ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-106341/2021

30 сентября 2024 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 сентября 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Тарасовой М.В.,

судей Кротова С.М., Морозовой Н.А.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вороной Б.И.,      

при участии:

от конкурсного управляющего – представителя ФИО1 (доверенность от 28.05.2024), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (регистрационный номер 13АП-16113/2024) и ФИО3 (регистрационный номер 13АП-16111/2024) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2024 по обособленному спору №А56-106341/2021/суб.1 (судья Овчинникова Н.Ю.), принятое  по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО Группа Компаний «Сфера», 

 

ответчики:  ФИО2, ФИО3, ФИО5, 

 

установил:

ООО «Автотехснаб35» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ООО ГК «Сфера»  (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 18.12.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением  арбитражного суда от 22.03.2022 (резолютивная часть объявлена 15.03.2022) в отношении ООО ГК «Сфера» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6 - член Ассоциации арбитражных управляющих саморегулируемая организация «Центральное агентство арбитражных управляющих».

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 02.04.2022.

Решением от 07.07.2022 (резолютивная часть объявлена 05.07.2022) арбитражный суд прекратил процедуру наблюдения в отношении ООО ГК «Сфера»,  признал его несостоятельным (банкротом), открыл в отношении должника конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим ФИО6.

Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» 16.07.2022. 

Определением арбитражного суда от 14.11.2022 (резолютивная часть объявлена 01.11.2022) арбитражный управляющий ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО ГК «Сфера»; новым конкурсным управляющим ООО ГК «Сфера» утвержден ФИО4.

В арбитражный суд 14.12.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника контролирующих должника лиц – ФИО5, ФИО2, ФИО3.

Определением от 04.04.2024 указанные лица привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ГК «Сфера»; производство по заявлению в части установления размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами ООО ГК «Сфера».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО7 и ФИО8 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение от 04.04.2024 отменить в части привлечения их к субсидиарной ответственности, принять в указанной части новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

ФИО8 утверждает, что передал все документы, имеющиеся в его распоряжении конкурсному управляющему, а также добросовестно исполнял обязанности руководителя должника, предпринимал действия по расчетам с кредиторами. Апеллянт ссылается на наличие разногласий с учредителем ООО ГК «Сфера» ФИО5 и невозможность влияния на его решения, а также то, что ожидал финансирования бизнеса со стороны партнеров нового учредителя. Сделка не состоялась по независящим от ФИО8 причинам. Апеллянт обращает внимание, что в период руководства должником не приобретал никакого имущества ни в свою собственность, ни в пользу родственников, принимал решения исключительно на благо фирмы. ФИО8 настаивает на том, что вкладывал личные денежные средства на развитие бизнеса. По мнению ответчика, причиной банкротства являются недобросовестные действия ООО «Автотехснаб35», которое обратилось в суд с заявлением о признании должника банкротом, имея в своем распоряжении запчасти ФИО8, по стоимости превышающие сумму долга перед ООО «Автотехснаб35». Податель жалобы полагает, что привлечение его к субсидиарной ответственности недопустимо, поскольку последний вел себя добросовестно и благоразумно, а проблемы должника вызваны действиями нового участника и пандемией коронавируса. ФИО8 рассчитывал на преодоление кризиса и возможность расчета с кредиторами.

ФИО7 в апелляционной жалобе дублирует доводы своего супруга – ФИО8

В отзыве конкурсный управляющий возражает по доводам ответчиков, ссылается на непередачу документации и товарно-материальных ценностей, голословность утверждений о том, что ФИО8 предлагал заключить мировое соглашение, направлял письмо управляющему о готовности передать имущество. ФИО8 не получает корреспонденцию по указанному им адресу, а его номер телефона является недействующим, в заседаниях не появляется. Связи с управляющим ответчики не поддерживают. Дебиторская задолженность в размере 1 000 000 рублей, на которую ссылаются ответчики, управляющим не выявлена (только на 658 247,75 рублей), ведется активная работа по взысканию задолженности. Доказательств номинального статуса ФИО7 в дело не представлено. Готовность ответчиков расплатиться по обязательствам ООО ГК «Сфера» запчастями, по мнению управляющего, подтверждает их недобросовестность, поскольку супруги удерживают у себя имущество должника до настоящего времени, не называя место хранения запасов, не передавая имущество конкурсному управляющему для инвентаризации и оценки.

Определением от 24.07.2024 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отложил рассмотрение апелляционных жалоб на 25.09.2024, предложив их подателям представить дополнительные пояснения и доказательства.

В суд апелляционной инстанции от ФИО8 поступили дополнительные пояснения, которые он просит принять в качестве объяснений и его супруги, по существу дублирующие доводы апелляционной жалобы; конкурсным управляющим представлены возражения по ним.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, приведенные в отзывах и письменных возражениях.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения от 04.04.2024 проверена в апелляционном порядке в пределах доводов, заявленных подателями жалоб (обоснованность привлечения ФИО8 и ФИО7 к субсидиарной ответственности).

Исследовав доводы подателей апелляционных жалоб, правовую позицию конкурсного управляющего в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц в период с 07.09.2017 по 30.05.2019 ФИО7 являлась единственным участником ООО ГК «Сфера», а также с 07.09.2017 по 01.09.2020 – его руководителем. 

С 30.05.2019 ФИО7 реализовала 50% доли участия в уставном капитале должника ФИО5, а 14.04.2021 – вышла из состава участников общества.

Супруг  ФИО7 – ФИО8 руководил ООО ГК «Сфера» с 01.09.2020 (сменил свою супругу в этой должности) и до момента признания должника банкротом.

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, конкурсный управляющий указал на следующие основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности:

- неисполнение обязанности руководителями должника по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании ООО ГК «Сфера» банкротом; неисполнение участниками обязанности по созыву общего собрания для принятия решения в соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве (статья 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)); 

- неисполнение ФИО8 обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, что повлекло за собой затруднительность формирования конкурсной массы и невозможность погашения требований кредиторов, а также ненадлежащее ведение ФИО8 и ФИО9 бухгалтерской отчетности (за 2021 год ни годовая, ни квартальная отчетность не сдавались) (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Удовлетворяя заявленные к апеллянтам требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 Постановления N 53).

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Наличие неисполненного обязательства перед кредиторами не свидетельствует о наступлении критического момента, с которым Закон о банкротстве связывает необходимость подачи заявления о признании должника банкротом, поскольку факт наличия определенной кредиторской задолженности сам по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Конкурсным управляющим указано, что признаки объективного банкротства возникли у ООО ГК «Сфера» с 25.10.2019 (дата направления претензии ООО «Технодорсервис» по договору поставки товара на общую сумму 6 500 000 рублей, из которых должником возвращены только 1 500 000 рублей, товар не поставлен в полном объеме, задолженность с учетом уточнений взыскана решением арбитражного суда от 02.09.2020 по делу №А56-24428/2020 и установлена в реестре требований кредиторов ООО ГК «Сфера»).

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве наступила через месяц, то есть 25.11.2019.

При этом конкурсный управляющий ссылается на задолженность, установленную в судебном порядке перед иными кредиторами, возникшую после истечения срока на подачу заявления о банкротстве ООО ГК «Сфера», а именно: долг перед ООО «БалтИнтерКарго», ИП ФИО10, ООО «Магазин больших машин», ООО «Автотехснаб», ООО «Техзапчасть», ООО «Бродвей Сервис», ООО «Промстрой».

В указанный период полномочия руководителя ООО ГК «Сфера» осуществляли последовательно ФИО9 до 01.09.2020, а затем ФИО8, которые не могли осознавать факт наращивания кредиторской задолженности с 2019 года, не сдавшие к тому же бухгалтерскую отчетность за 2021 год, на что обратил внимание конкурсный управляющий. 

Доводы подателей жалоб (далее также – ответчики) в указанной части не создают оснований для отмены судебного акта. Тот факт, что бухгалтерская отчетность за 2021 год не сдавалась, апеллянты не отрицают и не поясняют причин нарушения такой обязанности. Апелляционный суд исходит из того, что если бы наличие задолженности в полном объеме и надлежащим образом отражалось в соответствующей отчетности, то факт убыточной хозяйственной деятельности ООО ГК «Сфера» был бы руководителям, как и всем третьим лицам, имеющим доступ к ней, очевиден. 

Так, в бухгалтерской отчетности за 2020 год (л.д. 105) размер кредиторской задолженности отражен 3 799 тыс рублей, тогда как к указанному периоду времени уже образовалась просроченная задолженность не только перед ООО «Технодорсервис» в указанном размере, но также и задолженность перед  ООО «БалтИнтерКарго» в размере 1 348 тыс рублей (дата направления претензии 02.06.2020),  ООО «Магазин больших машин» в размере 679,9 тыс рублей (претензия направлена 01.09.2020), ООО «Автотехснаб» в размере 549,6 тыс рублей (претензия направлена 20.11.2020),  ООО «Техзапчасть» в размере 540,7 тыс рублей (претензия направлена 18.11.2020). Таким образом, по итогам 2020 года размер кредиторской задолженности очевидно был отражен в бухгалтерской отчетности недостоверно и составлял не менее 6 917,2 тыс  рублей, и превышал размер отраженных активов более, чем на 2 млн рублей. 

Анализ отчетности за 2019 год позволяет сделать вывод, что в случае надлежащего отражения в составе пассивов задолженности перед ООО «Технодорсервис» (просрочка исполнения обязательств наступила 25.10.2019) ее общий размер составлял не 10 231 тыс рублей, а 14 030 тыс рублей, очевидно превышает балансовую стоимость активов (11 105 тыс рублей). 

Таким образом, вывод суда первой инстанции, основанный на анализе фактических обстоятельств конкурсного управляющего, о том, что после 25.10.2019 для контролирующих должника лиц была очевидна ситуация невозможности исполнения обязательств перед кредиторами за имеющихся активов, является верным. ФИО7, не обратившись с заявлением о банкротстве должника в срок до 25.11.2019, а затем с 01.09.2020 и ФИО8, руководители сознательно допускали наращивание кредиторской задолженности в 2020 и в 2021 годах, создавая видимость благополучного финансового положения должника посредством отражения недостоверных сведений в бухгалтерской отчетности. В период полномочий ФИО7 возникла задолженность перед ООО «БалтИнтер-Карго» и ООО «Магазин больших машин». После вступления ФИО8 в должность генерального директора, возникла задолженность перед ООО «Автотехснаб», ООО «Техзапчасть», ИП ФИО10, ООО «Бродвей сервис» и  ООО «Промстрой».  

Ссылка апеллянтов на то, что ООО «Технодорсервис» было возвращено 1,5 миллиона рублей, не опровергается указанным  кредитором. Данное обстоятельство прямо отражено в судебном акте по делу №А56-24428/2020 и не может свидетельствовать о том, что оснований для подачи ООО ГК «Сфера» в суд с заявлением о банкротстве в исследуемый период не имелось. 

Утверждения ответчиков о том, что у ООО «Автотехснаб», как и у иных кредиторов находятся в залоге запчасти должника не подтверждены документально, не соответствуют принятым судебным актам о включении требований кредитора в реестр. 

В оправдание своего бездействия податели жалоб указывают на то, что ожидали поступления финансовой помощи от партнеров нового соучредителя, потому не обращались в суд с заявлением о банкротстве, однако каких-либо конкретных доказательств в подтверждение разумности своего ожидания не представили. 

Равным образом не предъявлено и документальных доказательств наличия активов у ООО ГК «Сфера», сведений о месте их нахождения, не раскрыто содержание мероприятий, которые проводились в целях реализации плана выхода из финансового кризиса, не приведены доказательства совершения реальных действий по выполнению такого плана. 

Непередача конкурсному управляющему активов в виде запасов и несообщение сведений об их месте нахождения позволяет усомниться в их существовании, поскольку последний раз активы должника в виде запасов отражались в бухгалтерском балансе за 2019 год. 

По существу доводы подателей жалоб сводятся к несогласию с определением  суда первой инстанции и носят характер субъективной оценки реального финансового положения подконтрольного общества, которая не имела под собой разумных оснований. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно усмотрел совокупность условий, необходимой для привлечения ФИО9 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО ГК «Сфера» на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Другим основанием конкурсный управляющий указал неисполнение обязанности по передаче ему хозяйственной документации ООО ГК «Сфера» в полном объеме, ненадлежащее ведение  бухгалтерской отчетности. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, а в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - постановление Пленума №53).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России, к моменту введения наблюдения (признания должника банкротом) отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документов (отсутствие в них полной информации или наличие в документах искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска, при этом, как ранее, так и в настоящее время, действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что, скрывая, уничтожая, искажая, производя иные манипуляции с названной документацией, руководитель утаивает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение управляющего и кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Непосредственно причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Вступившим в законную силу определением суда от 10.07.2023 по обособленному спору №А56-106341/2021/истр.1 удовлетворено заявление временного управляющего об истребовании копий бухгалтерской и иной документации. На бывшего руководителя ООО ГК «Сфера» ФИО8 возложена обязанность передать временному управляющему испрашиваемые сведения и документы.

Конкурсный управляющий не отрицает тот факт, что его правопредшественник ФИО6 передал ему по акту приема-передачи документы, полученные от ФИО8, а также печать организации. Однако документация общества предоставлена бывшим руководителем не в полном объеме, как и товарно-материальные ценности ООО ГК «Сфера».

Суть доводов ответчиков в указанной части сводится лишь к тому, что все имеющиеся документы переданы ФИО6, восстановление их невозможно, некоторые запчасти находятся во владении ФИО8, но апеллянт считает их личной собственностью. Апелляционный суд отмечает, что подобные заявления без надлежащих доказательств не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь свидетельствуют о несогласии с ними.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО8 должен нести ответственность за неисполнение  обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, что повлекло за собой затруднительность формирования конкурсной массы и невозможность погашения требований кредиторов.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, обжалуемое определение соответствует обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2024 по обособленному спору №А56-106341/2021/суб.1 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

С.М. Кротов

 Н.А. Морозова