ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-234845/2019

08 сентября  2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября  2020 года

Полный текст постановления изготовлен 08 сентября  2020 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей Бочаровой Н.Н., Тутубалиной Л.А.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, дов. №69—8-104/19 от 30.12.2019г.;

от ответчика: ФИО2, дов. от 31.01.2020г.;

от третьего лица – ФИО3, генеральный директор, протокол общего собрания №25-05-2018 от 25.05.2018г., 

рассмотрев  31 августа - 07 сентября  2020 года в судебном заседании кассационные жалобы

ООО "Первый Клиентский Банк" и ООО «Софтинтегро»

на решение от 10 декабря 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 15 июня 2020 года,

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по иску Государственного казенного учреждения города Москвы

"Информационно-аналитический центр в сфере здравоохранения"

к ООО "Первый Клиентский Банк",

третье лицо: ООО «Софтинтегро»,

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

Государственное казенное учреждение города Москвы «Информационно-аналитический центр в сфере здравоохранения» обратилось  с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Первый Клиентский Банк» о взыскании задолженности в сумме  65.628.150 руб., а также неустойки в размере 19.754.073 руб. 15 коп. К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Софтинтегро». 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10 декабря 2019 года исковые требования были удовлетворены в полном объеме (т.3, л.д.27-29).

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 15 июня 2020 года указанное решение было оставлено без изменения (т.3, л.д.89-90).

Не согласившись с принятыми решением и постановлением, ООО "Первый Клиентский Банк" и ООО «Софтинтегро»  обратились с кассационными жалобами, в которых указывают на нарушение судом норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просили обжалуемые решение и постановление отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении  исковых требований. 

В судебном заседании объявлялся перерыв с 31 августа 2020 года до 07 сентября 2020 года, после чего рассмотрение кассационной жалобы было продолжено.

В заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика  поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель третьего лица  поддержал доводы своей жалобы также  в полном объеме.

Представитель истца в заседании суда против доводов кассационных жалоб возражал, в том числе и по мотивам, изложенным в отзывах, которые были приобщены судом в материалы дела. Кроме того, истцу были возвращены дополнительные документы к отзыву, поскольку суд кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не наделен полномочиями по сбору, исследованию и оценке доказательств, в том числе тех, которые не были предметом оценки и исследования при рассмотрении дела в суде первой инстанции. 

Помимо этого, к материалам дела были приобщены судом дополнения ответчика к кассационной жалобе, а также письменные пояснения третьего лица.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей сторон, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, между ГКУ «ИАЦ в сфере здравоохранения города Москвы»  и ООО «Софтинтегро» были заключены: государственный контракт от 29.03.2018 № 69-Р-038/18 на выполнение строительно-монтажных работ по созданию и модернизации информационно-коммуникационной инфраструктуры в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница им. В.В. Вересаева Департамента здравоохранения города Москвы» в целях обеспечения функционирования в учреждении информационных систем и ресурсов города Москвы (далее – контракт 1), а также государственный контракт от 06.04.2018 № 69-Р-044/18 на выполнение строительно-монтажных работ по созданию и модернизации информационно-коммуникационной инфраструктуры в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения города Москвы «Городская клиническая больница им. С.И. Спасокукоцкого Департамента здравоохранения города Москвы» в целях обеспечения функционирования в учреждении информационных систем и ресурсов города Москвы (далее – контракт 2). Указанные контракты были заключены в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Так, контракт 1 был подписан в электронной форме на электронной торговой площадке АО «Единая электронная торговая площадка» (АО «ЕЭТП») (http://roseltorg.ru), контракт 2 был подписан в электронной форме на электронной торговой площадке «Национальная торговая площадка» (ЭТП НЭП) (http://www.etp-ets.ru). На основании ст. 9 контрактов, в качестве обеспечения исполнения обязательств по контрактам третьим лицом были предоставлены следующие банковские гарантии: банковская гарантия от 26.03.2018 №11БГ/2018 по контракту 1 на сумму 36.407.250рублей и банковская гарантия от 26.03.2018 №12БГ/2018 по контракту 2 на сумму 29.220.900 рублей. Указанные банковские гарантии были выданы гарантом ООО «Первый Клиентский Банк». Так, в ходе исполнения контрактов третьим лицом были нарушены обязательства по контрактам, вследствие чего истцом на основании ст. 8 контрактов и ст. 95 «Закона о контрактной системе» были  приняты решения об одностороннем отказе от исполнения контрактов. Данные решения были оформлены двумя отдельными документами и размещены на сайте Единой информационной системы www.zakupki.gov.ru. При этом решения вступили в силу, а контракты были расторгнуты 30.09.2018. Кроме того, истец направил в Управление Федеральной антимонопольной службы по городу Москве заявления на включение третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков. В свою очередь, УФАС было принято решение о включении третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков сроком на два года. Согласно п. 9.3 контрактов, исполнение контракта обеспечивается предоставлением безотзывной банковской гарантии, которая должна соответствовать требованиям, установленным ст. 45 «Закона о контрактной системе», а также предусматривать условие о праве заказчика на бесспорное списание денежных средств со счета гаранта, если гарантом в срок не более чем 5 (пять) рабочих дней не исполнено требование заказчика об уплате денежной суммы по банковской гарантии, направленное до окончания срока действия банковской гарантии.

Так, истец в силу п. 9.3 контрактов 24.10.2018 направил ответчику (гаранту) требования об осуществлении выплат по вышеуказанным банковским гарантиям в сумме  65.628.150.00 рублей.  30.10.2018 уведомлением об отказе в исполнении требования №01-16/18-4769 (ответ на требование истца от 17.10.2018 №69-04-47/18) и уведомлением об отказе в исполнении требования №01-16/18-4770 (ответ на требование истца от 17.10.2018 №69- 04-51/18) ответчик сообщил, что отказывает истцу в выплате денежных средств по  банковским гарантиям, мотивируя это необоснованным обогащением бенефициара, невозможностью определения обоснованности заявленных сумм в связи с отсутствием расчета по оплате денежных сумм по банковским гарантиям, а также неверным оформлением заверенных копий документов, предоставляемых банку, а именно, отсутствие подтверждения полномочий лица, подписывающего документы от имени бенефициара. На основании поступивших уведомлений истец направил в адрес ответчика претензии на действия гаранта по отказу от осуществления уплаты денежной суммы по банковским гарантиям от 29.11.2018 № 69-04-47/18 (ответ на уведомление от 30.10.2018 №01-16/18-4769) и от 29.11.2018 № 69-04-51/18 ответ на уведомление от 30.10.2018 №01-16/18-4770). При этом в указанных претензиях истец дал разъяснения ответчику, что согласно положениям Постановления Правительства Российской Федерации от 08.11.2013 № 1005 «О банковских гарантиях, используемых для целей Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»», а также условиям самих банковских гарантий, перечень документов, которые истец направлял ответчику одновременно с требованиями по банковским гарантиям, предоставленной в качестве обеспечения исполнения контрактов, являлся исчерпывающим. Дополнительно истец указал, что расчет сумм, включенных в требования по банковским гарантиям, был приложен, а так же пояснил по полномочиям подписанта. Поскольку требования истца не  были удовлетворены,  то истец обратился с настоящим иском, который был удовлетворен в полном объеме, что подтверждается решением и постановлением по делу. При этом суд в обжалуемых актах, правомерно удовлетворяя исковые требования, исходил из следующего.

Так, в соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. В соответствии со ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. Согласно, п. 1 ст. 368 ГК РФ, по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Согласно п. 1 ст. 379 ГК РФ, принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное. В соответствии со ст. 370 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.  При этом гарантии по своей правовой природе представляют сделки, не зависимые от договора, заключенного между принципалом и бенефициаром. Кроме того, гарант не связан таким договором, несмотря на то, что ссылка на него включена в текст гарантии. Обязательство гаранта заключается в уплате им указанной в гарантии суммы при представлении письменного требования о платеже и документов, перечисленных в гарантии, которые по своим внешним признакам соответствуют ее условиям. Пунктом 1 ст. 376 ГК РФ предусмотрен исчерпывающий перечень оснований отказа гаранта удовлетворить требование бенефициара - гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии. Гарант должен уведомить об этом бенефициара в срок, предусмотренный пунктом 2 статьи 375 настоящего Кодекса, указав причину отказа. 

Так, в соответствии с п. 9.5 контрактов, обеспечение исполнения контракта распространяется на случаи неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком обязательств по контракту, неуплаты подрядчиком (третьим лицом) неустоек (штрафов, пеней), предусмотренных контрактом, а также убытков, понесенных заказчиком в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением подрядчиком своих обязательств по контракту. На основании п. 1 ч. 2 ст .45 «Закона о контрактной системе», банковская гарантия должна быть безотзывной и должна содержать сумму банковской гарантии, подлежащую уплате гарантом (ответчиком) заказчику (истцу) в случае ненадлежащего исполнения обязательств принципалом (третьим лицом). Пункт 1.1 банковских гарантий, выданных ответчиком, предусматривает, что гарант обязуется на условиях гарантии по требованию бенефициара уплатить бенефициару определенную денежную сумму в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения принципалом (третьим лицом) его обязательств по контракту. При этом гарантия обеспечивает исполнение принципалом его обязательств перед бенефициаром по контракту, в том числе обязательств по уплате неустоек (пеней, штрафов), предусмотренных контрактом, возмещению убытков (при их наличии) в случаях и на условиях, предусмотренных контрактом. Согласно пункту 1.5 банковских гарантий, бенефициар вправе в случае ненадлежащего выполнения или невыполнения принципалом обязательств, обеспеченных гарантией, представить на бумажном носителе или в форме электронного документа требование об осуществлении уплаты денежной суммы по гарантии в размере цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорционально объему фактически исполненных принципалом обязательств, предусмотренных контрактом и оплаченных бенефициаром, но не превышающем размер обеспечения исполнения контракта. 

Из материалов дела следует, что суд в обжалуемых актах установил, что акт сдачи-приемки выполненных работ (подготовительные работы) по контракту 1 был подписан 10.05.2018, а по контракту 2 акт сдачи-приемки выполненных работ (подготовительные работы) был подписан 30.05.2018, тогда как указанные акты не предусматривают оплату по этапам подготовительных работ, что является основаниями для предъявления требования гаранту (ответчику) о взыскании денежных средств по банковским гарантиям в полном объеме, поскольку отсутствует расчет стоимости фактически выполненных работ. В соответствии с п.2.2 гарантий, бенефициар одновременно с требованием по гарантии направляет гаранту следующие документы: расчет суммы, включаемой в требование по гарантии; платежное поручение, подтверждающее перечисление бенефициаром аванса принципалу с отметкой банка бенефициара либо органа ФК об исполнении; документ, подтверждающий факт наступления гарантийного случая  в соответствии с условиями контракта); документ, подтверждающий полномочия лица, подписавшего требование по гарантии (доверенность) (в случае, если требование по гарантии подписано лицом, не указанным в ЕГРЮЛ в качестве лица, имеющего право без доверенности действовать от имени бенефициара). 

Таким образом, суд в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, правильно указал, что основаниями к отказу в удовлетворении требования бенефициара могут служить только те обстоятельства (и при этом исчерпывающие), которые непосредственно были  связаны с несоблюдением условий самой гарантии. Так, в данном случае срок предоставления требования истцом не был пропущен. При этом отказ ответчика был основан   на несоответствии требований условиям выданной гарантии, причем в обжалуемых актах правильно отметил, что иные основания отказа в выплате, заявленные банком позднее либо уже в суде, ведут к расширительному толкованию права банка на отказ в выплате, ограниченный положениями статьи 376 ГК РФ. 

Кроме того, следует указать и о том, что довод ответчика о том, что не были подтверждены полномочия лица, подписывавшего требования по банковским гарантиям, был правильно отклонен судом в обжалуемых актах, поскольку требования по банковским гарантиям, а также расчеты сумм, включенных в требования по банковским гарантиям, были подписаны лицом, указанным в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве лица, имеющего право действовать от имени бенефициара без доверенности, а поэтому доводы о неправомерности и неполноте представленных документов в требованиях о взыскании денежных средств по банковским гарантиям являются необоснованными.

Таким образом, суд в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, пришел к правильному выводу, что требование истца о взыскании денежных средств в размере  65.628.150 руб. соответствует условиям банковских гарантий, при этом оснований для отказа гаранта от исполнения своих обязательств по банковским гарантиям  в данном случае не имеется, а поэтому правомерно удовлетворил иск в указанной части в полном объеме.

Кроме того, истцом было заявлено требование о взыскании неустойки в размере 19.754.073 руб. 15 коп.  В соответствии с п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. Согласно п. 2.8 банковских гарантий, в случае неисполнения требования по гарантии в установленный срок гарант (ответчик) обязуется уплатить неустойку бенефициару (истцу) в размере 0,1% (ноль целых одной десятой процента) от суммы, подлежащей уплате за каждый день просрочки. В соответствии с п. 2.10 банковских гарантий, гарант (ответчик) соглашается, что бенефициар (истец) имеет право на бесспорное списание денежных средств со счета гаранта, если гарантом в срок не более 5 (пяти) рабочих дней не исполнено требование бенефициара об уплате денежной суммы по гарантии, направленное до окончания срока действия гарантии. Расчет неустойки, представленный истцом, был проверен судом в обжалуемых актах и правильно признан подлежащим удовлетворению в полном объеме, с чем в настоящее время согласна и кассационная коллегия.

При этом довод третьего лица на отсутствие предъявления требований об уплате штрафов в связи с принятыми заказчиком решениями об односторонних отказах по контрактам, а также на отсутствие вины подрядчика (третьего лица) или фактов ненадлежащего исполнения обязательств по контрактам, по мнению кассационной коллегии, является необоснованным, поскольку в решениях об односторонних отказах от исполнения контрактов заказчиком (истцом) были указаны причины принятия решения об односторонних отказах от исполнения контрактов. Кроме того, материалами дела было установлено что решения заказчика правомерны, что также подтверждается решениями комиссии УФАС о включении третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков сроком на два года (решение УФАС по г. Москве от 09.11.2018 по делу №2-19-13076/77-18, решение УФАС по г. Москве от 09.11.2018 по делу №2-19-13075/77-18).

Утверждение ответчика, что  он принял на себя обязательства по оплате истцу штрафных санкций, начисленных третьему лицу, и убытков с оговоркой при их наличии,  по мнению кассационной коллегии, также является необоснованной, поскольку согласно п. 1.1 банковских гарантий, гарант (ответчик) обязуется на условиях настоящей гарантии по требованию бенефициара (истца) уплатить бенефициару определенную денежную сумму в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения принципалом (третьим лицом) его обязательств по контракту. При этом настоящая гарантия обеспечивает исполнение принципалом его обязательств перед бенефициаром по контракту, в том числе, обязательств по уплате неустоек (пеней, штрафов), предусмотренных контрактом, возмещению убытков (при их наличии) в случаях и на условиях, предусмотренных контрактом.

Кроме того, следует указать и о том, что вопреки доводам ответчика выданные банковские гарантии обеспечивают исполнение обязательств подрядчика (принципала) перед заказчиком (бенефициаром) в рамках исполнения контрактов. При этом требования об осуществлении уплаты денежных сумм по банковским гарантиям предусматривали взыскание за неисполнение основных обязательств по контрактам, в обеспечение которых выданы банковские гарантии.

При этом довод ответчика о том, что судом было обращено внимание лишь на неправомерность отказов ответчика в выплатах по банковским гарантиям в связи с неполнотой документов, подтверждающих полномочия лица, подписавшего требования, тогда как вопрос соответствия расчета, приложенного к требованиям не был исследован,  по мнению кассационной коллегии, является необоснованным, поскольку то обстоятельство, что в судебном акте не указаны какие-либо конкретные доказательства либо доводы не свидетельствует о том, что данные доказательства или доводы не были исследованы и оценены судом. Более того, суд в обжалуемых актах, правильно установил, что материалами дела подтверждается, что требования об осуществлении уплаты денежных сумм по банковским гарантиям, были оформлены и направлены истцом в соответствии с положениями Постановления Правительства Российской Федерации от 08.11.2013 №1005 «О банковских гарантиях, используемых для целей Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»», а также положениями Закона о контрактной системе и условиями банковских гарантий, с чем в настоящее время согласна и кассационная коллегия.

Таким образом, судебная коллегия считает, что при рассмотрении заявленного иска по существу суд первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию  и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном  случае конкретных  норм материального и процессуального права.

Что же касается иных доводов кассационных жалоб, то суд кассационной инстанции исходит из следующего. Так, пунктом 2 статьи 287 АПК РФ предусмотрено, что арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими. Таким образом, суд кассационной инстанции проверяет обоснованность обжалуемого судебного акта лишь в той мере, в какой это необходимо для проверки соответствия проверяемого акта нормам материального и процессуального прав и не вправе осуществлять исследование и оценку судом кассационной инстанции обстоятельств, не установленных нижестоящими судебными инстанциями. При таких обстоятельствах, кассационная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности обжалуемых судебных актов. 

Следовательно, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

Доводы кассационных жалоб подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. 

Кроме того, поскольку кассационные жалобы ООО "Первый Клиентский Банк" и ООО «Софтинтегро» были рассмотрены, то суд кассационной инстанции считает необходимым отменить ранее принятое определение о приостановлении исполнения решения и постановления по настоящему делу.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 10 декабря 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 июня 2020 года по делу №А40-234845/2019 оставить без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

Приостановление исполнения решения Арбитражного суда города Москвы от 10 декабря 2019года и постановления Девятого арбитражного  апелляционного суда от 15 июня 2020 года по делу № А40-234845/2019, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 10 июля 2020 года, -  отменить.

Председательствующий судья           А.И. Стрельников

Судьи:                               Н.Н. Бочарова

                                                                                    Л.А. Тутубалина