ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Город Москва

Дело № А41-74271/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 14.08.2017

Полный текст постановления изготовлен  21.08.2017

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Новосёлова А.Л.

судей: Тутубалиной Л.А. и Филиной Е.Ю.,

при участии в заседании:

от истца: ФИО1 (дов. от 21.12.2016 3 462)

от ответчика: ФИО2 (дов. от 19.06.2017)

от третьего лица: ФИО3 (дов. от 11.08.2017 № 38)

рассмотрев 14 августа 2017 года в судебном заседании кассационную

жалобу ГБУ МО "Мосавтодор"

на решение от  25 января 2017 года

Арбитражного суда Московской области,

принятое судьей Д.Ю. Капаевым,

на постановление от 26 апреля 2017 года

Десятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Миришовым Э.С., Ивановой Л.Н., Юдиной Н.С.,

по иску ГБУ МО "Мосавтодор"

к ООО "Универсалтехком"

о взыскании пени по государственному контракту,

третье лицо: Главное контрольное управление Московской области

УСТАНОВИЛ:

Иск предъявлен Государственным бюджетным учреждением  Московской области «Мосавтодор» (ГБУ МО «Мосавтодор») к Обществу с ограниченной ответственностью «Универсалтехком» (ООО «Универсалтехком») о взыскании пени за просрочку исполнения обязательств по государственному контракту от 24 августа 2015 года № 0148200005415000474 в сумме 38 241 332 руб. 84 коп., штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств по названному государственному контракту в сумме 937 287 руб. 57 коп., суммы завышения стоимости скрытых работ по тому же государственному контракту в размере 1 303 965 руб. 71 коп. (т.1, л.д.4-13).

Определением Арбитражного суда Московской области от 3 ноября                    2016 года к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Главное контрольное управление Московской области (т.1,л.д.1).

Решением Арбитражного суда Московской области от 25 января 2017 года в удовлетворении иска отказано.

Взыскана с ГБУ МО «Мосавтодор» в доход федерального бюджета сумма государственной пошлины в размере 200 000 руб. 00 коп. (т.6,л.д.92-94). 

Решение мотивировано тем, что между сторонами заключен контракт на выполнение работ по ремонту автомобильных дорог по технологии холодного ресайклинга; что приложением № 1 к контракту определены объекты выполнения работ (автомобильные дороги Суворово-Волоколамск-Руза – участок 30,444 км - 40,444 км и Панино-Малино – участок 3,036 км - 13,036 км); что согласно п. 3.1 контракта общий срок выполнения работ: выполнение работ – с момента заключения контракта до 30 сентября 2015 года, приемка выполненных работ, устранение замечаний заказчика – с 1 октября 2015 года по 31 октября 2015 года; что дополнительным соглашением от 18 сентября 2015 года № 1 к контракту стороны внесли изменения в условие об объекте выполнения работ (автомобильная дорога Суворово-Волоколамск-Руза – участок 38,691 км -48,435 км), являющегося более сложным участком по причине того, что уже в процессе производства работ на объекте (автомобильная дорога Суворово-Волоколамск-Руза – участок 30,444 км - 40,444 км) выявлено нарушение дорожного полотна автомобильной дороги, цена контракта была изменена до 187 457 513 руб. 90 коп., однако сроки выполнения работ в рамках контракта сторонами е были изменены.

Первая инстанция указала, что из представленных актов приемки законченных работ следует, что,  несмотря на дату их подписания (соответственно 3 декабря 2015 года и 27 октября 2015 года), утверждения истцом (соответственно 7 декабря 2015 года и 30 октября 2015 года), фактически работы по объектам в рамках контракта выполнены в пределах предельного срока – 31 октября 2015 года (автомобильные дороги Суворово-Волоколамск-Руза – участок 38,691 км - 48,435 км 31 октября 2015 года, Панино-Малино – участок 3,036 км - 13,036 км 12 октября 2015 года); что по инициативе истца была проведена соответствующая экспертиза, в рамках которой определены положительные характеристики объема и качества работ; истцу была передана исполнительная документация, отчет о привлечении субподрядчика.

Сославшись на ст.431 Гражданского кодекса Российской Федерации, первая инстанция, исходя из условий и целей уставной деятельности истца, приняв во внимание, что контракт был заключен по результатам торгов, победителем которых являлся ответчик, последующее поведение сторон, первая инстанция признала, что срок выполнения работ сторонами согласован и установлен в рамках контракта 31 октября 2015 года.

Сославшись на п.3 ст.405 и п.1 ст.406 Гражданского кодекса Российской Федерации, первая инстанция признала установленным, что срок производства работ ответчиком не нарушен и не выходит за пределы общего срока работ (до 31 октября 2015 года включительно), указав, что это подтверждается актами приемки законченных работ и тем, что с учетом изменения условий контракта в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие нарушение ответчиком обязательств по сроку выполнения работ в рамках контракта.

Отказывая в удовлетворении требований  о взыскании штрафа по контракту в размере 937 287 руб. 57 коп. и суммы завышения стоимости скрытых работ в размере 1 303 965 руб. 71 коп., первая инстанция сослалась на недоказанность этих исковых требований, а также на злоупотребление правом со стороны истца,  заявившего эти требования исключительно и вследствие предъявления ему предписания контролирующим лицом. 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26 апреля 2017 года решение Арбитражного суда Московской области от 25 января 2017 года по делу № А41-74271/16 оставлено без изменения (т.6. л.д.151-156).

В кассационной жалобе истец просит  решение и постановление апелляционной инстанции отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, на неправильное применение судом ст.405, 406, 431, 428, 702, 705, 708, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В принятии отзыва на кассационную жалобу ответчику отказано в связи с несоблюдением им требований ст.279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Давая объяснения в судебном заседании кассационной инстанции, представитель истца привел доводы, аналогичные изложенным в жалобе.

Представитель ответчика просил оставить без изменения обжалуемые решение и постановление, сославшись на их законность и обоснованность, а также на несостоятельность доводов  жалобы.

Представитель третьего лица поддержал доводы кассационной жалобы истца.

Проверив доводы жалобы, материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон и третьего лица, кассационная инстанция находит решение от 25 января 2017 года и постановление от 26 апреля 2017 года подлежащими частичной отмене в связи со следующим.

Выводы первой инстанции и апелляционной инстанции, в соответствии с ч.1 ст.268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривавшей дело, о недоказанности истцом факта и размера неосновательного обогащения ответчика в связи с завышением им стоимости скрытых работ основаны на надлежащей оценке имеющихся в деле доказательств, в частности, касающихся порядка сдачи-приемки выполненных работ по объему и качеству, приемки объектов после проведенных ответчиком ремонтных работ, способов проведения проверки контролирующим органом.

С учетом изложенного оснований для отмены или изменения обжалуемых решения, постановления в части отказа в иске о взыскании 1 303 965 руб. 71 коп. неосновательного обогащения, связанного с завышением стоимости скрытых работ, кассационная инстанция не усматривает.

Вместе с тем, рассматривая требования о взыскании пени за просрочку исполнения обязательств по государственному контракту и  штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств по тому же государственному контракту, первая инстанция не руководствовалась нормами параграфа 5   главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации и нормами Федерального закона от 5 апреля 2013 года       № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», хотя из содержания спорного государственного контракта усматривается, что он заключен с соблюдением требований именно этого Федерального закона.

Давая толкование условиям контракта о сроках выполнения работ, первая инстанция сослалась на ст.431 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой при толковании условий договора судом принимаются во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон. 

При этом в п. 3.1 контракта указано, что подрядчик производит выполнение работ в соответствии с календарным планом, общий срок выполнения работ: 1) выполнение работ – с момента заключения контракта по 30 сентября 2015 года включительно, 2) приемка выполненных работ, а также устранение замечаний заказчика – с 1 октября 2015 года по 31 октября 2015 года. Аналогичным образом срок обозначен и в календарном плане.

При толковании условия спорного государственного контракта о сроке выполнения работ первая инстанция не учла, что этот контракт заключен в соответствии с Федеральным законом от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Давая толкование условиям контракта о сроке выполнения работ, первая инстанция не приняла во внимание условия раздела 4 контракта «Порядок сдачи-приемки выполненных работ», в связи с чем не выяснила, когда подрядчик представил заказчику документы, предусмотренные п. 4.1 контракта, какие даты составления указаны в этих документах.

Кроме того, первая инстанция не приняла во внимание п. 4.2-4.5 контракта, определяющие состав, объем и сроки совершения заказчиком действий по приемке выполненных работ.

Требование о взыскании штрафа за ненадлежащее выполнение ответчиком обязательств по контракту отклонено первой инстанцией без надлежащего исследования доводов истца, основанных на результатах проверки, проведенной Главным контрольным управлением Московской области в пределах своей компетенции.

В связи с этим первая инстанция не выяснила, за неисполнение или ненадлежащее исполнение каких обязательств по контракту подрядчику (ответчику) может быть начислен штраф в соответствии с п. 7.3.2 контракта, за неисполнение или ненадлежащее исполнение  ответчиком каких обязательств по контракту истец просит взыскать штраф, какими доказательствами подтверждается нарушение подрядчиком соответствующих условий контракта.

Вывод первой инстанции о злоупотреблении правом со стороны истца в связи с предъявлением иска по данному делу сделан первой инстанцией без учета того, что истец является государственным бюджетным учреждением Московской области, что в спорном государственном контракте, финансируемом за счет средств бюджета Московской области, истец выступает в качестве государственного заказчика.

Недостатки решения судом апелляционной инстанции не исправлены.

С учетом изложенного кассационная инстанция считает, что выводы в отношении требований о взыскании пени и штрафа, содержащиеся в в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, что при рассмотрении названных требований неправильно применены нормы материального права, а поэтому в силу п.3 ч.1 ст.287, ч.1 и 2 ст.288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение от 25 января 2017 года и постановление от 26 апреля 2017 года в части требований о пене и штрафе, а также распределения судебных расходов подлежат отмене, а дело в этой части – передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

При новом рассмотрении дела необходимо учесть изложенное; определить нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения; исходя из предмета и основания иска о взыскании пени и штрафа, а также из возражений против этих исковых требований, определить предмет доказывания по делу; истолковать условия государственного контракта, в том числе о сроке выполнения работ, по правилам ст.431 Гражданского кодекса Российской Федерации; на основе оценки в соответствии с требованиями закона представленных в дело доказательств установить имеющие значение для дела обстоятельства, исходя из которых принять решение по требованиям о взыскании пени и штрафа.         

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 25 января 2017 года Арбитражного суда Московской области и постановление от 26 апреля 2017 года Десятого арбитражного апелляционного суда по делу № А41-74271/2016 в части отказа в удовлетворении требований о взыскании пени и штрафа, а также в части распределения судебных расходов отменить и дело в этой части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

              В остальной части решение и постановление оставить без изменения.

Председательствующий-судьяА.Л. Новосёлов

Судьи:Л.А. Тутубалина

Е.Ю. Филина