ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения  арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А55-38840/2022

г. Самара

25 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2023 года 

Постановление в полном объеме изготовлено  25 октября 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сорокиной О.П., судей Бажана П.В., Корнилова А.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2 -  ФИО3, доверенность от 27.01.2023г.,

от ООО «КРОНЕ - Автоматика» - ФИО4, доверенность от 28.11.2022г.,

от ООО «Научно-производственное предприятие «Ультрамера»» - ФИО5 доверенность от 07.12.2022 г., ФИО6, доверенность от 01.02.2023г.,

от третьего лица – ФИО7, паспорт,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Самарской области от 01 июня 2023 года по делу № А55-38840/2022 (судья Агафонов В.В.)

по иску ФИО2 в интересах ООО "КРОНЕ-Автоматика" к ООО "Научно-производственное предприятие "Ультрамера" с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: индивидуального предпринимателя ФИО7, о признании недействительным договора,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Самарской области в интересах общества с ограниченной ответственностью коммерческая организация с иностранными инвестициями "КРОНЕ-Автоматика" с иском о признании недействительным договора № ДСЗ KAR 00043 22 01 43 от 10 марта 2022 года, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью коммерческая организация с иностранными инвестициями "КРОНЕ-Автоматика" и Обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «Ультрамера» и применении последствия его недействительности.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 01 июня 2023 года в удовлетворении исковых требований отказано. 

Истец, не согласившись с решением суда, обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии со статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с требованиями ст. 158 АПК РФ судебное разбирательство по делу было отложено. 

От ООО «Научно-производственное предприятие «Ультрамера»» представлен отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому Общество возражает против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, указывая о законности принятого судебного акта. 

Третье лицо ИП ФИО7 также представил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просил решение суда оставить без изменения, жалобу, без удовлетворения, указывая об отсутствии законных оснований. 

От ответчика к отзыву представлены копия адвокатского запроса от 07.08.2023, копия заявления ФИО8 от 12.08.2023, копия ответа Росаккредитации от 10.05.2023, 17.08.2023, скан-копия заключения специалиста 522-08-23 от 11.08.2023, которые в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 2 ст. 268 АПК РФ судебной коллегией приобщены к материалам дела. 

Третье лицо ИП ФИО7 также представил к отзыву скриншоты публикаций средств массовой информации, которые приобщены к материалам дела в порядке абз. 2 ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

В судебном заседании представителем ответчика заявлено ходатайство о допросе свидетеля ФИО9 об обстоятельствах дела, в порядке ст. 88 АПК РФ.

Судебная коллегия, рассматривая заявленное ходатайство, выслушав позицию участвующих в деле лиц, пришла к необходимости отказа в удовлетворении заявленного ходатайства, исходя их следующего. 

В соответствии со ст. 88 АПК РФ, по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель. 

Согласно ч. 3 ст. 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции.

Принимая во внимание, что ходатайство о вызове и заявленного свидетеля в суде первой инстанции ответчиком не было заявлено, процессуальных оснований для удовлетворения ходатайства, судебная коллегия не усматривает.  

Суд апелляционной инстанции также не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства истца о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, заявленных истцом: заверенная копия договора от 17.05.2023, копии переписки, фотоматериалы, копия протокола осмотра доказательств от 16.10.2023, на стадии апелляционного производства в силу следующего.

Лица, участвующие в деле, обладают процессуальными правами, предусмотренными ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из принципов диспозитивности и состязательности арбитражного процесса, получивших отражение в статьях 9, 41, 65 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, представление доказательств в подтверждение своих требований и доводов является обязанностью стороны. В случае уклонения участника процесса от реализации предоставленных ему законом прав и обязанностей, последний несет риск наступления неблагоприятных последствий.

Согласно части 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Судебная коллегия считает, что у истца имелась возможность заблаговременно в суд первой инстанции представить указанные доказательства.

Своевременно не представив в суд первой инстанции документ, истец не проявил той степени заботливости, которую он был обязан проявить при рассмотрении спора согласно требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, в силу частей 3, 4 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец должен раскрыть доказательства, на которые он ссылается как на основание своих требований до начала судебного заседания. Лица, участвующие в деле, вправе ссылаться только на те доказательства, с которыми другие лица, участвующие в деле, были ознакомлены заблаговременно.

Исследование новых доказательств, которые не были предметом исследования в суде первой инстанции, в компетенцию суда апелляционной инстанции не входит.

Таким образом, руководствуясь абз. 1 ч. 2 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции считает необходимым в удовлетворении ходатайства истца о принятии дополнительных доказательств – заверенной копии договора от 17.05.2023, копии переписки, фотоматериалы, копии протокола осмотра доказательств от 16.10.2023, отказать, поскольку истец не обосновал невозможность предоставления дополнительных доказательств в суде первой инстанции по уважительным, не зависящим от него причинам.

Довод истца о том, что протокола осмотра доказательств от 16.10.2023 получен после принятия решения суда первой инстанции отклоняется судебной коллегией.

Указанный документ не был и не мог быть предметом исследования и оценки суда первой инстанции, поскольку не существовал на момент принятия судом первой инстанции решения.

Суд апелляционной инстанции не может основываться на доказательстве, не отвечающем требованиям статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходить из обстоятельств, возникших после вынесения судом первой инстанции решения по существу спора (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 г. № 17426/08).

В связи, с чем у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для приобщения новых доказательств истца в ходе апелляционного производства, а поступившие документы подлежат возвращению истцу.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрев представленные материалы и оценив доводы апелляционной жалобы, письменных пояснений, представленных отзывов на апелляционную жалобу, в совокупности с исследованными доказательствами по делу, выслушав представителей лиц участвующих в деле, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд установил.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 является единственным участником ООО "КРОНЕ-Автоматика" о чем 11.04.2022 внесена запись в ГРН№ 2226300333125.

Между Обществом с ограниченной ответственностью коммерческая организация с иностранными инвестициями «КРОНЕ-Автоматика» (продавец) и Обществом с ограниченной ответственностью «Научно-производственное предприятие «Ультрамера» (покупатель) заключен договор № ДСЗ KAR 00043 22 01 43 от 10 марта 2022 года.

Согласно п. 1.1. договора продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить товар, в порядке и на условиях, предусмотренных этим договором.

Согласно п. 1.2. договора наименование, количество, цена и срок поставки товара согласуется сторонами в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора.

Согласно п. 3.1. договора стоимость товара указывается в спецификациях к договору.

Пунктом 4.3. договора предусмотрено, что право собственности на товар переходит от продавца к покупателю в момент приемки товара на складе покупателем после подписания соответствующих товарораспорядительных документов (товарной накладной и счета-фактуры).

Сторонами данного договора были подписаны спецификации №1, №2 и №3 от 10.03.2022, в которых согласованы наименование, ассортимент, количество, цена поставляемого товара, а также срок поставки, условия оплаты, способ отгрузки товара (самовывоз силами покупателя).

При этом истец полагает, что договор № ДСЗ KAR 00043 22 01 43 от 10 марта 2022 года был заключен без намерения создать правовые последствия, в противоречие целям деятельности ООО «КРОНЕ-Автоматика», а также с нарушением порядка получения согласия на ее совершение.

Истец полагает, что часть имущества, указанного в спецификациях №1, №2 и №3 от 10.03.2022 не может быть передано продавцом покупателю, так как является частью объектов недвижимого имущества, которые в собственность ООО «НПП «Ультрамера» не передавались, и неотделимо без вреда от него.

При этом, движимое имущество, указанное в Спецификациях № 1, 2 и 3 от 10 марта 2022 года к Договору № ДСЗ KAR 00043 22 01 43 от 10 марта 2022 года, не представляется возможным идентифицировать, ввиду отсутствия в Спецификациях идентифицирующих товар признаков.

Кроме того все, указанное в Спецификациях № 1, 2 и 3 от 10 марта 2022 года к договору № ДСЗ KAR 00043 22 01 43 от 10 марта 2022 года имущество участвует в производственной деятельности продавца и до настоящего времени ООО «КРОНЕ-Автоматика» сохранен контроль за этим имуществом.

По мнению истца, условия сделки противоречат интересам ООО «КРОНЕ-Автоматика», поскольку цена отчуждаемого имущества была занижена по сравнению с его рыночной стоимостью, а заключение оспариваемого договора является нелогичным и экономически не обоснованным.

Истец полагает, что договор № ДСЗ KAR 00043 22 01 43 от 10 марта 2022 года, заключенный между ООО «КРОНЕ-Автоматика» и ООО «НПП «Ультрамера», является мнимой сделкой, не породившей правовые последствия, так как стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять.

Ссылаясь на ст.ст. 167, 170, 174 ГК РФ, истец обратился в суд с настоящим иском.

Устанавливая фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных доказательств, суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 168, 170, 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, обосновано в удовлетворении исковых требований отказал, по следующим основаниям.

Согласно требованиям пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

При этом, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470 по делу N А3242517/2015).

Реально исполненный договор не может быть признан мнимой или притворной сделкой (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 N 2521/05).

Необходимо также учитывать, что совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. 

В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411 и от 23.11.2017 N 305-ЭС17-10308).

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора. Однако существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имеют обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом.

Согласно требованиям ч. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Из разъяснений, данных Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в пункте 9 Информационного письма от 25.11.2008 N 127 "О практике применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что, исходя из пункта 1 статьи 170 Кодекса, мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Для сделок купли-продажи правовым последствием является переход титула собственника от продавца к покупателю на основании заключенного сторонами договора.

Таким образом, как обоснованно указано судом первой инстанции, мнимость сделки купли-продажи исключает намерение продавца передать имущество в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять от продавца это имущество и уплатить за него цену - с другой.

Согласно пункту 86 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Порядок обращения участника корпорации в суд с такими требованиями определяется, в том числе с учетом ограничений, установленных законодательством о юридических лицах.

Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации.

В случае оспаривания участником заключенных корпорацией сделок, предъявления им требований о применении последствий их недействительности или о применении последствий недействительности ничтожных сделок ответчиком является контрагент корпорации по спорной сделке.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, ФИО2, являясь единственным участником ООО «КРОНЕ-Автоматика» имеет право на обращение в суд с настоящим иском и выступает в интересах ООО «КРОНЕ-Автоматика».

Как установлено судом и следует из материалов дела, во исполнение условий оспариваемого договора ООО ««КРОНЕ-Автоматика» (поставщик) исполнил свои обязательства и поставил, а ООО «НПП «Ультрамера» (покупатель) принял товар по следующим Универсальным передаточным документам (УПД) от 14 марта 2022 года № 305 - на сумму 24 880 502,35 руб., № 312 на сумму 78 855,56 руб., № 320 на сумму 251 930,06 руб., № 321 на сумму 7 776 606,83 руб., № 322 на сумму 19 689 692,84 руб., итого, на сумму: 52 677 587,64 руб.

Факт передачи товара подтверждается представленными в дело указанными УПД, подписанными уполномоченными лицами от имени поставщика и покупателя, а также соответствующими актами о приеме-передачи групп объектов основных средств от 14.03.2022. 

Подписи на УПД и в указанных актах сторонами не оспариваются, ходатайства о фальсификации указанных актов не заявлено.

ООО «НПП «Ультрамера» (покупатель) исполнило обязательство в соответствии с договором и произвел оплату ООО ««КРОНЕ-Автоматика» (поставщику) за поставленный товар в соответствии с договором поставки, что подтверждается платежными поручениями № 1 от 14.03.2022 на сумму 19 768 548,40 руб., № 2 от 14.03.2022 на сумму 24 880 502,35 руб. № 3 от 14.03.2022 на сумму 8 028 536, 89 руб., итого, на сумму: 52 677 587,64 руб.

Судом первой инстанции также установлено, что поставленный по договору поставки товар был передан ООО «НПП «Ультрамера» в ООО «КРОНЕ-Автоматика» по договору аренды № ДСЗ.КЛЯ.00044.22.01.44 от 14.03.2022 (далее - договор аренды) и спецификациям № 1, № 2 и №3 к договору аренды что подтверждается актами приема-передачи оборудования от 14.03.2022.

ООО «КРОНЕ-Автоматика» производила оплату в ООО «НПП «Ультрамера» по Договору аренды, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями:

№ 1843 от 20.04.2022 - на сумму 308 928,56 руб.,

№ 2411 от 07.06.2022 - на сумму 1 064 087,28 руб. (за апрель, май 2022г.),

№ 2747 от 07.07.2022 - на сумму 532 043,64 руб. (за июнь 2022г.),

№ 3412 от 22.08.2022 - на сумму 1 064 087,28 руб. (за июль, август 2022г.).

Таким образом, после заключения оспариваемого договора купли-продажи стороны договора фактически признавали его исполнение.

Стороны при заключении договора обладали необходимыми полномочиями (договор подписан руководителями ООО «КРОНЕ-Автоматика» и ООО «НПП «Ультрамера»).

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что после того как ФИО2 стала единственным участником ООО «КРОНЕ-Автоматика», исполнение договора продолжалось, следовательно истцом было признано фактическое исполнение договора. 

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Доводы истца и ООО «КРОНЕ-Автоматика» о совершении сделки во избежание «рейдерского захвата предприятия», а также приведенные в апелляционной жалобе о том, что стороны по договору не имели намерений породить возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ документально не подтверждены.

Напротив, в материалы дела ответчиком ООО «НПП «Ультрамера» представлены доказательства того, что оно имело намерение приобрести товар по Договору поставки и у такого приобретения была предпринимательская цель.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ ООО «НПП «Ультрамера» было зарегистрировано 09 марта 2021 года. Основной вид деятельности ООО «НПП «Ультрамера»: производство приборов для контроля прочих физических величин (26.51.5). 

Из пояснений ответчика, третьего лица ИП ФИО7, (данных в том числе в суде апелляционной инстанции) который является также и руководителем ответчика, оборудование и имущество, приобретенное по договору поставки ООО «НПП «Ультрамера» намеревалось использовать в том числе для ведения основного вида деятельности - производства приборов контроля (контрольно-измерительных приборов), что подтверждается представленными в материалы дела документами: 

- договором №КМ176 от 16 сентября 2021 года с ООО «ГК Тех-Серт» на изготовление отчета по взрывозащите вновь производимого оборудования; 

- патентом на изобретение «установка поверки резервуаров горизонтальных стальных и мер вместимости (КПР-100), зарегистрированным 12 октября 2021 года на ООО «НПП «Ультрамера»; 

- декларациями о соответствии от 24 ноября 2021 года Евразийского экономического союза на ООО «НПП «Ультрамера» в отношении расходомеров-счетчиков ультразвуковых URM модели URM 03.01, URM 03.02, URM 03.03, URM 00.01, URM 01.01, URM 02.01, URM 00.02, URM 01.02, URM 02.02 о соответствии техническим регламентам «электромагнитная совместимость технических средств», «о безопасности низковольтного оборудования», необходимыми для последующей реализации производимого ООО «НПП «Ультрамера» оборудования;

- договором №165874 от 04 марта 2022 года, заключенным с ФГБУ «ВНИИМС» на проведение испытаний в целях утверждения типа средств измерений расходомеров-счетчиков ультразвуковых URM, которые планировалось производить в ООО «НПП «Ультрамера»; 

- договором №166974 15 июля 2022 года с ФГБУ «ВНИИМС» на проведение испытаний в целях утверждения типа Установок поверочных КПР и поверки образцов Установок поверочных КПР, что было необходимо для сертификации производимого ООО «НПП «Ультрамера» впоследствии оборудования;

- документами о принятии на работу в период с июля по сентябрь 2022 года инженеров ООО «КРОНЕ-Автоматика» ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, которые занимались разработкой конструкторской документации на оборудование, планируемое для будущего производства ООО «НПП «Ультрамера»; 

- документами, подтверждающими разработку ООО «НПП «Ультрамера» осенью 2021 года расходомера-счетчика ультразвукового УЗ-9000, предназначенного для коммерческого и технологического учета объемного расхода и накопленного объема воды на объектах жилищно-коммунального хозяйства.

В обоснование заключения спорного договора, ответчик и третье лицо указали, что оборудование было поставлено на баланс ООО «НПП «Ультрамера», куда с долей в размере 50% вошёл сын ФИО2 - ФИО15, при этом договор аренды был заключен сроком до 31 декабря 2022 года на период оформления разрешительной документации на ООО «НПП «Ультрамера» и покупки недвижимого имущества ООО «КРОНЕ-Автоматика».

В материалы дела также представлены сведения и доказательства, подтверждающие проведение совместных переговоров ФИО16 (руководителем ООО «КРОНЕ -Автоматика», ФИО2 (участником ООО «КРОНЕ-Автоматика» и истцом по настоящему делу), ФИО7 (руководителем ООО «НПП «Ультрамера») в августе 2022 года с управляющими компаниями, в том числе «Альфа Капитал», на предмет создания закрытого инвестиционного фонда, обращение 25.04.2022 ФИО2 и ФИО7 в юридическую компанию ООО «Корпус права» за разработкой правой структуры создаваемой ими Группы компаний, которая должна была заниматься производством и продажей измерительных приборов, регистрация компаний с долей участия ФИО7 и ФИО15 (сын ФИО2) 50/50 - ООО «Ультраметрология» (ОГРН 

<

***>) и ООО «Ультраинжиниринг» (ОГРН 

<

***>), вхождение ФИО15 в состав участников в ООО «НПП «Ультрамера» 04.10.2022 с долей участия 50%, что по мнению ответчика и третьего лица, подтверждает изначальное намерение на исполнение спорного Договора поставки, что подтверждается представленными в материалы дела перепиской ФИО16, ФИО2 и ФИО7, Договором № 12/635000 от 28 апреля 2022 года.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно признал обоснованной позицию ответчика об отсутствии доказательств для признания спорного договора мнимым, так как намерение обеих сторон договора не исполнять этот договор ничем не подтверждается. 

Материалы дела содержат достаточные обоснования для оправдания экономической целесообразности заключенного договора и последующих действий сторон договора. Комплекс мер, направленный на получение разрешительной документации, необходимой для последующего производства, прием соответствующего персонала в штат ООО «НПП «Ультрамера» и создание совместно с истцом совместного бизнеса и группы компаний подтверждает реальность оспариваемого договора поставки.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 24.11.2015 N 89-КГ15-13, неисполнимость сделки не свидетельствует о ее мнимости, поскольку возможность исполнения не связана с волеизъявлением сторон. Если исполнить обязательство в момент заключения сделки невозможно, это не означает, что сторона не сможет удовлетворить требования кредитора в будущем.

Истец в апелляционной жалобе указывает, что оплаченный товар фактически не был передан, однако указанное влечет правовые последствия, предусмотренные статьями 450, 453, 463 ГК РФ, анализ которых не позволяет признать договор купли-продажи ничтожной сделкой на основании отсутствия доказательств передачи товара. Недобросовестность сторон договора, неисполнение ими обязательств не влекут признания сделок мнимыми или притворными (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.08.2006 N 93-Г06-5, от 16.07.2013 N 18-КГ13-55).

При таких обстоятельствах, довод ООО «КРОНЕ-Автоматика» о значительной стоимости и невозможности демонтажа части оборудования (в частности калибровочной башни) как в обоснование мнимости договора, не может быть принят во внимание для удовлетворения апелляционной жалобы. 

Кроме того из установленных по делу обстоятельств усматривается, и не оспаривается сторонами, между сторонами был заключен договор от 14.03.2022, и все имущество, являвшееся предметом спорного договора, было передано ООО «КРОНЕ-Автоматика». Необходимость вывоза имущества у ответчика отсутствовала.

Тот факт, что должником не получено встречное предоставление от ответчика на сумму произведенного платежа, был предметом оценки суда первой инстанции и правомерно был отклонен, так указанное само по себе не свидетельствует о мнимом характере их взаимоотношений, учитывая отсутствие признаков аффилированности или заинтересованности сторон, установленную фактическими обстоятельствами спора реальность намерений как должника, так и ответчика, отсутствие в их действиях иных признаков, косвенно подтверждающих направленность воли обеих сторон сделки на вывод активов должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Истец также заявляет, что имущество было продано по заниженной цене, однако указанные доводы вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ ничем объективно не подтверждены, а в целом это не свидетельствует о мнимости сделки.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, позиция истца об отсутствии государственной регистрации прав на недвижимое имущество, были предметом оценки суда первой инстанции, и обоснованно отклонены, поскольку из разъяснений, содержащихся в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к покупателю не является основанием для признания недействительным договора продажи недвижимости, заключенного между этим покупателем и продавцом.

После передачи владения недвижимым имуществом покупателю, но до государственной регистрации права собственности покупатель является законным владельцем этого имущества и имеет право на защиту своего владения на основании статьи 305 ГК РФ. В то же время покупатель не вправе распоряжаться полученным им во владение имуществом, поскольку право собственности на это имущество до момента государственной регистрации сохраняется за продавцом.

Рассматривая и оценивая доводы апелляционной жалобы истца, судебная коллегия находит их несостоятельными, поскольку они полностью опровергаются представленными в материалы дела доказательствами и установленными по делу обстоятельствами. 

Довод апелляционной жалобы о невозможности идентифицировать оборудование по договору от 10.03.2022 не может быть принят во внимание, поскольку имущество, указанное в спецификациях к указанному договору было снабжено инвентарными номерами, осматривалось сторонами оспариваемого договора в момент приемки. 

Ссылки подателя жалобы на положения ст. 170 ГК РФ и п. 86 Постановления Пленума ВС РФ № 25 от 23.06.2015, являются несостоятельными, поскольку ничем не подтверждено, что на момент совершения спорного договора стороны не намеревались создать соответствующие условиям этого договора правовые последствия, характерные для такого договора - напротив, стороны договор от 10.03.2022 исполняли, что подтверждается представленными доказательствами, как и не подтверждена порочность воли каждой из сторон спорного договора. Нахождение соответствующего имущества у ООО «КРОНЕ-Автоматика» явилось следствием договора аренды, заключенного между сторонами.

Материалами дела подтверждается, что осенью 2022 года представители ООО «Кроне-Автоматика» и лично Истец предлагали обратный выкуп производственного оборудования, проданного ООО «НПП «Ультрамера» в рамках оспариваемого договора, что опровергает довод подателя апелляционной жалобы о невозможности идентификации оборудования и мнимости сделки. Так в своем сообщении ФИО7 от 30.10.2022 ФИО2 заявила о необходимости обратного выкупа оборудования и указала о готовности компенсировать ФИО7 проценты за пользование денежным средствами, что в своей совокупности не свидетельствует о мнимости заключенного договора, а напротив истец своими действиями признавала действительность и реальность заключенного договора. 

Судебная коллегия кроме того отмечает, что п. 5 ст. 166 ГК РФ предусмотрено, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как следует из материалов дела, истец после заключения оспариваемого договора фактически давала основания другим лицам полагаться на действительность этого договора, что подтверждается представленными в материалы дела. 

Так из письма ФИО2 в адрес ФИО7 следует, что одним из вопросов предлагаемых для переговоров является обратный выкуп оборудования поставленного по спорному договору поставки, что истцом не отрицается, как не оспаривалось в суде апелляционной инстанции представителем истца.

Материалами дела подтверждается переписка по электронной почте 15.03.2022 между ООО «НПП «Ультрамера» и ООО «КРОНЕ-Автоматика» по вопросу согласования и подписания Договора поставки, спецификаций к нему и соответствующих счетов-фактур (УПД), при этом одним из участников переписки является ФИО2, которая не высказала никаких возражений относительно подписания Договора поставки, спецификаций к нему и указанных УПД, что истцом также не отрицается.

Действуя добросовестно, зная о существующих основаниях недействительности спорного договора, ФИО2 должна и могла возразить против подписания договора поставки, чего не сделала. Доказательств, свидетельствующих об обратном материалы дела не содержат. 

Таким образом, указанное поведение истца, а равно отсутствие возражений последней против договора аренды от 14.03.2022, после заключения спорного договора поставки от 10.03.2022 давало основание другим лицам, в том числе ООО «НПП «Ультрамера» и ООО «КРОНЕ-Автоматика» полагаться на действительность этого договора поставки от 10.03.2022. 

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п.1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п.5).

Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, п.5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

В п.7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п.1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп.1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. 

В соответствии с пунктом 6 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021), по смыслу указанных норм ГК РФ (ст. 10, ст. 168 и ст. 170 ГК РФ) и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и ст. 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Истцом, вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ, не представлены доказательства того, что стороны договора поставки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить и исполнить договор поставки в действительности.

Несмотря на позицию подателя апелляционной жалобы, отсутствие необходимой разрешительной документации у покупателя, такой как лицензии, согласования, договоры и другие документы, необходимые для эксплуатации соответствующего оборудования, не означает, что покупатель не имеет права приобретать такое оборудование, что он не смог бы в дальнейшем получить такую разрешительную документацию для ведения деятельности и эксплуатации оборудования в соответствии с установленными законом требованиями.

Доводы подателя апелляционной жалобы о том, что земельный участок, на котором располагается скважина в ООО «НПП «Ультрамера» не продавался, права на земельный участок не передавались, а скважина неразрывно связана земельным участком, отклоняются судебной коллегией, поскольку указанное не свидетельствует о мнимости договора, так как в последующем был заключен договор аренды между сторонами, без фактического вывоза оборудования. 

Принимая во внимание, что фактическое исполнение ответчиком обязательства по оплате товара по договору от 10 марта 2022 года установлено, ответчиком и третьим лицом как в суд первой инстанции, так и в апелляционном производстве, приведены достаточные обоснования экономической целесообразности заключенного договора, сторонами договора производилось его исполнение и признание, в частности путем заключения договора аренды, в том числе и истцом, судебная коллегия находит иные доводы апелляционной жалобы, как не опровергающие правильные выводы суда первой инстанции об отсутствии признаков мнимой сделки. 

Иных оснований для признания договора недействительным истцом в первой инстанции не было заявлено (в частности как крупной сделки или сделки с заинтересованностью).

Вопреки позиции подателя жалобы, всем доводам и позиции сторон судом первой инстанции дана тщательная и надлежащая оценка. При этом неотражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2017 №305-КГ17-13690, от 13.01.2022 №308-ЭС21-26247).

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 - 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Приведенные в апелляционной жалобе доводы, выводы суда не опровергают, а по существу сводятся к несогласию заявителя с оценкой судом обстоятельств дела. Между тем, иная субъективная оценка заявителем апелляционной жалобы установленных судом обстоятельств, а также иное толкование норм права не свидетельствуют о нарушении судом норм права и не может служить основанием для отмены судебного акта.

У суда апелляционной инстанции нет оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, признавшего отсутствие оснований для удовлетворения иска.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, всем доводом в решении была дана надлежащая правовая оценка. 

Иных доводов в обоснование апелляционной жалобы заявитель не представил, в связи с чем Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Самарской области от 01.06.2023 года по делу № А55-38840/2022, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

При этом судебная коллегия учитывает, что датой принятия решения является 01 июня 2023 года, поскольку текст судебного акта в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» был размещен 01.06.2023 года. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнести на заявителя жалобы.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь ст.ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 01 июня 2023 года по делу № А55-38840/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                   О.П. Сорокина

 

Судьи                  П.В. Бажан

                                                                                                                            А.Б. Корнилов