АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Ростов-на-Дону

«27» ноября 2020 года                                                                          Дело № А53-23027/2020

Резолютивная часть решения объявлена «24» ноября 2020 года

Полный текст решения изготовлен «27» ноября 2020 года

Арбитражный суд Ростовской области  в составе судьи Прокопчук С.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Управления социальной защиты населения Администрации Белокалитвинского района (ИНН 6142012130, ОГРН 1026101886216)

к обществу с ограниченной ответственностью «Пансионат отдыха санаторного типа, круглогодичного действия «Шахтинский текстильщик» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о расторжении муниципального контракта, о взыскании оплаты,

при участии:

от истца – представитель ФИО2 (доверенность от 02.09.2020);

от ответчика – не явился, извещен,

установил:

Управление социальной защиты населения администрации Белокалитвинского района обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Пансионат отдыха санаторного типа, круглогодичного действия «Шахтинский текстильщик» о расторжении муниципального контракта, о взыскании оплаты.

В судебное заседание явился представитель истца.

Ответчик явку представителя не обеспечил, направил ходатайство о приостановлении производства по делу.

Представитель истца категорически возражал против удовлетворения ходатайства ответчика, иск поддержал, настаивал на рассмотрении иска в данном судебном заседании.

В судебном заседании 24.11.2020 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом объявлен перерыв до 24.11.2020 до 13 часов 00 минут.

После перерыва судебное разбирательство продолжено.

Стороны явку представителей не обеспечили, извещены надлежащим образом.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, между Управлением социальной защиты населения Администрации Белокалитвинского района (УСЗН Белокалитвинского района) и обществом с ограниченной ответственностью «Пансионат отдыха санаторного типа, круглогодичного действия «Шахтинский текстильщик» (ООО «П/О СТКД «Шахтинский текстильщик») с соблюдением требований Гражданского кодекса РФ, Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и иного действующего законодательства Российской Федерации, на основании протокола подведения итогов № 0358300126919000007 от «29» января 2020 года, заключен договор N 03583001269190000070001 от 10 февраля 2020 года, согласно которому исполнитель принял на себя оказать услуги по оздоровлению детей из малоимущих семей в санаторный оздоровительных лагерях (предоставление путевой) в летний период 2020 года.

В соответствии с п. 3.5. контракта заказчик обязался произвести путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя в размере 100% после предъявления путевок, на основании выставленного исполнителем счета и товарной накладной в срок не более 30 дней с даты подписания заказчиком акта приемки путевок.

Заказчиком произведена оплата в размере 1 139 400 рублей (платежное поручение № 675408 от 25.02.2020) за счет средств бюджета Белокалитвинского района (субвенции областного бюджета). 

Сроки оказания услуги с 01.06.2020 по 24.06.2020. 

Однако услуги оказаны не были.

Указывая, что мешают исполнить конкретное договорное обязательство ограничения, которые введены Ростовской областью и Краснодарским краем с режимом повышенной готовности в целях предотвращения распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), УСЗН Белокалитвинского района обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о расторжении муниципального контракта и взыскании уплаченного.

Рассмотрев материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность  каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца, приняв во внимание следующее.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Возникшие между сторонами отношения регулируются нормами ГК РФ, а также Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее закон о контрактной системе).

В соответствии с пунктом 8 статьи 3 Закона N 44-ФЗ под государственным или муниципальным контрактом понимается договор, заключенный от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд.

Как видно из материалов дела, в обоснование заявленных требований, истец с учетом согласованного в контракте срока оказания услуги (с 01.06.2020 по 24.06.2020), указал на то, что Ростовской областью и Краснодарским краем введен режим повышенной готовности и запреты с ограничениями, и именно эти ограничения мешают исполнить конкретное договорное обязательство. 

Ссылаясь на  пункт 1 статьи 416, пункт 1 статьи 417  ГК РФ, заказчик просит суд расторгнуть муниципальный контракт.

В ответ на предложение заказчика расторгнуть муниципальный контракт по соглашению сторон, исполнитель указал, что примет такое решение в случае официального распоряжения Губернатора Краснодарского края о невозможности оздоровления детей из других регионов.

На момент рассмотрения спора соглашение о расторжении муниципального контракта сторонами не достигнуто, условия контракта не изменены.

В силу части 8 статьи 95 Закона N 44-ФЗ расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В силу пункта 1 статьи 416 ГК РФ обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана наступившим после возникновения обязательства обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает.

Причиной возникновения невозможности исполнения служат определенные обстоятельства (юридические факты), препятствующие исполнению обязательства и не зависящие от воли сторон.

На основании пункта 1 статьи 417 ГК РФ если в результате издания акта органа государственной власти или органа местного самоуправления исполнение обязательства становится невозможным полностью или частично, обязательство прекращается полностью или в соответствующей части.

В качестве основания прекращения обязательства закреплена невозможность его исполнения, наступившую в результате издания акта государственного или муниципального органа.

Как указано в абзаце восьмом пункта 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 N 104 "Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств", согласно пункту 1 статьи 416 Кодекса обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает. В частности, одним из таких обстоятельств является прекращение обязательства в результате издания акта государственного органа (пункт 1 статьи 417 ГК РФ).

В соответствии с Федеральными законами от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», постановлением Правительства Ростовской области от 05.04.2020 № 272 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Ростовской области в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» подпункт 3.1 пункта 3, граждане обязаны не покидать места проживания и пребывания.

Также, учитывая пункт 3.3. постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 30.06.2020 № 16 «Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1/2.4.3598-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к устройству, содержанию и организации работы образовательных организаций и других объектов социальной инфраструктуры для детей и молодежи в условиях распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», в соответствии с постановлением главы администрации (губернатора Краснодарского края) от 13 марта 2020 года № 129 « О введении режима повышенной готовности на территории Краснодарского края в мерах по предотвращению распространению новой коронавирусной инфекции ((COVID-19)» ( с изменениями и дополнениями), на территории Краснодарского края продолжает действовать режим функционирования «Повышенная готовность». На основании п. 8.7. выше указанного постановления, до особого указания организациям, включенным в реестр организаций отдыха детей и их оздоровления, расположенных на территории Краснодарского края (далее - организации отдыха детей и их оздоровления) указано приостановить бронирование мест, приема и размещения детей, за исключением бронирование мест, приема и размещения детей, местом жительства которых является Краснодарский край.

До снятия режима «Повышенной готовности» прибытие организованных групп детей из других субъектов Российской Федерации на отдых невозможно, так как на отдых в организации отдыха детей и их оздоровления в настоящее время допускается направлять только детей проживающих в Краснодарском крае. Срок о продлении или об отмене ограничительных мер на территории Краснодарского края не известен.

Таким образом, судом установлено, что после издания уполномоченным органом акта, обязательного к исполнению сторонами контракта, для них возникла объективная невозможность оздоровления детей из других регионов.

Вместе с тем, поскольку указанная невозможность имеет не постоянный (устранимый) характер, то нельзя прийти к выводу о прекращении обязательства полностью или в соответствующей части на основании статей 416 и 417 ГК РФ.

Такой вывод соответствует позиции, изложенной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (вопрос N 7).

При таких обстоятельствах оснований считать спорный договор прекращенным судом не установлено.

Если иное не предусмотрено договором и не вытекает из его существа, такие обстоятельства, которые стороны не могли предвидеть при заключении договоров, могут являться основанием для изменения и расторжения договоров на основании статьи 451 ГК РФ, если при предвидении данных обстоятельств договор не был бы заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

При этом по пункту 4 статьи 451 ГК РФ изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств по требованию одной из сторон возможно лишь в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях. При удовлетворении иска об изменении условий договора судам необходимо указывать, каким общественным интересам противоречит расторжение договора либо обосновывать значительный ущерб сторон от расторжения договора.

С учетом того, что сторонами не заявлено о противоречии общественным интересам расторжения спорного муниципального контракта, не имеется обоснованных ссылок на значительный ущерб сторон от расторжения контракта, суд пришел к выводу, что указанные заказчиком обстоятельства в данном случае могут служить основаниями для расторжения контракта.

Такой вывод соответствует позиции, изложенной в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (вопрос N 8).

Последствия расторжения или изменения договора в таких случаях определяются на основании пункта 3 статьи 451, а также пункта 4 статьи 453 ГК РФ, если иное не установлено законом или иным правовым актом.

Пунктом 4 ст. 453 ГК РФ предусмотрено, что в том случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (гл. 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 данного кодекса лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 названного кодекса.

В силу пункта 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации указанные правила применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Из приведенных правовых норм следует, что в случае нарушения равноценности встречных предоставлений сторон на момент расторжения договора сторона, передавшая деньги либо иное имущество во исполнение договора, вправе требовать от другой стороны возврата исполненного в той мере, в какой встречное предоставление является неравноценным.

В силу пункта 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации указанные правила применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу пункта 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Судом установлено, что ответчик, фактически приняв денежные средства в сумме 1139 400 рублей, но не совершив встречное предоставление на сумму оплаты, приобрел денежные средства в размере оплаты, которая, с учетом того, что предъявлено требование о ее возврате, должна быть возвращена плательщику, поскольку для ответчика является неосновательным обогащением.

Факт наличия оплаты в размере 1 139 400 рублей установлен судом, не оспорен и подтверждается первичной бухгалтерской документацией, представленной в материалы дела.

Требование о возврате оплаты в указанной сумме является законным и обоснованным.

Поскольку ответчик не возвратил оплату, он без надлежащих на то оснований приобрел денежные средства, подлежащие возврату истцу. В связи с чем у него возникло неисполненное обязательство из неосновательного обогащения в размере 1 139 400 рублей.

Доказательств возврата указанной суммы не представлено.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика задолженности в размере 1 139 400 рублей.

Таким образом, иск УСЗН Белокалитвинского района обоснован и подлежит удовлетворению в полном объеме.

Государственная пошлина по иску составляет 30 394 рубля.

В соответствии с частью 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой в установленном порядке истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Удовлетворить исковые требования.

Расторгнуть муниципальный контракт №03583001269190000070001 от 10.02.2020,  заключенный между Управлением социальной защиты населения Администрации Белокалитвинского района (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и обществом с ограниченной ответственностью «Пансионат отдыха санаторного типа, круглогодичного действия «Шахтинский текстильщик» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пансионат отдыха санаторного типа, круглогодичного действия «Шахтинский текстильщик» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Управления социальной защиты населения Администрации Белокалитвинского района (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 1 139 400,00 рублей задолженности.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пансионат отдыха санаторного типа, круглогодичного действия «Шахтинский текстильщик» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 30 394,00 рублей государственной пошлины.

 Решение суда по настоящему  делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья                     С.П. Прокопчук