ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-8274/2024

04 июня 2025 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 июня 2025 года.

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Новиковой Е.М., судей Кузнецова Д.А., Савиной Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аласовым Э.Б.,

при участии:

от истца – ФИО1 по доверенности от 31.01.2025,

от ответчика – ФИО2 по доверенности от 05.12.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-8515/2025) общества с ограниченной ответственностью «Карельский экологический оператор» на решение Арбитражного суда Республики Карелия от 11.03.2025 по делу № А26-8274/2024, принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Карельский экологический оператор» к садоводческому некоммерческому товариществу «Ландыш» о взыскании,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Карельский экологический оператор» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с исковым заявлением, увеличенным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к садоводческому некоммерческому товариществу «Ландыш» (далее – ответчик) о взыскании 72 103 руб. 31 коп. задолженности по оплате коммунальной услуги по обращению с твердыми коммунальными отходами за период с 01.08.2021 по 31.07.2024, 25 980 руб. 04 коп. неустойки, начисленной за период с 11.10.2022 по 16.09.2024 и до даты фактического исполнения обязательства исходя из 1/130 ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации.  

Решением Арбитражного суда Республики Карелия от 11.03.2025 с ответчика в пользу истца взыскано 4 006 руб. 60 коп. задолженности, 153 руб. 72 коп. неустойки, начисленной по состоянию на 16.09.2024, неустойка, начисленная с 17.09.2024 по дату фактического исполнения обязательства, судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 425 руб.; в удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с решением суда, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт. 

Оспаривая судебный акт, заявитель указал, что отсутствие потребителя на территориальной схеме не освобождает юридическое лицо от оплаты услуг по обращению с ТКО; услуга региональным оператором была оказана до включения ответчика в территориальную схему, в связи с чем, по мнению заявителя, подлежит оплате.  

В судебном заседании представитель истца, участвовавший посредством онлайн-сервиса, доводы жалобы поддержал, представитель ответчика, участвовавший посредством онлайн-сервиса, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по мотивам отзыва, приобщенного коллегией судей к материалам дела (в отсутствие возражений представителя истца).

Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Тринадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 АПК РФ.

Суд установил, что истец на основании Соглашения об организации деятельности по обращению с твердыми коммунальными отходами от 19.02.2018, заключенного с Министерством строительства, жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Республики Карелия по результатам конкурса, является региональным оператором по обращению с твердыми коммунальными отходами с 01.05.2018 сроком на 10 лет. Тарифы на услуги регионального оператора по обращению с твердыми коммунальными отходами утверждены постановлениями Государственного комитета Республики Карелия по ценам и тарифам.

Ссылаясь на то, что ответчик не исполнял обязательства по оплате стоимости услуг по обращению с ТКО, оказанных в рамках типового договора, истец, не получив удовлетворения требований в порядке досудебного урегулирования спора, обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

Исследовав и оценив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыв на жалобу, заслушав явившихся представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Договор на оказание услуг по обращению с ТКО относится к числу публичных договоров, существенные условия которого определены Законом № 89-ФЗ, а также регулируются нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в главе 39 Гражданского кодекса Российской Федерации о возмездном оказании услуг.

На основании части 1 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ региональные операторы заключают договоры на оказание услуг по обращению с ТКО с собственниками ТКО, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации. Договор на оказание услуг по обращению с ТКО является публичным для регионального оператора. Региональный оператор не вправе отказать в заключении договора на оказание услуг по обращению с ТКО собственнику ТКО, которые образуются и места накопления которых находятся в зоне его деятельности. Региональные операторы вправе заключать договоры на оказание услуг по обращению с другими видами отходов с собственниками таких отходов.

В соответствии с частью 2 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ по договору на оказание услуг по обращению с ТКО региональный оператор обязуется принимать ТКО в объеме и в местах (на площадках) накопления, которые определены в этом договоре, и обеспечивать их транспортирование, обработку, обезвреживание, захоронение в соответствии с законодательством Российской Федерации, а собственник ТКО обязуется оплачивать услуги регионального оператора по цене, определенной в пределах утвержденного в установленном порядке единого тарифа на услуги регионального оператора.

В силу части 4 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ собственники ТКО обязаны заключить договор на оказание услуг по обращению с ТКО с региональным оператором, в зоне деятельности которого образуются ТКО и находятся места их накопления.

Договор на оказание услуг по обращению с ТКО заключается в соответствии с типовым договором, утвержденным Правительством Российской Федерации.

Из взаимосвязанных положений пункта 2 статьи 24.7 Закона N 89-ФЗ и пунктов 9, 13 Правил, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 12.11.2016 № 1156 «Об обращении с твердыми коммунальными отходами и внесении изменения в Постановление Правительства Российской Федерации от 25.08.2008 № 641», следует, что региональный оператор осуществляет прием ТКО от потребителей в месте (на площадке) накопления ТКО, определенном договором на оказание услуг по обращению с ТКО, в соответствии со схемой обращения с отходами. При этом региональный оператор несет ответственность за обращение с ТКО с момента погрузки таких отходов в мусоровоз.

Пунктом 10 статьи 24.6 Закона № 89-ФЗ установлено, что региональные операторы обязаны соблюдать схему потоков ТКО, предусмотренную территориальной схемой обращения с отходами субъекта Российской Федерации, на территории которого такие операторы осуществляют свою деятельность.

Для получения с потребителя стоимости услуг по обращению с ТКО региональному оператору необходимо подтвердить факты заключения договора между ним и потребителем (путем подписания сторонами документа или в порядке одной из фикций, предусмотренных Правилами № 1156), осуществления потребителем деятельности и включения в территориальную схему сведений об источнике образования, месте накопления и схеме движения соответствующих отходов. При таких условиях услуга предполагается оказанной региональным оператором и подлежит оплате собственником ТКО, если последним в ходе состязательного процесса это не будет прямо опровергнуто.

В ситуации, при которой потребитель осуществляет хозяйственную деятельность, но касающиеся его сведения не включены в территориальную схему, региональный оператор должен прямо доказать факт оказания услуг именно этому потребителю.

При этом презумпции продуцирования отходов потребителем в совокупности с возможностью их складирования в иных общедоступных местах накопления недостаточно для вывода о предполагаемом (презюмируемом) оказании услуг региональным оператором (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944, пункт 14 Обзора судебной практики по делам, связанным с обращением с твердыми коммунальным отходами, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

Являясь регулируемой организацией и, с очевидностью, сильной стороной в правоотношении по обращению с ТКО по отношению к собственнику ТКО, региональный оператор должен нести негативные риски своего неосмотрительного бездействия. При отсутствии необходимых сведений в территориальной схеме региональный оператор должен доказывать факт оказания услуг на общих основаниях, а оплате подлежат только реально оказанные услуги (пункт 1 статьи 781 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

Судом установлено, что в договоре, на основании которого обществом выставлены счета об оказании услуги, не указано, из какого места происходит забор ТКО, имеется ссылка на муниципальную контейнерную площадку (графические координаты, адрес площадки в договоре не указаны). Истец при рассмотрении спора в суде первой инстанции пояснял, что забор ТКО товарищества в спорный период был произведен с муниципальной контейнерной площадки, которая расположена по адресу: 

<

...>.

При этом постановлением Правительства Республики Карелия от 23.12.2019 № 494-П была утверждена Территориальная схема обращения с отходами, в нем источник накопления ТКО – СНТ «Ландыш» отсутствует.

Кроме того, постановлением Администрации Прионежского муниципального района от 31.03.2022 № 399 утверждена схема размещения мест (площадок) накопления твердых коммунальных отходов на территории Прионежского муниципального района. Согласно Приложению № 1 к данному постановлению в реестре мест (площадок) накопления ТКО утверждены сведения об источниках образования ТКО на указанных муниципальных площадках по сбору ТКО. 

Среди источников образования ТКО, которые складируются в утвержденных реестром муниципальных местах (на площадках) накопления твердых коммунальных отходов, СНТ «Ландыш» не указано.

В территориальной схеме, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия от 31.05.2024 № 1176, источник накопления ТКО – СНТ «Ландыш» включен (приложение № 2), указаны координаты нахождения контейнерной площадки (широта - 61,807284, долгота - 33,93225)

Основываясь на изложенном, суд первой инстанции верно вопреки позиции апеллянта констатировал, что услуга по обращению с ТКО не может считаться оказанной СНТ ввиду отсутствия места накопления отходов в период с августа 2021 по май 2024 года в территориальной схеме в привязке к конкретной контейнерной площадке. 

Поскольку источник образования ТКО был включен в территориальную схему, утвержденную приказом от 31.05.2024 № 1176, действие которого вступило в силу с 01.06.2024, суд аргументировано признал обоснованными требования истца о взыскании задолженности за июнь и июль 2024 года в сумме 4 006 руб. 60 коп., отказав в оставшейся части требования. 

Суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы заявителя жалобы, исходит из того, что региональный оператор имеет право требовать оплаты фактически оказанных услуг, но не имеет права изменять установленный действующим законодательством порядок оказания услуг для целей получения оплаты в большей сумме, чем оказано услуг, или требовать оплаты за неоказанные услуги, поэтому, заявляя о наличии у него права требовать оплаты, такой истец не освобождается от обязанности доказывать фактическое оказание услуг на такую сумму.

В условиях отсутствия подписанного между региональным оператором и ответчика договора фикция его заключения по типовой форме с определением объема и стоимости услуг исходя из соответствующих нормативов накопления действует, если объект потребителя учтен в территориальной схеме в качестве источника образования отходов в привязке к конкретной контейнерной площадке. Обратный подход позволяет вменить потребителю любое учтенное в территориальной схеме место накопления ТКО и сложить тем самым с регионального оператора бремя доказывания факта оказания услуги даже при неизвещении потребителя о закреплении за ним такой контейнерной площадки.

Утверждение истца о фактическом оказании услуг в период с августа 2021 по май 2024 путем вывоза ТКО с любой из контейнерных площадок, включенных в Территориальную схему по обращению с ТКО в г. Петрозаводск, судом апелляционной инстанции подлежит отклонению, поскольку презумпции продуцирования отходов потребителем в совокупности с возможностью их складирования в иных общедоступных местах накопления недостаточно для вывода о предполагаемом (презюмируемом) оказании услуг региональным оператором, поскольку в такой ситуации не соблюдается прозрачность движения отходов, что препятствует обеспечению безопасности и минимизации причиняемого ими вреда (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944).

Места накопления ТКО, включенные в территориальную схему, считаются используемыми на законных основаниях лишь лицами, обозначенными в качестве источника образования отходов, ввиду чего при разрешении спора суд правомерно исходил, что представленные истцом в силу возложенного на него бремени доказывания маршруты движения транспортных средств доказательством оказания услуг именно товариществу не являются. 

Вопреки позиции апеллянта собственником ТКО является собственник объекта недвижимости, в результате деятельности которого образуются ТКО.

Коллегия отклоняет доводы заявителя со ссылками на бездействие товарищества в части не организации собственной контейнерной площадки, не направления заявки в адрес регионального оператора, указанные обстоятельства не освобождают истца от обязанности доказать фактическое оказание услуг по обращению с ТКО ответчику в заявленном периоде.

При установленных обстоятельствах суд аргументированно отказал частично в удовлетворении иска о взыскании задолженности за период с августа 2021 года по май 2024 года, поскольку наличие в территориальной схеме общедоступных мест накопления ТКО, расположенных близ потребителя, недостаточно для презумпции оказания услуг региональным оператором, потому что в качестве необходимого элемента для создания такой презумпции территориальная схема должна содержать сведения об источнике образования ТКО и месте накопления ТКО по объекту ответчика. Ответчик вправе принять меры к организации собственной площадки, в случае, если полагает, что указанная территориальной схеме площадка не удобна для использования ввиду ее удаленности.

Кроме прочего, если спорные источники образования отходов и место их накопления не включены в территориальную схему, то затраты по обращению с этими ТКО не учтены и в базовой для расчета тарифа необходимой валовой выручке регионального оператора (раздел XI Основ ценообразования в области обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 30.05.2016 № 484).

Другими словами нарушение тарифно-балансовой схемы в результате отказа во взыскании стоимости услуг в пользу регионального оператора в этом случае не происходит, публичные интересы не нарушаются, региональный оператор обязан доказывать факт оказания услуг конкретному абоненту на общих основаниях, то есть оплате абонентом подлежат только реально оказанные ему региональным оператором услуги при наличии в материалах дела доказательств, позволяющих суду прийти к такому выводу (пункты 1, 3 статьи 328, пункт 1 статьи 781 ГК РФ).

Аналогичный правоприменительный подход признан соответствующим нормам права определением Верховного Суда Российской Федерации от 08.08.2024 № 304-ЭС24-12470 по делу № А03-2967/2023.

Исполнение обязательств может обеспечиваться способами, предусмотренными пунктом 1 статьи 329 ГК РФ, включая неустойку.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Согласно пункту 22 договора от 23.07.2020 № 003-427 АСТ в случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения потребителем обязательств по оплате настоящего договора региональный оператор вправе потребовать от потребителя уплаты неустойки в размере 1/130 ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации, установленной на день предъявления соответствующего требования, от суммы задолженности за каждый день просрочки.

Поскольку суд признал обоснованным требование истца о взыскании задолженности частично, у истца возникло право требовать взыскания неустойки за нарушение сроков оплаты за период с июня по июль 2024 года, что составило 153 руб. 72 коп. (99 руб. 55 коп. + 54 руб. 17 коп.)

Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Из разъяснений, приведенных в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», следует, что по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Учитывая изложенное, истец правомерно заявил требование об уплате неустойки (пени) от не выплаченной в срок суммы за каждый день просрочки начиная со дня, следующего за днем наступления установленного срока оплаты, по день фактической оплаты.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, не подтверждены отвечающими требованиям главы 7 АПК РФ доказательствами, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств спора не свидетельствует об ошибочности выводов суда. С учетом изложенного решение суда является правильным, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению по приведенным выше мотивам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционный суд не установил.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 30 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Республики Карелия от 11.03.2025 по делу № А26-8274/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Е.М. Новикова

Судьи

Д.А. Кузнецов

 Е.В. Савина