ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-83433/2016сд

20 июля 2018 года

г. Санкт-Петербург

.1

Резолютивная часть постановления объявлена     11 июля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 июля 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Зайцевой Е.К.

судей  Аносовой Н.В., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  Прониным  А.Л. 

при участии:  

от конкурсного управляющего ООО  «ИРСЭТ-Центр»: представителя Мурашова   А.Г. (доверенность от  22.02.2018) 

от ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные системы»:  конкурсного управляющего Зернова   Н.Н. (решение суда от  04.06.2018)   

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 13АП-10864/2018) конкурсного управляющего  ООО  «ИНТЕР РАО Светодиодные системы» Белокопыта А.В. на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2018  по делу № А56-83433/2016/сд.1 (судья  Кузнецов Д.А.), принятое 

по заявлению конкурсного управляющего должником о признании сделки недействительной 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО  «ИРСЭТ-Центр», 

ответчик: ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные системы»  

третьи лица: 

1. временный управляющий ответчика Зернов Николай Николаевич, 

2.ЗАО  «Светлана-Оптоэлектроника» 

3. конкурсный управляющий ЗАО  «Светлана-Оптоэлектроника»  Маланин Р.С.,

установил:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества ограниченной ответственностью «ИРСЭТ-Центр» (далее – должник) конкурсный управляющий Белокопыт Алексей Васильевич обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительной сделкой договор о передаче полномочий исполнительного органа общества управляющей организации открытому акционерному обществу «ИНТЕР РАО Светодиодные системы» (далее – ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные системы», ответчик) и оказании услуг в области управления от 31.03.2016 с учетом дополнительного соглашения к нему от 01.07.2016 № 1, а  также о  применении последствий недействительности указанной сделки.

	В ходе судебного разбирательства конкурсный управляющий уточнил  заявление, просил в качестве применения последствий недействительности  сделки взыскать с ответчика в пользу должника 13 734 000 руб., поскольку на основании оспариваемого договора ответчику перечислена указанная сумма (представлены платежные поручения с указанием соответствующего назначения платежа). Уточнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

	Определением от 04.04.2018 суд признал недействительной сделкой договор от 31.03.2016 (в редакции дополнительного соглашения от 01.07.2016 № 1) о передаче полномочий исполнительного органа должника управляющей организации и оказании услуг в области управления, заключенный между ООО  «ИРСЭТ-Центр» и ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные системы», взыскал с ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные системы» в пользу ООО «ИРСЭТ-Центр» 13 734 000 руб.

	 На указанное определение ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные системы» подана апелляционная жалоба, в которой ее податель просит отменить  определение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2018 по делу № А56-83433/2016/сд. 1, принять по делу новый судебный акт,  в удовлетворении заявления о признании недействительным Договора о передаче полномочий исполнительного органа общества управляющей организации и оказании услуг в области управления от 31.03.2016 и применении последствий недействительности сделки отказать.

	ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные Системы» считает определение суда  от 04.04.2018 по делу № А56-83433/2016/сд.1 незаконным и необоснованным, принятым с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела.

	 В апелляционной жалобе ее  податель  указывает, что  договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющей организации и оказании услуг в области управления между должником и ответчиком (Управляющая организация) был заключен 31.03.2016. На момент заключения договора должник не обладал признаками банкротства. Признаки банкротства должника наступили только 20.09.2016, при этом необходимо также учитывать, что должник является поручителем по кредиту, а не основным должником, и неплатежеспособность должника не возникла бы, если бы основной должник (ОАО «Светлана-ЛЕД») расплачивался по кредиту перед ПАО «Сбербанк России» своевременно.

	Судом первой инстанции сделан необоснованный вывод о том, что заключение договора причинило должнику убытки, поскольку должностной оклад генерального директора должника составлял 135 000 руб., а вознаграждение Управляющей организации (ответчика) составляло (с 01.04.2016 по 30.06.2016) - 15 млн. руб. в год, включая  НДС, после заключения дополнительного соглашения к Договору (с 01.07.2016) - 7,5 млн. руб. в год, включая НДС. При этом судом не   были учтены следующие существенные обстоятельства, связанные с коммерческой   целесообразностью передачи управляющей организации (ответчику) полномочий единоличного исполнительного органа должника. Формирование, в рамках проекта «Российские светодиодные системы» единого центра производства, закупок и продаж на базе ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные Системы». Стоимость услуг Управляющей компании определяется из расчета стоимости затрат на содержание административного персонала управляемой организации (должника) пропорционально возможному объему оказываемых услуг по управлению. Оспариваемый договор содержит, помимо обязанностей единоличного исполнительного органа, обязательства Управляющей организации по оказанию бухгалтерского, финансово-экономического и юридического сопровождения деятельности должника, обязательства по материально-техническому снабжению, организации продвижения продукции должника и другие (п. 3.3 Договора). В связи с чем, экономическая выгода договора заключалась в снижении затрат должника на Фонд оплаты труда. Персонал должника был переведен в Управляющую организацию. Численность административно-управленческого персонала была оптимизирована до необходимого уровня.

	Судом сделан вывод о неравноценности встречного предоставления по договору без исследования обстоятельств дела и без документальных подтверждений. Конкурсный управляющий в обоснование своей позиции о неравноценности не подтвердил свои доводы документально: не представил суду иных договоров управления, содержащих более низкую цену по сравнению с оспариваемым договором, не подтвердил свою позицию отчетом независимого оценщика о завышенной цене договора.

	Судом первой инстанции не были надлежащим образом исследованы отчеты Управляющей организации по договору, подтверждающие разумность и обоснованность заключения договора, а также равноценность встречного предоставления по нему. Суд сделал неправомерный вывод о нецелесообразности заключения договора, исходя из дополнений конкурсного управляющего к возражениям на отзыв ответчика по делу.

	Конкурсный управляющий  должником  представил  отзыв на апелляционную жалобу, в котором  просит  в удовлетворении апелляционной жалобы  отказать.

	 В судебном заседании представитель ОАО «ИНТЕР РАО Светодиодные Системы»  доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.

	 Представитель конкурсного управляющего ООО «ИРСЭТ-Центр» против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве. 

	Законность и обоснованность обжалуемого определения  проверены в апелляционном порядке.

	 Как следует из материалов дела, определением от 09.03.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден Белокопыт Алексей Васильевич. Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 11.03.2017.

	Решением от 16.08.2017 (объявлена резолютивная часть) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден Белокопыт А.В. Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 26.08.2017.

	30.10.2017 в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должником с заявлением, уточненным в ходе судебного разбирательства,  о признании недействительной сделкой договор о передаче полномочий исполнительного органа общества управляющей организации и оказании услуг в области управления от 31.03.2016 с учетом дополнительного соглашения к нему от 01.07.2016 № 1, и просил применить последствия недействительности указанной сделки, взыскать  с ответчика в пользу должника 13 734 000 руб., поскольку на основании оспариваемого договора ответчику перечислена указанная сумма (представлены платежные поручения с указанием соответствующего назначения платежа).

	 Судом первой инстанции  установлены следующие обстоятельства: 

	31.03.2016 сторонами заключен договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющей организации и оказании услуг в области управления, согласно которому должник (общество) передает, а ответчик (управляющая организация) принимает предусмотренные законодательством Российской Федерации, уставом общества и внутренними документами общества полномочия единоличного исполнительного органа общества в порядке и на условиях, установленных законодательством Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества и договором.

	Для достижения целей договора управляющая организация выполняется следующие задачи: достижение показателей утвержденного годового производственного и финансового плана общества; повышение эффективности деятельности общества; оптимизация основных бизнес-процессов общества; стабильность финансово-экономического положения общества; расширение рынка сбыта товаров и услуг общества; развитие производственных мощностей общества (пункт 2.2 договора).

	Согласно разделу 6 договора стоимость услуг составляет 15 000 000 руб. за

календарный год.

	01.07.2016 между сторонами подписано дополнительное соглашение к договору, согласно которому стоимость услуг по договору составляет 7 500 000руб. за календарный год.

	Ответчиком представлены в материалы дела акты оказанных услуг по договору за период с 30.04.2016 по 15.08.2017, отчеты об оказанных услугах за апрель – декабрь 2016 года (пункт 7.1 договора).

	Конкурсным управляющим в материалы дела представлены копии платежных поручений в подтверждение перечисления денежных средств в пользу ответчика.

	Из заявления конкурсного управляющего следует, что до заключения оспариваемого договора функции единоличного исполнительного органа выполнял генеральный директор с должностным окладом 135 000 руб. до налогообложения, что, по мнению конкурсного управляющего, в 10 раз меньше, чем вознаграждение ответчика.

	Конкурсный управляющий также полагает, что ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику, поскольку является собственником 100% долей в уставном капитале единственного участника должника, а также лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа – ЗАО «Светлана-Оптоэлектроника»; на момент совершения сделки ответчик отвечал признакам несостоятельности в связи с неисполнением им мирового соглашения между заявителем по делу и иными лицами; установленный размер вознаграждения, в том числе после его уменьшения, является чрезмерным, экономически не обоснованным и не отвечает интересам должника; экономический смысл совершения оспариваемого договора, а также положительный результат от деятельности ответчика отсутствовал, в связи с чем имело место злоупотребление правом со стороны участников сделки.

	 Ответчик  представил в суд возражения на заявление, из которых следовало, что он считает не доказанным довода заявителя относительно наличия у должника на момент совершения оспариваемой сделки  признаков банкротства в связи с неисполнением мирового соглашения от 22.09.2015, заключенного с заявителем по делу; признаки банкротства у должника наступили только 20.09.2016 (должник является поручителем по мировому соглашению, а не основным должником); заключение оспариваемого договора не причинило убытки должнику, поскольку должностной оклад генерального директора должника составлял 135 000 руб., а вознаграждение ответчика составляло 15 000 000 руб. (01.04.2016 – 30.06.2016) и 7 500 000 руб. (с 01.07.2016), с 01.07.2016 расходы должника на оплату вознаграждения снижены в два раза; оспариваемая сделка для должника была выгодна; конкурсный управляющий необоснованно ссылается на отсутствие отчетов ответчика по договору, поскольку бухгалтерская и иная документация, печать должника предоставлены конкурсному управляющему 01.09.2017, оставшиеся документы, в том числе акты и отчеты по оказанным услугам по оспариваемому договору ответчик готов передать конкурсному управляющему в любой момент (к документам о выплате возражения приложены акты оказанных услуг по договору управления и отчеты по договору управления).

	Конкурсным управляющим также представлены возражения на отзыв должника, согласно которым за 2013 – 2016 годы должник не имел оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств; ожидаемый положительный экономический эффект после передачи полномочий управляющей компании не был достигнут, а финансово-хозяйственная политика управляющей компании привела к банкротству должника; при наличии неисполненных обязательств перед заявителем по делу, а впоследствии в процедуре наблюдения ответчик перечислял себе вознаграждение по спорному договору (установленное законом и судом вознаграждение временному управляющему не выплачивалось); ответчик авансировал себе выплату вознаграждения, поскольку вознаграждение за период с 31.03.2016 по 16.08.2017 составляет 11 552 419 руб. 35 коп., а ответчик получил 13 734 000 руб.; заключение и исполнение оспариваемого договора направлено исключительно на вывод денежных средств должника и уменьшение конкурсной массы. 

	27.03.2018 от конкурсного управляющего поступили дополнения к возражениям, согласно которым после ознакомления с отчетами ответчика за период с апреля по декабрь 2016 года он не усмотрел  оснований для признания размера вознаграждения разумным и обоснованным с учетом объема, сложности и ожидаемого результата предположительно оказываемых услуг; отчеты представляют собой типовые формы, в которых имеется перечень предположительно оказанных услуг повторяется и не подтверждается документально; на протяжении всего отчетного периода ответчик занимался формированием и внедрением системы себестоимости, форсированием бюджета и планированием доходов и расходов, которые так и не были завершены; работы по дебиторской задолженности не соответствуют действительности (взыскание

просроченной задолженности осуществлялось в 2014 году, а взыскание с общества с ограниченной ответственностью «Гурфин» и общества с ограниченной

ответственностью «Торговый Альянс» не производилось; анализ сделок, подготовка правовых заключений, выполнение претензионно-исковой работы отсутствует и не подтверждается документально (их указание в отчете носит формальный характер; за период с апреля по декабрь 2016 года написано 20 писем, выдано 19 доверенностей и издано 8 локальных актов; взаимодействие с регистратором, осуществляющим ведение реестра акционеров общества не имеет отношения к должнику ввиду иной организационно-правовой формы; подготовка и сдача бухгалтерской отчетности, работа по дебиторской и кредиторской задолженности, исчисление и оплата налогов выполнялись не ответчиком, а главным бухгалтером должника; иные услуги, перечисленные в отчетах, носят обобщенный, не информативный характер, отсутствуют доказательства выполнения указанных функций и практический результата в виде

положительного экономического эффекта для должника; сводный отчет за 2017 год на собрание участников общества не представлялся, не был рассмотрен и утвержден, что также свидетельствует, что должник не получил равноценного встречного исполнение за выплаченное вознаграждение ответчику.

	Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, оценив позиции участвующих в деле лиц, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленных требований и наличии оснований, установленных Законом о банкротстве для признания сделки недействительной.

	Суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы и считает, что суд первой инстанции при вынесении определения обоснованно исходил из следующего.

	В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

	В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

	Требования о признании недействительными сделок должника вправе предъявлять в арбитражный суд от своего имени конкурсный управляющий. Рассмотрение таких требований арбитражных управляющих осуществляется судами по правилам, предусмотренным Главой III.1 Закона о банкротстве (нормы статьи 61.9 Закона о банкротстве).

	Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

	Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом либо после возбуждения дела о банкротстве может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

	Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

	Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 9 постановления N 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

	В рассматриваемом обособленном споре с учетом представленных конкурсным управляющим документов суд первой инстанции обоснованно признал оспариваемую сделку, как неравноценную со стороны  ответчика, том числе ввиду несоразмерного вознаграждения ответчика за спорный период (с учетом дополнительного соглашения) по сравнению с оплатой труда генерального директора в месяц.

	Подателем апелляционной жалобы эти выводы суда первой инстанции не опровергнуты.

	Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

	Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед

совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

	Пунктом 5 постановления Пленума № 63 предусмотрено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

	В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью

причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления).

	В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

	В силу пункта 7 постановления Пленума № 63 и в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

	Суд первой инстанции также правомерно отразил, что оспариваемая сделка совершена с заинтересованным лицом в течение шести месяцев  до возбуждения дала о банкротстве.  При этом доказательств целесообразности заключенной сделки, а также положительного результата от заключения сделки с учетом анализа отчетов, представленных конкурсным управляющим должником, в материалы дела не представлено.   Заключение оспариваемого  договора повлекло уменьшение имущества должника в преддверии банкротства. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

	Поскольку экономическая нецелесообразность  заключения оспариваемого договора  доказана конкурсным управляющим, условия оспариваемого договора свидетельствуют о неравноценности встречного исполнения в худшую для должника сторону, суд первой инстанции  пришел к обоснованному  выводу о наличии  правовых основания для признания данной сделки недействительной в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

	Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

	Суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении заявления конкурсного управляющего  фактические обстоятельства судом первой инстанций установлены правильно, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы ответчика не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. Конкурсным управляющим доказан факт совершения сделки в условиях неравноценности встречного исполнения и в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

	При изложенных выше обстоятельствах оспариваемое определение является законным и обоснованным, в силу чего отсутствуют основания для его отмены или изменения.

	Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 04.04.2018 по делу №  А56-83433/2016  оставить  без изменения, а апелляционную жалобу  - без удовлетворения. 

	Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Е.К. Зайцева

 

Судьи

Н.В. Аносова

 И.Ю. Тойвонен