﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-47785/2019

Дело № А55-10428/2017

г. Казань

11 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 июня 2019 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Герасимовой Е.П., Ивановой А.Г., 

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2018 (судья Попова Г.О.) и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2019 (председательствующий судья Мальцев Н.А., судьи Садило Г.М., Серова Е.А.)

по делу № А55-10428/2017

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» о привлечении Тарского Дмитрия Евгеньевича, Степанова Сергея Борисовича к субсидиарной ответственности в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Средневолжская промышленная компания» (ИНН 6315654368) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 29.05.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Средневолжская промышленная компания» (далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим должника назначен Богданов Виктор Анатольевич.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 05.09.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Богданов Виктор Анатольевич (далее – конкурсный управляющий).

Общество с ограниченной ответственностью «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» (далее – общество «Нижегородская металлоперерабатывающая компания») обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц Тарского Дмитрия Евгеньевича, Степанова Сергея Борисовича в размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2018, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2019, в удовлетворении заявленных обществом «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» требований отказано.

В кассационной жалобе общество «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» просит принятые по настоящему обособленному спору судебные акты отменить, заявленные требования удовлетворить, мотивируя неправильным применением судами норм материального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что действия руководителей должника в период подозрительности, имеющего крупную непогашенную задолженность перед кредиторами, по предоставлению крупного денежного займа сомнительной организации (невозвращенного), очевидно является действиями, выходящими за рамки обычной хозяйственной деятельности должника, и причиняющими убытки конкурсным и иным кредиторам, и, следовательно, недобросовестными действиями контролирующих лиц.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции находит их подлежащими отмене по следующим основаниям.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». 

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Так как обстоятельства, которые, как считает общество «Нижегородская металлоперерабатывающая компания», являются основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 2016 году, то есть до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, а заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьями 9, 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом № 266-ФЗ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, Тарский Дмитрий Евгеньевич являлся директором должника в период с 30.03.2015 по 05.03.2018, а Степанов Сергей Борисович являлся учредителем должника в период с 18.06.2014 по 03.05.2017.

Между должником (заимодавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Зерновая торговая компания» (далее – общество «Зерновая торговая компания», заемщик) заключен договор займа от 25.10.2016, в соответствии с которым должник по платежным поручениям перечислил заемщику 17 314 000 руб. Указанный заем был выдан на срок не позднее 25.02.2017. Заемщиком осуществлен частичный возврат займа в сумме 425 000 руб.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда самарской области от 12.07.2017 с общества «Зерновая торговая компания» в пользу должника взыскана задолженность по договору займа от 25.01.2016 в размере 18 002 154 руб. 72 коп., в том числе: основной долг – 16 889 000 руб., проценты за пользование займом – 1 113 154,72 руб.

Заявление общества «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» о привлечении Тарского Д.Е. и Степанова С.Б. к субсидиарной ответственности мотивировано тем, что решением Арбитражного суда Самарской области от 30.11.2016 по делу № А55-23387/2016 с должника в пользу индивидуального предпринимателя Афанасьева Г.И. была взыскана задолженность по договорам займа (срок возврата по которым – не позднее 15.01.2016) в размере 11 270 820,15 руб. Однако, несмотря на наличие крупной непогашенной задолженности перед Афанасьевым Г.И., должник предоставил заем обществу «Зерновая торговая компания» по договору займа от 25.10.2016 в размере 17 314 000 руб., что существенно ухудшило финансовое положение должника и привело к его банкротству.

Также общество «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» ссылалось на наличие у должника просроченной кредиторской задолженности перед ООО «Русский лен» (решение по делу № А5523387/2016 о взыскании с должника 4 126 939,89 руб.), ООО «БаренцТрансСервис», ИП Кечкин А.Ю.

Кроме того, решением Арбитражного суда Самарской области от 21.08.2015 по делу № А55-11002/2015 с должника в пользу мэрии городского округа Тольятти взыскана задолженность по арендной плате в размере 1 745 670,33 руб., и в период с 2016 года по 2018 год на основании указанного решения велось исполнительное производство от 10.06.2016 № 11585/16/63038-ИП, которое было окончено в связи с признанием должника банкротом.

В связи с этим общество «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» полагает, что руководители должника не позднее чем 15.04.2016 должны были узнать о том, что должник отвечает признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, однако с заявлением о банкротстве должника не обратились.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, судебные инстанции исходили из того, что факт наличия у должника кредиторской задолженности не подтверждает наличие у контролирующих его лиц обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, приняв во внимание данные годовых бухгалтерских балансов должника, согласно которым у должника имеется значительный размер активов.

Также, основываясь на данных бухгалтерской (финансовой) отчетности должника на последнюю отчетную дату (31.12.2015), предшествующую совершению сделки по договору займа от 25.01.2016, а также на сведениях официального сайта Федеральной службы государственной статистики Российской Федерации, судебные инстанции пришли к выводу о том, что данная сделка не относилась к разряду крупных сделок должника, и в результате ее совершения должник не утратил возможность продолжать осуществлять хозяйственную деятельность.

Между тем судами не принято во внимание следующее.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве, в том числе, с появлением признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, в частности, с возникновением ситуации, при которой удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения обязательств перед другими кредиторами (абзацы второй, шестой пункта 1 статьи 9 Закона).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из положений статьи 10 ГК РФ следует, что руководитель юридического лица обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им обществу, но и по отношению к кредиторам.

Применительно к гражданским правоотношениям невыполнение руководителем организации требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Суды первой и апелляционной инстанций, со ссылкой на анализ бухгалтерского баланса должника за 2015-2016 годы, пришли к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о том, что по состоянию на указанные обществом «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» даты должник обладал признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Однако вопреки выводу судов не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).

Само по себе наличие активов при отсутствии доказательств их реальной рыночной стоимости и, следовательно, достаточной ликвидности, не может свидетельствовать о платежеспособности должника или достаточности имущества.

Для определения признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества правовое значение имеет совокупный объем возникших долговых обязательств. При анализе финансового состояния должника из общего числа его обязательств не исключаются те обязательства, которые не позволяют кредитору инициировать процедуру банкротства.

Суды обеих инстанций не дали правовой оценки доводам общества «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» о возникновении ситуации, при которой должник перестал исполнять денежные обязательства перед кредиторами в полном объеме, не осуществлял хозяйственную деятельность в 2016 году, а в результате инвентаризации, проведенной в ходе конкурсного производства, должник не имеет никакого имущества, кроме единственного актива – ничем не обеспеченная дебиторская задолженность общества «Зерновая торговая компания» по предоставленному займу.

При таких условиях суд кассационной инстанции признает выводы судов об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества по состоянию на указанные обществом «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» даты и, как следствие, оснований, обязывающих руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании его банкротом, сделанным по неполно исследованным обстоятельствам спора.

При этом следует отметить, что субъектом ответственности по основанию не подачи заявления о банкротстве должника в суд в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент возникновения оснований для обращения должника с заявлением о банкротстве, признавался руководитель должника.

Положений, обязывающих участников хозяйственного общества созывать собрание для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принимать такое решение, а также предусматривающих возможность привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в случае несовершения названных действий, Закон о банкротстве в прежней редакции не содержал.

Пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, устанавливающий обязанность собрания участников принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при неисполнении такой обязанности руководителем введен в действие только Законом № 266-ФЗ.

Также судами не дана надлежащая оценка доводам общества «Нижегородская металлоперерабатывающая компания» о том, что сделка по предоставлению должником займа обществу «Зерновая торговая компания» существенно ухудшила его финансовое положение, привела к банкротству.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, содержащему положение, аналогичное ранее закрепленному в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При этом в абзаце 4 пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления Пленума № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Кроме того, с учетом разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума № 53, в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную в статье 53.1 ГК РФ, суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Между тем, суды не исследовали и не установили, какое значение для последующей деятельности должника имела сделка по выдаче займа 25.10.2016 в размере более 17 млн. руб. без какого-либо обеспечения, в то время как у должника имелись неисполненные обязательства перед собственными кредиторами на крупную сумму, были ли должник и общество «Зерновая торговая компания» платежеспособными на момент заключения договора займа, было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника, была ли потенциальная возможность общества «Зерновая торговая компания» возвратить сумму займа. Также суды не оценили существенность негативного воздействия сделки на деятельность должника, не установили, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия и повлекли ли они существенное ухудшение состояния должника.

Таким образом, суды двух инстанций неполно исследовали имеющиеся в деле доказательства; выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, сделаны без установления всех обстоятельств, необходимых для правильного разрешения настоящего спора.

Полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения дела, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, у суда кассационной инстанции отсутствуют в силу положений главы 35 АПК РФ, в связи с чем допущенные судами предыдущих инстанций нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, исходя из предмета и оснований заявленных требований, дать оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, оценить представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, после чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 24.12.2018 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2019 по делу № А55-10428/2017 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья					М.В. Коноплёва

Судьи									Е.П. Герасимова

										А.Г. Иванова