ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-14710/2024

Дело № А40-102913/16

г. Москва

24 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 апреля 2024 года

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Федоровой,

судей Ж.В. Поташовой, Н.В. Юрковой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2024 по делу № А40-102913/16, вынесенное судьей Д.А. Кузнецовой в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  ООО «Кира Пластинина Стиль»,

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кира Пластинина Стиль» ФИО1,

при участии в судебном заседании:

От ФИО2 – ФИО3 по дов. от 07.06.2021

От ФИО1 – ФИО4, ФИО5 по дов. от 16.01.2024

От ФИО6 – ФИО7 по дов. от 01.08.2023

От ФИО8  -  лично,паспорт,

Иные лица не явились, извещены, 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.08.2016 к производству принято заявление ФИО9 о признании ООО «Кира Пластинина Стиль» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу № А40-102913/16-103-110.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2016 заявление ФИО9 о признании ООО «Кира Пластинина Стиль» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным; в отношении ООО «Кира Пластинина Стиль» введена процедура наблюдения; временным управляющим ООО «Кира Пластинина Стиль» утвержден ФИО10 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 119002, г.Москва, а/я 58, регистрационный номер в Росреестре – 545).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2017 г. по настоящему делу ООО «Кира Пластинина Стиль» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО10 Соответствующие сведения опубликованы 15.04.2017 в газете «КоммерсантЪ» № 66.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.10.2022 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Кира Пластинина Стиль».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2022 (резолютивная часть) конкурсным управляющим ООО «Кира Пластинина Стиль» утверждена арбитражный управляющий ФИО6 (ИНН 

<

***>, члена Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада»).

В Арбитражный суд города Москвы 22.04.2020 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Кира Пластинина Стиль» ФИО10 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2020 производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО10 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до вступления в законную силу определений Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-102913/16-103-110 по результатам рассмотрения заявлений ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 85 950 000 руб. основного долга и 35 543 580 руб. 83 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также конкурсного управляющего ФИО10 о признании сделок по перечислению денежных средств в пользу ФИО1 в общей сумме 48 996 089 руб. 91 коп. недействительными и применении последствий недействительности сделок в виде взыскании с ФИО1 денежных средств в сумме 48 996 089 руб. 91 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.03.2023 возобновлено производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Кира Пластинина Стиль» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2024 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кира Пластинина Стиль», производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Кира Пластинина Стиль» о привлечении контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено в части размера субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным по делу судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит судебный акт отменить.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что суд первой инстанции неверно  применил  нормы  материального  права о течении  срока  исковой давности, указывает, что годовой срок исковой давности на подачу заявления о привлечении ФИО11 к субсидиарной ответственности истек 11.04.2018, в связи с чем, полагает, что конкурсным управляющим должника был пропущен срок на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Также, указывает апеллянт, суд первой инстанции необоснованно пришел к выводу, что ФИО1 является контролирующим должника лицом. Указывает, что суд первой инстанции необоснованно привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о банкротстве должника, выводы суда в указанной части не соответствуют обстоятельствам дела и основаны на неполностью выясненных обстоятельствах.

Также, апеллянт ссылается на то обстоятельство, что суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что основание привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по совершению сделки по необоснованной выплате денежных средств в размере 48 000 000 рублей отпало ввиду вынесения преюдициального акта. Кроме того, по мнению апеллянта, ссылка суда на обстоятельства возбужденного уголовного дела необоснованна, противоречит нормам действующего законодательства.

На основании изложенного, просит судебный акт отменить и принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

В суд апелляционной инстанции поступили отзывы ФИО2, арбитражного управляющего ФИО10, конкурсного управляющего ООО «Кира Пластинина Стиль» на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представители ФИО1  поддерживали доводы апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в ней, просили отменить судебный акт.

Представители ФИО2, арбитражного управляющего ФИО10, конкурсного управляющего ООО «Кира Пластинина Стиль» возражали на доводы апелляционной жалобы, поддержали позиции, изложенные в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)  в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Рассмотрев дело в отсутствие иных участников процесса, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке статей 123, 156, 266 и 268 АПК РФ, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения судебного определения, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 AПK РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Обращаясь в адрес Арбитражного суда города Москвы с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кира Пластинина Стиль» ФИО1, конкурсный управляющий должника ссылался на обстоятельства необоснованной выплаты денежных средств в размере 48 000 000 рублей, что является, по мнению заявителя, завышенной заработной платой, командировочными расходами и отпускными выплатами. В результате совершения платежей активы должника уменьшились на сумму 48 996 089, 91 руб. 

Пояснил, что показатели хозяйственной деятельности должника после вступления в должность ответчика (14.09.2014 по 25.11.2015) стали заметно ухудшаться. 

За период исполнения своих обязанностей ответчиком возросла задолженность по уплате налогов и сборов, что привело к доначислению пеней, штрафов. 

Также, конкурсный управляющий указывал на обстоятельства возбужденного уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 199.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) - неисполнение обязанностей налогового агента.

На основании изложенного, конкурсный управляющий должника просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Кира Пластинина Стиль» контролирующее должника лицо ФИО1

Разрешая по существу заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался следующим. 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». 

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ. 

Согласно пункту 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности. 

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий должника обратился с настоящим заявлением о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то настоящее заявление подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных ст. 10 Закона о банкротстве (как в редакции Закона №134-Ф3), и процессуальных норм, предусмотренных Законом № 266-ФЗ. 

В соответствии с п. 5 ст. 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 56 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в которой указана общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица учредителей (участников), собственников имущества юридического лица или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия. 

В силу п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве, в котором законодатель устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности по обязательствам должника при банкротстве последнего, отличный от состава, предусмотренного абз. 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ и п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве. 

В этой связи субсидиарная ответственность лица, названного в п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве, наступает независимо от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника по смыслу нормы, изложенной в абз. 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ и п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве. 

Согласно п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц. 

Как предусмотрено п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Согласно определению ВС РФ № 305-ЭС19-10079 от 30.09.2019 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. 

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

На основании пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве). 

В соответствии с абзацами тридцать три и тридцать четыре статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Пунктом 2 ст. 10 Закона о банкротстве установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона. 

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Понятия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества определены в ст. 2 Закон о банкротстве. 

Так, недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. 

Неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Приказом № 26 от 15.09.2014 на основании решения единственного участника ООО «КП Стиль» (решение от 14.09.2014 г. № 50) ФИО1 вступил на должность генерального директора ООО «КП Стиль». 

Согласно приказу №1552-у от 25.11.2015 трудовой договор с ФИО1 расторгнут. 

Таким образом, с 14.09.2014 по 25.11.2015 контролирующим должника лицом являлся ФИО1

Так, согласно анализу коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника, существенное снижение значений коэффициентов абсолютной ликвидности и текущей ликвидности предприятия произошло в 2015 году, в период, когда ФИО1 занимал должность генерального директора компании. 

Снижение значений данных коэффициентов свидетельствует о потере ООО «Кира Пластинина Стиль» возможности погасить свои текущие обязательства за счет наиболее ликвидных и ликвидных активов. 

Степень платежеспособности должника по текущим обязательствам улучшалась по состоянию на 31.12.2014 на 42% по сравнению со значением показателя на 31.12.2013, однако по состоянию на 31.12.2015 зафиксировано ухудшение данного показателя практически в 2 раза. 

Значение коэффициентов, характеризующих финансовую устойчивость компании, таких как коэффициент автономии и коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами, также существенно снизилось именно в 2015 году. 

Вместе с тем, после ухода ФИО1 с занимаемой должности зафиксировано значительное ухудшение способности предприятия погасить свои текущие обязательства за счет различных видов собственных активов и за счет выручки. Обратного суду не представлено. 

Кроме того, за период исполнения ФИО1 своих обязанностей задолженность по уплате налогов и сборов возросла более, чем в два раза. ФИО1 не производились расчеты с бюджетом, что привело к доначислению пеней, штрафов и, как следствие, к ухудшению финансово-экономического состояния должника, что, в свою очередь, вызвало неплатежеспособность должника и невозможность отвечать по долгам перед кредиторами и уполномоченным органом. 

Указанное подтверждается тем, что ФНС РФ выносились постановления об аресте счетов Общества, в связи с чем, Общество не могло вовремя исполнять свои обязательства перед контрагентами. 

Таким образом, материалами дела установлено,  что деятельность ФИО12, выразившаяся в уклонении от уплаты налогов, обусловило доначисление должнику налоговых требований и налоговых санкций, что, в свою очередь, повлекло за собой банкротство.

Данные обстоятельства подтверждаются постановлением о прекращении уголовного дела в отношении ФИО12 по нереабилитирующим основаниям. 

Согласно данному постановлению в отношении ФИО1 было возбуждено в Следственном управлении по Центральному административному округу г. Москвы ГСУ Следственного комитета РФ по городу Москве уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 199.1 УК РФ «Неисполнение обязанностей налогового агента». 

В рамках данного уголовного дела ФИО1 признал вину в неисполнении им своих должностных обязанностей генерального директора ООО «КП Стиль» по выплате налогов.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО12 должен был обратиться в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) не позднее октября 2015 года.

Вместе с тем, указанная обязанность им исполнена не была. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, ФИО1 указывал, что не является контролирующим должника лицом. 

Вместе с тем, из содержания статьи 53 ГК РФ и статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", следует, что на директора возлагается обязанность выполнять функции единоличного исполнительного органа до момента избрания нового руководителя. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.06.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. 

Из смысла приведенных правовых норм и разъяснений высших судов следует, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием данными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины этих лиц в банкротстве должника. 

В этой связи суд первой инстанции правомерно отклонил довод ФИО1 о том, что ответчик не является контролирующим лицом должника.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что реализация ФИО1 своих полномочий была затруднена даже в случае их подтверждения, судебная коллегия отмечает, указанное не лишает его статуса контролирующего лица и не снимает с него соответствующей ответственности.

Так, в соответствии с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО1 не исполнил обязанность по обращению с Арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельности (банкротстве) ООО «Кира Пластинина Стиль», в связи с чем, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда первой инстанции.

Руководитель юридического лица несет ответственность за нарушение обязанностей по организации системы управления юридическим лицом, по выбору и контролю за действиями (бездействием) работников юридического лица: нарушение этих обязанностей в ряде случаев может стать необходимой причиной объективного банкротства. 

В такой ситуации руководитель отвечает за свои действия (бездействие), а не за действия (бездействие) работников, поскольку упомянутые обязанности по организации, выбору и контролю являются собственными обязанностями руководителя. 

По смыслу разъяснений, приведенных в абз. 2 и 3 п. 5 Постановления N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", при разрешении вопроса о том, выполнены или нет руководителем эти обязанности, нужно учитывать обстоятельства, от которых зависят круг непосредственных обязанностей руководителя и роль директора в управлении юридическим лицом, в частности такие, как характер и масштаб хозяйственной деятельности подконтрольного юридического лица, а также фактически сложившаяся на предприятии ситуация. 

Сам по себе факт непривлечения бывшего руководителя должника к уголовной ответственности не свидетельствует об отсутствии состава гражданского правонарушения. 

Постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, не образует преюдицию для арбитражного суда. 

Применительно к настоящему обособленному спору ранее установлено, что ФИО12 должен был обратиться в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) не позднее октября 2015 года, вместе с тем такая обязанность выполнена не была.

Так, одним из основных факторов, доказывающих фактическую вину ФИО1 в доведении Должника до банкротства, является возбужденное уголовное дело в отношении Ответчика по признакам преступления, предусмотренного ст. 199.1 УК РФ «неисполнение обязанностей налогового агента». 

Уголовное дело было прекращено по нереабилитирующим основаниям. т.е. в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

Согласно Постановлению о прекращении уголовного дела в отношении Ответчика, ответчик в допросе от 24.04.2018 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.1 УК РФ признал, т.к. он знал об имеющейся задолженности перед бюджетом. 

Состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 199.1 УК РФ, образует «Неисполнение в личных интересах обязанностей налогового агента по исчислению, удержанию или перечислению налогов и (или) сборов, подлежащих в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению в соответствующий бюджет, совершенное в крупном размере». 

Исходя из материалов уголовного дела, в действиях ФИО1 усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 199.1 УК РФ, из чего следует причастность Ответчика к совершению преступления, что подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств.

Учитывая изложенное и вопреки позиции апеллянта, суд первой инстанции обоснованно принял  во внимание постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении от 28.09.2018, как имеющее существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора с учетом ранее установленных фактических обстоятельств дела. 

Относительно доводов ответчика о наличии плана по выходу из кризиса ФИО1 не представлено объективных доказательств плана выхода из кризиса – не представлены проекты соглашений с инвесторами, с поставщиками, а также иными кредиторами по вопросам предоставления каких-либо отсрочек по исполнению обязательств, иных условий погашения задолженности на приемлемых для должника условиях, иных документально оформленных договоренностей, имеющих юридическую силу. 

Электронная переписка с неустановленными лицами, а также с сотрудниками ООО «Кира Пластинина Стиль», не может однозначно свидетельствовать об объективном существовании делового плана по увеличению доходности предприятия и уменьшению долговых обязательств. 

Данный документ может свидетельствовать лишь о ведении деловой переписки между ФИО1 и сотрудниками ООО «Кира Пластинина Стиль», а также неустановленными лицами (по мнению ФИО1 являющихся потенциальными инвесторами поставщиками). 

Указанные доказательства, а также пояснения не опровергают обстоятельства неподачи своевременно заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), отсутствия документально подтвержденного плана по выходу из кризиса, а также совершения налогового преступления, в совершении которого ФИО1 частично признал вину.

Также в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 25.08.2023 по делу № А40-102913/16 об отказе ФИО1 во включении требований в реестр требований кредиторов ООО «Кира Пластинина Стиль» судом установлено, что имеются признаки злоупотребления правом со стороны заявителя, поскольку он не мог не знать о кризисном финансовом состоянии должника, которое возникло уже в 2014г. Указанное обстоятельство имеет преюдициальное значение в силу 69 АПК РФ.

Кроме того, в своей апелляционной жалобе апеллянт, равно как при рассмотрении дела в суде первой инстанции, заявляет о пропуске конкурсным управляющим должника срока на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица. 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что арбитражный управляющий предельный срок давности не пропустил, руководствуясь при этом следующим.

По смыслу определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу N А22-941/2006 нормы о применении срока давности привлечения к субсидиарной ответственности применяются в той редакции, которая действовала на момент совершения ответчиком вменяемого правонарушения. 

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу N А22-941/2006 изложена правовая позиция, что к вопросу о продолжительности исковой давности подлежит применению абзац четвертый пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, поскольку данная норма регулировала вопросы исковой давности за правонарушения, аналогичные тем, которые вменяются ответчикам по настоящему спору". 

Срок исковой давности является категорией материального права, в связи с чем, при установлении факта того, является ли он пропущенным, в рассматриваемом случае надлежит руководствоваться нормами Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, поскольку вменяемые в вину ответчикам действия имели место после вступления указанного закона в силу. 

По смыслу действовавшей на момент совершения контролирующими должника лицами вменяемых им незаконных действий (бездействия) редакции статьи 200 ГК РФ, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у заявителя права на иск и объективной возможности для его реализации. 

Вменяемые ответчикам действия совершены в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, согласно положениям пункта 5 которой заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, также может быть подано конкурсным кредитором или уполномоченным органом. 

Из пункта 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, следует, что срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по долгам должника-банкрота, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности. 

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств того, что лицо давало указания должнику-банкроту и его контролирующим лицам, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов. 

Согласно части 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. 

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства). 

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. 

Данная применяемая норма абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: 

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ); 

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом. 

Указанный в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве срок является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), который в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом. 

Закон N 134-ФЗ не предусматривал право временного управляющего подавать заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, поэтому применительно к рассматриваемому спору срок исковой давности может начать исчисляться не ранее даты признания должника банкротом (12.11.2018). 

Вместе с тем, по смыслу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности, лежит на ответчике. 

По смыслу определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу N А22-941/2006 нормы о применении срока давности привлечения к субсидиарной ответственности применяются в той редакции, которая действовала на момент совершения ответчиком вменяемого правонарушения. 

В пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). 

В пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Поскольку с учетом редакции, подлежащей применению в период вменяемого контролирующим лицам нарушения, право на подачу заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности у конкурсного управляющего возникало только в процедуре конкурсного производства, а в настоящем деле о банкротстве решение о признании банкротом состоялось 11.04.2017, с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности поступило 22.04.2020 по почте, при этом сдано на почту 13.04.2020.

Таким образом, вопреки позиции ФИО1, конкурсным управляющим не пропущен срок давности на обращение в адрес суда с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Вместе с тем, апеллянт указывает, что о вменяемых ФИО1 основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий узнал не позднее дня составления Анализа финансового состояния должника (апрель 2017 г.). 

Обосновывая такой довод, заявитель жалобы ссылается на вывод, сделанный на стр. 278 Анализа финансового состояния, согласно которому ФИО1 причинен вред имущественным правам кредиторов, в связи с чем, в наличии имеются основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КП-Стиль». 

Вместе с тем, судебная коллегия отмечает, что в данном случае ответчиком искажено содержание Анализа финансового состояния должника, Анализа признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, Анализа сделок Должника. 

Цитируемый им вывод содержится в Анализе наличия/отсутствия признаков фиктивного или преднамеренного банкротства в разделе Анализ сделок должника. 

Как следует из материалов дела, пункт 6.3.2 Анализа сделок должника (стр. 259 Анализа) озаглавлен: «6.3.2. Необоснованная выплата вознаграждения исполнительному органу должника». 

В резолютивной части п. 6.3.2 указано: «Поскольку ФИО1 причинен вред имущественным правам кредиторов, Исполнитель считает, что в наличии имеются основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КП-Стиль»». 

Таким образом, вред, причиненный должнику со стороны ФИО1, в Анализе финансового состояния обоснован неправомерной, по мнению составителя Анализа, выплатой повышенного вознаграждения в пользу Ответчика. 

Далее, согласно материалам электронного дела, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 168, п. 2 ст. 170 ГК РФ по перечислению денежных средств в пользу ФИО1 в общей сумме 48 996 089,91 руб., применении последствий недействительности сделок. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2018 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника отказано. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2018 определение Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2018 оставлено без изменений. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.03.2019 судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. 

При новом рассмотрении обособленного спора, определением суда первой инстанции от 01.02.2021, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 22.04.2021 и округа от 30.07.2021, в удовлетворении заявления отказано. 

Определением Верховного суда Российской Федерации от 24.01.2022 отказано в передачи кассационной жалобы конкурсного управляющего на рассмотрение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации. 

Как указывалось ранее, начало течения субъективного срока на обращение в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности обусловлено моментом осведомленности заинтересованных лиц о фактах, свидетельствующих о наличии оснований для такого обращения. 

В условиях, когда судебный акт о признании сделки должника недействительной отсутствует, более того, в признании сделки должника недействительной было отказано, конкурсный управляющий не имел возможности обратиться в суд с заявлением о привлечении Ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям, которые не были установлены судебным актом. 

Таким образом, вопреки позиции апеллянта, срок исковой давности для предъявления требований о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим не пропущен.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия отмечает, что суд первой инстанции дал оценку доводам заявителя и представленным в материалы дела документам при вынесении обжалуемого судебного акта по существу.

Вместе с тем, согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30.08.2017 N 305-КГ17-1113, то обстоятельство, что в судебном акте не отражены все имеющиеся в деле доказательства либо доводы участвующих в деле лиц, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки.

Между тем, иные доводы апелляционной жалобы сводятся к повторению позиции, изложенной в суде первой инстанции и обоснованно отклоненной судом, и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как, не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права, а выражают лишь несогласие с ним.

При таких обстоятельствах оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при вынесении обжалуемого определения, апелляционным судом не установлено.

В соответствии с п. 1 ст. 270 АПК РФ, основаниями для изменения или отмены решения, определения арбитражного суда первой инстанции являются, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, несоответствие выводов, изложенных в решении, определении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. 

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и сделаны при правильном применении норм действующего законодательства

Определение суда законно и обоснованно. Основания для отмены определения отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.02.2024 по делу № А40-102913/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                                 Ю.Н. Федорова

Судьи:                                                                                                                      Ж.В. Поташова

 

Н.В. Юркова