Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-3922/2024

23 августа 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 августа 2024 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Воробьевой Ю.А.,

судей Ротаря С.Б., Самар Л.В.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Щербак Д.А..

при участии в заседании:

конкурсный управляющий ФИО1 лично;

от индивидуального предпринимателя ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 06.10.2023;

от общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Востокнефтепродукт»: представитель ФИО4 по доверенности от 10.05.2023; 

от ФИО5: представитель ФИО4 по доверенности от 13.02.2024;

от ФИО6: представитель ФИО4 по доверенности от 12.07.2023;

от ФИО7: представитель ФИО4 по доверенности от 10.01.2023;

от ФИО8: представитель ФИО4 по доверенности от 27.02.2023; 

от общества с ограниченной ответственностью «Вега»: представитель ФИО4 по доверенности от 23.01.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Кузнецовой Евгении Анатольевны

на определение от 19.06.2024

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО5, ФИО10, ФИО8, ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «Вега», ФИО11, ФИО12, ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Востокнефтепродукт», общества с ограниченной ответственностью «ТЭК-ДВ», общества с ограниченной ответственностью «НК-Востокнефтепродукт» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (вх.№185160)

по делу № А73-7845/2021

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о признании общества с ограниченной ответственностью «Энергоресурс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес регистрации: 680018, 

<

...>) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Альянс» 24.05.2021 обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании ООО «Энергоресурс» несостоятельным (банкротом). Определением от 01.06.2021 заявление принято к производству.

Определением от 16.11.2021 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении ООО «Энергоресурс» введено наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО13, член союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО».

Определением от 08.06.2022 заявитель по делу заменен с общества с ограниченной ответственностью «Альянс» на индивидуального предпринимателя (далее – ИП) ФИО14.

Решением от 29.06.2022 ООО «Энергоресурс» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО15, член саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Определением от 02.02.2023 в реестре требований кредиторов Федеральная налоговая службы заменена на ИП ФИО2

Определением от 30.05.2023 ФИО15 освобождена от обязанностей конкурсного управляющего, определением от 10.07.2023 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО15 18.11.2022 обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательства должника бывших директоров ФИО5, ФИО10, ФИО8, ФИО7, ООО «Вега» (ИНН 

<

***>) и взыскании с них 7612581руб.82коп. (заявление поддержано конкурсным управляющим ФИО1).

Предметом заявления конкурсного управляющего является привлечение к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)) в результате совершения сделок по отчуждению имущества (резервуаров для хранения мазута), в связи с совершением которых должник лишился возможности продолжать деятельность и извлекать прибыль; перечисления ФИО7 денежных средств в сумме 1148000руб. по договорам займа.

Кроме того в возражениях на отзывы ответчиков от 01.02.2023 конкурсный управляющий указала, что ФИО10 и ФИО5 имели обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «Энергоресурс» (статья 61.12 Закона о банкротстве).

По ходатайству конкурсного управляющего определением от 04.05.2023 в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) к участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены ФИО11, ФИО12, ФИО6, ООО «ДВ-Востокнефтепродукт», ООО «ТЭК-ДВ», ООО «НК-Востокнефтепродукт».

Определением от 19.06.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением от 19.06.2024, конкурсный управляющий 03.07.2024 обратились в апелляционный суд с жалобой, в которых просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Ссылается на то, что по состоянию на 25.08.2020, к моменту совершения сделок по отчуждению резервуара для хранения мазута у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами в размере 7275906руб.76коп. (имелись уже с апреля 2015 года); с момента перехода зданий в собственность ООО «Вега» должник утратил способность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов за счет стоимости указанного имущества. Поскольку к 11.06.2018 уже имелась просроченная задолженность в размере около 7 миллионов рублей, контролирующие должника лица имели обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества; в 2018 году, уже достоверно зная о задолженности перед вышеуказанными кредиторами, поскольку ООО «Энергоресурс» являлось поручителем по договору поставки, а по договору аренды имелась обязанность ежемесячно вносить платежи, ответчики совершали вывод денежных средств с расчетных счетов должника, уменьшая размер активов. При рассмотрении обособленных споров по настоящему делу ФИО5 указывал, что ООО «Энергоресурс» под руководством предыдущих директоров деятельности не вело, следовательно, плана по выходу из кризисной ситуации не имелось, а только увеличивалась диспропорция между стоимостью активов и обязательств должника.

В дополнение к апелляционной жалобе конкурсный управляющий указала, что в результате совершения сделки по продаже двух резервуаров для хранения мазута ООО «Энергоресурс» утратило возможность продолжать хозяйственную деятельность, сделка являлась значимой для общества (стоимость резервуаров составляла более 25% стоимости активов должника); иных объективных причин для остановки деятельности ООО «Энергоресурс» не имелось, причиной остановки деятельности является возникновение кредиторской задолженности по вине ответчиков; скоординированные действия контролирующих лиц (ФИО7, ФИО10, ФИО5, ООО «Вега») позволили освободить бизнес должника от требований кредиторов, при этом максимально возможного удовлетворения требований кредиторы не получили.

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержала апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам. Представитель индивидуального предпринимателя ФИО2 поддержал позицию заявителя.

Представитель ответчиков просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы. На вопросы представителя кредитора пояснил, что резервуары для хранения мазута проданы для расчетов с ООО «Альянс», которое требовало от ООО «Энергоресурс» как поручителя погасить задолженность ООО «ТрансСеверНефть» немедленно. Полагает, что в случае отсутствия дела о банкротстве ООО «Энергоресурс» смогло быть погасить кредиторскую задолженность практически полностью, однако в ходе процедуры денежные средства расходовались на оплату услуг привлеченных лиц.

Суд, руководствуясь статьёй 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), рассмотрел апелляционные жалобы в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Из материалов обособленного спора суд установил, что ООО «Энергоресурс» зарегистрировано в качестве юридического лица 10.02.2003, основным видом экономической деятельности общества является хранение и складирование нефти и продуктов ее переработки. С 08.06.2017 участниками общества являются ФИО7 (90% долей в уставном капитале) и ФИО16 (10% долей в уставном капитале).

Должность руководителя должника занимали ФИО8 в период с 01.06.2018 по 06.05.2019, ФИО17 в период с 06.05.2019 по 26.06.2020, ФИО5 в период с 26.06.2020 по 04.07.2022.

Как установлено определением от 30.10.2023 по настоящему делу, 22.06.2020 ООО «Энергоресурс» (продавец) и ООО «Вега» (покупатель) заключили договоры купли-продажи недвижимого имущества №1 и №2 (в новой редакции договоры подписаны 25.08.2020) в отношении зданий резервуаров для хранения мазута №1 площадью 119,9кв.м с кадастровым номером 27:955:0:38 (литер У) и №3 площадью 119, 9кв.м с кадастровым номером 27:955:0:38 (литер С), расположенных по адресу: 

<

...>. Стоимость имущества по договорам составила по 1700000руб. Имущество передано покупателю по актам от 22.06.2020, переход права собственности зарегистрирован 31.08.2020.

Спорное имущество расположено на земельном участке площадью 3706,1кв.м с кадастровым номером 27:23:0010701:55, переданном продавцу Департаментом муниципальной собственности администрации г.Хабаровска на основании договора аренды земельного участка от 26.08.2001 №1200.

Определением от 30.10.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными вышеуказанных договоров купли-продажи как сделок с неравноценным встречным исполнением, совершенных со злоупотреблением правом, отказано. Конкурсный управляющий должником отметив, что отчуждение Кроме того конкурсный управляющий указывала на то, что резервуары для хранения мазута и насосная для перекачки мазута являются объектами единого технологического комплекса, и отчуждение резервуаров привело к невозможности его использования для осуществления должником нормальной предпринимательской деятельности, возникновению убытков и фактическому прекращению ООО «Энергоресурс» деятельности.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего по настоящему обособленному спору, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться, в том числе, в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд установил, что в силу корпоративной роли (участие в уставном капитале, замещение должности единоличного исполнительного органа) контролирующими должника лицами в спорный период являлись ФИО7, ФИО5, ФИО18, ФИО8

В определении от 30.10.2023 по обособленному спору по заявлению о признании недействительными сделок по отчуждению резервуаров для хранения мазута также признаны обоснованными доводы конкурсного управляющего об аффилированности ООО «Энергоресурс» и ООО «Вега».

Однако суд не установил признаков того, что ООО «Вега», граждане ФИО11 , ФИО12, ФИО6, ООО «ДВ-Востокнефтепродукт», ООО «ТЭК-ДВ», ООО «НК-Востокнефтепродукт» являлись контролирующими должника по настоящему делу лицами, повлияли на экономическую и юридическую судьбу ООО «Энергоресурс» и получили непосредственную выгоду от этих действий в свою пользу. Данный вывод подтверждается установленными при рассмотрения обособленного спора обстоятельствами.

Суд установил, что ФИО10 освобожден от должности генерального директора должника 26.06.2020 и в период заключения договоров купли-продажи от 25.08.2020 и регистрации перехода права собственности не мог определять волю общества.

ФИО7 представила в дело доказательства исполнения обязательств по договорам займа с должником (приходные кассовые ордера).

Суд обоснованно исходил из того, что в отношении иных ответчиков заявителем не обосновано, каким образом они извлекали выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), и какие их действия привели к банкротству ООО «Энергоресурс». Самого по себе факта аффилированности с ООО «Вега» недостаточно для вывода о том, что ответчики являются контролирующими должника лицами именно применительно в статье 61.10 Закона о банкротстве.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указала, что продажа ООО «Вега» (доля в уставном капитале которого в размере 50% принадлежала ответчику ФИО7) резервуаров для хранения мазута по заниженной стоимости (3400000руб. при рыночной стоимости 13212000руб.) при том, что указанное имущество являлось единственным активом и источником дохода ООО «Энергоресурс» и с момента перехода зданий резервуаров в собственность ООО «Вега» должник утратил способность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов за счет стоимости здания насосной станции.

Также конкурсный управляющий указывает на вывод денежных средств должника в общей сумме 1148000руб. путем перечисления на расчетный счет ФИО7 по договорам займа: от 12.04.2018 №1, от 09.07.2018 №2, от 09.08.2018 №2, от 17.08.2018 №3, от 20.08.2018 №4, от 23.08.2018 №5, от 28.03.2019 №1, от 08.04.2019 №2 в период неплатежеспособности ООО «Энергоресурс».

Кроме того заявитель полагает, что к моменту, когда образовалась задолженность перед ООО «Альянс» в размере 6699069руб.60коп. (11.06.2018), задолженность по арендной плате в размере 245028руб.71коп., контролирующие должника лица, оценивая здания резервуаров всего в 3400000руб., должны были обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества в связи с недостаточностью его имущества.

Положения пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривают презумпцию, согласно которой если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума №53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно, убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков субсидиарной ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

С учетом положений стаей 15 ГК РФ, главы III.2 Закона о банкротстве, правовых позиций пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в круг доказывания входит: действия (бездействие), противоправность поведения привлекаемого к ответственности лица, его вина, причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступлением банкротства (состав гражданско-правового нарушения). Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности (статья 65 АПК РФ).

При рассмотрении обособленного спора по заявлению конкурного управляющего о признании недействительными заключенных ООО «Энергоресурс» (продавец) с ООО «Вега» (покупатель) договоров купли-продажи недвижимого имущества (резервуаров для хранения мазута) установлено, что договоры являются возмездными сделками, оплата по ним в согласованном сторонами размере поступила за покупателя сторонней организацией; на момент заключения указанных договоров у должника имелись признаки неплатежеспособности (наличие неисполненных денежных обязательств перед рядом контрагентов, включая задолженность по арендным платежам за использование земельного участка, на котором расположены резервуары №1 и №3, что подтверждено вступившими в законную силу судебными актами); договоры заключены заинтересованными лицами, однако по результатам рассмотрения спора судами не установлено факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку сделки совершены по цене, соотносимой с рыночной.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Поскольку при рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный управляющий ссылается на аналогичные доводы, а при рассмотрении вышеуказанного обособленного основания для признания сделок совершенными при неравноценном встречном предоставлении не установлены, то отсутствуют и основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в связи с отчуждением зданий резервуаров для хранения мазута по заниженной стоимости.

Доводы заявителя сводятся к тому, что в результате совершения сделок общество утратило единственный источник дохода, возможность восстановления платежеспособности и полного погашения требований кредиторов в результате ведения основного вида деятельности и извлечения прибыли.

Вместе с тем в заявлении конкурсного управляющего также указано, что в рамках настоящего дела ФИО5 пояснил, что ООО «Энергоресурс» под руководством предыдущих директоров деятельность не вело.

Из приведенного ИП ФИО2 анализа финансовой деятельности группы компаний следует, что в 2017 году выручка ООО «Энергоресурс» составила 19100 тысяч рублей, в 2018 году – 9400 тысяч рублей, а в 2019 году выручки не имелось.

Таким образом из материалов дела не следует, что именно в результате отчуждения резервуаров для хранения мазута должник утратил возможность ведения хозяйственной деятельности и источник дохода, поскольку деятельность не велась уже в течение всего 2019 года, а в 2018 году даже при наличии впоследствии отчужденного имущества выручка сократилась в два раза по сравнению с 2017 годом.

Кроме того конкурсный управляющий и ИП ФИО2 ссылаются на заключение должником заведомо неисполнимого договора поручительства от 10.08.2017 №2 с ООО «Альянс» по договору поставки от 02.05.2017 №015-АЛ при недостаточности собственных активов и при заведомом отсутствии у ООО «ТрансСеверНефть» возможности исполнить обязательства по договору поставки.

Вступившим в законную силу решением от 16.04.2019 по делу №А73-16683/2018 установлено, что сделка (поручительство) не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности ООО «Энергоресурс», не доказано наличие негативных последствий совершения сделки самому обществу и его участникам.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

На основании статьи 10 ГК РФ обязательным условием признания сделки недействительной является факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, при установлении которого суд проверяет обстоятельства наличия цели причинить вред, а также осведомленности об этой цели контрагента по сделке.

Согласно статье 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Договор поручительства от 10.08.2017 заключен более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве (01.06.2021) и не может оспариваться по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 103 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником с заинтересованным лицом, признается судом, арбитражным судом недействительной по заявлению внешнего управляющего в случае, если в результате исполнения указанной сделки кредиторам или должнику были или могут быть причинены убытки.

В пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при рассмотрении требования о признании недействительным договора поручительства (залога) по обязательству заинтересованного лица могут приниматься во внимание следующие обстоятельства: являлись ли должник и заинтересованное лицо платежеспособными на момент заключения оспариваемого договора, являлось ли заключение такого договора направленным на реализацию нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса), каково было соотношение размера поручительства и чистых активов должника на момент заключения договора, имелась ли потенциальная возможность должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица надлежащим образом обеспечена (например, залогом имущества заинтересованного лица) и т.п., а также знал ли и должен ли был знать об указанных обстоятельствах кредитор.

Вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам кредиторов или злоупотребления правом неоднократно являлся предметом рассмотрения Верховного Суда Российской Федерации, согласно позиции которого наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации для установления сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения кредитора от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным кредитором своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 №305-ЭС18-17611).

Договор поручительства между ООО «Энергоресурс» и ООО «Альянс» заключен с целью обеспечения исполнения обязательств ООО «ТрансСеверНефть» по оплате товара по договору поставки от 02.05.2017, в связи с чем поручительство должника обусловлено общими экономическими интересами, поскольку должник входил в одну группу с ООО «ТрансСеверНефть», и выдача поручительства направлена на достижение единой хозяйственной цели.

По договору поставки от 02.05.2017 покупатель получил нефтепродукты общей стоимостью более 42320000руб., а задолженность составила только 4877664руб.10коп. (решение Арбитражного суда Иркутской области от 15.07.2019), следовательно, суд правомерно отклонил доводы кредитора о том, что поручительство являлось заведомо неисполнимой сделкой.

Как указано выше, в 2017 году ООО «Энергоресурс» получало выручку и имело чистую прибыль.

Вопреки доводам апелляционной жалобы поскольку в результате совершения указанных конкурсным управляющим и кредитором сделок не установлен факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, то не имеется оснований для привлечения ответчиков за совершение данных сделок к субсидиарной ответственности по обязательствам должника как за совершение действий, которые привели к банкротству общества и повлекли утрату возможности погасить требования кредиторов. Само по себе наличие кредиторской задолженности в отсутствие доказательств совершения убыточных для должника сделок не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Доводы конкурсного управляющего о выводе ФИО8 активов должника суд также обоснованно не принял, так как авансовые отчеты по расходованию денежных средств в сумме 1206950руб. переданы следующему директору ФИО10 Решением Железнодорожного районного суда г.Хабаровска от 18.10.2022 по делу №2-3903 (2022) в удовлетворении иска конкурсного управляющего о взыскании с ответчика ФИО8 неосновательного обогащения отказано, поскольку установлено, что все авансовые отчеты сданы ФИО8 и приняты новым руководителем должника без возражений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 9 указанного Федерального закона в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей вызвано недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2003 №14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Таким образом помимо прочего необходимо установить момент возникновения у руководителя соответствующей обязанности и учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В пункте 9 постановления Пленума №53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Конкурсный управляющий не указала конкретный период, в который ФИО10 должен был осознать неизбежность обращения в суд с заявлением о банкротстве ООО «Энергоресурс», однако по предположениям ИП ФИО2 еще в момент заключения договора поручительства от 25.08.2017 общество находилось в состоянии объективного банкротства.

Вместе с тем ООО «Энергоресурс» вело деятельность и получало выручку в течение 2017 и 2018 годов, в связи с чем вышеуказанные доводы кредитора суд не принимает.

Также ИП ФИО2 полагает, что по крайней мере с момента прекращения исполнения ООО «ТрансСеверНефть» обязательств по договору поставки от 02.05.2017 (в феврале 2018 года) руководитель ООО «Энергоресурс» как поручителя должен был осознавать последствия отказа от исполнения обязательств и исполнить обязанность, предусмотренную статьёй 9 Закона о банкротстве.

Как следует из решения от 15.07.2019 по делу №А19-20295/2018 Арбитражного суда Иркутской области, претензия об исполнении обязательств по договору поручительства от 10.08.2017 направлена в адрес ООО «Энергоресурс» 31.05.2018. Таким образом с учётом трёхмесячной просрочки исполнения обязательств и срока, установленного для руководителя должника пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление о признании ООО «Энергоресурс» банкротом необходимо было направить в суд в начале октября 2018 года, принимая во внимание размер задолженности (4877664руб.10коп.) и финансовые показатели должника в 2018 году (размер выручки и чистой прибыли несопоставимы с размером долга в пользу ООО «Альянс»). В указанный период директором должника являлась ФИО8, которая приступила к руководству обществом с 01.06.2018, и к сентябрю 2018 года уже имела представление о финансовом положении подконтрольного ООО «Энергоресурс».

Однако из материалов электронного дела о банкротстве следует, что с января 2018 года ООО «Энергоресурс» не вступало в новые правоотношения, в то время как согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 указанного Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Поэтому субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В настоящем деле такие контрагенты (кредиторы) отсутствуют, в связи с чем отсутствуют и основания для привлечения ФИО8 или следующих за ней директоров к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления должника.

Представитель ответчиков указал, что причиной продажи резервуаров для хранения мазута явилось требование ООО «Альянс» о немедленном погашении задолженности по договору поручительства. Конкурсный управляющий в судебном заседании подтвердила, что на момент открытия конкурсного производства на счёте ООО «Энергоресурс» имелись денежные средства. Таким образом за счёт выручки от продажи имущества в 2020 году частично погашены требования кредиторов, что подтверждается отчётом конкурсного управляющего от 13.06.2024. Доводы заявителя о планомерной реализации плана по доведению ООО «Энергоресурс» до банкротства, который начался с продажи двух резервуаров, что привело к потере бизнеса, не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела; имущество отчуждено уже после возникновения требований ООО «Альянс» к ООО «Энергоресурс» как поручителю.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего повторяют позицию, изложенные в суде первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены обжалуемого определения по доводам апелляционной жалобы не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 19.06.2024 по делу №А73-7845/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение месяца со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

Ю.А. Воробьева

 

Судьи

 

С.Б. Ротарь

 

Л.В. Самар