АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ

600025, г. Владимир, Октябрьский проспект, 14

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А11-2794/2018

г. Владимир

23 августа 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 20.08.2019.

Полный текст решения изготовлен 23.08.2019.

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Романовой В.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело по иску Департамента имущественных и земельных отношений администрации Владимирской области (600000, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к ФИО2 (г.Москва) о взыскании 44 443 200 руб.; третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: государственное унитарное предприятие Владимирской области комбинат "Тепличный" (600035, 

<

...>), Департамент сельского хозяйства и продовольствия администрации Владимирской области (600000, 

<

...>), Счетная палата Владимирской области (600000, 

<

...>); при участии: от истца ФИО3- по доверенности от 09.01.2019 № 7 (сроком действия до 31.12.2019), от ответчика ФИО4- адвокат по ордеру от 02.04.2018 № 10 и по доверенности от 04.04.2019 (сроком действия на 1 год), от ГУП Владимирской области "Тепличный" ФИО5- по доверенности от 26.06.2019 № 22 (сроком действия по 31.12.2019), от иных третьих лиц не явились, установил.

Департамент имущественных и земельных отношений администрации Владимирской области обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании убытков в сумме 44 443 200 руб., возникших в результате совершения сделок на заведомо невыгодных для предприятия условиях (41,8 млн. руб.), в виде незаконной выплаты премий управленческому персоналу в 2015 году (2,5 млн.руб.), в виде незаконной выплаты вознаграждения директору за результаты финансово-хозяйственной деятельности предприятия в 2016 году (143,2 тыс.руб.).

Заявлением от 09.06.2018 № ДИЗО-6192/04-11 истец уточнил свои требования и просил взыскать с ответчика убытки в сумме 41 800 000 руб., возникшие в результате недобросовестных и неразумных действий единоличного исполнительного органа. 

Арбитражный суд, руководствуясь статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принял уточнение истцом суммы иска.

Заявленное истцом требование основано на статьях 10, 15, 53, 53.1, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьях 238, 277 Трудового кодекса Российской Федерации, статье 25 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", пунктах 1-3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица". Истец заявленные требования мотивировал следующими недобросовестными и неразумными, по его мнению, действиями ответчика:

- утверждение цен (оптовая, базовая, розничная) на продукцию, отличных от рекомендуемых оптовых и розничных цен, сформированных с помощью автоматизированной системы ценообразования (Счетной палатой Владимирской области установлены факты отпуска продукции по ценам ниже их плановой производственной себестоимости до 62,7 %);

- заключение экономически невыгодных дистрибьюторских соглашений, условия которых не соблюдались (в части установленных максимальных объемов продаж, условий реализации продукции и предоставления 7 % скидки к цене продукции за выполнение дистрибьютором условий соглашений;

- принятие решения о закрытии сети розничной продажи продукции, которая приносила прибыль предприятию (количество торговых точек сократилось с 30 (в 2015 году) до 18 (в 2016 году), сократился объем розничной торговли в 2016 году на 25,3 % в сравнении с 2015 годом) что привело к убыткам предприятия;

- необоснованная выплата премий за 2015 год директору – 143,2 тыс.руб., в 2016 году сотрудникам административного управленческого аппарата – 2 524,1 тыс.руб.

ФИО2 в отзыве на исковое заявление с требованием истца не согласился. Пояснил, что истцом не представлен расчет убытков, а имеется лишь ссылка на документы Счетной палаты Владимирской области; не указано, какие конкретно сделки повлекли причинение убытков.

Ответчик указал, что основной причиной возникновения убытков в 2016 году явилось недостижение выхода запланированного объема готовой продукции (произведено меньше на 1 380 тонн), соответственно, снижение общей выручки (в сравнении с 2015 годом) при одновременном росте себестоимости продаж; отпускная цена на готовую продукцию формировалась на основании отпускных цен службы сбыта комбината и учетом объективных факторов (сезонность выращивания овощей, количество готовой продукции на складе, сроки реализации, покупательский спрос).

Также ответчик обратил внимание на недоказанность вывода истца о причинении предприятию убытков фактом закрытия точек розничных продаж продукции, поскольку довод о том, что реализация продукции через розничные точки продаж принесла бы прибыль, является предположительным.

Ответчик указал, что в уточнении к иску истец приводит аналогичные исковому заявлению фактические обстоятельства, однако уменьшает сумму требований до 41 800 000 руб., то есть на сумму премий, выплаченных ФИО2 и ведущим специалистам в 2015 году (оставшаяся сумма иска, по мнению ответчика, складывается из сумм недополученного дохода от продажи огурцов и томатов: 7,7 руб.* 5 049 769,9 кг=38 883,2 тыс.руб. (огурцы) + 1,5 руб.*1 924 533,0 кг=2 8886,8 тыс.руб. (томаты), где 7,7 и 1,5 составляет разницу между плановой и фактической (с учетом общепроизводственных и управленческих расходов) себестоимостью 1 кг огурцов и томатов).

Кроме того, ответчик указал на нарушение правил подведомственности при рассмотрении настоящего спора.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ГУП Владимирской области комбинат "Тепличный", Департамент сельского хозяйства и продовольствия администрации Владимирской области, Счетная палата Владимирской области.

ГУП Владимирской области комбинат "Тепличный" в заключении по иску указало, что не располагает арифметическим расчетом, на основании которого выведен оценочный убыток в размере 41,8 млн.руб.; выплата премий управленческому персоналу в 2015 и 2016 годах производилась на основании Методики распределения годового премиального вознаграждения в соответствии с ключевыми показателями эффективности ГУП "Тепличный", утвержденной приказом от 03.06.2014 № 341 и Положением о премировании работников ГУП "Тепличный"; оплата труда и социальные гарантии руководителю предприятия регламентировались в соответствии с трудовым договором, заключенным между ДИЗО администрации Владимирской области и ФИО2; выплата премий руководителю и управленческому аппарату соответствовала указанным выше нормативным актам.

Счетная палата Владимирской области в заключении по иску поддержала выводы, изложенные ею в акте от 06.03.2017 о результатах проверки соблюдения установленного порядка управления и распоряжения имуществом, находящимся в государственной собственности Владимирской области, закрепленным за ГУП "Тепличный", а также законности, результативности (эффективности и экономности) использования средств областного бюджета ГУП "Тепличный". Пояснила, что на основании данных бухгалтерского учета ГУП комбинат "Тепличный" Счетной палатой Владимирской области произведен расчет оценочного ущерба в сумме 41,8 млн.руб., нанесенного действиями ФИО2 предприятию в 2016 году, в виде разницы понесенных предприятием расходов на производство продукции (фактическая себестоимость с учетом затрат на оплату труда сотрудников) и полученных от ее реализации доходов.

Департамент сельского хозяйства и продовольствия администрации Владимирской области заключение по иску не представил.

Судом по ходатайству ответчика допрошены в качестве свидетелей сотрудники ГУП "Тепличный" ФИО6, ФИО7, ФИО8; показания свидетелей отражены на материальном носителе аудиозаписей протоколов судебных заседаний.

Рассмотрев материалы дела, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд установил следующее.

ГУП Владимирской области комбинат "Тепличный" зарегистрировано в качестве юридического лица 24.12.2002 за № 547, сведения о нем внесены в ЕГРЮЛ 24.12.2002 за основным государственным регистрационным номером 1023303357660.

Истец является учредителем ГУП "Тепличный"; директором ГУП "Тепличный" в спорный период являлся ФИО2.

Как пояснил истец, 28.04.2017 им получено письмо Счетной палаты Владимирской области от 27.04.2017 № 04-532-05/2-17 о результатах проверки соблюдения установленного порядка управления и распоряжения имуществом, находящимся в государственной собственности Владимирской области, закрепленным за ГУП "Тепличный", а также законности, результативности (эффективности и экономности) использования средств областного бюджета ГУП "Тепличный".

Полагая, что в данном письме и в акте от 06.03.2017 о результатах проверки соблюдения установленного порядка управления и распоряжения имуществом, находящимся в государственной собственности Владимирской области, закрепленным за ГУП комбинат "Тепличный", а также законности, результативности (эффективности и экономности) использования средств областного бюджета ГУП комбинат "Тепличный" Счетной палатой Владимирской области отражены сведения, подтверждающие недобросовестные и неразумные действия ФИО2, которыми причинен ущерб в сумме 41 800 000 руб. в виде разницы между понесенными предприятием расходами на производство продукции (фактическая себестоимость) и полученными от ее реализации доходами, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, оценив доводы сторон, арбитражный суд пришел к следующим выводам. 

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Единоличным исполнительным органом унитарного предприятия является руководитель унитарного предприятия (статья 21 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях").

Статьей 25 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ установлено, что руководитель унитарного предприятия при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах унитарного предприятия добросовестно и разумно. Руководитель унитарного предприятия несет в установленном законом порядке ответственность за убытки, причиненные унитарному предприятию его виновными действиями (бездействием), в том числе в случае утраты имущества унитарного предприятия. Собственник имущества унитарного предприятия вправе предъявить иск о возмещении убытков, причиненных унитарному предприятию, к руководителю унитарного предприятия.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 1 постановления от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Согласно абзацу 7 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (подпункты 1, 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

Согласно пункту 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления данного лица, то есть, в рассматриваемом случае - что у предприятия имелась реальная возможность и необходимость осуществить действия, которые оно не совершило.

Как следует из материалов дела и пояснений истца, предъявленная им сумма убытков представляет собой убытки в виде упущенной выгоды; данная сумма была получена Счетной палатой Владимирской области расчетным путем в виде разницы понесенных ГУП "Тепличный" расходов на производство продукции (фактическая себестоимость, в которую вошли расходы по выплате заработной платы) и полученных от ее реализации доходов; самостоятельный расчет суммы убытков истцом не производился.

По вопросу, касающемуся принятия экономически необоснованных решений.

В соответствии с постановлением Губернатора Владимирской области от 24.01.2007 № 40 "О порядке определения показателей экономической эффективности деятельности государственных унитарных предприятий Владимирской области и хозяйственных обществ, более 50 % акций (долей) которых находятся в государственной собственности области, и ведения их реестра" в составе планов развития государственного сектора экономики Владимирской области на 2015-2016 годы для ГУП "Тепличный" утверждены показатели финансов-хозяйственной деятельности. 

Согласно пункту 5 статьи 14 Закона Владимирской области от 06.11.2001      № 104-ОЗ "О порядке управления и распоряжения имуществом (объектами), находящимся в государственной собственности Владимирской области" руководитель предприятия ежегодно представляет на утверждение органу исполнительной власти области, проводящему государственную политику и осуществляющему исполнительно-распорядительные функции в соответствующей сфере деятельности, бизнес-план развития предприятия.

Как следует из материалов дела (акт от 06.03.2017), Счетной палатой Владимирской области установлено, что плановые показатели экономической эффективности деятельности предприятия в 2015 и 2016 годах, за исключением объема выручки, не были достигнуты; бизнес-план на 2015 год и плановый период на 2016-2017 годы содержал данные о планируемом объеме выручки и стоимости чистых активов предприятия, отличающиеся от плановых показателей, установленных администрацией Владимирской области; план производства, утвержденный директором на 2015 год, выполнен не по всем культурам, на 2016 год – не выполнен.

Также Счетной палатой Владимирской области установлено, что предприятие при оптовой и розничной торговле собственной продукцией применяло следующие виды цен: оптовая цена (применяется при продаже продукции в другие регионы), дистрибьюторская цена (применяется при продаже действующим дистрибьюторам), базовая цена (применяется при продаже субъектам предпринимательства по прямым договорам и через павильон мелкооптовой торговли за наличный расчет), цена для гипермаркетов (супермаркетов) и розничная цена (применяется при розничной торговле); цены на продукцию утверждались приказами директора предприятия; в 2015 году приказом от 01.04.2015 № 224 введено в действие Положение о ценообразовании ГУП "Тепличный", автоматизированная система ценообразования и установлено проведение мониторинга рыночных цен на продукцию, аналогичную продукции предприятия.

Установлено, что утверждаемые директором цены (оптовая, базовая и розничная) отличались от рекомендуемых оптовых и розничных цен, сформированных с помощью автоматизированной системы ценообразования как в сторону уменьшения, так и в сторону увеличения; часть продукции была реализована с установлением цен на отдельные партии продукции приказами директора ниже установленных на текущий период (в акте от 06.03.2017 приведен пример такой реализации продукции за май 2016 года ряду покупателей).

Между ГУП "Тепличный" и ООО "Фруктово-овощной Микс" 17.02.2016 было заключено дистрибьюторское соглашение № 1-Д, предметом которого являлась дистрибуция продукции, приобретенной у ГУП "Тепличный" на основании заявки дистрибьютора по специальным ценам за определенные объемы продаж. 

19.02.2016 между ГУП "Тепличный", ООО "Фруктово-овощной Микс" и ООО "Овощевод" было заключено партнерское соглашение, предметом которого являлась дистрибуция ООО "Овощевод" продукции, приобретенной у ГУП "Тепличный" на условиях дистрибьюторского соглашения от 17.02.2016 № 1.

06.06.2016 между ГУП "Тепличный", ООО "Фруктово-овощной Микс" и ООО "Овощторг" было заключено партнерское соглашение, предметом которого являлась дистрибуция ООО "Овощеторг" продукции, приобретенной у ГУП "Тепличный" на условиях дистрибьюторского соглашения от 17.02.2016 № 1.

Установлено, что 28.05.2016 и 30.05.2016 произведен отпуск продукции дистрибьютору ООО "Фруктово-овощной Микс" по цене ниже дистрибьюторской цены на основании приказов директора ГУП "Тепличный" от 28.05.2016 № 1896 и от 31.05.2016 № 333 "Отпустить отдельные партии продукции"; 02.04.2016, 19.04.2016, 22.04.2016 произведен отпуск продукции дистрибьютору ООО "Овощевод" по цене, ниже установленной дистрибьюторской цены, в отсутствие приказов директора ГУП "Тепличный"

Установлено, что ООО "Фруктово-овощной Микс" в 2016 году нарушены условия оплаты продукции (имеется задолженность).

Установлено, что в 2016 году сократился объем розничной торговли в связи с закрытием 19 торговых точек розничной торговли (павильоны, киоски), с 21.11.2016 фактически не были закрыты 2 торговые точки: павильон на рынке "Ополье" и производственно-торговый комплекс "Садовый центр".

Вместе с тем, предпринимательская деятельность согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется на свой риск, к которому относятся, в том числе, и негативные последствия осуществляемой деятельности.

По смыслу правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 24.02.2004 № 3-П, предпринимательская деятельность представляет собой самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, цель которой - систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке. Субъекты предпринимательской деятельности обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существует объективные пределы возможности судов выявить наличие деловых просчетов. В связи с изложенным судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности.

Как пояснил ответчик в отзыве на исковое заявление и ранее при представлении возражения на акт от 06.03.2017 Счетной палаты Владимирской области, убыток был получен в результате превышения фактических расходов над плановыми, снижения в 2016 году выпуска продукции растениеводства из-за пониженной солнечной активности, незавершенного производства продукции растениеводства в 2015-2016 года, резкого снижения количества покупателей в торговом комплексе в результате ремонта в марте-октябре 2016 года моста через р.Рпень.

Заявляя о ненадлежащем исполнении ФИО2 должностных обязанностей, истец не указал, какие конкретно действия ответчик должен был предпринять, но не предпринял с целью недопущения возникновения у предприятия убытков, в чем конкретно заключается недобросовестность и неразумность действий ФИО2 с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62.

При этом факт реализации продукции ниже рекомендованных рыночных цен установлен, как следует из акта от 06.03.2017 Счетной палаты Владимирской области, на основании данных автоматизированной системы ценообразования, используемой на предприятии. Однако, как указывает в акте от 06.03.2017 Счетная палата Владимирской области, данные в автоматизированную систему ценообразования вносились по итогам телефонных переговоров сотрудников предприятия с иными продавцами аналогичной продукции, то есть указанные данные не подтверждены какими-либо доказательствами. Факт продажи какими-либо иными лицами продукции по определенной цене не свидетельствует о наличии у данного товара именно такой рыночной цены.

Доказательства того, что на момент совершения оспариваемых истцом действий ФИО2 изначально имел умысел на причинение вреда предприятию, в материалах дела отсутствуют, данный довод истца носит предположительный характер, тогда как сама по себе убыточность деятельности юридического лица не влечет за собой безусловное взыскание причиненных убытков с единоличного исполнительного органа.

Кроме того, истцом также не представлено доказательств того, что у предприятия имелась реальная возможность получить сумму упущенной выгоды.

Поскольку представленными в материалы дела доказательствами не подтверждается наличие причинно-следственной связи между причиненными убытками и действиями (бездействиям) ответчика, а также вина ФИО2 в наступивших убытках, суд приходит к выводу о недоказанности наличия всех элементов, необходимых для привлечения ФИО2 к ответственности в виде взыскания убытков в форме упущенной выгоды, причиненных предприятию при осуществлении деятельности в сфере производства и реализации продукции, поскольку спорные действия совершены в рамках осуществления ответчиком предпринимательской деятельности.

По вопросу, касающемуся законности выплаты премий.

Как следует из материалов дела (акт от 06.03.2017), Счетной палатой Владимирской области установлено, что в 2015-2016 годах на основании ежемесячных приказов директора ФИО2 начислялась и выплачивалась ежемесячная премия в виде аванса в счет вознаграждения по нормативу от прибыли; произведено начисление и выплата премий по итогам работы за культурооборот на основании пункта 2.2 Положения о премировании; в апреле 2016 года на основании приказа советника директора начислено и выплачено вознаграждение за результаты хозяйственной деятельности предприятия за 2015 год; в 2016 году в счет запланированной к получению по итогам 2016 года чистой прибыли директору начислено и выплачено вознаграждение за результаты финансово-хозяйственной деятельности предприятия; всего в 2015 году директору выплачены премиальные вознаграждения на общую сумму 227,4 тыс.руб., в 2016 году – 158,9 тыс.руб.

Из перечисленных выше выплат истец считает необоснованной выплату директору предприятия вознаграждения за результаты финансово-хозяйственной деятельности предприятия по итогам 2016 года на сумму 143 200 руб., поскольку по итогам 2016 года предприятием в результате деятельности получен убыток.

Также из акта от 06.03.2017 Счетной палатой Владимирской области следует, что на основании приказа директора ГУП "Тепличный" от 29.02.2016 № 107 семерым сотрудникам предприятия (главному инженеру ФИО9, главному агроному ФИО10, главному специалисту ФИО11, главному бухгалтеру ФИО12, главному экономисту ФИО13, первому заместителю директора ФИО14, советнику директора ФИО15) по результатам производственно-финансовой деятельности за 2015 год начислено годовое премиальное вознаграждение на общую сумму 2 524,1 тыс.руб., выплата произведена на сумму 2 196,0 тыс.руб. При этом в приказе отражено, что расчет вознаграждения произведен на основании Методики распределения вознаграждения. 

Проведя анализ Методики распределения годового премиального вознаграждения в соответствии с ключевыми показателями эффективности ГУП "Тепличный", Счетная палата Владимирской области пришла к выводу, что годовое премиальное вознаграждение на основании данной методики должны было выплачиваться лишь при выполнении всех плановых показателей комбината. Кроме того, данная методика, по мнению Счетной палаты Владимирской области, распространялась лишь на заместителя директора и главного бухгалтера, на остальных сотрудников, получивших премиальное вознаграждение, методика не распространялась.

В силу статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работодатель - физическое либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником.

Согласно статье 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Директор предприятия наделен правами и обязанностями работодателя лишь в отношениях с работниками предприятия; работодателем директора в рассматриваемом случае является Департамент имущественных и земельных отношений администрации Владимирской области.

Любые денежные выплаты, к которым относится и денежная премия генерального директора (директора), производятся исключительно с согласия и на основании выраженного волеизъявления его работодателя, что вытекает из положений статей 2, 21, 22, 57, 129, 135, 136 Трудового кодекса Российской Федерации.

Работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами; при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника (статьи 22, 140 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно статье 191 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине. За особые трудовые заслуги перед обществом и государством работники могут быть представлены к государственным наградам.

Из пункта 4.1 трудового договора между ДИЗО администрации Владимирской области и ФИО2, следует, что оплата труда руководителя состоит из должностного оклада и вознаграждения за результаты финансово-хозяйственной деятельности предприятия. Вознаграждение за результаты финансово-хозяйственной деятельности предприятия выплачивается за счет и в пределах полученной чистой прибыли (остающейся в распоряжении предприятия за вычетом средств, направленных на потребление) за расчетный период, определяемый на предприятии. Выплата вознаграждения может осуществляться по результатам работы за квартал, год, другой расчетный период. Допускаются ежемесячные выплаты вознаграждения в виде аванса в размерах, не превышающих в совокупности 50 % предполагаемой суммы вознаграждения за расчетный период. Наряду с вознаграждением за результаты финансово-хозяйственной деятельности по нормативу от чистой прибыли вводится премирование руководителя за выполнение следующих показателей: 

- за своевременное и качественное выполнение важнейших сельскохозяйственных работ в размере 30 % к фонду заработной платы руководителя;

- за прирост реализации продукции по сравнению с достигнутым уровнем – 2,5 % от полученной суммы выручки за месяц, которая направляется на премирование всего трудового коллектива предприятия пропорционально фактически выплаченной заработной плате каждого, в том числе, руководителя предприятия.

Премирование по этим показателям производится в порядке аванса в счет вознаграждения по нормативу от прибыли. При этом размер премий не должен превышать 6 месячных должностных окладов в год. Расходы на выплату премий за прирост реализации продукции и выполнение важнейших сельскохозяйственных работ относятся на себестоимость продукции. Разница между годовой суммой вознаграждения по нормативу от прибыли и указанными премиями выплачивается за счет прибыли. В целом размер вознаграждения не может быть более 18 должностных окладов в год.

Из материалов дела следует, что оклад руководителя предприятия в 2016 году составлял 49 310 руб. в месяц, следовательно, сумма вознаграждения, не превышающая 6 месячных должностных окладов в год, составляет 295 860 руб. В порядке аванса была выплачена премия в сумме 143 200 руб., что не противоречит условиям пункта 4.1 трудового договора, заключенного с ФИО2 При этом возможности удержания вознаграждения, выплаченного авансом, условиями трудового договора и действующего трудового законодательства не предусмотрено.

Таким образом, суд пришел к выводу об отсутствии противоправности в действиях ФИО2 по получению вознаграждения в сумме 143 200 руб. 

Из трудовых договоров от 05.05.2015 № 78, от 28.11.2011 № 28 (в редакции дополнительного соглашения от 03.04.2015), от 01.04.2015 № 64, от 20.11.2014     № 136, от 12.09.2012 № 47 (в редакции дополнительного соглашения от 03.06.2014), от 29.12.2014 № 188, от 20.10.2014 № 136, от 27.10.2014 № 140, заключенных с главным инженером ФИО9, главным агрономом ФИО16, главным специалистом ФИО11, главным бухгалтером ФИО12, главным экономистом ФИО13, первым заместителем директора ФИО14, советником директора ФИО15, соответственно, следует, что на работника распространяются все виды премирования и выплат в соответствии с коллективным договором; на период действия трудового договора на работника распространяются все гарантии и компенсации, в том числе и по оплате труда, предусмотренные действующим трудовым законодательством и локальными нормативными актами предприятия; годовое премиальное вознаграждение рассчитывается работнику согласно Методике распределения годового премиального вознаграждения в соответствии с ключевыми показателями эффективности ГУП "Тепличный".

В спорный период (2015-2016 годы) коллективный договор на предприятии отсутствовал.

На предприятии действовало Положение о премировании работников ГУП "Тепличный" (утверждено приказом директора от 16.04.2014 № 207), которым установлены следующие виды премий: по результатам работы за месяц, по результатам культурооборота, по результатам выполнения плановых показателей ГУП "Тепличный", годовое вознаграждение, единовременные премиальные выплаты.

Также на предприятии действовала Методика распределения годового премиального вознаграждения в соответствии с ключевыми показателями эффективности ГУП "Тепличный" (утверждена приказом от 03.06.2014 № 341 во исполнение Методических указаний по применению ключевых показателей эффективности государственными корпорациями, государственными компаниями, государственными унитарными предприятиями, а также хозяйственными обществами, в уставном капитале которых доля участия РФ, субъекта РФ в совокупности превышает 50 %, утвержденных Росимуществом 03.04.2014). В данной Методике установлены порядок распределения премиального фонда для работников предприятия, порядок расчета премиального вознаграждения, весовые значения и перечень ключевых показателей эффективности.

В приказе от 03.06.2014 № 341 об утверждении Методики распределения годового премиального вознаграждения в соответствии с ключевыми показателями эффективности ГУП "Тепличный" отражено, что данная методика применяется для расчета премиального годового вознаграждения по итогам работы за год для заместителей директоров и главного бухгалтера.

В методике установлено, что для премирования работников используется весовые значения и перечень ключевых показателей эффективности согласно приложения № 1; расчет годового премиального вознаграждения (ГПВ) определяется по формуле ГПВ=РБ*АКР*КR, где РБ – расчетная база  для начисления годового премиального вознаграждения, АКР – агрегированный коэффициент (процент премиального вознаграждения), КR – корректирующий коэффициент, принимающий значения от 0,8 до 1,1 и определяющий личный вклад работников в достижение показателей деятельности предприятия (устанавливается директором предприятия).

29.02.2016 директором предприятия был издан приказ № 107 о начислении заместителю директора ФИО14, главному бухгалтеру ФИО12, главному экономисту ФИО13, главному агроному ФИО10, главному инженеру ФИО17, главному специалисту коммерческой службы ФИО11, советнику директора ФИО15 годового премиального вознаграждения в соответствии с Методикой распределения годового премиального вознаграждения в соответствии с ключевыми показателями эффективности ГУП "Тепличный"; установлены корректирующие коэффициенты для каждого из сотрудников.

Истец полагает, что у ответчика не имелось оснований для издания указанного выше приказа и выплаты премий всем семерым сотрудникам в связи с тем, что по итогам деятельности в 2015 году плановые показатели эффективности, кроме показателя "выручка от продажи товаров, продукции, работ, услуг" не были выполнены. Кроме того, по мнению истца, ответчик неправомерно распространил действие Методики на иных сотрудников кроме заместителя директора и главного бухгалтера.

Вместе с тем, из содержания Методики не следует, что расчет годового премиального вознаграждения по изложенной в ней формуле возможно производить лишь при одновременном достижении предприятием всех ключевых показаний эффективности деятельности. Напротив, в пункте 3.3 методики отражен расчет исполнения "доходных" и "объемных" показателей ключевых показателей эффективности в зависимости от процента их выполнения. 

В отношении распространения действия Методики на иных сотрудников кроме заместителя директора и главного бухгалтера, суд полагает, что истцом не доказан факт причинения ответчиком предприятию убытков в результате этих действий. Как следует из норм трудового законодательства, трудовых договоров с ФИО13, ФИО10, ФИО17, ФИО11, ФИО15, Положения о премировании работников ГУП "Тепличный", данные лица имели право на получение годового премиального вознаграждения по итогам 2015 года. Какого-либо расчета, подтверждающего, что фактически выплаченное годовое премиальное вознаграждение превышает сумму установленного законом, трудовыми договорами и локальным нормативным актом вознаграждения, причитающегося указанным выше лицам, истцом в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. 

Кроме того, согласно пунктам 2.3.7, 2.3.9 трудового договора, заключенного со ФИО2, руководитель заключает, изменяет и прекращает трудовые договоры с работниками, определяет систему оплаты труда работников; применяет к работникам меры дисциплинарного взыскания и поощрения. При этом ограничения его полномочий в отношении спорных сотрудников не предусмотрено.

В статье 191 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии).

Согласно части 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации выплаты, указанные в статье 191 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Положения Трудового кодекса Российской Федерации, в частности статьи 21 и 22 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривают право работников на получение выплат стимулирующего характера, исходя из результатов производственно-хозяйственной деятельности общества и с учетом усиления материальной заинтересованности работников в повышении качества выполняемых работ и увеличения производительности труда.

Соответственно, заработная плата и иные материальные выплаты работникам следует рассматривать в качестве экономически оправданных расходов (издержек) любого работодателя и, при условии обоснований их получения и разумности, данные выплаты не могут сами по себе рассматриваться в качестве убытков.

С учетом изложенного, оценив приставленные в дело доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации суд пришел к выводу о недоказанности истцом того, что действия ответчика по начислению и выплате премий сотрудникам предприятия были совершены исключительно в собственных интересах.

Довод ответчика о неподведомственности спора арбитражному суду подлежит отклонению в связи со следующим.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", дела о взыскании убытков с руководителя организации (в том числе бывшего) рассматриваются судами общей юрисдикции и арбитражными судами в соответствии с правилами о разграничении компетенции, установленными процессуальным законодательством (часть 3 статьи 22 ГПК РФ, пункт 2 части 1 статьи 33 и пункт 3 статьи 225.1 АПК РФ).

В соответствии с частями 3, 4 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, в том числе по искам учредителей, участников, членов юридического лица о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, и по спорам, связанным с ответственностью лиц, входящих или входивших в состав органов управления и органов контроля юридического лица.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом с учетом положений пункта 4 статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации споры по искам о привлечении к ответственности лиц, входящих или входивших в состав органов управления юридического лица, в том числе в соответствии с абзацем первым статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации, являются корпоративными, дела по таким спорам подведомственны арбитражным судам (пункт 2 части 1 статьи 33 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и подлежат рассмотрению по правилам главы 28.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", споры, связанные с созданием государственных и муниципальных унитарных предприятий, государственных корпораций, корпораций в формах коммерческих организаций, управлением ими или участием в них, а также в ассоциации (союзе) коммерческих организаций, иной некоммерческой организации, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей, некоммерческой организации, имеющей статус саморегулируемой организации в соответствии с федеральным законом и объединяющей субъектов предпринимательской деятельности (корпоративные споры), рассматриваются арбитражными судами (пункт 1 статьи 2, пункт 2 статьи 50, статья 65.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункт 4.1 статьи 33, статья 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Иные корпоративные споры, связанные с созданием, управлением или участием в других корпорациях, являющихся некоммерческими организациями, рассматриваются судами общей юрисдикции (пункт 3 статьи 50, пункт 1 статьи 65.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).

Материалами дела подтверждается правовой статус истца как коммерческой организации, осуществляющей свою деятельность в соответствии с Федеральным законом от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", имеющего в качестве цели деятельности извлечение прибыли.

Рассматриваемый иск учредителя коммерческой организации заявлен к его бывшему руководителю исходя из его действий, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Таким образом, исходя из субъектного состава лиц, участвующих в деле, и правовой природы иска, спор относится к подведомственности арбитражного суда.

Расходы по государственной пошлине в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации распределению не подлежат в связи с освобождением истца от ее уплаты. 

Руководствуясь статьями 17, 110, 167-171, 180, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд      

Р Е Ш И Л :

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Владимирской области в срок, не превышающий месяца с момента его вынесения.  

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                  В.В.Романова