Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А81-5086/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 июля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Полосина А.Л.,

судей                                                                  Сергеевой Т.А.,

ФИО1,

при протоколировании судебного заседания с использованием системы веб-конференции помощником судьи Кимом А.О., рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Белоруснефть-Сибирь» на решение от 13.12.2024 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа (судья Осипова Ю.Г.) и постановление от 11.03.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи: Горобец Н.А.; Веревкин А.В.; ФИО2), принятые по делу № А81-5086/2024 по иску акционерного общества «Сибирская нефтегазовая компания» (629305, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Белоруснефть-Сибирь» (629830, Ямало-Ненецкий автономный округ, город Губкинский, Панель 8, владение 52, строение 2, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании убытков.

Посредством системы веб-конференции в судебном заседании приняли участие представители: акционерного общества «Сибирская нефтегазовая компания» ФИО3, действующая на основании доверенности от 01.01.2024; общества с ограниченной ответственностью «Белоруснефть-Сибирь» ФИО4, действующий на основании доверенности от 20.12.2024.

Суд установил:

акционерное общество «Сибирская нефтегазовая компания» (далее – компания) обратилось в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Белоруснефть-Сибирь» (далее – общество) о взыскании 544 746 руб. 03 коп. убытков.

Решением от 13.12.2024 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа, оставленным без изменения постановлением от 11.03.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда, иск удовлетворен.

Общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в иске.

Общество полагает, что суды пришли к ошибочному выводу об отсутствии в приложении № 4.4 к спорному договору условий о неустойках, полагая, что в названном документе содержатся элементы ценообразования, не подлежащие зачитыванию относительно исчисленных сумм убытков. Кроме того, общество считает, что суды неверно исходили из тезиса, согласно которому расчет убытков необходимо осуществлять по каждой скважине отдельно, а не по договору в целом.

Компания представила отзыв на кассационную жалобу, просила оставить обжалуемые судебные акты без изменения, находя их законными и обоснованными.

В судебном заседании представители сторон изложенные в кассационной жалобе и отзыве доводы поддержали.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

Судами установлено, что между компанией (заказчик) и обществом (подрядчик) заключен договор от 20.07.2019 № 7200018/0401Д (далее – договор № 401Д), согласно пункту 2.1 статьи 2 раздела 1 которого подрядчик обязался выполнить работы по восстановлению 20 скважин методом зарезки боковых стволов (метод ЗБС) в объеме и в сроки, определенные в заказ-нарядах. Заказчик, в свою очередь, обязался результат выполненных работ принять и оплатить.

В соответствии с пунктом 3.1.3 статьи 3 раздела 2 договора № 401Д подрядчик исполняет свои обязательства с той должной мерой заботы, осмотрительности и компетентности, какой следует ожидать от пользующегося хорошей репутацией подрядчика, имеющего опыт выполнения работ, предусмотренных в заключенном между сторонами договоре.

Статьей 1 раздела 1 договора № 401Д определено, что под сервисной компанией понимается любое юридическое лицо, кроме подрядчика, привлеченное заказчиком для выполнения работ или оказания услуг в месте выполнения работ по названному договору.

По пункту 7.10 статьи 7 раздела 3 договора № 401Д за 5 дней до предполагаемого начала бурения скважины подрядчик обязан известить заказчика о готовности к выполнению работ по бурению скважин. Руководствуясь сведениями об указанной дате, заказчик приглашает сервисные компании для начала проведения сопутствующих работ одновременно с подрядчиком.

В пункте 7.4 статьи 7 «Ценообразование» раздела 4 договора № 401Д отражено, что стоимость работ складывается из ставок.

Из пункта 7.5 статьи 7 раздела 4 названного договора следует, что окончательная стоимость работ рассчитывается с учетом: а) корректировки стоимости в сторону увеличения или уменьшения, рассчитанной согласно приложению № 4.3 к договору (схема мотивации), и/или b) корректировки стоимости в сторону уменьшения, рассчитанной согласно приложению № 4.4 к договору (шкала оценки качества, далее – ШОК), а также корректировки стоимости в сторону увеличения на фактическую стоимость горюче-смазочных материалов, печного топлива и энергообеспечение (c), на стоимость оборудования (d), на расходы в соответствии с пунктом 10 раздела 4 договора (e).

В приложении № 4.5 к означенному договору стороны предусмотрели перечень нарушений подрядчика/субподрядчика в области промышленной безопасности, за которые подлежит взысканию неустойка (пункт 7.1.3 статьи 7 раздела 2).

Раздел 2 приложения № 3 к договору № 401Д содержит определение понятия «непроизводительное время» (далее – НПВ), под которым понимается время, не являющееся технически необходимым для выполнения работ, и вызывается различными нарушениями производственного процесса, в том числе: ремонтные работы (за исключением планово-предупредительного ремонта); простои (по любой причине); время ликвидации аварий, осложнений, брака и т.д.; повторные работы, включая «холостые» рейсы и пр.

По утверждению компании, в ходе выполнения работ на скважине № 21 Пырейного нефтегазоконденсатного месторождения обществом допущено НПВ в количестве 22,5 часов (0,94 суток), в подтверждение чего в материалы дела представлены акты НПВ.

В актах НПВ отмечены следующие причины его образования: превышение норм времени при проведении определенных операций (опрессовка противовыбросового оборудования, подъем и спуск компоновки низа бурильной колонны и пр.); неудовлетворительная работа вахты с последующим попаданием технической воды в центральную систему грубой очистки; отсутствие давления на подпорном насосе по причине его неподготовки к работе; устранение негерметичности/неработоспособность/выход из строя бурового оборудования; несоблюдение буровым подрядчиком технологии ведения работ; необходимость промыва уплотнения фланцевого соединения между вертлюгом и грязевым шлангом; некачественная работа состава вахты; некачественная подготовка системы очистки; простои.

К выполнению работ на спорном объекте истцом привлечены сервисные компании, в частности: компания «Халлибуртон Интернэшнл ГмбХ» (договор от 14.05.2018 № 7200018/0126Д); общество с ограниченной ответственностью «Тюменьнефтегаз-Сервис» (договор 25.12.2019 № 7200019/0379Д); акционерное общество «Ямалпромгеофизика» (договор от 19.02.2020 № 7200020/0032Д); акционерное общество «Бейкер Хьюз» (договор от 18.11.2020 № 7200020/0477Д).

Сервисные компании выполнили предусмотренные указанными договорами работы в соответствии с представленными в материалы дела актами о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справками о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3.

Работы истцом оплачены (платежные поручения от 19.07.2021 № 66687, 66690, 66711, от 21.07.2021 № 66709 и 66710, от 18.08.2021 № 67657, 67658, 67699, от 30.08.2021 № 68226, от 29.11.2021 № 71412).

Рассчитав убытки в размере излишне уплаченных сервисным компаниям денежных средств за переработку в связи с образовавшимся НПВ, истец направил ответчику претензию от 20.06.2023, потребовав среди прочего 544 746 руб. 03 коп. в качестве возмещения своих имущественных потерь применительно к выполнению работ на скважине № 21 Пырейного нефтегазоконденсатного месторождения.

В добровольном порядке претензия обществом не удовлетворена.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения компании в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с настоящим иском.

При принятии решения суд первой инстанции руководствовался статьями 8, 15, 196, 200, 307, 393, 394, 431, 702, 709 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктами 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), пунктом 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – постановление № 49).

Удовлетворяя иск, суд исходил из доказанности возникновения на стороне истца убытков в размере переплаты за работу сервисных компаний в связи с образованием НПВ на стороне ответчика.

Довод ответчика о том, что из начисленной истцом суммы убытков надлежит вычесть величину неустоек (зачетная неустойка) согласно приложению № 4.4 к договору № 401Д, суд отклонил, квалифицировав имеющиеся в названном приложении положения о вычетах из платы подрядчику в качестве условий о цене работ, а не о санкциях за допущенные нарушения, попутно отметив, что таковые содержатся в приложении № 4.5 к означенному договору.

Кроме того, суд счел возможным зачитывание неустоек по отношению к убыткам исключительно в рамках работ по спорной скважине за номером 21, но не применительно к работам на иных скважинах, охватываемых договором № 401Д.

Восьмой арбитражный апелляционный суд с выводами суда первой инстанции согласился.

Изучив материалы дела, содержание судебных актов, кассационные доводы общества и возражения компании, суд округа считает обжалуемые решение и постановление подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

В настоящем деле рассматривался иск компании о взыскании с общества убытков, рассчитанных исходя из вынужденной переплаты в пользу сервисных компаний со стороны истца в результате образования НПВ на стороне ответчика при осуществлении работ.

Суть спора сводится к следующему.

Общество полагает, что начисленная компанией неустойка в связи с образовавшимся НПВ на стороне компании должна иметь зачетный характер, как того требует пункт 7.1.3 статьи 7 раздела 2 договора № 401Д. Отмечая состоявшееся в соответствии с ШОК снижение компанией стоимости работ, выполненных в период с октября 2018 года по март 2022 года, на общую сумму, превышающую 12 млн руб. (страница 2 отзыва, поступившего в информационную систему «Картотека арбитражных дел» 04.06.2024), общество указывает на отсутствие оснований для взыскания убытков в размере 544 746 руб. 03 коп., поскольку последняя из названных величин покрыта неустойкой, ранее учтенной при сальдировании.

Компания, напротив, считает, что отраженные в приложении № 4.4 к договору № 401Д вычеты по своей правовой природе являются элементами ценообразования, но не санкциями, а значит не могут приниматься во внимание при взыскании заявленных убытков в качестве зачетной неустойки.

Поддержанная судами двух инстанций позиция компании является ошибочной.

В частности, не заслуживает поддержки вывод судов о том, что приложение № 4.4 к спорному договору содержит условия о цене только лишь потому, что такое приложение упомянуто в пункте 7.5, расположенном в тексте договора под общим заголовком статьи 7 раздела 4 «Ценообразование».

Во-первых, в названном пункте, упоминается о тех аспектах, которые влияют на окончательную стоимость работ, а именно: 1) корректировка стоимости в сторону увеличения или уменьшения, рассчитанная согласно приложению № 4.3 к договору (схема мотивации); 2) корректировка стоимости в сторону уменьшения, рассчитанная согласно приложению № 4.4 к договору (ШОК); 3) корректировка стоимости в сторону увеличения на фактическую стоимость горюче-смазочных материалов, печного топлива и энергообеспечения; 4) корректировка стоимости в сторону увеличения на стоимость оборудования; 5) корректировка стоимости в сторону увеличения на расходы в соответствии со статьей 10 раздела 4 договора.

Другими словами, в приведенном пункте отражены факторы, влияющие на определение итогового сальдо в правоотношении между сторонами, в частности: премирование (приложение № 4.3); вычеты за нарушения обязательства/неисполнение отдельных обязанностей (приложение № 4.4); учет различных расходов и пр., что, безусловно, влияет на конечную сумму причитающейся подрядчику платы, но само по себе не свидетельствует о необходимости квалификации таких положений исключительно как условий о цене.

Во-вторых, необходимо отметить, что, определяя, к какому типу относится заключенный между сторонами договор, следует руководствоваться не его названием, а уяснять действительное содержание отраженных в нем прав и обязанностей (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.10.1997 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки», пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», пункт 47 постановления № 49).

Аналогичным образом судам следовало при квалификации содержащихся в означенном приложении условий исходить не из названия соответствующего приложения (раздела, статьи, пункта), а уяснять смысл его содержания путем толкования имеющихся в нем положений.

При толковании условий договора в силу части первой статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование).

Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 43 постановления № 49).

В содержащемся в приложении № 4.4 к договору № 401Д втором столбце с приведенным в нем перечнем при описании оснований для вычета из подлежащей внесению в пользу подрядчика платы используются слова: «нарушение»; «отклонение»; «отставание»; «неисполнение» и пр.

Лексические значения приведенных слов, исходя из их общеупотребительного смысла, представляют собой некое несоблюдение субъектом установленного порядка действий, ожидаемого заказчиком от подрядчика. Иными словами – это то, что является несовпадением между согласованной сторонами договорной программой, и тем, что происходит в существующей действительности.

В гражданском праве соответствующее отступление от достигнутых договоренностей именуется неисправностью на стороне должника, на случай которой законом или договором может быть предусмотрена обязанность по уплате кредитору денежной суммы – неустойки (пункт 1 статьи 330 ГК РФ, пункт 60 постановления № 7).

Поскольку соответствующие отклонения в процессе исполнения обязательств на стороне подрядчика по пункту 7.5 раздела 2 договора № 401Д являются одним из оснований для корректировки окончательной стоимости причитающейся подрядчику платы, стороны настоящего спора предусмотрели на случай соответствующих нарушений не самостоятельную (отдельную) уплату подрядчиком заказчику начисленных последним неустоек, а вычет таких денежных сумм из стоимости работ (сальдирование), которую заказчик обязан внести подрядчику (столбец 4 приложения № 4.4 к указанному договору).

В пользу квалификации содержащихся в означенном приложении условий в качестве ответственности также свидетельствует расположенное в конце документа примечание, содержащее среди прочего следующие тезисы:

- не могут применяться несколько штрафных санкций за одно и то же нарушение;

- штрафные санкции должны применяться за каждое повторное нарушение.

Следуя тексту примечания, повторным считается нарушение, если оно допущено повторно после его устранения или если оно не устранено в предписанный срок.

Подобные условия воспроизводят известный правовой принцип non bis in idem («не дважды за то же»), предполагающий недопустимость привлечения лица к ответственности за одно и то же нарушение дважды. Сутевое наполнение этого принципа проистекает именно из юридической ответственности и не связано с элементами ценообразования у товаров, работ, услуг.

В том же документе содержится условие, согласно которому совокупная сумма вычетов не может превышать 30 % от стоимости общего объема работ. Такое условие представляет собой установление верхнего предела возможного взыскания неустойки, является ординарным в юридической договорной практике и относится к регламентации ответственности стороны договора (пункт 70 постановления № 7, определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2017 № 305-ЭС17-14046).

Для условий соглашения, касающихся ценообразования, подобные положения нехарактерны.

Обязательство заказчика по оплате работ является его основным (магистральным) обязательством в договоре подряда, встречно направленным к корреспондирующей обязанности подрядчика выполнить работы. Каузой имущественного предоставления заказчика, как его ближайшей цели в рамках договорных правоотношений, является получение от подрядчика результата выполненных работ (пункт 1 статьи 328, статьи 702, 720 ГК РФ).

Под надлежащим исполнением обязательств подрядчика понимается выполнение им работ в соответствии с условиями договора и требованиями действующих нормативных документов, регулирующих предмет обязательства. Только качественное выполнение работ может быть признано надлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 408, статьи 711, 721, 723, 761 ГК РФ).

Если исходить из логики, согласно которой содержание приложения № 4.4 к договору № 401Д является условиями о цене (как сочли суды нижестоящих инстанций), то в случае, например, качественного выполнения подрядчиком работы лишь наполовину (50 %), заказчик все равно обязан был бы уплатить стоимость работ в размере 70 % (за вычетом из 100 % допустимых 30 % по ШОК), что вступало бы в неустранимое противоречие с принципом равноценного встречного эквивалентного обмена, на котором базируется гражданское право (статьи 1, 424 ГК РФ).

При квалификации соответствующих положений как условий об ответственности подрядчика (субподрядчика) такого противоречия не возникает.

Необходимо отметить, что праву известны ситуации, в которых цена может быть не определенной (фиксированной, твердой), а определимой. В таких случаях стороны согласовывают порядок определения цены к моменту необходимости исполнения денежного обязательства.

В частности, цена договора может зависеть от котировок, индексов, курсов валют, может определяться сообразно согласованной сторонами формуле, в том числе в зависимости от рыночной стоимости материалов, оборудования, используемых в строительстве и пр. (пункт 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51; постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.02.2010 № 4158/09).

Продолжая предложенную компанией и поддержанную судами логику, неисправный подрядчик, выполнивший работы не полностью, в качестве последствия своего отклоняющегося поведения получит лишь снижение причитающейся платы, что является не санкцией, а соблюдением упомянутого принципа эквивалентности имущественных предоставлений.

Юридически и фактически заказчик оказывается лишенным судебной защиты в части привлечения нарушителя к предусмотренной соглашением гражданско-правовой ответственности, поскольку очерченные в приложении № 4.4 к договору № 401Д нарушения, по мысли судов, являются условиями о цене, а упомянутые в приложении № 4.5 к тому же договору штрафы имеют принципиально иную (формально-процедурную) природу, не находящуюся в тесной связи с исполнением магистральных обязательств по договору подряда, а связанную с нарушениями в области промышленной безопасности, охраны труда и окружающей среды, трудовой и производственной дисциплины, как на то указано в пункте 7.1.3 статьи 7 раздела 2 договора № 401Д.

Также, судами двух инстанций сделан вывод об отсутствии оснований для учета зачетной неустойки, начисленной по договору № 401Д в целом (по всем скважинам), при определении обоснованности требования о взыскании убытков в связи с просрочкой подрядчика при выполнении работ на скважине № 21 Пырейного нефтегазоконденсатного месторождения.

В основу данного вывода судами положено три аргумента: 1) договором предусмотрена приемка по каждой скважине в отдельности, а значит учет неустоек, начисленных по иным скважинам, для определения итоговой санкции по скважине № 21 недопустим; 2) договор не содержит условия, согласно которому неустойки для цели определения размера обязанности по уплате санкции нужно подсчитывать по всем скважинам в совокупности; 3) материалы дела не содержат доказательств, что компанией осуществлены какие-либо вычеты по ШОК применительно к скважине № 21, следовательно, суммы неустоек для вычитания из размера предъявленных к взысканию убытков отсутствуют.

Данный вывод суд округа признает необоснованным.

Неустойка, определение которой содержится в пункте 1 статьи 330 ГК РФ, выполняя обеспечительную функцию, вместе с тем является мерой ответственности и направлена на компенсацию возможных потерь кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением другой стороной своего обязательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2018 № 310-ЭС17-11570).

Как разъяснено в пункте 60 постановления № 7, согласно пункту 1 статьи 394 ГК РФ, если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой (зачетная неустойка). Законом или договором могут быть предусмотрены случаи, когда допускается взыскание только неустойки, но не убытков (исключительная неустойка), или когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки (штрафная неустойка), или когда по выбору кредитора могут быть взысканы либо неустойка, либо убытки (альтернативная неустойка).

То же положение воспроизведено в пункте 7.1.3 раздела 2 договора № 401Д, в котором также сказано, что в случае возникновения сомнений любые санкции по названному договору имеют по отношению к убыткам зачетный характер.

Приведенная (зачетная) модель неустойки представляет собой упрощенный для кредитора способ взыскания убытков. В части имущественных потерь, которые не охвачены начисленной по соглашению неустойкой, кредитор имеет иск о взыскании с должника убытков (статьи 12, 393, 394 ГК РФ).

По пункту 4.1 статьи 4 раздела 1 договора № 401Д срок действия последнего очерчен временным периодом с 01.08.2018 по 26.03.2021 и на настоящий момент является истекшим.

Вне зависимости от оснований прекращения договора (прекращение обязательства исполнением, отказ от договора, его расторжение) ликвидационная стадия обязательства должна окончиться приведением сторон в такое положение, в котором ни одна из них не могла бы считаться извлекшей необоснованные преимущества из исполнения и расторжения договора. Судом при рассмотрении соответствующего спора должны быть сопоставлены взаимные предоставления сторон, учтены правомерно начисленные санкции за ненадлежащее исполнение договора и определена завершающая обязанность одной стороны в отношении другой, соответствующая установленному сальдо встречных обязательств.

Суд округа отмечает, что все неясности и сомнения в условиях договора следует толковать в пользу ответчика, так как он был лишен возможности каким-либо образом влиять на формирование условий спорного договора. Поэтому толкование сомнений в условиях договора в пользу более слабой стороны, в данном случае подрядчика, соответствует разумной соотносимости принципа свободы договора с принципом договорной справедливости.

С учетом сказанного настоящее дело в указанной части носит расчетный характер, в связи с этим оценке по нему подлежали все основания возникновения (увеличения) и уменьшения взаимных обязательств сторон, а, прежде всего, документы, отражающие неисправность подрядчика, явившуюся основанием для начисления предусмотренных договором и/или законом санкций, для цели последующего сопоставления их величины с размером предъявленных истцом убытков.

Суды должны были исследовать, отразить в судебных актах и мотивированно принять или отклонить каждое доказательство увеличения и уменьшения задолженности, после чего по результатам оценки их совокупности во взаимной связи сделать обобщающий вывод об их достаточности для подтверждения или опровержения указываемых стороной обстоятельств полностью или в части. В решении (постановлении) суда следовало указать арифметические расчеты как итоговой суммы, так и расчеты всех составляющих элементов формулы ее исчисления.

При этом недостаточно ограничиться указанием на отсутствие доказательств начисления истцом неустоек (вычетов) по ШОК. Наличие/отсутствие оснований для такого начисления в силу части 2 статьи 65 АПК РФ должно быть установлено судами самостоятельно, поскольку соответствующие обстоятельства являются одними из ключевых для правильного разрешения спора.

Следует также учесть, что отраженный в пункте 6.3 статьи 6 раздела 4 договора № 401Д порядок приемки результата работ по каждой скважине в отдельности не опровергает приведенный порядок сопоставления встречных обязанностей для цели последующего выведения итогового сальдо, с учетом правил оценки доказательств при рассмотрении расчетных дел, с сопоставлением всех начисленных в отношении друг друга сторонами санкций (по всем скважинам).

Из изложенного в совокупности следует, что выводы судов сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела и относящихся к предмету доказывания, вышеуказанные нарушения норм материального права не могут быть устранены судом кассационной инстанции, поскольку для этого требуется установление фактических обстоятельств дела посредством исследования и оценки доказательств. Указанными полномочиями суд кассационной инстанции в силу требований статьи 287 АПК РФ не наделен, в связи с этим обжалуемые судебные акты согласно пункту 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное в настоящем постановлении в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ, в частности: правильно квалифицировать спорные правоотношения, приняв во внимание данное судом округа толкование норм материального права в сопоставлении с условиями заключенного между сторонами договора (главным образом, приложения № 4.4 в неразрывной связи с общими положениями договора об ответственности сторон); с учетом отраженного в пункте 7.1.3 статьи 7 раздела 2 договора № 401Д зачетного характера неустойки детально проанализировать представленные в материалы дела (а, при необходимости, дополнительно представленные в порядке части 2 статьи 66 АПК РФ) доказательства, свидетельствующие о наличии оснований для начисления отраженных в названном договоре и/или законе санкций по всем скважинам, входящим в предмет договора (включая, но не ограничиваясь проверкой доводов общества о наличии оснований для вычетов из причитающейся обществу платы в соответствии с приложением № 4.4 к спорному договору, отраженных в отзыве на исковое заявление, поступившем в информационную систему «Картотека арбитражных дел» 04.06.2024) в отношении общества для цели их последующего сопоставления с величиной предъявленных компанией к взысканию убытков; по итогам установления всех юридически значимых обстоятельств сделать вывод об обоснованности либо необоснованности притязаний компании, разрешив спор по существу при правильном применении норм материального и процессуального права, решив в числе прочего вопрос о распределении судебных расходов, включая расходы по кассационной жалобе.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 13.12.2024 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 11.03.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-5086/2024 отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                                                   А.Л. Полосин

Судьи                                                                                                                 Т.А. Сергеева

ФИО1