ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-40886/2020

Дело № А40-47847/17

г. Москва

12 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 12 октября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  В.С. Гарипова, 

судей В.В. Лапшиной, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 29 июня 2020 года 

по делу № А40-47847/17, принятое судьей А.С. Величко, 

о признании доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Группа компаний «МЕНОБА»,

о взыскании с ФИО2 в пользу ООО «Группа компаний «МЕНОБА» 34 381 307 руб. 26 коп.

при участии в судебном заседании:

Лица, участвующие в деле, не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2018 ООО «Группа компаний «МЕНОБА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

В Арбитражный суд города Москвы 08.04.2019 г. поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Группа компаний «МЕНОБА» в размере 34 381 307 руб. 26 коп.

Представители лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились.

Арбитражный суд города Москвы определением от 29 июня 2020 г., руководствуясь ст.ст. 32, 60 и 142 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»:

Признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Группа компаний «МЕНОБА»,

Взыскал с ФИО2 в пользу ООО «Группа компаний «МЕНОБА» 34 381 307 руб. 26 коп.

Не согласившись с принятым определением, А.А. Марговенко подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме.

В обоснование своей позиции А.А. Марговенко указывает, что факт передачи конкурсному управляющему документов о деятельности общества подтверждается актами, подписанными в 2018г. конкурсным управляющим ФИО3 

Конкурсным управляющим ФИО3 не указано ни на какие конкретные документы, которые не были переданы ей от руководителя общества ФИО2 в дополнение к переданным документам, а также необоснованно негативных для общества последствий в связи с нарушением срока передачи документов.

Никаких исполнительных производств по факту неисполнения ФИО2 обязательств по передаче документов конкурсному управляющему не ведется.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2019 в рамках настоящего дела применены последствия недействительности сделок по перечислению денежных средств, в связи с чем ФИО2 обязан возвратить в конкурсную массу ООО «ГК «МЕНОБА» денежные средства в сумме                          16 047 128,43 рублей.

Фактически по одним и тем же обстоятельствам судом ФИО2 привлечен к ответственности дважды (в виде взыскания убытков и в виде привлечения к субсидиарной ответственности).

Между тем, при указании на спорные перечисления в качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности судом не указано, каким образом именно данные платежи привели к неплатежеспособности должника.

В рамках процедур банкротства поводилась реализация имущества должника, что должно было привести к корректировке сумм задолженностей в пользу кредиторов, указанных в реестре.

В судебное заседание Девятого арбитражного апелляционного суда лица, участвующие в деле, не явились.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы при отсутствии возражений сторон в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы не имеется. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, за период с даты создания Общества (21.12.2011 г.) и до даты введения в отношении Должника процедуры конкурсного производства (12.04.2018 г.) генеральным директором ООО «ГК «Меноба» являлся ФИО2 (приказ № 1 от 21.12.2011 г.), он же являлся участником общества в период с даты создания Общества до 20.01.2014 г. с долей участия 75% (протокол № 1 от 15.12.2011 г.), а с 20.01.2014 г. по настоящее время - единоличным участником (Решение № 1 от 06.09.2012 г., лист записи от 20.01.2014 г.).

Согласно данным бухгалтерской отчетности Должника, по состоянию на 31.12.2016 г. (последнюю отчетную дату, предшествующую дате возбуждения процедуры банкротства) активы предприятия составляли 113 275 млн. руб., в том числе: основные средства на сумму 46 844 тыс. руб., запасы в размере 12 215 тыс. руб., дебиторская задолженность в размере 52 714 тыс. руб., денежные средства в размере 1 502 тыс. руб.

Обосновывая заявление, конкурсный управляющий ссылается на непередачу сведений о составе вышеназванных активов конкурсному управляющему со стороны ФИО2 Данный довод управляющего ответчиком не опровергнут.

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего. 

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.09.2018 г. (судья Гончаренко С.В.) в рамках дела № А40-47847/17-103-66 суд обязал бывшего руководителя ООО Группа компаний «МЕНОБА» ФИО2 передать конкурсному управляющему Должника ФИО3 документы, печати, штампы, материальные и иные ценности ООО Группа компаний «МЕНОБА», которые до настоящего времени не переданы.

Согласно п. 4 ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации,   либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

ФИО2 ссылается на передачу документов конкурсному управляющему, при этом не представляет доказательств передачи документов.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Конкурсный управляющий заведомо не знает и не может знать об особенностях осуществления должником хозяйственной деятельности и обусловленного этим состава бухгалтерских и первичных документов, поэтому перечень запрашиваемой документации всегда носит приблизительный характер, а объем истребуемой информации и документов определяется в каждом конкретном случае через анализ сведений, доступных из официальных источников (регистрирующие органы, налоговые органы, выписки по банковским счетам и т.п.).

Понуждение бывшего руководителя должника и его учредителя к надлежащему и полному исполнению обязанности по передаче управляющему бухгалтерской и иной документации должника и имущества, направлено на эффективное решение задач конкурсного производства.

Конкурсное производство не может осуществляться без документации и имущества, что делает невозможным формирование конкурсной массы, а также расчетов с кредиторами, поэтому бывший руководитель должника, уклоняющиеся от совершения активных действий по передаче имущества и документов (пообъектно, по актам), должны быть понуждены к исполнению соответствующей обязанности.

Обстоятельства, указанные выше, установлены вступившим в законную силу судебным актом, с учетом чего иная позиция ФИО2 относительно данных обстоятельств не может их опровергать.

 

Акт приема-передачи документов конкурсному управляющему ФИО2 в материалы настоящего обособленного спора не представил.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником. которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 07.02.2019 г. признаны недействительными сделки должника по перечислениям денежных средств в пользу ФИО2, совершенным в период с 24.03.2014 г. по 18.08.2016 г. на общую сумму 16 047 128 руб. 43 коп., применены последствия недействительности отмеченных сделок в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу ООО «Группа компаний «МЕНОБА» денежные средства в сумме 16 047 128 руб. 43 коп.

Разрешая данный спор, суд первой инстанции установил, что перечисление и выдача денежных средств в свою пользу было осуществлено ФИО2 при наличии у должника неисполненных обязательств перед независимым кредитором, в связи с чем сделал вывод о совершении сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредитора.

На основании изложенного выше суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для признания оспариваемых платежей недействительными сделками на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Указанные обстоятельства являются преюдициальными для настоящего спора и не подлежат доказыванию.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что о недобросовестном поведении директора и участника Общества ФИО2 свидетельствуют, в том числе, безосновательные перечисления денежных средств с расчетного счета Должника в пользу ФИО2 (в период с 24.03.2014 г. по 18.08.2016 г.) на общую сумму 16 047 128,43 рублей с основаниями платежа: «перевод на вклад ФИО2», «Расчет с учредителем за 1 кв. 2016г.», «пополнение лицевого счета ФИО2», «выдача наличных в банкомате», «оплата счета», «пополнение пластиковой карты на имя ФИО2», «оплата за ФИО2».

Каких-либо документов, свидетельствующих о наличии встречного предоставления по вышеназванным платежам, со стороны ФИО2 в адрес конкурсного управляющего до настоящего времени не предоставлено, что также не отвечает принципу добросовестности руководителя.

Суд первой инстанции также указывает, что довод ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности не опровергает довод управляющего о его недобросовестности. 

Доказательства исполнения определения путем возврата денежных средств в конкурсную массу должника не представлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Группа компаний «МЕНОБА».

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

По состоянию на 06.04.2019 г. общий размер требований кредиторов должника составляет 34 381 307 руб. 26 коп.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают установленных судом первой инстанции обстоятельств, а дублируют ранее представленные возражения, получившие надлежащую оценку суда и не опровергнутые заявителем апелляционной жалобы.

В частности, доводы заявителя апелляционной жалобы о передаче документов в отношении деятельности общества, позволяющих сформировать конкурсную массу, не соответствуют действительности и опровергаются вступившим в законную силу судебным актом об истребовании документов, доказательств исполнения которого в материалы дела не предоставлено.

Согласно данным бухгалтерской отчетности Должника, по состоянию на 31.12.2016г. (последнюю отчетную дату, предшествующую дате возбуждения процедуры банкротства) активы предприятия составляли 113 275 млн. руб., в том числе: основные средства на сумму 46 844 тыс. руб., запасы в размере 12 215 тыс. руб., дебиторская задолженность в размере 52 714 тыс. руб., денежные средства в размере 1 502 тыс. руб.

Сведений о составе этих активов конкурсному управляющему со стороны ФИО2 до настоящего времени не предоставлено, равно как и не переданы документы, позволяющие определить состав и размер дебиторской задолженности общества, не предоставлено сведений о составе и размере основных средств и запасов.

Обстоятельства непредоставления конкурсному управляющему документов и сведений, необходимых для формирования конкурсной массы установлены Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.09.2018г., в рамках которого суд обязал бывшего руководителя ООО Группа компаний «МЕНОБА» ФИО2 передать конкурсному управляющему Должника ФИО3 документы, печати, штампы, материальные и иные ценности ООО Группа компаний «МЕНОБА», в числе которых: расшифровка основных средств (поквартально с 01.01.2014г.); расшифровка кредиторской и дебиторской задолженности (поквартально с 1 квартала 2014 г.) с указанием почтовых адресов контрагентов, сумм, оснований и даты возникновения задолженности с предоставлением актов сверки, договоров и первичной документации по каждому контрагенту; документы по взаимоотношениям ООО ГК «Меноба» с ООО «АМТТ «Меноба» (ИНН 

<

***>): договоры, соглашения, документы, свидетельствующие о наличии оснований перечисления денежных средств, в том числе: агентский договор № 28/18 от 15.03.2013 г. с отчетами агента и иными первичными документами; авансовые отчеты за период с 01.01.2014 г., в том числе: сведения о расходовании денежных средств по корпоративной карте, снятию и расходованию денежных средств по чековой книжке; книги покупок, книги продаж с 01.01.2014 г., иные документы, поименованные в резолютивной части вынесенного судебного акта.

Истребумые в рамках дела о банкротстве ООО «ГК «Меноба» документы конкурсному управляющему не переданы, не переданы сами основные средства предприятия на сумму более 46 млн. руб. и запасы на сумму более 12 млн. руб., что повлекло невозможность надлежащего формирования конкурсной массы Должника.

С учетом вышеизложенного, судом первой инстанции верно установлено, что невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Доводы ФИО2 о двойной ответственности, поскольку Определением суда от 07.02.2019г. признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств в адрес контролирующего Должника лица в сумме 16 047 128,43 руб. и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания денежных средств в конкурсную массу ООО «ГК «Меноба», обоснованно не приняты судом первой инстанции, учитывая, что в соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Денежные средства во исполнение Определения суда от 07.02.2019г. о признании сделки недействительной в конкурсную массу ООО «ГК «Меноба» со стороны ФИО2 не возвращены.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.05.2018г. по делу №А60-27900/2016 в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества Должника. Как указывает конкурсный управляющий, с учетом размера сформированной конкурсной массы ФИО2 в размере 1 млн. руб. и значительного размера требований кредиторов (порядка 60 млн. руб.), установленных в рамках дела о банкротстве гражданина, возможность возврата денежных средств в пользу ООО «ГК «Меноба» во исполнение судебного акта о признании сделки недействительной, отсутствует.

Также следует отметить, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 послужили не обстоятельства безосновательного получения контролирующим Должника лицом денежных средств по ничтожным сделкам, а совокупность обстоятельств и действий ФИО2, которые привели к необратимым последствиям для должника в виде невозможности формирования и пополнения конкурсной массы в результате недобросовестного поведения бывшего руководителя и участника Должника - ФИО2, вне зависимости от результатов недействительной сделки.

Более того, исполнение со стороны ФИО2 судебного акта о признании сделки недействительной и уменьшение в результате данных действий размера кредиторской задолженности может быть учтено на соответствующую сумму на стадии исполнения судебного акта, вынесенного по результатам рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, что не повлечет негативных последствий для ФИО2

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности ФИО2 определен исходя из размера задолженности, включенной в реестр требований кредиторов Должника, не погашенных в процедуре банкротства ООО «ГК «Меноба».

Доводы ФИО2 о необходимости корректировки размера субсидиарной ответственности в связи с реализацией конкурсной массы заявлены в отсутствие каких-либо доказательств (ст. 65 АПК РФ).

Так, единственным активом должника, включенным в конкурсную массу, являлся земельный участок, обеспечивающий исполнение обязательств по требованиям залогового кредитора ПАО ВТБ 24 (Определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.12.2017г.), переданный залоговому кредитору в счет исполнения кредитных обязательств после проведения первых и повторных торгов и признания их несостоявшимися (что отражено в части 1 раздела 3 реестра требований кредиторов). Иного имущества, подлежащего включению в конкурсную массу Должника со стороны бывшего руководителя ФИО2 конкурсному управляющему ООО «ГК «Меноба» не передавалось, в конкурсной массе не имеется.

При этом сумма погашенных перед банком обязательств за счет передачи предмета залога была учтена конкурсным управляющим и не вошла в состав размера субсидиарной ответственности.

Также необоснованны доводы ФИО2 об отсутствии обязательств перед конкурсным кредитором ФИО4, задолженность которого установлена вступившим в законную силу судебным актом и включена в реестр требований кредиторов Должника. Документов и доказательств исполнения обязательств перед названным кредитором со стороны бывшего руководителя ООО «ГК «Меноба» Должника не предоставлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 29 июня 2020 года по делу № А40-47847/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа. 

Председательствующий судья:В.С. Гарипов 

Судьи:Р.Г. ФИО5

В.В. Лапшина

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.