ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, 

<

...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-16306/2023

г. Вологда

22 сентября 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2025 года.

В полном объёме постановление изготовлено 22 сентября 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А. судей Корюкаевой Т.Г. и Писаревой О.Г., при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В.,

при участии в судебном заседании от ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 24.01.2023,

при участии с использованием системы веб-конференции от финансового управляющего ФИО7 ФИО8 представителя ФИО5 по доверенности от 01.07.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 16 апреля 2025 года по делу № А13-16306/2023,

у с т а н о в и л:

предприниматель ФИО6 обратился 26.12.2023 в Арбитражный суд Вологодской области (далее – суд) заявлением о признании несостоятельной (банкротом) ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; адрес регистрации: 160031, 

<

...>;  ИНН 

<

***>; далее – Должник). 

Определением суда от 15.01.2024 заявление принято, возбуждено производство по дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 

Определением суда от 28.05.2024 требование ФИО6 признано обоснованным, в отношении ФИО7 введена процедура банкротства –реструктуризация долгов гражданина; финансовым управляющим ФИО7 утвержден ФИО8.

Определением суда от 20.01.2025 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 прекращено в связи с погашением требований всех кредиторов, включенных в реестр, третьим лицом. Вопрос о выплате вознаграждения финансовому управляющему и распределении расходов по делу о банкротстве выделен в отдельное производство. 

Финансовый управляющий обратился 04.03.2025 с ходатайством, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о возмещении за счет Должника судебных расходов в размере 14 820 руб. 35 коп., взыскании с него фиксированной части вознаграждения в размере 25 000 руб., взыскании со ФИО1 процентной части вознаграждения в размере 442 562 руб. 70 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО1, процессуальное положение которой изменено впоследствии  с третьего лица на ответчика.

Определением суда от 16.04.2025 со ФИО7 в пользу              ФИО8 взыскано 39 820 руб. 35 коп., в том числе 25 000 руб. фиксированного вознаграждения финансового управляющего за процедуру реструктуризации долгов гражданина и 14 820 руб. 35 коп. в возмещение понесенных в деле о банкротстве расходов. 

Со ФИО1 в пользу арбитражного управляющего ФИО8 взыскано 103 264 руб. 63 коп. процентного вознаграждения финансового управляющего. В остальной части требований отказано. 

ФИО1 с этим определением суда не согласилась и обратилась в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить.

В обоснование своей позиции ссылается на то, что судом нарушены положения статьи 47 АПК РФ о необходимости рассмотрения дела с самого начала после привлечения второго ответчика. Определение об изменении процессуального статуса ФИО1 и привлечении ее в качестве ответчика судом не выносилось. 

Не согласна с выводом суда о том, что проделанная финансовым управляющим ФИО8 работа по оспариванию сделки Должника привела к погашению требований кредиторов, в связи с чем он имеет право на процентное (стимулирующее) вознаграждение.

Материалами дела не подтверждается, что вследствие признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности стоимость реализованного имущества позволила бы погасить требования кредиторов, включенные в реестр.

Размер стимулирующего вознаграждения рассчитан судом исходя из суммы погашенных требований, в то время как установление стимулирующего вознаграждения неразрывно связано с реализацией принадлежащего Должнику имущества.

Стоимость автомобиля не устанавливалась. Оценка и реализация имущества в рамках настоящего дела не производилась.

Вывод суда о совершении финансовым управляющим действий, обеспечивших возможность реализации в будущем автомобиля, исходя из предполагаемой стоимости которого возможно установить размер процентов по вознаграждению, не основан на нормах Федерального закона от 26.10.2002                 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Действия финансового управляющего являются формальными, погашение требования не находится в причинной связи с такими действиями.

Аналогия закона (абзац седьмой пункта 20.6 Закона о банкротстве, абзац третий пункта 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») в данном случае не применима, поскольку процедура банкротства граждан не предусматривает привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Представитель ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы жалобы по изложенным в ней основаниям.

Представитель финансового управляющего возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав мнение сторон, исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  ФИО7 и ФИО1 заключили договор купли-продажи транспортного средства Субару Форестер, государственный регистрационный знак 

<

***>, VIN 

<

***>, 2015 года выпуска, цвет белый, свидетельство о государственной регистрации ТС 9959 762435.

ФИО7 и ФИО1 состоят в родственных отношениях, последняя является дочерью Должника, что подтверждается поступившей  26.09.2024 из Управления ЗАГС Вологодской области записью актов о рождении.

Финансовый управляющий обратился 30.07.2024 в суд с заявлением о признании недействительной сделкой указанного договора купли-продажи, применении последствий ее недействительности.

Проверяя довод апеллянта о том, что договор купли-продажи транспортного средства Субару Форестер не заключался, апелляционным судом запрошены материалы обособленного спора о признании сделки недействительной, из которого следует, что 11.01.2024 ФИО7 (Даритель) и ФИО1 (Одаряемый) заключили договор дарения спорного транспортного средства. 

В суд 16.10.2024 поступило ходатайство ФИО7 об отложении судебного заседания для формирования правовой позиции по спору. 

Должником подано 26.11.2024 ходатайство об отложении рассмотрения спора, мотивированное возможностью удовлетворения требований кредиторов третьим лицом. 

Определением суда от 13.01.2025 требования кредиторов ФИО7 в размере 1 475 209 руб. признаны погашенными, что послужило основанием прекращения 20.01.2025 производства по делу о банкротстве ФИО7 

Финансовый управляющий указал на то, что требования кредиторов погашены в полном объеме третьим лицом в результате действий финансового управляющего, в связи с чем, последний вправе рассчитывать на получение процентов по вознаграждению в размере 103 264 руб. 63 коп.

Суд первой инстанции, удовлетворяя данные требования, исходил из  наличия причинно-следственной связи между намерением третьего лица погасить требования кредитора и действиями арбитражного управляющего при исполнении им обязанностей.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанным выводом суда в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Право финансового управляющего на получение процентов к своему вознаграждению в процедуре реализации имущества должника предусмотрено пунктами 1 и 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

При расчете размера процентов арбитражный управляющий руководствовался положениями абзаца второго пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве, согласно которому сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

На применение указанной нормы суд первой инстанции сослался при вынесении обжалуемого определения. 

Относительно взыскания процентного вознаграждения финансового управляющего в сумме 103 264 руб. 63 коп. со ФИО1 апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов.

Согласно пункту 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 данного закона, с учетом особенностей, предусмотренных данной статьей.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.9 Закона о банкротстве выплата суммы процентов, установленных статьей 20.6 данного закона, осуществляется за счет денежных средств, полученных в результате исполнения плана реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (далее – Обзор от 20.12.2016).

Поэтому возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства гражданина. При представлении должником доказательств, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей процедур банкротства, либо препятствовал выработке экономически обоснованного плана реструктуризации, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате.

Из буквального толкования пункта 4 статьи 213.9 и пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве следует, что выплата суммы процентов финансового управляющего имуществом гражданина осуществляется за счет денежных средств, полученных в результате исполнения плана реструктуризации долгов гражданина, выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок, реализации имущества гражданина.

Кроме того, в пункте 22 Обзора от 20.12.2016 отмечено, что по общему правилу проценты по вознаграждению арбитражного управляющего являются стимулирующей частью его дохода, поэтому погашение требований уполномоченного органа, кредиторов способами, не связанными с эффективным осуществлением конкурсным управляющим мероприятий в рамках соответствующей процедуры банкротства, не может рассматриваться как основание для выплаты такого дополнительного стимулирующего вознаграждения.

В силу правовой позиции, сформулированной в пункте 23 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023, процентное вознаграждение арбитражного управляющего действительно зависит от объема и качества выполненной им работы.

В рассматриваемом случае план реструктуризации долгов гражданина не утверждался и не исполнялся, реализация имущества должника в процедуре банкротства не производилась. 

Определением суда от 04.03.2025 производство по заявлению финансового управляющего к ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности прекращено в связи с отсутствием в производстве суда дела о банкротстве должника ФИО7

Апелляционная коллегия отмечает, что мероприятия по оспариванию сделки Должника не являлись экстраординарными, не привели к пополнению конкурсной массы Должника.

Отсутствие доказательств причинно-следственной связи между предпринятыми финансовым управляющим действиями в процедуре реструктуризации долгов и действиями третьего лица по погашению обязательств кредиторов, с учетом изложенной правовой позиции, исключают возникновения у финансового управляющего права требования вознаграждения в виде процентов в связи погашением ФИО1 требований кредиторов вне зависимости от того, по какой причине не состоялась реализации имущества Должника и от добросовестности исполнения финансовым управляющим своих обязанностей.

К аналогичному выводу пришел Арбитражный суд Северо-Западного округа в постановлении от 18.01.2024 по делу № А56-116330/2019.

По остальным эпизодам (в части взыскания со ФИО7 в пользу ФИО8 25 000 руб. фиксированной части вознаграждения финансового управляющего и 14 820 руб. 35 коп. в возмещение понесенных расходов), апелляционная жалоба доводов не содержит.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2014 по делу № 306-ЭС14-5003, необходимо учитывать, в чьих интересах арбитражный управляющий выступает в споре и чьи интересы отстаивает. В случае если арбитражный управляющий выступает не от своего имени и отстаивает не свои интересы, а действовал как назначенный арбитражный управляющий имуществом должника в интересах должника и его кредиторов в пределах предоставленных ему полномочий, то судебные расходы подлежат возмещению за счет конкурсной массы должника. 

В данном случае, обращаясь в суд с ходатайством о взыскании процентного вознаграждения, финансовый управляющий преследовал и отстаивал свои личные интересы, не выполняя работу в качестве финансового управляющего Должника с учетом прав и обязанностей, предусмотренных Законом о банкротстве, а решение спора не в его пользу влечет наступление личной ответственности финансового управляющего в вопросе возмещения судебных расходов.

Руководствуясь статьями 110, 268–272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 16 апреля                 2025 года по делу № А13-16306/2023 в части взыскания  со ФИО1 в пользу арбитражного управляющего ФИО8 процентного вознаграждения финансового управляющего в сумме 103 264 руб. 63 коп. отменить, в удовлетворении требований в этой части отказать.

В остальной части определение суда оставить без изменения.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО8 в пользу ФИО1 10 000 руб. – государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                   Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

Т.Г. Корюкаева

О.Г. Писарева