АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-11409/2019

г. Краснодар

28 января 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 января 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Андреевой Е.В. и Сороколетовой Н.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Уджуху Р.З. и участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от общества с ограниченной ответственностью «СпецПетроСервис» – ФИО1 (доверенность от 09.01.2024), от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 02.08.2024), от арбитражного управляющего ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 01.09.2024), от ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 15.03.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СпецПетроСервис» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.06.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024 по делу № А32-11409/2019 (Ф08-11270/2024), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «РМНТК-Термические системы» (далее – должник) ООО «СпецПетроСервис» (далее – общество) обратилось в суд с заявлением, в котором просило: 

– признать незаконными действия конкурсного управляющего ФИО4 (далее – конкурсный управляющий), выразившиеся в заключении с ООО «ВПТ-Нефтемаш» и с ООО «Велл-Сервис» договоров от 10.09.2021 № 7/10 и от 21.03.2022 № 3/2022 ответственного хранения имущества должника;

– признать незаконным бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в непринятии мер по оспариванию договоров от 10.09.2021 № 7/10 и от 21.03.2022 № 3/2022 ответственного хранения имущества должника;

– предоставить обществу право на самостоятельную подачу заявления об оспаривании договоров от 10.09.2021 № 7/10 и от 21.03.2022 № 3/2022 ответственного хранения имущества должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.06.2024, оставленным без изменения постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе общество просит отменить определение и апелляционное постановление, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Податель жалобы указывает, что в рамках спорных сделок ООО «ВПТ-Нефтемаш» и ООО «Велл-Сервис» использовали спорное оборудование должника в предпринимательских целях. Между тем должник не получал от указанных лиц прибыль за соответствующее использование. По мнению заявителя, в данном случае в целях пополнения конкурсной массы должника следовало заключить договоры аренды, а не хранения. Спорные сделки не имеют экономического обоснования для должника и его кредиторов. Заключение конкурсным управляющим договоров хранения имущества должника вместо действий, направленных на его передачу в аренду с соответствующей платой, причинило вред конкурсной массе.

В представленных в суд округа отзывах конкурсный управляющий и конкурсный кредитор ФИО2 указали на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы, участник должника ФИО6, в свою очередь, ссылается на наличие оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

В судебном заседании представители ООО «СпецПетроСервис» и ФИО6 поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе. 

Представители арбитражного управляющего ФИО4 и ФИО2 просили оставить судебные акты без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, определением от 26.08.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8

Сообщение о введении процедуры наблюдения опубликовано на официальном сайте «Коммерсантъ» от 31.08.2019 № 16030316561.

Решением от 19.10.2020 (резолютивная часть от 06.10.2020) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО8

Сообщение о введении процедуры конкурсного производства опубликовано на официальном сайте «Коммерсантъ» от 31.10.2020 № 16030348562.

Определением от 14.12.2020 прекращены полномочия ФИО8, конкурсным управляющим утверждена ФИО4

Общество обратилось в суд с заявлением, в котором просило признать незаконными действиий (бездействие) конкурсного управляющего, выразившихся в заключении с ООО «ВПТ-Нефтемаш» и с ООО «Велл-Сервис» договоров от 10.09.2021 № 7/10 и от 21.03.2022 № 3/2022 ответственного хранения имущества должника и непринятии мер по оспариванию данных сделок. 

В обоснование заявления общество указало, что из обособленных споров в рамках настоящего банкротного дела кредитору стало известно, что 16.03.2020, 24.03.2020, 25.03.2020 должник (поклажедатель) и ООО «ВПТ-Нефтемаш» (хранитель) заключили договоры № 16/03/20, № ВПТ-72, № 25/03/20, по условиям которых хранитель принял обязанность хранить имущество должника – оборудование, используемое в области газо-нефтедобывающей промышленности без права его использования под угрозой штрафа в размере 100% стоимости имущества (пункты 8.8). Часть переданного на хранение имущества находится в залоге у ФИО2 (после последовательно заключенных договоров уступки прав требования  от ПАО «Сбербанк России»  – ООО «СБК-Союз», которое уступило право требования ООО «Цзенен-Рус-Нефтемаш», от  ООО «Цзенен-Рус-Нефтемаш» право требования к должнику перешло ФИО2). Стоимость имущества составляет 1 655 722 774 рубля, 321 790 000 рублей, 181 107 072 рубля соответственно. 

20 июня 2022 года общество направило в адрес конкурсного управляющего запрос о предоставлении сведений о местонахождении имущества, переданного ООО «ВПТ-Нефтемаш» по договорам хранения от 16.03.2020, от 24.03.2020, от 25.03.2020, а также о предоставлении сведений о том, кто в настоящее время осуществляет хранение имущества. В ответ на запрос конкурсный управляющий 11.07.2022 представил кредитору договор от 10.09.2021 № 7/10, заключенный с ООО «ВПТ-Нефтемаш», и договор от 21.03.2022 № 3/2022, заключенный с ООС «Велл-Сервис». Заявитель указывал, что из содержания данных сделок видно, что часть имущества осталась на хранении ООО «ВПТ-Нефтемаш» по договорам хранения от 16.03.2020, от 24.03.2020, от 25.03.2020, предусматривающим запрет на использование имущества должника, оставшаяся часть передана ООО «ВПТ-Нефтемаш» по договору хранения от 10.09.2021 № 7/10 и ООО «Велл-Сервис» по договору от 21.03.2022 № 3/2022. Спорные договоры хранения предусматривают условие о праве хранителей на использование имущества должника самостоятельно либо с привлечением третьих лиц. Так, из пункта 2.1 договора от 10.09.2021 № 7/10 следует, что за выполнение ООО «ВПТ-Нефтемаш» обязанностей по договору, последний вправе в качестве вознаграждения лично пользоваться имуществом и извлекать из него выгоду; все полученные доходы в результате пользования и распоряжения имуществом являются собственностью ООО «ВПТ-Нефтемаш». Аналогичные условия отражены в пунктах 1.8, 2.1 договора от 21.03.2022 № 3/2022, заключенного с ООО «Велл-Сервис». Общество направило в адрес конкурсного управляющего письмо от 21.07.2022 о предоставлении экономического обоснования заключения для должника спорных сделок на условиях безвозмездного использования имущества должника; в случае отсутствия такого обоснования конкурсному управляющему предложено обратиться в суд с заявлением о признании договоров недействительными. Конкурсный управляющий в письме от 11.08.2022 сообщил кредитору о том, что использование имущества должника осуществляется хранителями исключительно в пределах стоимости услуг по хранению; в ином случае на стороне хранителей возникает неосновательное обогащение в пользу поклажедателя; следовательно, обстоятельства безвозмездного пользования имуществом, недействительности сделок и нарушения прав конкурсных кредиторов отсутствуют, поскольку одной из целей конкурсного производства является пополнение и обеспечение сохранности конкурсной массы. По мнению общества, экономическая целесообразность в заключении оспариваемых договоров на приведенных условиях отсутствует, спорные сделки являются незаконными, нарушают права и интересы должника и кредиторов. Между тем конкурсный управляющий уклонился от принятия мер по оспариванию сделок. 

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Кодекса и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что спорное имущество должника передано конкурсным управляющим ООО «ВПТ-Нефтемаш» и ООО «Велл-Сервис» на условиях договора хранения с согласия залогового кредитора, в связи с чем, признали, что спорные договоры хранения совершены при соблюдении требований пункта 4 статьи 18.1. Закона о банкротстве.  Учитывая, что оплата за оказываемые услуги хранения осуществляется путем использования хранителями спорного имущества, суды пришли к выводу о недоказанности обществом оснований для оспаривания спорных договоров хранения. 

По мнению судов первой и апелляционной инстанций, действия конкурсного управляющего по заключению договоров хранения с условием использования хранителями спорного имущества, направлены на обеспечение сохранности имущества должника без дополнительного несения расходов по оплате услуг хранения, что исключает основания для признания оспариваемых действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконными или противоправными.

При этом суды отклонили доводы заявителя о том, что спорное имущество надлежало сдавать в аренду в целях пополнения конкурсной массы должника, сославшись, в том числе на удаленность расположения имущества, его специфический характер и отсутствие доказательств наличия иных лиц, потенциально заинтересованных в получении спорного имущества в аренду.

Между тем суды не учли следующее. 

На основании статьи 60 Закона о банкротстве лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в арбитражный суд с жалобой о нарушении его прав и законных интересов. Указанной статьей предусмотрена возможность защиты прав путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего, в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав лица, обратившегося с жалобой.

Как отмечено в пункте 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Основанием удовлетворения жалобы на действия арбитражного управляющего является установление арбитражным судом как фактов несоответствия действий арбитражного управляющего законодательству о банкротстве, так и нарушения такими действиями прав и законных интересов лица, участвующего в деле.

В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании; заявлять в установленном порядке возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику.

На основании пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Реализация прав и исполнение обязанностей арбитражным управляющим обусловлены целями процедуры банкротства – конкурсного производства, которая по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве имеет ликвидационную направленность и направлена на соразмерное удовлетворение требований кредиторов, которые достигаются, в первую очередь, через реализацию конкурсной массы должника. 

Разрешая вопрос о том, соотносились ли те или иные действия (бездействие) арбитражного управляющего с принципом добросовестности, следует принимать во внимание разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». По смыслу указанных разъяснений, несмотря на то, что управляющий обладает определенной дискрецией, оценивая его действия как добросовестные или недобросовестные, суд должен соотнести их с поведением, ожидаемым от любого независимого профессионального управляющего, находящегося в сходной ситуации и учитывающего права и законные интересы гражданско-правового сообщества кредиторов, а не отдельных лиц.

Общество при разрешении заявления в судах первой и апелляционной инстанций настаивало на том, что в целях пополнения конкурсной массы и максимального удовлетворения требований кредиторов спорное имущество следовало передать на условиях аренды с установлением соответствующей платы заинтересованным в его использовании лицам, к числу которых относятся хранители. 

В этой связи заявитель также обращал внимание судов на то, что ООО «ВПТ-Нефтемаш» и ООО «Велл-Сервис» имели финансовую заинтересованность в заключении договора аренды, поскольку не могли осуществлять хозяйственную деятельность без использования имущества должника, что, по мнению общества,  позволяло конкурсному управляющему заключить сделки на условиях, более выгодных для должника и его кредиторов, в том числе позволивших пополнить конкурсную массу и исполнить обязательства перед кредиторами.

Между тем данные доводы в нарушение положений статей 71, 168, 170, 271 Кодекса должной и всесторонней оценки не получили.

Так, суды не учли, что наиболее типичной договорной конструкцией, посредством которой имущество, используемое в предпринимательской деятельности, передается собственником в пользование другому лицу, является договор аренды (а не хранения с правом использования), а условия такого договора о цене, как правило, позволяют собственнику получать доход, превышающий затраты на содержание переданной в аренду вещи. 

Арбитражный управляющий, имеющий необходимые полномочия и компетенцию, как правило определяет стратегию действий с имуществом должника, в том числе анализирует целесообразность дальнейшего использования имущества контрагентом должника на прежних условиях, учитывая, в частности, наличие (отсутствие) объективных препятствий к незамедлительной продаже актива, соотношение затрат на содержание имущества и его реальную доходность, исключение возможности неполучения должником всей выгоды от такого имущества, рыночный размер платы за пользование которым превышает расходы по содержанию, то есть имущества, которое может пополнить конкурсную массу в период осуществления мероприятий по его оценке, подготовке к реализации, и т. п.

В рассматриваемом же случае конкурсный управляющий не привел мотивы и доводы в обоснование наличия экономической целесообразности в передаче имущества должника на хранение с правом использования в предпринимательских целях, а не на основании арендных правоотношений в целях получения прибыли, учитывая, что в силу пункта 1 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагается возврат арендованного имущества в том состоянии, в котором оно получено с учетом нормального износа (при отсутствии иных условий в договоре).

Доказательства проведения конкурсным управляющим надлежащего анализа сложившейся ситуации в целях выявления наиболее продуктивного способа распоряжения спорным имуществом должника в материалы дела не представлены. 

Между тем общество, ссылаясь на проведенную оценку рыночной ставки аренды движимого имущества и расчет упущенной выгоды от безвозмездного использования буровых установок, указывало на  возможность получения прибыли, от сдачи имущества в аренду и как следствие погашение требований не только залогового кредитора, но и кредиторов третьей очереди.

Суды, в свою очередь, несмотря на доводы общества, данные обстоятельства не установили, а равно не исследовали вопрос о том, позволило бы заключение арендных сделок в отношении спорного имущества пополнению конкурсной массе должника в целях максимального удовлетворения требований кредиторов, в том числе имеющего статус «залоговый». 

Между тем вступление в арендные правоотношения по поводу имущества должника отвечает целям процедуры банкротства, поскольку совершение соответствующих сделок способно к формированию конкурсной массы, сохранности имущества должника, за счет которого возможно погашение требований кредиторов, а также освобождению должника от несения текущих расходов на его содержание.

В данном случае возможна ситуации, при которой требования залогового кредитора погашались бы за счет пополнения конкурсной массы от сдачи спорного оборудования в аренду, что, в свою очередь, повысило бы шансы на удовлетворение требований иных кредиторов, в том числе за счет реализации заложенного имущества. 

Кроме того, учитывая, что объектом спорных договоров хранения также является имущество должника, свободное от залоговых прав, судам надлежало выяснить вопрос о том, нарушаются ли права иных кредиторов оспариваемыми действиями (бездействием) конкурсного управляющего, чего также не было сделано. 

При этом суд кассационной инстанции отмечает, что в рамках дела о банкротстве арбитражный управляющий не имеет самостоятельного интереса в принятии тех или иных решений относительно имущества должника; его действия, исходя из возложенных на управляющего Законом о банкротстве обязанностей, должны быть направлены на защиту прав и охраняемых законом интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника (то есть как залоговых, так и не залоговых); в данном же случае в обоснование целесообразности заключения договоров хранения конкурсный управляющий сослался на наличие соответствующего интереса исключительно у залогового кредитора, при том, что совершение действия (бездействие) в интересах конкретного кредитора в ущерб интересов иных кредиторов и должника – недопустимо. 

С учетом изложенного выводы судов о законности оспариваемых действий (бездействия) конкурсного управляющего и, соответственно, об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований являются преждевременными. 

При таких обстоятельствах, поскольку судами не исследованы имеющие существенное значение для правильного разрешения спора обстоятельства, не дана надлежащая оценка доводам лиц, участвующих в деле, судебная коллегия не может признать принятые определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции законными и обоснованными.

В силу пункта 3 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения жалобы суд кассационной инстанции вправе отменить решение (определение) и апелляционное постановление и направить дело на новое рассмотрение, если выводы, содержащиеся в обжалуемых актах, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам. 

Основаниями для отмены судебных актов в суде кассационной инстанции являются несоответствие выводов фактическим обстоятельствам, установленным судами первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 288 Кодекса).

Поскольку суды первой и апелляционной инстанций не установили фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, в связи с чем не обеспечена полнота исследования всех обстоятельств, которые могли бы повлиять на выводы суда, учитывая, что допущенные нарушения могут быть устранены только при повторном рассмотрении спора в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор на основании пункта 3 части 1 статьи 287 Кодекса в соответствии с требованиями действующего законодательства подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

При новом рассмотрении спора судам необходимо учесть изложенное, исследовать все доказательства, имеющиеся в материалах дела, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, в частности, связанные с экономической целесообразностью передачи имущества должника на хранение с правом использования в предпринимательских целях, а не на основании арендных правоотношений, дать оценку доводам лиц, участвующих в деле, принять судебные акты в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.06.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2024 по делу № А32-11409/2019 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Ю.О. Резник

Судьи

Е.В. Андреева 

Н.А. Сороколетова