ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-55141/2022

город Ростов-на-Дону

29 февраля 2024 года

15АП-782/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 29 февраля 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Новик В.Л.,

судей Ковалевой Н.В., Чотчаева Б.Т.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истца - представитель ФИО2 по доверенности от 25.08.2023;

от ООО «Технологии Инжиниринг» - представитель ФИО3 по доверенности от 12.08.2023;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-инженерная компания»на решение Арбитражного суда Краснодарского края 

от 04.12.2023 по делу № А32-55141/2022

по иску общества с ограниченной ответственностью «Промышленно-инженерная компания» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Технологии Инжиниринг»(ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>); ФИО4(ОГРНИП 304230928800035 ИНН 

<

***>)

о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Промышленно-инженерная компания» (далее - истец) обратилось с исковым заявлением в Арбитражный суд Краснодарского края к обществу с ограниченной ответственностью «Технологии Инжиниринг» (далее - общество), ФИО4 (далее - ФИО4) о признании недействительной сделки и признании незаключенным договора.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.12.2023  в удовлетворении ходатайств о вызове и допросе эксперта, отложении судебного разбирательства отказано. В удовлетворении заявленных требований отказано. С ООО «Промышленно-инженерная компания» в пользу ООО «Технологии инжиниринг» взысканы расходы по оплате экспертизы в сумме 50 000 руб. 

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обжаловал его в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просит решение суда первой инстанции отменить, по делу принять новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить в полном объёме.

Истец указывает на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права Суд первой инстанции в нарушение норм материального права исчислил срок исковой давности по требованиям истца не с момента, когда ему стало известно о нарушении его права, а с произвольно выбранной даты, без привязки к фактическим обстоятельствам дела. Также истец указывает на нарушение со стороны суда первой инстанции разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 «О судебном решении». Судом не принято во внимание отсутствие доказательств со стороны ответчика относительно его утверждений о наличии у ФИО4 полномочий на подписание договора № 60-09/2019 от 11.09.2019 от имени истца, утверждений об ином сроке действия генеральной доверенности № 5 от 06.10.2018. Ответчиком также не представлено доказательств уведомления истца о подписании указанного договора. Кроме того, истец ставит под сомнение достоверность выводов проведенной по делу судебной экспертизы.

От ООО «Технологии Инжиниринг» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором общество просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, заявил ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Представитель ООО «Технологии Инжиниринг» просил решение суда оставить без изменения.

ФИО4, будучи надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, явку не обеспечил.

При названных обстоятельствах суд счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу по существу в соответствии с положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие ФИО4

Рассмотрев заявленное представителем истца ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы, апелляционный суд не находит оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

Согласно части 2 статьи 87 АПК РФ повторная экспертиза по тем же вопросам может быть назначена в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов. Проведение повторной экспертизы поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Вместе с тем, апелляционным судом не установлено признаков недостоверности, неясности и неполноты представленного в материалы дела заключения эксперта.

Заключение эксперта соответствуют установленным статьей 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001 № 73-ФЗ требованиям. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение судебного эксперта соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, является достоверным, в связи с чем суд первой инстанции правомерно и обоснованно признал его надлежащим доказательством по делу.

Реализация предусмотренного частью 2 статьи 87 АПК РФ полномочия суда по назначению повторной экспертизы в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного экспертного заключения вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании.

Поскольку у суда отсутствуют сомнения в обоснованности заключения эксперта, и не доказано наличие противоречий в содержащихся в нем выводах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что обстоятельства, определенные частью 2 статьи 87 АПК РФ в качестве оснований для назначения повторной экспертизы, отсутствуют.

Кроме того, заявляя о назначении по делу повторной экспертизы, истцом не представлено доказательств внесения денежных средств на депозитный счет суда, также не представлено согласия экспертной организации на проведение экспертного исследования.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между ООО «Промышленно-инженерная компания», в лице коммерческого директора ФИО4, действующего на основании генеральной доверенности № 5 от 06.10.2018, и ООО «Технологии инжиниринг», 11.09.2019 был заключен договор № 60-09/19 (далее - договор), согласно которому ООО «Технологии инжиниринг» должно было выполнить работы по нахождению объекта для выполнения работ по монтажу, обвязке и пуско-наладке винодельческого оборудования в Республике Крым, а ООО «Промышленно-инженерная компания» обязалось выплатить агентское вознаграждение ООО «Технологии инжиниринг», в размере 10% от стоимости работ указанной в договоре.

В обосновании своих доводов истец указывает на то, что ФИО4 коммерческий директор ООО «Промышленно-инженерная компания» подписал оспариваемый договор, не имея на подписание договора полномочий, т.к. доверенность, указанная в оспариваемом договоре действовала по сроку до 31.10.2018 и не давала полномочий на подписание договора.

В свою очередь, ответчик не согласился с исковыми требованиями истца по следующим основаниям. 

Оспариваемая сделка, заключенная между ООО «Технологии инжиниринг» и ООО «Промышленная Инженерная компания», была заключена 11.09.2019, следовательно, об указанной сделки истец узнал или должен был узнать именно 11.09.2019 поскольку являлся стороной сделки, договор подписывал коммерческий директор компании истца ФИО4 уполномоченный на подписание договора, что подтверждается наличием у него печати компании, кроме того, договор с конечным заказчиком - ООО «Горизонт-Сервис» № ГС07736 от 23.10.2019 подписан ФИО4 Между сторонами сделки велась переписка в рамках которой, истец направил ответчику коммерческое предложение № 293 от 11.09.2019 подписанное ФИО4 для заключения договора с конечным заказчиком информацию о котором, предоставил истцу ответчик в рамках агентского договора, ответчик направлял истцу отчет от 09.11.2021 об исполнении агентского договора. 

Также ответчик указал на то, что оспариваемый договор со стороны ООО «Технологии Инжиниринг» исполнен в полном объеме, а именно, для ООО «Промышленной инженерной компания» был найден клиент ООО «Горизонт-Сервис», с которым истцом был заключен договор, на общую сумму 38 703 576 руб., что подтверждается отчетом от 09.11.2021 и коммерческим предложением № 293 от 11.09.2019. За выполнение поручения ООО «Технологии Инжиниринг» причитается вознаграждение согласно пункту 1.1 договора 10% от стоимости работ, указанной в договоре. Возражая на исковое заявление, ответчиком также было заявлено о пропуске срока исковой давности.

При принятии решения, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданское права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 ГК РФ, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права истца.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу пунктов 1, 3 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как предусмотрено статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

В соответствии с пунктом 1 статьи 182 ГК РФ, сделка совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.). При отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку (пункт 1 статьи 183 ГК РФ).

Согласно пункту 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации», а также Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» под последующим одобрением сделки, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание претензии контрагента; конкретные действия, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства, реализация других прав и обязанностей по сделке).

В обоснование своих доводов истец указал на то, что коммерческий директор ООО «Промышленно-инженерная компания» ФИО4 не имел полномочий подписывать спорный договор.

Вместе с тем, судом установлено, что переписка и переговоры от имени и в интересах истца велись коммерческим директором ФИО4, что подтверждается подписанным договором с печатью истца, а также тем, что договор с предоставленным ответчиком для истца конечным заказчиком ООО «Горизонт-Сервис» в рамках агентского договора № 60-09/19, с которым истцом был заключен договор, был подписан также коммерческим директором ФИО4

При этом, судом также учтено, что коммерческое предложение № 293 от 11.09.2019 для заключения договора с конечным заказчиком, было подписано ФИО4

Истец также указывал на то, что 06.10.2018 ООО «Промышленная Инженерная компания» выдало ФИО4 доверенность от 06.10.2018, однако срок действия доверенности истек 31.10.2018, ФИО4 не имел полномочий на подписание спорного договора.

В ходе судебного разбирательства ответчиком было заявлено о фальсификации доказательств - доверенности от 06.10.2018. 

Заявление о фальсификации доказательств мотивировано тем, что в судебное заседание суда первой инстанции от 22.05.2023 было представлено доказательство - доверенность 06.10.2018, согласно которой представитель ООО «Промышленная Инженерная компания» действовал при подписании договора № 60-09/19 от 11.09.2019. Поскольку этот документ не соответствовал ранее представленному документу при подписании указанного договора, у заявителя возникли сомнения в достоверности представленного 22.05.2023 документа. Общество считает, что представленный документ изготовлен к дате судебного заседания 22.05.2023 и не мог быть предоставлен истцом в 2019 году в момент подписания договора № 60-09/19 от 11.09.2019.

Суд первой инстанции, выполняя требования части первой статьи 161 АПК РФ, разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия такого заявления, к которым относятся возможная ответственность, предусмотренная статьями 303, 306 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции было предложено истцу рассмотреть вопрос об исключении из числа доказательств по настоящему делу, впоследствии истец отказался от исключения указанных доказательств по настоящему делу.

Закрепление в арбитражном процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательств, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 № 560-О-О). Выводы по результатам проверки заявления о фальсификации доказательств имеют существенное значение для правильного разрешения спора, ввиду следующего.

Сфальсифицированный (подложный) документ не обладает признаками доказательства, не подлежит оценке как самостоятельное доказательство, либо в совокупности с иными доказательствами, и не может быть положен в основу судебного акта (статьи 67, 68, 71 АПК РФ).

В соответствии со статьей 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Вопрос о принадлежности подписи на документе тому или иному лицу не является правовым, для его разрешения требуются специальные знания, вследствие чего необходимо назначение соответствующей экспертизы.

Фальсификация - это сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений. Субъективная сторона фальсификации доказательств может быть только в форме прямого умысла. Субъекты фальсификации доказательств - лица, участвующие в деле, рассматриваемом арбитражным судом.

Статьей 161 АПК РФ предусмотрена обязанность суда принять предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств, в случае возражений лица, представившего доказательство, в отношении которого заявлено о фальсификации, относительно исключения данного доказательства из числа доказательств.

Суд может предложить лицу, которое обвиняют в фальсификации доказательства, представить дополнительные доказательства, подтверждающие либо достоверность оспариваемого доказательства, либо наличие (отсутствие) фактов, в подтверждение которых представлено спорное доказательство.

Системное толкование указанных выше норм закона позволяет придти к выводу о том, что, проверяя заявление о фальсификации, суд фактически проводит проверку в отношении конкретного лица, а именно лица, участвующего в деле или его представителя, представившего подложные доказательства, а не по факту достоверности доказательства.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.07.2023 была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено эксперту АНО «Экспертный центр «Призма» ФИО5 

Перед экспертом был поставлен следующий вопрос: «Определить дату изготовления доверенности от 06.10.2018? Определить наличие/отсутствие признаков искусственного старения документа?».

В материалы дела поступило экспертное заключение № 2023/10-19И от 10.10.2023.

Экспертом было установлено, что давность выполнения рукописной подписи ФИО4, рукописной подписи ФИО6, оттиска печати ООО «Промышленно-инженерная компания» в генеральной доверенности № 5 от 06.10.2018 составляет 38 месяцев до даты окончания производства настоящего исследования, что соответствует периоду дат - июль 2020 года. Таким образом, генеральная доверенность № 5 от 06.10.2018 подвергалась какому-либо агрессивному воздействию.

Заключение эксперта является одним из доказательств, оцениваемых судом, и должно быть получено с соблюдением требований, предусмотренных статьями 82 - 87 АПК РФ.

Требования к содержанию заключения эксперта или комиссии экспертов установлены статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Представленное суду заключение эксперта подписано экспертом, удостоверено печатью экспертного учреждения и соответствует установленным статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» требованиям, эксперт под подписку предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Признаков недостоверности, неясности и неполноты заключения эксперта судом не установлено. Оценив заключение эксперта в совокупности с другими доказательствами, содержащимися в материалах дела, суд не находит оснований сомневаться в компетентности и беспристрастности эксперта, а также сомневаться в правильности выводов, сделанных экспертом.

На основании изложенного, заключение экспертизы, выполненное экспертом АНО «Экспертный центр «Призма» ФИО5 принято судом в качестве надлежащего доказательства по делу.

По смыслу статьи 161 АПК РФ понятие «фальсификация доказательств» предполагает совершение лицом, участвующим в деле, или его представителем умышленных действий, направленных на искажение действительного содержания объектов, выступающих в гражданском, арбитражном или уголовном процессе в качестве доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения.

Судом установлено, что представленная истцом генеральная доверенность на имя ФИО4 изготовлена гораздо позднее (июль 2020 года), чем заключался спорный договор между ООО «Технологии Инжиниринг» и ООО «Промышленная Инженерная компания», следовательно, представленная доверенность не могла существовать на день заключения договора, и не могла быть составлена 06.10.2018. Экспертом было отмечено, что генеральная доверенность № 5 от 06.10.2018 подвергалась какому-либо агрессивному воздействию.

Сделка, основанная на фальшивом документе, свидетельствует о том, что имеет место очевидное злоупотребление, при котором может идти речь о ничтожности сделки, в частности, на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; абзац второй подпункта 3 пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью»).

Истцом в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие необоснованность выводов, к которым пришел эксперт в результате проведенного исследования.

Поскольку представленная истцом генеральная доверенность на имя ФИО4 изготовлена гораздо позднее (июль 2020 года), чем заключался договор № 60-09/19 от 11.09.2019 между ООО «Технологии Инжиниринг» и ООО «Промышленная Инженерная компания», доверенность не могла существовать на день заключения договора, и не могла быть составлена 06.10.2018, заявление о фальсификации доказательств признано судом обоснованным и представленная истцом доверенность № 5 от 06.10.2018 исключена судом из числа доказательств.

Как указывает истец, оспариваемый договор ООО «Промышленно-инженерная компания» не подписывало и не давало никому поручения подписывать договор и действовать в рамках договора.

При этом как верно отмечено судом первой инстанции, истец не направил возражение на результат работы, в разумные сроки, не смотря на то, что 11.11.2021 получил отчет о проделанной работе, следовательно, истец своими действиями и бездействиями одобрил сделку и действия ФИО4

Кроме того, истцом доказательств того, что печать выбыла из законного владения ООО «Промышленно-инженерная компания», не представлено, с учетом того, что на спорной сделке имеется печать истца.

Апелляционный суд также отмечает, что материалы дела содержат Приказ директора ООО «Промышленно-инженерная компания» № 6-пп-2018 от 31.10.2018, согласно которому полномочия ФИО4 по генеральной доверенности № 5 от 06.10.2018 считаются прекращенными, в связи с истечением срока действия доверенности. В связи с этим, приказ содержит указание на выдачу ФИО4 новой доверенности от 31.10.2018 с правом подписи за директора ООО «Промышленно-инженерная компания».

Создавая или допуская создание обстановки, свидетельствующей о наличии полномочий у такого представителя действовать от имени юридического лица, последнее сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие у него полномочий, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

Из правовой позиции, сформированной в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 3170/12 и № 3172/12 от 03.07.2012, следует, что при отсутствии доказательств иного наличие полномочий представителя стороны, подписавшего юридически значимый для правоотношения документ, на представление интересов этой стороны в правоотношении, предполагается.

Истец в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представил доказательств того, что по спорному договору был нарушен сложившийся между сторонами документооборот. Истец также не представил доказательств того, что осуществление таких юридически значимых действий как, подписание спорного договора не входило в круг обязанностей ФИО4, следовательно, полномочия указанного лица явствовали из обстановки, в которой он действовал.

Истцом не представлено обоснования того, каким образом печать ООО «Промышленно-инженерная компания» могла оказаться в распоряжении иных лиц и быть использована при подписании спорного договора. Объективные доказательства тому, что печать ООО «Промышленно-инженерная компания» находилась в режиме свободного доступа, выбыла из владений истца, находилась в незаконном владении другого лица, в материалах дела отсутствуют. Также в материалах дела отсутствуют достоверные доказательства того, что подписание спорного договора было связано с мошенническими либо иными противоправными действиями подписавшего их лица.

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Положения названного пункта являются важной конкретизацией принципа добросовестности, закрепленного в статье 1 ГК РФ. Недобросовестными предлагается считать действия лица (прежде всего - стороны сделки), которое вело себя таким образом, что не возникало сомнений в том, что оно согласно со сделкой и намерено придерживаться ее условий.

Возражая против удовлетворения исковых требований, обществом также было заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Как установлено статьей 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В силу приведенной нормы учету подлежит не только фактическая, но и должная информированность истца об основаниях недействительности сделки, на наличие которых он ссылается. При этом суд обращает внимание на то, что учет должной информированности стороны о нарушении принадлежащего ей субъективного права предполагает добросовестное разумное и своевременное совершение всех необходимых действий, позволяющих в разумные сроки выявить такое нарушение.

Статьями 9 и 10 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Законом установлена презумпция разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений при осуществлении своих прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение сделки.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», споры по требованиям о признании недействительной ничтожной сделки подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица, поскольку ГК РФ не исключает возможность предъявления таких исков.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Судом установлено, что истцом пропущен срок исковой давности в рамках настоящего спора, поскольку оспариваемая сделка была заключена 11.09.2019, следовательно, об указанной сделки истец узнал или должен был узнать именно 11.09.2019 ввиду того, что являлся стороной сделки. Договор подписывал коммерческий директор компании истца ФИО4 уполномоченный на подписание договора, что подтверждается наличием у него печати компании.

Судом также учтено, что договор с конечным заказчиком - ООО «Горизонт-Сервис» № ГС07736 от 23.10.2019 был подписан также ФИО4 

Кроме того, между сторонами сделки велась переписка, в рамках которой, истец направил ответчику коммерческое предложение № 293 от 11.09.2019 подписанное ФИО4 для заключения договора с конечным заказчиком, информацию о котором, предоставил истцу ответчик в рамках агентского договора, ответчик направлял истцу отчет от 09.11.2021 об исполнении агентского договора.

Истец обратился с иском 07.11.2022, то есть за пределами срока исковой давности, установленными статьями 171 и 181 ГК РФ. Доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска данного срока истцом не представлено.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

С учётом изложенного, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате госпошлины и оплате судебной экспертизе по настоящему делу, судом первой инстанции обоснованно возложены на истца.

На основании изложенного у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для переоценки выводов суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы.

Суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение. Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований к отмене либо изменению решения суда первой инстанции. 

Выводы суда основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции не допущено.

Расходы по уплате госпошлины по апелляционной жалобе по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.12.2023по делу № А32-55141/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий                                                           В.Л. Новик

 

Судьи                                                                                             Н.В. Ковалева

 

Б.Т. Чотчаев