. Кредитор считает, что участники должника - ФИО11, ФИО10, ФИО5 также должны нести субсидиарную ответственность по обязательствам, поскольку ФИО11 являлся номинальным руководителем, который избирался участниками должника для принятия на себя ответственности за непередачу документов должника конкурсному управляющему с целью сокрытия документов должника в интересах контролирующих должника лиц. Доказательства реального ведения хозяйственной деятельности от имени должника ФИО11 отсутствуют. Помимо должника и ООО «СК «Макон» ФИО11 был ликвидатором в ООО «МаконСтрой» ИНН 

<

***>, ООО «Макон-Строй СПб» ИНН 

<

***>, ООО «Макон-Монтаж» ИНН 

<

***>. В настоящее время данные компании ликвидированы и исключены из ЕГРЮЛ.

ООО «Октагон»  заявлено ходатайство о проведении повторной экспертизы. 

Конкурсный управляющий, ФИО5 в отзывах и представители в судебном заседании возражали относительно апелляционных жалоб, представили  подробные мотивированные возражения по каждому доводу заявленных подателями апелляционных жалоб доводов. Против удовлетворения ходатайства  ООО «Октагон» о проведении повторной экспертизы возражали. 

От  ФИО7 поступил отзыв на апелляционную  жалобу ООО «Октагон», в котором просил определение оставить без изменения, указывая, что оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательства должника не имелось. Против удовлетворения ходатайства ООО «Октагон» о проведении повторной экспертизы возражал. 

В силу части 2 статьи 87 АПК РФ основанием для назначения повторной экспертизы является возникновение сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличие противоречий в выводах эксперта.

При этом вопрос о необходимости проведения экспертизы, в том числе и повторной, согласно статьям 82 и 87 АПК РФ относится к компетенции суда, рассматривающего спор по существу.

Рассмотрев  заявленное подателем апелляционной  жалобы ходатайство о проведении повторной экспертизы в порядке статьи 159 АПК РФ,  учитывая  мнения иных участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции не усмотрел  оснований для применения статьи 87 АПК РФ притом, что в соответствии со статьями 64, 71 АПК РФ заключение экспертизы является одним из доказательств по делу и подлежит оценке наряду с другими доказательства, а несогласие стороны с результатами проведенной по делу судебной экспертизы оснований для проведения  повторной не создает. 

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Исследовав доводы подателей апелляционных жалоб, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов  обособленного спора, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в отношении ООО «ГСК «МАКОН», ФИО7 являлся генеральным директором должника в период с 13.10.2015 по 20.09.2016 (запись об освобождении от должности в ЕГРЮЛ внесена 30.09.2016), впоследствии в период с 30.09.2016 по 23.01.2017 единоличным исполнительным органом должника являлся ФИО11, 23.01.2017 в ЕГРЮЛ внесены сведения о ФИО11 как о ликвидаторе должника на основании решения общего собрания участников ООО «ГСК «МАКОН» от 13.01.2017 о добровольной ликвидации общества и назначении ликвидатора.

Иные лица, указанные кредитором как ответчики являлись участниками должника, что подтверждается данными ЕГРЮЛ: ФИО5 – с 23.10.2012, размер доли в уставном капитале ООО «ГСК «МАКОН» составляет 39,25%, ФИО11 – с 02.04.2015, размер доли в уставном капитале должника 39,25%, ФИО10 – с 23.10.2012, размер доли в уставном капитале должника 13%.

Решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.08.2017 (резолютивная часть объявлена 27.07.2017) ООО «ГСК «МАКОН» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.06.2018 по делу №А56-2671/2017/и.д. ходатайство конкурсного  управляющего ФИО2 об истребовании документов удовлетворено, суд обязал бывшего руководителя и ликвидатора должника ФИО11 передать конкурсному управляющему ООО «ГСК «МАКОН» оригиналы бухгалтерской и иной документации, печати, штампы, материальные и иные ценности должника ООО «ГСК «МАКОН». 

ФИО11 обязанность по передаче конкурсному управляющему документов, касающихся деятельности должника, не исполнена. 

В целях исполнения определения от 09.06.2018 судом выдан исполнительный лист серии ФС №023120085 от 20.08.2018, на основании которого Постановлением судебного пристава-исполнителя Кировского РОСП от 09.10.2018 в отношении ФИО11 возбуждено исполнительное производство №108178/18/78004-ИП. 

В рамках исполнительного производства документы конкурсному управляющему также не переданы. Согласно данным бухгалтерского баланса ООО «Генподрядная строительная компания «МАКОН» за 2016 год, представленным в налоговый орган за подписью ФИО11, у должника имелись активы - основные средства балансовой стоимостью 49 тыс. руб. и запасы балансовой стоимостью 93 738 тыс. руб. Указанные активы должника и документы на них конкурсному управляющему не переданы.

В ходе процедуры банкротства конкурсный управляющий и конкурсный кредитор обратились в арбитражный суд с заявлениями о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Указанные заявления объединены судом первой инстанции в одно производство и рассмотрены в настоящем обособленном споре.

В обоснование довода о невыполнении руководителем общества обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) ООО «Октагон» указывал, что данная обязанность лежала на ФИО7, который с заявлением в соответствии со статьей 37 Закона о банкротстве должен был обратиться в суд не позднее 13.06.2016. По мнению кредитора, на указанную дату у должника возникло самое раннее просроченное обязательство перед ООО «Никам-С» по договору поставки №05/НС от 12.01.2015, подтвержденное решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2016 по делу №А56-58302/2016, впоследствии требование ООО «Никам-С» установлено в реестре требований кредиторов должника; размер субсидиарной ответственности ФИО7 по данному основанию кредитор определил в размере 79371256,13 руб., также кредитор ссылался на возникновение у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами в период с сентября 2016 по февраль 2017 года.

Согласно утверждениям кредитора ООО «Октагон», ФИО11, ФИО10, ФИО5, владеющие в совокупности 91,5% долей в уставном капитале ООО «ГСК «МАКОН», а также ликвидатор должника ФИО11 входят в одну группу лиц применительно к статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» в силу того, что ФИО11 являлся генеральным директором ООО «СК «МАКОН» (ИНН 

<

***>), которое принадлежит ФИО5, обладающему 73% долей в названном обществе, и ФИО10 с 27% долей участия в ООО «СК «МАКОН». Также кредитор ссылается на то, что решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.04.2018 по делу №А56-350/2017 ООО «СК «МАКОН» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, ликвидатором ООО «СК «МАКОН»  также был назначен ФИО11, заявителем по делу №А56-350/2017 также являлся ФИО12, который обратился с требованием о банкротстве общества на основании судебного приказа мирового судьи, как и в деле о банкротстве должника. 

ООО «Октагон» указывал, что ФИО11 является номинальным руководителем должника, который реальную хозяйственную деятельность от имени должника не вел, избирался учредителями должника для возложения на него ответственности за непередачу документов формально подконтрольного общества конкурсному управляющему с целью их сокрытия в интересах учредителей.

По мнению ООО «Октагон», интерес контролирующих должника лиц заключается в том, что с расчетных счетов ООО «Генподрядная строительная компания «МАКОН», открытых в ПАО «Банк БФА» и ООО КБ «АГРОСОЮЗ», в пользу контрольного участникам общества - ООО «СК «МАКОН» в период с 26.01.2016 по 20.11.2017 осуществлено перечисление денежных средств в общем размере 206 533 741,74 руб. со ссылкой в назначении платежей на оплату за материалы и подрядные работы без предоставления равноценного встречного исполнения, что имело мнимый характер и послужило причиной банкротства должника.

В ходе рассмотрения обособленного спора в рамках экспертного исследования в экспертном заключении №53-А56-2671/2017/суб.1 от 21.05.2021, выполненном экспертами ФИО13 и ФИО14, даны следующие ответы на вопросы: На вопрос №1: Признаков преднамеренного банкротства в отношении ООО «ГСК «Макон» в соответствии «Временными правилами проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства», утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855, экспертами не выявлено; На вопрос №2: Действия (бездействия) и/или сделки, которые могли послужить причиной возникновения неспособности ООО «ГСК «МАКОН» в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (объективного банкротства ООО «ГСК «МАКОН»), экспертами не установлены. На вопрос №3: В исследуемом периоде неспособность ООО «ГСК «МАКОН» в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (объективное банкротство), по мнению экспертов, не возникла.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам  о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО11, руководствуясь статьями 61.10, 61.11, 129 Закона о банкротстве, пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ввиду непередачи конкурсному управляющему, вопреки требованиям закона и вступившему в силу судебному акту бухгалтерской, иной первичной документации и материальных ценностей должника, что воспрепятствовало проведению мероприятий по установлению и взысканию дебиторской задолженности, формированию конкурсной массы и проведению расчетов с кредиторами.

Отказывая в удовлетворении заявления в отношении других ответчиков, суд первой инстанции установил, что отсутствие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества в период с 23.09.2016 по 31.12.2016, что установлено вступившими в законную силу судебными актами, и кредитором не доказано, что при оспаривании платежей, перечисленных в пользу ООО «СК Макон» в тот же самый период, таковые признаки у должника были бы установлены. На иные фактические обстоятельства, в связи с которыми можно сделать вывод о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, кроме неисполнения обязательств перед отдельными кредиторами, ООО «Октагон» не ссылается. Оценивая указанный довод применительно к разъяснениям, содержащимся в Постановлении №53, арбитражный суд установил, что возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать объективным признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся на определенную дату неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Также суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО11, ФИО10, ФИО5 к субсидиарной ответственности, поскольку кредитором не доказано, что учредителями оказывалось влияние при совершении платежей в пользу ООО «СК Макон, в результате данных перечислений денежных средств у должника наступили признаки неплатежеспособности, судом установлено отсутствие доказательств причинно-следственной связи между действиями (бездействием) указанных лиц и последствиями в виде объективного банкротства должника. Реальность правоотношений должника с ООО «СК «МАКОН» по выполнению субподрядных работ по договору подряда №ЗА/10-10СУБ от 01.11.2015, наличие необходимости у должника в проведении данных работ и наличие конечного результата работ подтверждено документально. Доказательств обратного кредитор не представил. 

Довод кредитора о номинальном исполнении ФИО11 функций единоличного исполнительного органа должника судом отклонены, поскольку номинальный характер деятельности ФИО11 в обществе не доказан, даже если согласиться с данным доводом кредитора, то данное обстоятельство указывает лишь на нарушение закона при формировании и деятельности органов управления юридического лица, но не освобождает номинального руководителя от ответственности за деятельность юридического лица, которую руководитель принимает на себя, соглашаясь на наделение его соответствующим статусом. Представленным в материалы дела ФИО7 подлинником акта приема-передачи от 20.09.2016 подтверждается факт передачи ФИО7 вновь назначенному правопреемнику ФИО11 бухгалтерской и иной документации, печати, штампов, материальных и иных ценностей должника ООО «ГСК «МАКОН».

Доводы подателей апелляционных жалоб отклонены, как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены обжалуемого  судебного акта.

По правилам пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 этой статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Доказательств надлежащего ведения бухгалтерского учета, как и передачи всей документации конкурсному управляющему, подателем апелляционной жалобы не представлено притом, что данная обязанность руководителя должника является безусловной и должна быть исполнена в кратчайшие сроки после открытия конкурсного производства (в течение трех дней).

Доказательств исполнения обязанности по передаче конкурсному управляющему всей документации организации должника либо отсутствия вины в неисполнении данной обязанности, а также доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших в установленный законом срок передать документацию, либо доказательств того, что отсутствие документации не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства, ответчик не представил ни суду первой инстанции, ни апелляционному суду.

Вопреки доводам жалобы, по смыслу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, именно на руководителе (ликвидаторе) должника лежит обязанность по передаче документации и материальных ценностей конкурсному управляющему и осуществление активных действий для исполнения указанной обязанности.

Возможность конкурсного управляющего получить документацию должника из иных источников не освобождает ликвидатора от исполнения предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанности.

Невыполнение надлежащим образом бывшим руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Доводы подателя апелляционной жалобы со ссылкой на раскрытые документы отклонены, поскольку неисполнение императивно установленной обязанности в предусмотренный срок (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве, не предполагающий усмотрения бывшего директора, по передаче конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, материальных и иных ценностей) привело к невозможности выявления активов, формирования конкурсной массы и погашения требований конкурсных кредиторов.

Отсутствие документации должника лишило конкурсного управляющего возможности располагать полной информацией о деятельности должника и совершенных им сделках, что повлекло невозможность проведения мероприятий, в частности, по истребованию имущества должника у третьих лиц, оспариванию сделок должника, предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником (дебиторам должника), требований о ее взыскании и, как следствие, невозможность удовлетворения за счет пополнения конкурсной массы требований кредиторов.

Как мотивированно указал суд первой инстанции, в материалах дела отсутствуют документы по правоотношениям с большинством контрагентов заказчика, не только с ООО «СК «Макон», в связи с их непередачей ликвидатором должника. 

Таким образом совокупностью собранных доказательств подтверждается сознательное уклонение контролирующего должника лица от исполнения обязанности, вследствие чего презумпции вины и отрицательного влияния на достижение цели конкурсного производства ФИО11 в судах первой и апелляционной инстанций не опровергнуты. Надлежащих доказательств принятия мер, достаточных для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), ФИО11 не представил.

Возражения, приведенные ФИО11, не доказывают отсутствия вины, носят формальный характер, неинформативны, исходя из требований статей 7, 29 Федерального закона "О бухгалтерском учете", статей 39, 40, 50 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", статей 61.11, 126 п. 2 Закона о банкротстве в совокупности с нормами статей 68, 71 АПК РФ, вследствие чего не приняты как достаточные основания для освобождения от субсидиарной ответственности.

Согласно толкованию норм процессуального права в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Установив, что на момент рассмотрения настоящего обособленного спора невозможно определить размер субсидиарной ответственности, суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, правомерно приостановил рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами (до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами).

Доводы подателя апелляционной жалобы ООО «Октагон» не создают оснований для отмены обжалуемого судебного акта в части отказа в привлечении иных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Выводы суда в обжалуемом определении не основаны на экспертном заключении №53-А56-2671/2017/суб.1 от 21.05.2021 и Техническом заключении от 20.02.2017, как имеющих приоритет перед иными доказательствами; суд оценил указанные документы в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ как не имеющие заранее установленной силы и в совокупности с иными доказательствами по делу.

В  определении не содержится выводов о том, что должником надлежащим образом выполнены спорные работы по договору подряда №АФ/8-24 от 31.07.2015 между должником и ЗАО «Евромонолит», а также о том, что выполнение спорных работ подтверждается Экспертным и Техническим заключениями.

Доводы о невыполнении должником работ по договору №АФ/8-24 от 31.07.2015 объективного подтверждения не нашли.

Фактические обстоятельства правоотношений по договору подряда №АФ/8-24 от 31.07.2015 с АО «Евромонолит» и его правопреемником – ООО «Северный город» исследовались судом по спорам №А56-2671/2017/тр6 и №А56-80410/2018. 

Согласно указанным судебным актам АО «Евромонолит» отказалось от приемки работ по договору №АФ/8-24, предъявленных должником в декабре 2016 года по односторонним актам, в связи с несоблюдением предусмотренного договором порядка предъявления выполненных работ к сдаче-приемке; АО «Евромонолит» составило в одностороннем порядке Акт контрольного обмера объемов работ, качественно выполненных ООО «ГСК «МАКОН», и направило его ООО «ГСК «МАКОН». Акт в материалы дел не был представлен; иные причины отказа АО «Евромонолит» от приемки работ, выполненных ООО «ГСК «МАКОН», помимо несоблюдения порядка предъявления их к приемке, судами не исследовались в связи с непредоставлением в материалы дела Акта контрольного обмера объемов работ, качественно выполненных ООО «ГСК «МАКОН». Конкретные недостатки работ по объему и качеству установлены не были. Судебные  инстанции не сделали вывода о том, что спорные работы в принципе не выполнялись должником.

 При этом выполнение (невыполнение), качество работ контрагентов должника,  не  входят в пределы ответственности  контролирующих должника лиц по заявленным конкурсным кредитором основаниям.

Доводы о выводе денежных средств на аффилированное ООО «СК МАКОН» не приняты судом первой инстанции и отклоняются апелляционным судом.

Согласно выпискам по расчетным счетам в течение 2016 года (с 26.01.2016 по 26.12.2016) должник производил списания денежных средств в пользу ООО «СК МАКОН» со следующими основаниями платежей:  Оплата за работы по договору подряда № ЗА/10-10СУБ от 01.11.2015 33285870,00 руб. - со счета в ПАО «Банк «БФА» 13623000,00 руб. – со счета в ООО «КБ «Агросоюз»; Возврат выданных займов 1990000 руб. – со счета в ПАО «Банк «БФА» 10000 руб. – со счета в ООО «КБ «Агросоюз»; Оплата за материалы по договору поставки №3004/Л от 30.03.2016 916862,71 руб. - со счета в ПАО «Банк «БФА», 1193000,00 руб. – со счета в ООО «КБ «Агросоюз»;  Оплата за материалы по счету №27 от 02.07.2015 663071,74 - со счета в ПАО «Банк «БФА», 10000,00 руб. – со счета в ООО «КБ «Агросоюз».

По  договору подряда № ЗА/10-10СУБ от 01.11.2015 в 2016 году должник выполнял работы по договору №ЗА/10-10 от 01.11.2015, заключенному с заказчиком - ЗАО «СМУ-2», на объекте строительства многоквартирного жилого дома по адресу: 

<

...>, литера Г и литера 3.1.

По данному договору должником с 01.02.2016 по 31.12.2016 были выполнены работы на общую сумму 133061159,00 руб., которые приняты заказчиком ЗАО «СМУ-2», от ЗАО «СМУ-2» должником получено в счет оплаты работ 131900825,73 руб.

Остаток задолженности 1160333,27 руб. взыскан вступившим в законную силу Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.10.2019 по делу №А56-91278/2018, в ходе рассмотрения которого ЗАО «СМУ-2» не оспаривало объем, стоимость и качество выполненных работ и не ставило под сомнение реальность правоотношений по договору подряда.

Завершенный строительством объект сдан в эксплуатацию (разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 29.12.2016 №78-11-51-2016). Данные обстоятельства установлены вступившими в законную силу судебными актами по делу №А56-91278/2018.

Для выполнения работ по договору с ЗАО «СМУ-2» должником был заключен с субподрядчиком ООО «СК МАКОН» договор подряда №ЗА/10-10СУБ от 01.11.2015 на выполнение комплекса работ по изготовлению, поставке и устройству алюминиевых витражных конструкций и штукатурных фасадов на объекте по адресу: Санкт-Петербург, ул. Заозерная, д. 3а, литер Г и литер 3.

По данному договору должник перечислил субподрядчику ООО «СК «Макон» за работы 33 285 870,00 руб. со счета в ПАО «Банк «БФА» и 13 623 000,00 руб. со счета в ООО «КБ «Агросоюз».

Реальность правоотношений должника с ООО «СК «МАКОН» по выполнению субподрядных работ по договору подряда №ЗА/10-10СУБ от 01.11.2015, наличие необходимости у должника в проведении данных работ и наличие конечного результата работ подтверждены документально.

Вопреки утверждению об отсутствии документов о приемке работ в материалах дела (актов КС-2 и КС-3 по договору №ЗА/10-10СУБ от 01.11.2015), указанные акты представлены в суд бывшим руководителем должника ФИО7 с письменной позицией к судебному заседанию 03.06.2020.

Перечисление должником в ООО «СК Макон» в период с 01.02.2016 по 10.02.2016 денежных средств в размере 1990000 руб. со счета в ПАО «Банк «БФА» и 23.03.2016 - 10000 руб. со счета в ООО «КБ «Агросоюз» с назначением платежа «возврат займа по договору беспроцентного займа №1-СК-16 от 11.01.16» не является безосновательным выводом средств, поскольку выпиской по расчетному счету должника в ПАО «Банк «БФА» подтверждается получение от ООО «СК «Макон» 29.01.2016 платежа на сумму 2000000,00 руб. с назначением «предоставление беспроцентного займа по договору займа №1-СК-16 от 11.01.16».

Как обоснованно установлено судом первой инстанции, в отношении платежей за материалы на общую сумму 2 782 934,45 руб. на основании договора поставки №3004/Л от 30.03.2016 и счета №27 от 02.07.2015, общая сумма платежей, перечисленных по указанным основаниям ООО «СК Макон», не превышает общую стоимость товара, переданного по товарным накладным, содержащим ссылку на соответствующие основания платежа (счет №27 от 02.07.2015 и договор поставки №3004/Л от 30.03.2016).

Вопреки утверждению ООО «Октагон» об отсутствии в материалах дела накладных по договору поставки №3004/Л от 30.03.2016, в материалах дела имеется товарная накладная №37 от 30.03.2016 со ссылкой на указанный договор, общая стоимость товара по которой составляет 3 700 627,198 руб. Документ представлен ФИО7 с ходатайством к судебному заседанию 26.08.2020. 

На основании счета №27 от 02.07.2015 должником совершен не один, а несколько платежей. В материалах дела имеются товарные накладные о поставке товара на основании счета №27 от 02.07.2015, представленные бывшим руководителем должника ФИО7 в объеме, относящимся только к периоду его полномочий (т.е. с 01.10.2015 по 20.09.2016). Документы о поставках товаров за период с 02.07.2015 (дата счета №27) до 01.10.2015 и после 20.09.2016 в деле отсутствуют.

Доводы заявителя о необоснованности совершения платежа от 12.02.2016 на сумму 11122,98 руб.  опровергаются выписками по расчетным счетам должника в ПАО «Банк «БФА» и ООО «КБ «Агросоюз», которыми совершение указанного платежа не подтверждается.

Суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу  о недоказанности отсутствия реальных правоотношений, опосредующих платежи должника в ООО «СК МАКОН», поскольку ООО «СК МАКОН» выполняло субподрядные работы на объекте, в отношении которого у должника был заключен договор подряда с вышестоящим заказчиком ЗАО «СМУ-2»; товары, приобретаемые у ООО «СК МАКОН», могли быть использованы в хозяйственной деятельности должника для исполнения договоров подряда с иными вышестоящими заказчиками, действовавшими в течение 2016 года: договор подряда от 22.06.2015 № 03/06Щ с заказчиком ООО «Строительная компания «НАВИС» на отделку фасадов на объекте жилого дома по адресу: Ленинградская область, Всеволожский район, земли ЗАО «Щеглово», корпуса А2, А3, В2, В3; договор №02-02/2015 от 02.02.2015 с ООО «ФБ Сестрорецк» на выполнение работ по устройству и монтажу стеклоалюминиевых конструкций на объекте строительства многоквартирного дома по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>, литера А.; договор подряда №АФ/8-24 от 31.07.2015 с ООО «НСК–Монолит» (правопреемник – ЗАО «Евромонолит») на выполнение комплекса работ по изготовлению, поставке и устройству алюминиевых конструкций и штукатурных фасадов на объекте строительства многоквартирного дома (корпус 1) по адресу: г. Санкт-Петербург, Невский административный район, пр.Александровской Фермы, д.8, лит.А, по которому в 2016 году ООО «ГСК Макон» выполнило работы на общую сумму 181 086 308,00 руб.

В 2016 году ООО «ГСК МАКОН» продолжало выполнять работы по монтажу стеклоалюминиевых фасадных конструкций и отделке фасадов зданий на реальных объектах строительства (многоквартирные жилые дома и объекты инфраструктуры). Для выполнения таких работ должник приобретал строительные материалы и конструкции, получал от вышестоящих заказчиков денежные средства за выполненные работы, при этом заказчики должника, за исключением ЗАО «Евромонолит», не заявляли о недостатках выполненных должником работ и не предъявляли требования о возврате авансовых платежей.

В материалах дела и у конкурсного управляющего, как указал последний,  отсутствуют документы по правоотношениям с большинством контрагентов должника, а не только с ООО «СК МАКОН», в связи с их непередачей ликвидатором должника. При этом в отношении аффилированных контрагентов Законом о банкротстве не установлена презумпция недобросовестности, вытекающая из одного только факта аффилированности, и само по себе осуществление предпринимательской деятельности группой лиц не может являться безусловным основанием для вывода о нереальности правоотношений с аффилированным контрагентом.

Отсутствие полного объема первичных документов и бухгалтерской базы должника не может быть положено в основу вывода об отсутствии у должника реальных правоотношений с каким-либо контрагентом; иной подход означал бы необоснованную зависимость оценки правоотношений должника с третьими лицами от недобросовестности лица, не исполнившего обязанность по передаче документов.

При данных обстоятельствах доводы подателя жалобы о том, что «выводом средств» являются только операции должника с ООО «СК МАКОН», а не с иными контрагентами (включая правопредшественников самого подателя жалобы) сделанные только на том основании, что ООО «ГСК МАКОН» и ООО «СК МАКОН» входят в одну группу лиц, не могут являться обоснованными по праву и по фактическим обстоятельствам.

В деле о банкротстве должника конкурсный управляющий обращался с заявлениями о признании на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве недействительными сделок (действий) должника по перечислению отдельным контрагентам должника платежей в течение шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве, а именно в период с 23.09.2016 по 31.12.2016.

Указанные подателем жалобы платежи в пользу ООО «СК МАКОН» на сумму 4 038 862,71 руб. были перечислены в тот же самый период.

Условием недействительности данных сделок в соответствии с п. 3 ст. 61.3. Закона является наличие у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества и осведомленность контрагента по сделке о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

В обоснование данного условия конкурсный управляющий сослался на наличие у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, требования которых были впоследствии признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника:

1) Обязательств перед ООО «Монтажник» - правопреемника кредитора ООО «Инженерные сети» на сумму 14 129 941 руб. 74 коп. основного долга. На момент уступки прав требования от ООО «Инженерные сети» к ООО «Монтажник» по договорам уступки прав от 27.12.2016 у должника уже имелась непогашенная задолженность перед кредитором по договору поставки №123-ПТ (Г) от 18.02.2013 в размере 9 724 265,99 руб., по договору поставки №12 от 13.01.2015 в размере 1 497 366,40 руб., и по договору поставки №189 от 01.10.2014 в размере 2 908 339,35 руб.

2) Обязательства перед ООО «Никам-С» в размере 962 264,76 руб. по оплате товара по договору поставки № 05/НС от 12.01.2015, поставленного в период с 12.01.2015 по 02.06.2016. Указанная задолженность взыскана вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2016 по делу № А56-58302/2016.

3) Обязательства перед ООО «Омега-Строй» по договору подряда от 26.11.2014 № 4/2014 в редакции дополнительного соглашения от 28.10.2015 № 1 по оплате выполненных работ на основании акта от 31.12.2014 № 1. Решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу №А56-50572/2016 от 01.12.2016, измененным определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2017 с должника в пользу кредитора взыскано 151 733,77 руб., в том числе: 133 100 руб. основной задолженности, 14 633,47 руб. процентов и 5 540,89 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

4) Обязательства перед ООО «ПРОФИ-Т СПб» по оплате товара на сумму 200 775 руб. по договору поставки строительной системы от 15.07.2015 № 60/15, со сроком исполнения 24.08.2015. Задолженность взыскана Постановлением Тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от 07.07.2017 по делу №А56-65783/2016.

5) Обязательства перед ООО «Талан» в размере 5 548 308,52 руб. по оплате товаров, поставленных в период с 01.06.2016 по 22.09.2016.

6) Обязательства перед ООО «БАУ-ФИКС» по оплате поставленных товаров на сумму 1 687 340,00 руб. по договору №23/09/2016 от 23.09.2016. Задолженность взыскана Решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.05.2017 по делу № А56-6687/2017.

Однако суды первой и апелляционной инстанций отклонили позицию конкурсного управляющего о наличии у должника в шестимесячный период оспоримости сделок, предусмотренный п.3 ст.61.3 Закона о банкротстве, признаков неплатежеспособности в связи с неисполнением вышеуказанных обязательств перед кредиторами. Суды указали на то, что наличие задолженности перед иными кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника, не свидетельствует о возможных признаках неплатежеспособности юридического лица либо о недостаточности его имущества, и на недопустимость отождествления неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору со ссылкой на правовую позицию Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12.

Поскольку отсутствие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества в период с 23.09.2016 по 31.12.2016 установлено вступившими в законную силу судебными актами, у заявителя отсутствуют какие-либо основания утверждать, что при оспаривании платежей, перечисленных в пользу ООО «СК МАКОН» в тот же самый период, таковые признаки у должника были бы установлены.

Кредитор ЗАО «Северный город» (правопредшественник заявителя) в указанных обособленных спорах не участвовал, судебные акты не обжаловал, на иные фактические обстоятельства, в связи с которыми можно сделать вывод о наличии у должника признаков неплатежеспособности, кроме неисполнения обязательств перед отдельными кредиторами, не ссылается.

По тем же основаниям являются необоснованными доводы заявителя о наступлении по состоянию на 13.06.2016 условий, в связи с которыми которых у руководителя должника ФИО7 возникла обязанность обратиться в суд с заявлением должника о признании банкротом.

Заявителем не представлено доказательств, подтверждающих, что по состоянию на 13.06.2016 в отношении должника имелось хотя бы одно из оснований, предусмотренных абзацами 2-7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ), в том числе что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводило бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; а также что должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

Суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам, не опровергнутым ООО «Октагон», о недоказанности  возникновения у ФИО7 на указанную ООО «Октагон» дату обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, кредитор не обосновал, в какой момент/дату у должника сложилась ситуация объективного банкротства, о которой ответчик должен был знать, исходя из каких документов следует, что ответчик должен был установить признаки объективного банкротства должника с целью принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника по правилам статьи 37 Закона о банкротстве. При этом, кредитор, указав дату возникновения у руководителя общества обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве (13.06.2016), приводит срок погашения по договору, что не является датой возникновения объективного банкротства у общества. При таком положении, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве суд первой инстанции не усмотрел, и оснований для иного вывода у суда первой инстанции не имеется.

Заключение сделок с аффилированными лицами (ООО «СК МАКОН») и перевод по ним денежных средств не свидетельствует о недобросовестности и неразумности действий ответчика как контролирующего должника лица.

ООО «СК МАКОН» и должник аффилированы по составу участников, руководителей, имели общие органы управления, управленческий учет, а также адреса местонахождения, бизнес-модели и виды деятельности, формируя так называемую «Группу Компаний».

Как пояснили участвующие в обособленном споре лица, ООО «СК МАКОН» было основано в 2007 году, являлось в 2010-2016 году членом Ассоциации - Саморегулируемая организация «Объединение строителей Санкт-Петербурга», а также СРО НП «Региональное проектное объединение», имело штат работников, основные средства, производственную базу (цех), что не позволяет назвать ее «фирмой-однодневкой». Должник выступал в качестве поручителя по кредитным обязательствам ООО «СК МАКОН» в ПАО «Банк БФА» (Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.02.2018, а также ООО «СК МАКОН» и ООО «ГСК «МАКОН» являлись поручителями друг друга перед поставщиками строительных материалов (ООО «Инженерные сети» - согласно Определению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.02.2018 г. по обособленному спору №А56-2671/2017/тр., а также ООО «Инженерные системы», ООО «Фасадные системы ИСМ» -согласно Определению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.12.2018 г. по обособленному спору №А56-350/2017/тр.8), в то же время большая часть строительно-монтажных работ Группы компаний «МАКОН» в 2015-2016 гг и непосредственно должника, с точки зрения бухгалтерского учета выполнялась именно силами ООО «СК МАКОН» по договорам субподряда. При этом в рамках хозяйственной деятельности «Группы компаний» у должника и ООО «СК МАКОН» формировались индивидуальные договорные отношения с поставщиками строительных материалов по условиям коммерческого кредита и отсрочки платежа.

Заключение сделок между аффилированными лицами не противоречит действующему законодательству притом, что финансовое состояние ООО «СК МАКОН» (находится в процедуре банкротства - дело №А56-350/2017, возбужденного 14 марта 2017 г.) не позволяет утверждать о выводе денежных средств должника в его пользу.

Предположение о недобросовестности контролирующих должника лиц, выразившееся в недобросовестном ведении бизнеса через построение бизнес-модели с разделением на рисковые (т.н. «центры убытков») и безрисковые (т.н. «центры прибылей») части, позволяющие ущемить интересы кредиторов, в том числе ЗАО «Северный город», позволяющую в короткие сроки поменять рисковую часть (обанкротив предыдущую) и продолжить ведение бизнеса, не утрачивая активы, не соответствует совокупности обстоятельств, отраженных в материалах арбитражных дел №А56-350/2017 (о банкротстве ООО «СК МАКОН», возбужденное 14 марта 2017 г. по заявлению кредитора - ООО «РЭМ» ИНН 

<

***>) и №А56-2671/2017 2017 (о банкротстве ООО «ГСК «МАКОН», возбужденное 23 марта 2017 г. по заявлению кредитора - ФИО12) позволяет сделать вывод об одномоментном банкротстве всей Группы компаний.

Как пояснили участвующие в  обособленном споре лица и не опровергнуто ООО «Октагон», отнесение ООО «ФасадТехноСтрой» и ООО «ПромСтрой» к числу фирм-однодневок объективно не подтверждено. В отношении  адреса регистрации ООО «ПромСтрой» (ИНН 

<

***>)  участвующие в споре лица пояснили, что по адресу Санкт-Петербург, Большой пр. В.О., д.55 / 15 линия В.О., д.12 лит. А с 2003 года осуществляет свою деятельность АВТОНОМНАЯ НЕКОММЕРЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ "ЦЕНТР ДЕЛОВОГО РАЗВИТИЯ ВАСИЛЕОСТРОВСКИЙ", которая в своем бизнес-центре предоставляет в аренду рабочие места с почтово-секретарским обслуживанием. Должник, как и ООО «ПромСтрой», являлся одним из арендаторов данного бизнес-центра, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционных жалоб или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 03.11.2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

И.Н. Бармина

 

Судьи

Н.В. Аносова

 Н.А. Морозова