ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула

Дело № А09-6269/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 18.02.2019 

Постановление изготовлено в полном объеме  25.02.2019

 Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Стахановой В.Н., судей  Еремичевой Н.В. и Мордасова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,  в отсутствие                 истца –  общества с ограниченной ответственностью «ДТП Помощь. Брянск. УК»                           (г. Брянск, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ответчика – публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» (г. Люберцы,                                   ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице филиала публичного акционерного общества «Страховая компания «Росгосстрах» в Брянской области (г. Брянск), надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, рассмотрев                  в судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» на решение Арбитражного суда Брянской области                     от 27.11.2018 по делу № А09-6269/2018 (судья Репешко Н.А.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ДТП Помощь. Брянск. УК» (далее –                    ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК», истец) обратилось в Арбитражный суд                            Брянской области с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Страховая компания «Росгосстрах», в лице филиала публичного акционерного общества «Страховая компания «Росгосстрах» в Брянской области (далее –                                                      ООО «СК «Росгосстрах», ответчик) о взыскании 12 898 руб. 51 коп. невыплаченного страхового возмещения, 5 495 руб. 64 коп. неустойки, начисленной за период с 12.05.2018 по 05.06.2018 просрочки страховой выплаты, 10 000 руб. в возмещение расходов                                по оплате стоимости независимой экспертизы, 5 000 руб. в возмещение расходов                       по оплате услуг представителя по досудебному урегулированию спора, 10 000 руб.                           в возмещение расходов по оплате услуг представителя в суде, 300 руб. в возмещение нотариальных расходов, 2 000 руб. в возмещение государственной пошлины по иску. 

В ходе рассмотрения дела истец заявил ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которому истец просил взыскать с ответчика 12 898 руб. 51 коп. невыплаченного страхового возмещения, неустойку за просрочку выплаты, рассчитанную по состоянию на день принятия судом решения по настоящему делу, 10 000 руб.                           в возмещение расходов по проведению независимой экспертизы, а также 15 000 руб.                    в возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя (т. 1 л.д.132). 

Уточнение исковых требований принято судом первой инстанции в порядке статьи 49 АПК РФ. 

Решением Арбитражного суда Брянской области от 27.11.2018 по делу                   № А09-6269/2018 исковые требования удовлетворены частично. С ПАО «Страховая компания «Росгосстрах» в пользу ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» взыскано                        35 797 руб. 02 коп., в том числе 12 898 руб. 51 коп. невыплаченного страхового возмещения,     12 898 руб. 51 коп. неустойки и 10 000 руб. в возмещение расходов по проведению независимой экспертизы; также 17 000 руб. в возмещение судебных расходов,  в том числе 2 000 руб. в возмещение расходов по государственной пошлине, уплаченной по иску, и 15 000 руб. в возмещение расходов по оплате услуг представителя.                               В удовлетворении исковых требований ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» о взыскании                   с ПАО «Страховая компания «Росгосстрах» 11 737 руб. 64 коп. неустойки отказано.

Не согласившись с   данным  решением, ПАО СК «Росгосстрах» обратилось                          в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит  отменить    решение суда первой инстанции, принять по  делу новый судебный акт, ссылаясь                           на неправильное применение судом норм материального и процессуального права. 

В обоснование доводов жалобы апеллянт ссылался на то, что суд в нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отдал  предпочтение экспертизе истца без оценки иных представленных   доказательств,    опровергающих  данный    расчет,   что   приводит    к    принятию необоснованного                    и незаконного решения.

 Суд первой инстанции не учел значительную разницу в суммах, рассчитанных экспертами по заказу истца и ответчика. При сравнении актов осмотров, представленных в материалы дела, эксперты-техники установили в перечне повреждений - бампер задний. Однако суммы в расчетах различны в связи с тем, что в калькуляциях указаны разные поврежденные детали и работы. Так, в экспертном заключении истца помимо бампера заднего указаны такие детали, требующие ремонтных воздействий как: колесо заднее левое, колесо заднее правое и облицовка панели задка. Кроме того, эксперт-техник                            по заказу страховщика указывает в качестве работы ремонт бампера заднего,                                   а эксперт-техник по заказу истца - замену. Таким образом, включение новых деталей,               не установленных в акте осмотра как поврежденные, а также необоснованное решение                  по замене заднего бампера, а не его ремонта, привело к значительному увеличению стоимости восстановительного ремонта. Кроме того, отсутствие необходимости проведения замены заднего бампера подтверждается фотографиями с места осмотра,                                 а также отсутствие каких-либо повреждений на задних колесах, устранения повреждений на которых были включены в расчет по восстановительному ремонту. При анализе представленных в материалы дела фотоматериалов с мест осмотров,  как по направлению страховщика, так и по заказу истца следует,   что повреждений заднего бампера                           не имелось.

ПАО СК «Росгосстрах» считает, что судом первой инстанции не дана оценка, представленному в дело доказательству, а именно экспертному заключению ответчика, составленному ООО «ТК Сервис Регион».

По мнению ответчика, суд первой инстанции необоснованно пришел к выводу                      о том, что размер ущерба составляет 7300 руб., поскольку истцом каких-либо доказательств в опровержение обоснованности заявленных ответчиком возражений относительно стоимости восстановительного ремонта транспортного средства,                           не представлено. Истец в свою очередь не представил доказательства подтверждающие, что представленное ответчиком экспертное заключение является ненадлежащим доказательством размера причиненного истцу ущерба.

Апеллянт полагает, что судом также не учтено, что в соответствии с подп «б» пункта 18 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» размер подлежащих возмещению убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае повреждения имущества потерпевшего - в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось                          до момента наступления страхового случая. Следовательно, сумма в размере 7300 руб., рассчитанная экспертом-техником ООО «ТК Сервис Регион»,  является обоснованной                       и отражающей реальный ущерб, который подлежит возмещению.

Заявитель жалобы считает, что у суда не имелось оснований для принятия экспертного заключения истца в качестве достоверного и допустимого доказательства, подтверждающего размер ущерба, так как оно было получено с нарушением установленного Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» порядка. Поскольку акт осмотра, составленный по инициативе истца, датирован 10.04.2018,                     что явно свидетельствует о том, что истец обратился к независимому эксперту                               до обращения к страховщику с первоначальным заявлением и до осмотра поврежденного ТС страховщиком. Данный факт свидетельствует о том, что отсутствует                              причинно-следственная связь между действиями страховщика и понесенными расходами на проведение независимой экспертизы. Суд не установил причины, вследствие чего истец обратился за независимой экспертизой непосредственно еще до того,                                  как страховщик совершил какие-либо действия по урегулированию возникшего страхового случая. Более того, материалами дела подтверждается, что страховщик организовал осмотр поврежденного ТС, провел независимую экспертизу и рассчитал стоимость восстановительного ремонта.

Кроме того, апеллянт ссылался на то, что расходы на проведение независимой экспертизы являются чрезмерными.

ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» в отзыве на апелляционную жалобу возражало против ее доводов, просило решение суда первой инстанции оставить без изменения,                      а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Представители  сторон в судебное заседание не явились,  о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что неявка представителей указанных лиц не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы по имеющимся в деле доказательствам, в связи                    с чем дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, обсудив доводы жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения либо отмены обжалуемого решения суда первой инстанции ввиду следующего. 

Как следует из материалов дела, 09.04.2018 по адресу: 

<

...>, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобиля Ниссан Альмера, р/з 

<

***> под управлением ФИО2 (далее – ФИО2), и автомобиля ВАЗ 2110, р/з 

<

***>                       под управлением ФИО3. 

В результате указанного ДТП автомобилю Ниссан Альмера, р/з 

<

***>  причинены механические повреждения, а его владельцу – ФИО2 – убытки. 

Риск гражданской ответственности потерпевшего ФИО2 застрахован                 в ПАО СК «Росгосстрах». 

Страховщиком организован осмотр поврежденного спорного автомобиля                            с составлением экспертной организацией ООО «ТК Сервис Регион» акта от 10.04.2018                 № 16457206 осмотра транспортного средства (т. 1 л.д. 81-82), калькуляции от 27.04.2018                   № 16457206 по определению стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства (т.1 л.д.83-84), заключения от 25.05.2018 № 16457206 о величине утраты товарной стоимости (УТС) в результате повреждения транспортного                             средства (т.1 л.д.86-87). Согласно выводам составленной калькуляции стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Ниссан Альмера, р/з 

<

***>                   с учетом износа составила 7 300 руб.; согласно выводам заключения о величине                       УТС размер последней составил 2 745 руб. 50 коп. 

Страховое возмещение потерпевшему ФИО2 страховой компанией не выплачено. 

10.04.2018 между ФИО2 (цедент) и ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» (цессионарий) заключен договор уступки права (требования) (т. 1 л.д. 10),                                в соответствии с которым цедент передал, а цессионарий принял право (требование)                       на получение надлежащего исполнения обязательства страховой компанией, возникшего из договора ЕЕЕ № 1019700107 (полис потерпевшего ЕЕЕ № 0901914675), в результате повреждения автомобиля Ниссан Альмера, р/з 

<

***> в ДТП, имевшем место 09.04.2018 по адресу: 

<

...>, а также связанных с ним прав, в том числе возникших вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства (неустойка, финансовая санкция, расходы на оплату экспертного заключения, телеграммы и т.д.) (пункт 1.1 договора). 

18.04.2018 в адрес ПАО СК «Росгосстрах» от ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» поступило письменное заявление о страховом случае от 16.04.2018, в котором заявитель                  с приложением пакета правоподтверждающих документов просил произвести осмотр поврежденного в вышеуказанном ДТП автомобиля, произвести выплату страхового возмещения, а также возместить расходы по заверению копий документов и оформлению доверенности в размере 300 руб. (л.д.12). 

В письме от 04.05.2018 № 16457206 ПАО СК «Росгосстрах», со ссылкой на абзац 2 пункта 1 статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), сообщило обществу «ДТП Помощь. Брянск. УК» о направлении соответствующего запроса первоначальному кредитору (ФИО2) о подтверждении перешедшего                      к обществу «ДТП Помощь. Брянск. УК» права требования страхового возмещения.                    Здесь же страховщик со ссылкой на то, что обществом «ДТП Помощь. Брянск. УК»                     не представлены ни оригинал уведомления о передаче прав требования страхового возмещения о первоначального кредитора, ни надлежащим образом заверенной                                  его копии, сообщил заявителю о невозможности принятия положительного решения                                           по его заявлению. Помимо этого страховщик указал на то, что представленный договор цессии подписан от имени ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» представителем ФИО4, в подтверждение полномочий которого соответствующих документов,                              таких как устав организации, протокол избрания руководителя или приказ                                              о его назначении на должность, обществом не приложено. Ссылаясь на данные обстоятельства, страховщик сообщил, что до представления заявителем надлежащим образом заверенных копий  документов, подтверждающих полномочия руководителя организации, правовые основания для выплаты страхового возмещения по данному обращению отсутствуют (т.1 л.д.19). 

Согласно выводам экспертного заключения от 17.05.2028 № М110/05-18,  составленного обществом с ограниченной ответственностью «Автоэкспертиза» (далее – ООО «Автоэкспертиза») по результатам проведенной по заказу ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» независимой экспертизы транспортного средства, стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства (автомобиля Ниссан Альмера, р/з 

<

***>) без учета износа составила 10 339 руб., с учетом износа –                    10 015 руб. 51 коп. (т.1 л.д. 31), величина утраты товарной стоимости – 2 883 руб. (т.1 л.д.28). 

Письмом от 17.05.2018 ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» направило                                          в адрес ПАО СК «Росгосстрах» претензию с просьбой о выплате страхового возмещения, а также возмещении всех понесенных расходов по данному делу (т.1 л.д.16-18). 

В письме от 30.05.3018 № 16457206 ПАО СК «Росгосстрах»                                                     в ответ  на вышеуказанную претензию повторно, со ссылкой на абзац 2 пункта 1                        статьи 385 ГК РФ, сообщило обществу «ДТП Помощь. Брянск. УК» о направлении соответствующего запроса первоначальному кредитору (ФИО2) о подтверждении перешедшего к обществу «ДТП Помощь. Брянск. УК» права требования страхового возмещения, а также указало на отсутствие имеющихся в распоряжении страховщика документов, подтверждающих наличие у ФИО4, подписавшей от имени                             ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» договор цессии с ФИО2, соответствующих полномочий действовать от имени ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК», а также указало                  на отсутствие в договоре цессии ОГРН цессионария, в связи с чем ПАО СК «Росгосстрах» отказало заявителю в выплате страхового возмещения (т. 1 л.д.104). 

Поскольку ответчиком в добровольном порядке  не удовлетворено требование                     по выплате страхового возмещения истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Рассматривая спор по существу и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

Правоотношения по договору обязательного страхования регулируются нормами главы 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ),                                          а также Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее –                                    Закон  об ОСАГО).

В соответствии со статьей 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки                               в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Из пункта 1 статьи 930 ГК РФ следует, что имущество может быть застраховано               по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества. 

По смыслу названных правовых норм, обязательство страховщика, составляющее предмет договора страхования, заключается в возмещении страхователю (выгодоприобретателю) причиненных вследствие наступления страхового случая убытков; основанием выплаты страхового возмещения страховщиком является наступление страхового случая и факт причинения вреда заинтересованному лицу. 

Согласно пункту 3 статьи 931 ГК РФ договор страхования риска ответственности за причинение вреда считается заключенным в пользу лиц, которым может быть причинен вред (выгодоприобретателей), даже если договор заключен в пользу страхователя                             или иного лица, ответственных за причинение вреда, либо в договоре не сказано,                             в чью пользу он заключен.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ                         «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств – договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию)                          при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью                                                      или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы); под страховым случаем понимается наступление гражданской  ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее                   за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховую выплату. 

На основании статьи 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств. Обязанность по страхованию гражданской ответственности распространяется на владельцев всех используемых на территории Российской Федерации транспортных средств.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в частности использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды,                               по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т. п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков                                и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Заявление о страховой выплате в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 Закона                 об ОСАГО страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 14.1 Закона об ОСАГО потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте «б» настоящего пункта;

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии                   с настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 4 названной статьи Закона об ОСАГО страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 настоящего Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков в размере, определенном в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона.

В отношении страховщика, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае предъявления к нему требования о прямом возмещении убытков применяются положения настоящего Федерального закона, которые установлены                             в отношении страховщика, которому предъявлено заявление о страховой выплате.

В соответствии со статьей 1 Закона об ОСАГО страховым случаем признается наступление гражданской ответственности страхователя, иных лиц, риск ответственности которых застрахован по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, которое влечет за собой обязанность страховщика произвести страховую выплату. 

В рассматриваемом случае факт наступления страхового случая подтверждается материалами дела и ответчиком не оспаривался. Гражданская ответственность потерпевшего на момент ДТП надлежащим образом застрахована ответчиком.

Таким образом, в силу положений статей 929, 931 ГК РФ, статей 12, 14.1 Закона               об ОСАГО на ответчике лежит обязанность при наступлении страхового случая произвести потерпевшему денежную выплату в размере, установленном законодательством.

Гражданские права и обязанности в силу положений статьи 8 ГК РФ возникают                из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров                                  и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее                      на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.                              Для  перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 389 ГК РФ уступка требования, основанного                     на сделке, совершенной в простой письменной форме, должна быть совершена                               в соответствующей письменной форме. 

В силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом                             или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору                             в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.                        В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право                             на проценты. 

В свою очередь, существенным условием договора уступки права требования является обязательство, на основании которого возникло право первоначального кредитора к должнику. 

Поскольку объем прав первоначального кредитора определяется договором между ним и должником, договор цессии должен содержать ссылку на договор, послуживший основанием возникновения обязательства, права по которому переходят к новому кредитору. 

При этом в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58                      «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – постановление Пленума                   № 58), договор уступки права на страховую выплату признается заключенным,                           если предмет договора является определимым, т.е. возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (пункт 1 статьи 307, пункт 1 статьи 432, пункт 1                                   статьи 384 ГК РФ).

Как установлено судом, договор от 10.04.2018 уступки права (требования), заключенный между ФИО2 и ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК», составлен                      в соответствии с положениями статьи 382 ГК РФ, не противоречит закону, его форма соблюдена, предмет определен, передаваемые права не связаны неразрывно с личностью кредитора, а личность кредитора по обязательствам не имеет существенного значения                 для должника. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 70 Постановление Пленума № 58 право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме                                и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО). 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу                    о том, что требования к страховой компании (ответчику) на получение надлежащего исполнения обязательства, возникшего из договора ЕЕЕ № 1019700107                                     (полис потерпевшего ЕЕЕ № 0901914675), в результате повреждения автомобиля                   Ниссан Альмера, р/з 

<

***> в ДТП, имевшем место 09.04.2018 по адресу: 

<

...>, а также связанных с ним прав, в том числе возникших вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства (неустойка, финансовая санкция, расходы на оплату экспертного заключения, телеграммы и т.д.),                       в полном объеме перешли к ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК», которое, по праву, обратилось в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением. 

На основании пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков                              и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования. 

В силу абзацев первого, второго пункта 1 статьи 16.1 Закона об ОСАГО                            до предъявления к страховщику иска, содержащего требование об осуществлении страхового возмещения, потерпевший обязан обратиться к страховщику с заявлением, содержащим требование о страховом возмещении или прямом возмещении убытков,                      с приложенными к нему документами, предусмотренными правилами обязательного страхования. При наличии разногласий между потерпевшим и страховщиком относительно исполнения последним своих обязательств по договору обязательного страхования до предъявления к страховщику иска, вытекающего из неисполнения или ненадлежащего исполнения им обязательств по договору обязательного страхования, несогласия потерпевшего с размером осуществленной страховщиком страховой выплаты, несоблюдения станцией технического обслуживания срока передачи потерпевшему отремонтированного транспортного средства, нарушения иных обязательств                                  по проведению восстановительного ремонта транспортного средства потерпевший направляет страховщику претензию с документами, приложенными к ней и обосновывающими требование потерпевшего, которая подлежит рассмотрению страховщиком в течение десяти календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня поступления. В течение указанного срока страховщик обязан удовлетворить выраженное потерпевшим требование о надлежащем исполнении обязательств по договору обязательного страхования или направить мотивированный отказ в удовлетворении такого требования. 

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума № 58, направление заявления о страховой выплате и представление необходимых документов, перечень которых установлен Правилами страхования, должны производиться способами, обеспечивающими фиксацию их направления и получения адресатом. 

При этом аналогичное разъяснение содержалось и в ранее действовавшем постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2                   «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (пункт 43). 

Как установлено выше, истец направил в адрес ответчика заявление о выплате страхового возмещения, с приложением необходимых документов, посредством почтового отправления через ФГУП «Почта России». 

Согласно материалам дела указанные заявление и документы были получены ответчиком, однако ПАО СК «Росгосстрах» отказало ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК»                   в осуществлении страховой выплаты со ссылкой на непредставление первоначальным кредитором (ФИО2) страховщику оригинала или надлежащим образом заверенной копии уведомления о передаче прав требования выплаты страхового возмещения, непредставление документов, подтверждающие полномочия ФИО4 действовать от имени ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» в качестве его руководителя                     и отсутствие в договоре цессии ОГРН цессионария. 

Суд первой инстанции правомерно признал необоснованными предъявленные страховщиком к заявителю требования, на основании следующего.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника,                 если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

В силу положений пункта 3 статьи 382 ГК РФ, если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным                 до получения уведомления о переходе права к другому лицу. 

Согласно пункту 1 статьи 385 ГК РФ уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором                       оно направлено. Должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору                            до предоставления ему доказательств перехода права к этому кредитору, за исключением случаев, если уведомление о переходе права получено от первоначального кредитора. 

Из разъяснений пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда                      Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц                       в обязательстве на основании сделки» следует, что по смыслу статьи 385 ГК РФ уведомление о переходе права должно содержать сведения, позволяющие                                      с достоверностью идентифицировать нового кредитора, определить объем перешедших               к нему прав. Если указанных в уведомлении сведений недостаточно для совершения должником исполнения новому кредитору, должник, по общему правилу, вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору или приостановить исполнение                  и потребовать представления соответствующих сведений от первоначального кредитора. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 68, 69 Постановления Пленума № 58, предъявление выгодоприобретателем страховщику требования о выплате страхового возмещения не исключает уступку права на получение страхового возмещения. Договор уступки права на страховую выплату признается заключенным,           если предмет договора является определимым, то есть возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступки. При этом отсутствие                                   в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием                       для признания договора незаключенным (пункт 1 статьи 307, пункт 1 статьи 432,                     пункт 1 статьи 384 ГК РФ). 

В договоре уступки прав (требования), заключенном 10.04.2018 между потерпевшим ФИО2 и ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК», указаны сведения                   о событии, имеющем признаки страхового случая, серии, номере страхового полиса                          и договора, заключенного со страховой компанией, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в рассматриваемом отсутствуют основания считать такой договор незаключенным. 

Из материалов дела усматривается, что к уведомлению от 10.04.2018                                          о замене кредитора (т. 1 л.д. 11), в том числе приложена заверенная копия                     договора цессии от 10.04.2018, при этом данный договор в полной мере содержит сведения, позволяющие с достоверностью идентифицировать нового кредитора –                    ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» - и определить объем перешедших к нему прав. 

Помимо этого, сведения, позволяющие идентифицировать нового кредитора (истца), последним указаны и в документах, приложенных к заявлению о прямом возмещении убытков (т. 1 л.д. 12), в частности, сведения об ОГРН цессионария страховщик мог установить из приложенного к заявлению заверенного свидетельства                     о государственной регистрации юридического лица; при этом на наличие недостоверных сведений в предоставленных истцом документах ответчик не указывал. 

В свою очередь, требование ответчика о непредставлении заявителем                  документов, содержащих подтверждение наличия полномочий руководителя                           ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК», суд первой инстанции правомерно счел несостоятельными, поскольку сведения о лице, имеющем право действовать от имени юридического лица без доверенности, включены в Единый государственный реестр юридических лиц и являются общедоступными, то есть могли быть получены страховщиком самостоятельно. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ответчик не вправе отказать истцу в выплате страхового возмещения                      по вышеуказанным основаниям. 

Пунктами 1 и 2 статьи 12.1 Закона об ОСАГО предусмотрено, что в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости                      его восстановительного ремонта проводится независимая техническая экспертиза. Независимая техническая экспертиза проводится по правилам, утверждаемым 

Центральным Банком России. Центральным Банком России утверждено Положение о правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства от 19.09.2014 № 433-П (далее – Положение № 433-П). 

Согласно пункту 8 Положения № 433-П проведение экспертизы завершается составлением экспертного заключения, оформляемого в письменной форме. 

Пункт 10 Положения № 433-П предусматривает, что экспертное заключение подписывается собственноручно экспертом-техником, непосредственно выполнявшим экспертизу. Экспертное заключение, подготовленное экспертной организацией, подписывается собственноручно экспертом-техником, непосредственно выполнявшим экспертизу, утверждается руководителем этой организации и удостоверяется ее печатью. 

В пункте 39 Постановления Пленума № 58 разъяснено,  что по договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в результате повреждения транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 17.10.2014, определяется только в соответствии   с Единой методикой. 

Из материалов дела следует, что истец, воспользовавшись своим правом                                на проведение независимой экспертизы, обратился в ООО «Автоэкспертиза» по вопросу определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного спорного автомобиля. 

В соответствии с пунктом 18 статьи 12 Закона об ОСАГО подлежащие возмещению убытки в случае повреждения имущества потерпевшего определяются                     в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором                 оно находилось до момента наступления страхового случая (восстановительных расходов). 

Из экспертного заключения ООО «Автоэкспертиза» следует, что стоимость восстановительного ремонта спорного транспортного средства с учетом износа составила 10 015 руб. 51 коп., размер УТС составил 2 883 руб. (т. 1 л.д. 28). 

Согласно статье 89 АПК РФ заключение эксперта признается документом, допускаемым в качестве доказательства по делу и подлежащим оценке судом по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности с другими имеющимися в деле доказательствами. 

При таких обстоятельствах, оценив представленное истцом экспертное                 заключение ООО «Автоэкспертиза», суд первой инстанции пришел к верному выводу,                                     что оно отвечает принципам обоснованности, однозначности, существенности                                   и достоверности, в связи с чем является надлежащим доказательством по делу и может быть использовано для определения стоимости восстановительного ремонта спорного транспортного средства. 

Оспаривая размер ущерба, ответчик должен доказать и документально подтвердить, что фактическая стоимость восстановительного ремонта транспортного средства не соответствует объему и характеру повреждений, полученных при ДТП;                    при определении стоимости восстановительного ремонта транспортного средства                          в стоимость включены повреждения, не связанные с данным ДТП; при заявленном объеме и характере повреждений транспортного средства, стоимость восстановительного ремонта является менее заявленной истцом. 

В свою очередь, ответчик не оспорил выводы представленного истцом экспертного заключения путем заявления ходатайства о назначении в рамках настоящего дела судебной экспертизы по вопросу определения стоимости восстановительного ремонта поврежденного спорного транспортного средства. 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что требование истца о взыскании с ответчика суммы невыплаченного страхового возмещения в размере 12 898 руб. 51 коп., составляющем стоимость восстановительного ремонта спорного транспортного средства и УТС, является обоснованным и подлежащим удовлетворению. 

В соответствии с абзацем 1 пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО в течение                   20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия                        к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства                              с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано                его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении. 

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента               от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему (абзац 2 пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО) (в редакции, действовавшей на дату обращения истца                           к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения по спорному страховому случаю). 

Абзацем 1 пункта 78 Постановления Пленума № 58 разъяснено, что размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты определяется в размере 1 процента за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке   в сроки, установленные статьей 12 Закона об ОСАГО (абзац 2 пункта 21 статьи 12                      Закона об ОСАГО). 

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору. Неустойка исчисляется со дня, следующего                  за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения,                         т.е. с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно (абз.2 пункта 78 Постановления Пленума № 58). 

Согласно материалам дела, спорный страховой случай наступил 09.04.2018; страховщик (ответчик) получил заявление истца о страховой выплате 18.04.2018, следовательно, установленный Законом об ОСАГО 20-дневнй срок, в течение которого страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему, окончен 10.05.2018. 

Таким образом, в 20-дневный срок, предусмотренный п.21 ст.12 Закона                              об ОСАГО, страховая компания не исполнила свои обязательства по выплате страхового возмещения по спорному страховому случаю. 

В свою очередь, за нарушение срока выплаты страхового возмещения истец просил суд взыскать с ответчика 24 636 руб. 15 коп. неустойки, начисленной за период                               с 14.05.2018 по 20.11.2018 (по состоянию на день принятия судом решения по делу)                  (191 день) из расчета 1% за каждый день просрочки выплаты 12 898 руб. 51 коп. (невыплаченное страховое возмещение). 

В силу положений статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. 

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню). 

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения     или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение  ему убытков (статья 330 ГК РФ). 

В то же время в силу положений пункта 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность              при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом                        или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая                                       от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. 

Из пункта 2 статьи 401 ГК РФ следует, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 86 постановления Пленума № 58 страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции и/или штрафа, если обязательства страховщика были исполнены   в порядке и в сроки, которые установлены Законом об ОСАГО, а также если страховщик докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы   или вследствие виновных действий (бездействия) потерпевшего (пункт 5 статьи 16.1 Закона об ОСАГО). В удовлетворении таких требований суд отказывает,   когда установлено, что в результате действий потерпевшего страховщик не мог исполнить свои обязательства в полном объеме или своевременно. 

Как установлено судом, в рассматриваемом случае ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для освобождения                                     его от ответственности в виде уплаты неустойки за просрочку страховой выплаты. 

Из пункта 1 статьи 333 ГК РФ следует, что подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника                            о таком уменьшении. 

В соответствии с пунктом 71 постановления Пленума Верховного Суда               Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7),                               если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1                  статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). 

Согласно материалам дела ответчик, сославшись на явную несоразмерность предъявленной суммы неустойки последствиям нарушения обязательства, заявил ходатайство о снижении ее размера. 

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда                             Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81) разъяснено, что ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности,                      что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной суммы неустойки.                             Иные доводы ответчика, в том числе о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения; о неисполнении обязательств контрагентами; о наличии задолженности перед другими кредиторами; о непоступлении денежных средств из бюджета; о добровольном погашении долга на день рассмотрении спора и т.п., сами по себе не могут служить оправданием для снижения неустойки. 

Соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается. Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 названного Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. 

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в определениях от 22.01.2004 № 13-О и от 21.12.2000 № 277-О, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение                                       или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной. 

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000                           № 263-О указал на то, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки                в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки,                                 то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина                       не должно нарушать права и свободы других лиц. 

Таким образом, суд должен установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. 

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). 

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае                                ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного                                  (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В пункте 1 статьи 333 ГК РФ речь идет о необходимости установить баланс               между применяемой к нарушителю мерой ответственности и отрицательными последствиями, наступившими для кредитора в результате нарушения обязательства.                                    Гражданско-правовая ответственность должна компенсировать потери кредитора,                           а не служить его обогащению. 

В Информационном письме от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другое. 

Таким образом, степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка указанному критерию отнесена к компетенции суда и производится им по правилам статьи 71 АПК РФ, исходя из своего внутреннего убеждения, основанного                                       на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании                                     всех обстоятельств дела. 

Исходя из фактических обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел                               к правильному выводу о том, что начисленная неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. 

Как установлено выше, размер невыплаченного страхового возмещения составил 12 898 руб. 51 коп., следовательно, взыскание неустойки в заявленном истцом по иску размере приведет к тому, что размер неустойки значительно превысит сумму недоплаченного возмещения, что не соответствует принципу установления баланса применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и причиненным ущербом. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции в соответствии                                             со статьей 333 ГК РФ и с учетом того, что подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства с целью установления баланса интересов сторон правомерно снизил размер заявленной неустойки до 12 898 руб. 51 коп., (сумма недоплаченного страхового возмещения). 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции                       о том, что размер неустойки в указанном размере обеспечивает соблюдение баланса интересов сторон и не повлечет ущемление имущественных прав истца либо ответчика. Размер ответственности достаточен для обеспечения восстановления нарушенных прав истца, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости. 

Кроме того, расходы, понесенные потерпевшим в связи с необходимостью восстановления права, нарушенного вследствие причиненного дорожно-транспортным происшествием вреда, подлежат возмещению страховщиком в пределах сумм, установленных статьей 7 Закона об ОСАГО (пункт 4 статьи 931 ГК РФ, абзац восьмой статьи 1, абзац первый пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО). 

Из пункта 14 статьи 12 Закона об ОСАГО следует, что стоимость независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), на основании которой осуществляется страховое возмещение, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования. 

При этом расходы на проведение экспертизы не являются страховым возмещением, поскольку они должны быть понесены при осуществлении страховщиком обычной хозяйственной деятельности. Следовательно, стоимость независимой экспертизы (оценки), на основании которой должна быть произведена страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком, а не в состав страховой выплаты. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 99 Постановления                               Пленума ВС РФ от 26.12.2017 № 58, стоимость независимой технической экспертизы                    и (или) независимой экспертизы (оценки), организованной потерпевшим в связи                              с неисполнением страховщиком обязанности по осмотру поврежденного транспортного средства и (или) организации соответствующей экспертизы страховщиком                                      в установленный пунктом 11 статьи 12 Закона об ОСАГО срок, является убытками.                Такие убытки подлежат возмещению страховщиком по договору обязательного страхования сверх предусмотренного Законом об ОСАГО размера страхового возмещения в случае, когда страховщиком добровольно выплачено страховое возмещение или судом удовлетворены требования потерпевшего (статья 15 ГК РФ, пункт 14 статьи 12 Закона                 об ОСАГО). 

В рассматриваемом случае проведение истцом самостоятельной экспертизы стоимости восстановительного ремонта транспортного средства после подачи соответствующего заявления было обусловлено действиями страховщика,                                    не выплатившего сумму ущерба, что свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между понесенными расходами на проведение экспертизы с действиями ответчика. При этом указанные расходы истца следует рассматривать в качестве убытков, поскольку эти расходы непосредственно связаны с наступившим страховым событием, были направлены на определение размера ущерба, причиненного в результате                                     ДТП застрахованному транспортному средству потерпевшего, и являлись необходимыми для реализации права на получение страхового возмещения. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу                  о том, что заявленные требования истца о возмещении расходов по оплате проведенной независимой технической экспертизы в размере 10 000 руб. являются обоснованными                                и подлежат удовлетворению. 

Истцом заявлено требование о взыскании расходов по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб. 

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

Из статьи 106 АПК РФ следует, что к судебным издержкам, связанным                                    с  рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

Порядок распределения судебных расходов предусмотрен статьей  110 АПК РФ.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны; в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований; расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. 

Из содержания пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства                          о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1) следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать                         его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон                     (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. 

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле,                             в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2                          статьи 110 АПК РФ). 

В обоснование понесенных расходов по оплате юридических услуг представителя истец представил договор от 17.05.2018 о возмездном оказании услуг № 18, заключенный между ООО «ДТП Помощь. Брянск. УК» (заказчик) и ООО «Юридическая компания «Советник» (исполнитель), и платежные поручения на общую сумму 15 000 руб. 

Таким образом, истец представил надлежащие документальные доказательства несения им расходов в сумме 15 000 руб. по оплате юридических услуг за представление его интересов. 

Согласно пунктам 1.2, 1.4 вышеуказанного договора о возмездном оказании услуг за представление интересов заказчика в рамках досудебного разбирательства (подготовка досудебной претензии, направление досудебной претензии ответчику) заказчик передает исполнителю 5 000 руб., за представление интересов заказчика в суде заказчик передает исполнителю 10 000 руб. 

В свою очередь, ответчик в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции                        о чрезмерности предъявленных истцом к возмещению судебных расходов не заявлял.  

В силу положений пункта 13 постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку                                  им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

При определении размера возмещения судебных расходов по оплате оказанных юридических услуг суд первой инстанции правомерно принял во внимание условия договора от 22.02.2017 о возмездном оказании услуг ЮР_ЯР № 73, объем фактически оказанных услуг в рамках настоящего дела (подготовка искового заявления, представление интересов заказчика в судебном заседании 26.07.2017 и 02.08.2017), характер и степень сложности настоящего спора, учитывает сложившуюся в регионе стоимость оплаты аналогичных услуг за ведение арбитражных дел: за составление правовых документов (заявлений, жалоб, исковых заявлений) – в зависимости                             от сложности, но не менее 5 000 руб., за представительство в арбитражном суде первой инстанции – от 7% от оспариваемой суммы либо цены иска, но не менее 10 000 руб.                    за один день участия (раздел 6.4 Рекомендаций по оплате юридической помощи, оказываемой адвокатами гражданам, учреждениям, организациям, предприятиям, утвержденных Советом Адвокатской палаты Брянской области 25.03.2014). 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявленный ответчиком размер возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб. соответствует объему фактически оказанных                         ему юридических услуг и не превышает разумные пределы. 

Проанализировав объем оказанных по названному выше договору юридических услуг, суд апелляционной инстанции соглашается с  выводом суда первой инстанции                       о  том, что разумными в данном случае являются судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 15 000 руб.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что разумность размера судебных расходов устанавливается судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Суд апелляционной инстанции считает, что указанный размер судебных расходов                             в данном случае соответствует сложившимся в регионе ценам на рынке юридических услуг и является разумным при определении пределов расходов по оказанию юридической помощи по настоящему делу. 

В соответствии с положениями статьи 110 АПК РФ и абзаца 3 пункта 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 суд первой индианки правомерно взыскал с ответчика  государственную пошлину в пользу истца размере 2 000 руб.  

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод ответчика о том, что акт осмотра                 в экспертном заключении истца составлен ранее даты подачи заявления о страховой выплате. Ответчик не привел каких-либо доводов, как именно указанное обстоятельство повлияло на его права и обязанности с учетом того, что поврежденное транспортное средство было осмотрено страховщиком, а само экспертное заключение составлено                        по заказу истца после истечения срока на рассмотрение заявления о страховой выплате.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при наличии сомнений                                       в достоверности представленного истцом акта осмотра ответчик был вправе ходатайствовать перед судом о проведении судебной экспертизы, однако этим правом ответчик не воспользовался (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); представленное истцом заключение никаким образом ответчиком не опровергнуто.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», если ходатайство о назначении экспертизы не поступило или согласие не было получено, оценка требований                                     и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 названного Кодекса о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ссылка ответчика на недобросовестность действий истца отклоняется судом  апелляционной инстанции, поскольку в рассматриваемом случае оснований для вывода о наличия в действиях истца признаков злоупотребления правом не имеется.

Доказательств наличия обстоятельств, освобождающих страховщика                                 от ответственности за нарушение сроков выплаты страхового возмещения,                                  либо свидетельствующих о явной недобросовестности истца, а также доказательств выплаты страхового возмещения в установленный срок ответчиком не представлено.

Ссылка ответчика на имеющуюся судебную практику, не принимается во внимание  судом  апелляционной инстанции,  поскольку  по указанным делам имеются иные обстоятельства и по ним страховщик     не уведомлялся о проведении экспертизы,                           либо экспертиза проводилась потерпевшим  до получения результатов независимой экспертизы, организованной страховщиком.

Возражения относительно представленного истцом экспертного заключения отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку  заключение                                            ООО «ТК Сервис Регион», являющееся в силу положений статей 75 и 89  АПК РФ иным письменным доказательством, ответчиком не опровергнуто, ходатайств о проведении судебной экспертизы не заявлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Доводы заявителя апелляционной жалобы о чрезмерности и неразумности расходов истца на оплату услуг независимого эксперта отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку доказательств того, что истец намеренно выбрал экспертную организацию, оказывающие дорогостоящие услуги, в материалы  дела не представлено.

Заявленные в апелляционной жалобе доводы не влияют на законность                                      и обоснованность обжалуемого решения, поскольку являлись обоснованием позиции банка по делу, не опровергают выводов суда, а направлены на переоценку фактических обстоятельств и доказательств, исследованных судом и получивших надлежащую правовую оценку.

Иное толкование заявителем апелляционной жалобы положений действующего законодательства не свидетельствует о неправильном применении судом норм права.

Данные доводы не опровергают выводов суда первой инстанции,                                        не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального                    и процессуального права, а, по сути, выражают несогласие с указанными выводами,                             что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Принимая во внимание, что судом правильно установлены обстоятельства дела,                   в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследованы и оценены имеющиеся в деле доказательства, применены нормы материального права, подлежащие применению в данном споре, и нормы процессуального права при рассмотрении дела не нарушены, обжалуемое решение суда является законным и обоснованным и отмене не подлежит.

Оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда  Брянской области от 27.11.2018 по делу № А09-6269/2018    оставить без изменения, а апелляционную жалобу публичного акционерного общества страховая компания «Росгосстрах» – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа        в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

                 В.Н. Стаханова

                 Н.В. Еремичева

                 Е.В. Мордасов